home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



11

Настало время сделать обзор состояния великорусской науки, культуры, образования, общественных отношений и нравов со времени обособления Ростово-Суздальской земли и становления ее… То есть, мы попытаемся проследить, что приобрела, что создала самостоятельно Московия и народ, заселяющий ее пространство, за многие годы, начиная с XIII века до конца XVI века.

Как бы ни было горько, но даже Н.М. Карамзин вынужден был признать:

«Нет сомнения, что древний Киев, украшенный памятниками Византийских художеств… иностранных, Греков, Немцев, Италиянцев, превосходил Москву пятого надесять века (т. е. XV века. — В.Б.) во многих отношениях».[297]

Даже не начав вести анализ, приходится констатировать, что Московия все те годы была отсталым захолустьем Европы, колоссальным углом забвения и опустошения.

Можно себе представить уровень культуры и образованности Московских князей, если первым из них Иван Грозный (1533–1584 годы) научился излагать свои мысли письменно. Говорить о каком-либо серьезном образовании бояр, ремесленников и простого народа, вообще, не приходится.

Нам известно, что до середины XVIII века в Московии, а позже в России, вся духовная и умственная жизнь концентрировалась исключительно в национальной Церкви. И как писал архиепископ Макарий в своей «Истории русской церкви» в самой церкви не существовало потребности в знаниях. Послушаем Макария: «Но русские сами в то время, кажется, не имели никакого влечения к высшим духовным потребностям. Следуя примеру своих предков, они ограничивались умением свободно читать и понимать священное писание»… И только! С XIII века, обособившись в своей лесной глуши, Земля Моксель была не в силах не только что-либо использовать и развивать, но даже те немногие научные материалы, которые скапливались в церквах и монастырях, не использовались. Главной причиной невостребования материалов была повальная безграмотность «вся и всех» и естественная отсталость населения. Человек был в изначальном невежестве и власть не была заинтересована в его просвещении.

При том необходимо помнить, что Церковь в Московии с самого начала своего существования была закрытым и непроницаемым миром. Мы также должны помнить, что до XVIII века православие запрещало всякое общение с иноверцами. А «русские государи», по велению Церкви, должны были мыть руки после аудиенций, даваемых иностранным послам, дабы смыть грехи от соприкосновения с «неверными».

Этот оскорбительный обычай очень подробно изложил Папский легат Посевин, побывавший при дворе Ивана IV. Однако и сама церковь все больше и больше погружалась в мракобесие и темень.

В Московской церкви не оказалось и малейших следов школ, существование которых было повсеместным в Киевских и Галицких землях, что подтверждено многими источниками и не вызывает сомнений. В ХVI веке архиепископ Новгородский-Геннадий с величайшей грустью констатировал, что священники, им рукоположенные, не умели ни читать, ни писать, а многие из них даже плохо знали молитву «Отче наш». Если же посмотреть в XIII и XIV века, то безграмотность священников и монахов была повсеместной, о чем неоднократно упоминает в своей «Истории» В.О. Ключевский.

Уже в 1620 году ученый швед Ботвид, посетивший Московию, абсолютно серьезно поставил вопрос: а христиане ли вообще московиты? Он на этот вопрос давал отрицательный ответ. Присланный в начале XVI века из Константинополя Максим Грек для исправления Православных церковных книг, был встречен в Московии в штыки. Он обнаружил великие «церковные ляпсусы» и восстал против убеждений московитов, что солнце не заходило в продолжение целой недели после воскресения Христа, и против поверья, что на берегу Иордана ехидна сторожит завещание Адама и т. д. Кончил Максим Грек плачевно — был обвинен безграмотными московитами в «ереси» и сослан в монастырь под надзор местных «грамотеев». Русская Православная церковь была последовательной в своем невежестве и мракобесии — она запрещала, до начала XVIII века, познавательные книги Европы, такие как арифметика, астрономия, география, музыка — как неблагополучные и наносящие вред человеку.

Из первобытной и бесплодной независимости дикарей народ Моксель сразу попал под иго суровой и по-своему не менее дикой морали Церкви, преследовавшей свободу знаний и даже свободу существования. Живительные мысли и силы, которым человечество было обязано своей облагороженностью, в Московии были осуждены и прокляты. Как видим, предавался проклятию сам мир книг и познания, как очаг ереси и неверия.

В московите, даже к концу XVII века, в этих запретах, в этих томительно-растянутых церемониалах Церкви и Московского Князя, чувствовался еще полуязыческий финский элемент древней лесной глухомани. Это в XVI веке, веке Виллона, Петрарки, Боккачио и Галилея в Италии, Бекона в Англии, Монтеня во Франции. А на пороге стоял XVII век — век Шекспира, Сервантеса, Джордано Бруно, Декарта, Роберта Этьена и т. д.

«Мне очень неприятно огорчать моих русских друзей, но они, право, слишком взыскательны. В половине прошлого столетия (XVIII век. — В.Б.), по признанию авторитетнейших истолкователей, таких как Чаадаев, Герцен, у них ничего не было: ни национального искусства, ни литературы, ни науки.

Теперь же они (московиты. — В.Б.) хотят все иметь зараз и иметь с XII века!..

Мрачныя нагромождения монастырских келий дали цветок бесстыднаго сладострастия: это и есть церковь Василия Блаженнаго — воплощение национального духа XVI века».[298]

Выше автор высказал очень горькую, тем не менее, достоверную, мысль о нежелании Московских правителей вносить просвещение в свое княжество. Вот одна из причин княжеского интереса.

Мы знаем, что обогащение Московской казны шло наипростейшими жульническими методами — жестоким разбоем и простым воровством. Послушаем на этот счет хвалителя «Московской государственности» Н.М. Карамзина:

«…иго Татар обагатило казну Великокняжескую (Московскую. — В.Б.) исчислением людей, установлением поголовной дани и разными налогами, дотоле неизвестными, собираемые будто бы для Хана, но хитростию Князей обращенными в их собственный доход. Баскаки, сперва тираны, а после мздоимные друзья наших владетелей, легко могли быть обманываемы в затруднительных счетах. Народ жаловался, однако ж платил; страх всего лишиться изыскивал новые способы приобретения, чтобы удовлетворять корыстолюбию варваров».[299]

Эта мысль лишний раз подтверждает, что в течение всего периода татаро-монгольского существования, то есть до XVII столетия, Московские князья были лично заинтересованы держать народ в жесточайшем невежестве, дабы больше воровать под маркой Ханских налогов. Московский князь и его «камарилья» самопроизвольно устанавливали налоги, обкрадывали своих подданных сверх меры, заодно обворовывали и Ханов по дани.

Только историческая необходимость способствует развитию науки, образования, культуры, способствует проведению широкомасштабных реформ. Здесь же мы видим обратное. Московские правители, поставив перед собой цель обогащения, были заинтересованы в сохранении отсталости народа, дабы не встречать сопротивления. В грабежах, под видом так называемого «собирания земли русской», Московский Князь, вообще, не считался с моралью даже дикого зверя — не трогать излишнего. Он греб под себя абсолютно все. Таков исторический парадокс! Он сопровождал Российскую империю до времени ее разрушения.

Вспомните, только с XVIII века, когда Петру I понадобились образованные люди для организации мореплавания, картографии, артиллерийского исчисления, наконец, для собственного производства современного, по тем временам, оружия, железа и т. д., только с того времени отдельным слоям общества в принудительном порядке было повелено получить образование. Именно: повелено, и в принудительном порядке. Для нужд Империи! Но 500 лет жития в глухом закутке Европы, годы отсталости, варварства и дикости не прошли даром. Реформы Петра I встретили жесточайшее сопротивление, как невостребованность общечеловеческой культуры в Московии. Ведь и сегодня русский человек крепок «задним умом», он всегда имеет оправдание своей отсталости, он склонен к мистицизму — так называемой русской идее. И это закономерно. Всякая реформа в Российской Империи производилась не для улучшения жизни человека. Нет! То всегда была вынужденная мера ради продолжения русской экспансии. Давай, читатель, слегка оторвемся от цели данной главы и проследим главные реформы Российской Империи, начиная с Ивана Грозного.

— Реформы Ивана Грозного были вызваны невозможностью ведения быстрых широкомасштабных завоевательных войн. Протест московитов пришлось душить опричниной и невероятнейшим деспотизмом Московского Князя. Мы знаем, все старания Ивана IV продвинуться на Запад были напрасны. Принесли несметные по тем временам бедствия. Московия за экспансию Ивана Грозного, положила на плаху более 3 миллионов человеческих жизней. Результат: провал в Смутное время и прозябание в течение столетия.

— Последовали реформы Петра I. Их породили те же причины, что и при Иване IV: завоевание чужих земель. Завоевания были существенны и снова привели к истощению казны и обнищанию народа. Последовал упадок на 40 лет.

— Реформы Екатерины II были реформами, позволившими накачать казну деньгами и параллельно вести широкомасштабные завоевания. Именно Екатерина II ввела окончательное рабство в своей стране; при ней покоренные народы — украинцы, белорусы, молдаване поголовно стали рабами, так называемыми крепостными. Именно поголовное рабство позволило наполнить казну ресурсами и продолжать экспансию России. Русский истеблишмент и Русская Православная Церковь простили Екатерине II и убийство русского царя — собственного мужа, и величайшее по тем временам распутство, и уничтожение передовой русской интеллигенции, и т. д. И именно эта «гулящая дама» повелела упорядочить «описание» «великорусской» Истории. Именно при этой даме была обелена, украшена великими измышлениями и растиражирована История великороссов, ничего общего не имеющая с прошлой действительностью. Как всегда, «великороссов» учила жить Европа. Красиво врать тоже пришлось учиться.

— Следующим реформатором в России был Александр II. Это при нем отменено крепостничество. Многие современные великороссы-державники пытаются приписать Александру II чуть ли не статус «величайшего отца нации». Очередная имперская ложь. Причиной отмены крепостничества стало поражение России в Крымской войне. Российская армия была разгромлена на своей территории. Ограниченный экспедиционный корпус войск Англии, Франции, Турции и Сардинии наголову разбил русскую армию в Крыму. Война на собственной территории длилась с сентября 1854 года по сентябрь 1855 года и Россия за это время не сумела обеспечить решающее превосходство сил. Крепостной крестьянин к войне технической был не пригоден. Он мог стать только пушечным мясом. И царю Александру II было некуда деваться. Для последующей экспансии он вынужден был освободить человека от рабства, дабы тот (крестьянин) получил хотя бы первоначальное малейшее образование. России не оставалось ничего, как снова броситься вдогонку Европе. Свободный крестьянин мог принести в казну значительно больше дохода, нежели раб-крепостник. Вот где разгадка отмены крепостничества — потребность наполнить казну для новой экспансии.

И снова Россия воюет: Балканская война, война на дальнем Востоке с Японией. Новое сокрушительное поражение от маленькой Японии. Опять экспедиционный японский военный корпус побеждает русскую армию.

— В России новый реформатор — на этот раз Петр Столыпин. Крестьянина принудительно и по безысходности погнали с Украины и Центральной России в Сибирь и на Дальний Восток осваивать новые земли. Реформы Столыпина Россия полностью не завершила. Автора реформ застрелили. Но даже эта краткая передышка позволила наполнить казну деньгами и прекратить крестьянские бунты. И как вы думаете, что делает Россия? Верно! Опять война за передел мира. Первая мировая война. Жестокое поражение, и как результат — у власти русские большевики.

— Снова реформы большевиков: коллективизация, индустриализация и т. д. А в принципе — подготовка к войне. Теперь уже большевистская экспансия. Если царская Россия ставила цель завоевать Константинополь и выйти к Средиземному морю и Индийскому океану, то у большевиков стояла цель более солидная — Мировое господство! Вторая мировая война, Корейская война, Вьетнамская война, Ангола, Куба, Мозамбик, Афганистан и т. д.

В жестокой Холодной войне Российская Империя рассыпалась как карточный домик в 1991 году. К тому времени заимели авианосцы, ракеты, сто тысяч танков, да не стало хлеба, молока, зубной пасты, мыла и т. д.

А теперь подытожим:

— Реформы Ивана Грозного — Ливонская война. Поражение. — Упадок на 100 лет;

— Реформы Петра I. — Экспансия на Запад, Восток, Юг. — Упадок на 40 лет.

— Реформы Екатерины II. — Войны Екатерины II, Александра I, Николая I. — Поражение в Крымской войне 1854–1855 годов.

— Реформы Александра II. — Войны Александра II, Александра III, Николая II. — Поражение 1905 года в войне с Японией.

— Реформы Петра Столыпина. — Первая мировая война. — Поражение в войне 1914–1918 годов. Развал Царской России.

— Реформы Ленина и Сталина. — Финская война, Вторая мировая война, Холодная война. — Поражение. Развал Советской Российской Империи.

Россия, теперь уже ополовиненная, снова проводит реформы. А народ, как всегда, нищий до предела. Реформы снова ведутся не во благо народа. Автор надеется, читатель понимает, для каких целей проводятся сегодня в России реформы. Догадываетесь? Россия и ныне проповедует свои геополитические интересы. Еще не отмыта грязь и кровь от величайшей бойни в Афганистане, а начала литься кровь в Чечне. Это тяжело говорить: — мы стоим на пороге новой русской экспансии! Вот для чего всегда проводились реформы в России.

Но вернемся в шестнадцатый век. Величайшая беда русского человека, и получившего диплом, и вполне неграмотного, — незнание своего прошлого. Именно незнание ведет к величайшим трагедиям. Все правители Московии, а впоследствии России, старались исказить, извратить, приукрасить историю «великороссов», дабы использовать эту ложь в корыстных целях правителей. Это не вымысел! Поглядите, уже Иван Грозный собственноручно подчищал летопись. Факт установлен историками. Но разве вы услышите об этом из уст «великоросса-державника»?

Вспомним, «крепкая государственность-державность» понимается истеблишментом, а зачастую и простым русским человеком, как исконно русское и даже изначально русское явление. А существовала эта «державность российская» только в виде деспотической власти, как то: московской варварско-княжеской; впоследствии, царско-крепостнической; и, наконец, коммуно-советской. Никакой другой государственности, являющейся «державностью», «великорусское» общество не ведало. Знать, под термином «державность» ничего другого подразумевать нельзя. Откуда же появилось в Московии, а впоследствии в России, эта «державность»? Приходится, к великому неудовольствию «великороссов», констатировать, что русская «державность» есть прямое повторение ханско-ордынской власти, унаследованной от Золотой Орды. Московские князья, а впоследствии Цари, слепо скопировали порядки жестокой восточной тирании. Но у Московии был выбор. Вспомните, существовало два типа власти: Новгородское вече и Золотоордынское «самодержавие». Новгород был фактически частью развивающейся Европы: процветала демократия, культура, торговля, связи с внешним миром; а Московия — это грабеж, предательство соседних княжеств, деспотизм неограниченный. Был избран второй путь становления государства, то есть, был позаимствован ханско-ордынский тип «державности». В результате возникла новая Орда, уже со столицей в Москве. Древние Новгород и Псков были полностью разрушены и разграблены, население частью уничтожено, частью вымерло от мора, и лишь в малом количестве угнано в дикие леса Московии, где за века одичало, как и московиты. Культура и ремесла Новгорода и Пскова Московской Ордой не были востребованы и погибли, не принеся пользы Государству. Отсталый деспот Московии, даже понятия не имел, на какие величайшие ценности он посягал, уничтожая их. Особенно уничтожались и преследовались люди большого ума. Так архиепископ Новгородский был посажен на кобылу, которую Иван Грозный назвал «архиереевой женой», сказав: «Ты не архиепископ, а скоморох». И погнали его кнутами, при стечении народа, в Москву. Вот такими методами пытались победить свободу слова, свободу мысли, свободу поведения. Ведь мы помним, что в Новгороде Архиепископа избирал народ!..

«Фикция существования высокой нравственности на низкой ступени культурного развития историей опровергается… Наивные москвичи считают себя выше всех других людей. Они щедро раздают обещания, которых вовсе и не думают выполнять. Между ними самими абсолютное отсутствие доверия. Отец остерегается сына, сын не доверяет матери, и без залога никто не даст взаймы ни одной копейки. Это отмечают немцы Бухау и Ульфельд, швед Персон и литвин Михалон… их слова подтверждаются англичанами Флетчером и Дженкинсом: «Можно сказать по справедливости…, что от мала до велика, за крайне редкими исключениями, русские не верят тому, что им говорят, и сами не заслуживают ни малейшего доверия…». Но они идут еще дальше и отмечают черту, на которую я уже указывал — это жестокость. Флетчер, правда, извиняет ее, поясняя: «Народ, с которым обращаются сурово и жестоко правители и высшие классы, становится сам жестоким с равными себе и особенно с более слабыми…». Это явление, наблюдаемое в истории среди всех варваров, но в этом крае (Московия. — В.Б.) в более сильной степени… Напрасно национальные историки в данном случае старались свалить всю вину на монгольское нашествие, которое будто бы испортило нравы, развратило народ, приучило его к насилию и лукавству».[300]

Нет, не в том причина. Вся сия мерзость явилась той производной власти и «державности», которые для себя избрала Московия изначально. И это испокон веков было главной опасностью для простого человека. Ибо власть скрывала от него: «державность» — азиатское обожествление Государства, стоящего над обществом, когда человек являлся неким прилагаемым шурупом к государственному механизму.

Московия, за все годы своего развития, не подарила человечеству ни одного открытия. Да и чужие открытия она заимствовала под давлением обстоятельств и с большим опозданием. Только к концу ХV века Москва начала применять в своей хилой потребности бумагу, вместо пергамина. Естественно, бумагу эту московиты не производили еще сами сотни лет, и глядели на нее как на чудо, покупая за большие, по тем временам, деньги у немцев.

Таким же образом у Европы был позаимствован «снаряд огнестрельный». Но даже это позаимствование носило характер отсталого применения. Ведь только для обороны города московиты к концу XV века стали применять «огнестрельный снаряд». Ни в одном описании полевых битв, до середины XVI века мы не находим применения у Московии пушек и пищалей. Все битвы велись на основании позаимствованных у татаро-монголов тактики и оружия. Где наилучшим оружием являлась стрела.

Только к концу XV столетия в Москве появились первые каменные сооружения, возведенные итальянскими архитекторами по требованию княжны Софии, жены Ивана III. Именно гречанка София, прибывшая в Московию в 1472 году и став женой Московского Князя, потребовала возвести для нее каменные церковь, хоромы и прочее.

Был выписан с Болоньи архитектор Фиоравенти-Аристотель, который и возвел в Москве, в Кремле, первое каменное здание — церковь Успения в 1479 году.

«…сильный пожар (в 1493 году) обратил весь город в пепел от Св. Николая на Песках до поля за Москвою-рекою и за Сретинскою улицею….и вообще не осталось ни одного целого здания, кроме новой палаты (построил Петр Антоний в 1491 году. — В.Б.) и Соборов (в Успенском соборе обгорел алтарь, крытый Немецким железом).[301]

После пожара Московские князья снова надолго поселились в свои деревянные хоромы.

Итальянец Аристотель научил московитов искать глину, пригодную для обжига, «дал меру кирпича, указал, как надобно обжигать его, как растворять известь, нашел лучшую глину»…

Все, что в Московии делалось новое к концу XV в XVI веках, делали иностранцы. Именно они для московитов искусно чеканили серебряную монету, отлили в Москве огромную царь-пушку, обжигали кирпич, возводили первые каменные здания.

Но заимствовалось у Европы только то, что вело к увеличению военной мощи да восхвалению и возвеличению самодержавия. Еще сотни лет никто в Московии не приводил в порядок улицы, не строил водопровод, не думал о школах.

Послушаем русского историка В.О. Ключевского.

«Московская немощенная улица XVII в. была очень неопрятна: среди грязи несчастие, праздность и порок сидели, ползали и лежали рядом; нищие и калеки вопили к прохожим о подаянии, пьяные валялись на земле».[302]

Вот оно, величие Московии уже в XVII веке. Это отсталое государство на сотни лет потащило в бездну многие народы, покоренные к тому времени.

Имперские «писатели истории» изоврались до остатка, пытаясь возвеличить свое прошлое и оправдать право покорения соседей. Как видим, все это было не во благо, а в величайший вред даже русскому народу.

И в гражданском строительстве общества — было величайшее запустение. Тот же Н.М. Карамзин вот как подытожил «успехи» Московии в этом вопросе:

«Вообще с XI века мы (Московия. — В.Б.) не подвинулись вперед в гражданском законодательстве, но, кажется, отступили назад к первобытному невежеству народов в сей важной части государственного благоустройства».[303]

Подытожив материал, мы, уважаемый читатель, должны констатировать: государственное образование, основанное на лжи, разбое и грабеже, само по себе в нечто относительно пристойное не перерождается.


предыдущая глава | Страна Моксель или открытие Великороссии | Современные наследники Золотой Орды