home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Через пять недель после того, как останки Брендана были развеяны на Поляне Памяти, в дверь к Кэлу постучал человек с перекошенным красным лицом. Его редеющие волосы были зачесаны поперек головы, чтобы скрыть плешь, в пальцах зажат окурок толстой сигары.

— Мистер Муни? — осведомился гость и, не дожидаясь подтверждения, продолжил: — Вы меня не знаете. Моя фамилия Глюк. — Переложив сигару из правой руки в левую, он схватил Кэла за кисть и яростно потряс ее. — Антонин Глюк.

Лицо этого человека казалось смутно знакомым, но откуда? Кэл сосредоточился, пытаясь вспомнить.

— Скажите, — произнес Глюк, — мы не могли бы с вами поговорить?

— Я голосую за лейбористов, — сообщил Кэл.

— Я не агитатор. Меня интересует ваш дом.

— О! — Кэл просиял. — Тогда входите.

И он провел Глюка в столовую. Гость тотчас же бросился к окну, из которого открывался вид на садик.

— Ах! — воскликнул он. — Так вот это место!

— В данный момент тут все вверх дном, — сказал Кэл извиняющимся тоном.

— Так вы все оставили без изменений? — осведомился Глюк.

— Без изменений?

— После событий на Чериот-стрит.

— Вы на самом деле хотите купить дом? — спросил Кэл.

— Купить? — удивился Глюк. — О, что вы, прошу прощения. Я и не знал, что дом продается.

— Вы сказали, что интересуетесь…

— Так оно и есть. Но только не покупкой. Нет, меня интересует это место, поскольку оно было центром волнений, случившихся в августе прошлого года. Разве я не прав?

Кэл сохранил лишь обрывки воспоминаний о событиях того дня. Конечно, он помнил чудовищный ураган, учинивший столько разрушений на Чериот-стрит. Ясно помнил разговор с Хобартом и как из-за него не смог увидеться с Сюзанной. Но остальное — Доходяга, смерть Лилии и все, что было связано с Фугой, — начисто испарилось. Однако живой интерес Глюка его заинтриговал.

— Все это не было вызвано естественными причинами, — заявил тот. — Ничего подобного. Это прекрасный пример того, что в нашем деле принято называть аномальными явлениями.

— В вашем деле?

— Знаете, как порой называют Ливерпуль?

— Нет.

— Город призраков.

— Город призраков?

— И на то есть причины, уж поверьте мне.

— А что вы имели в виду, когда сказали «в нашем деле»?

— Ну, это очень просто. Я записываю события, которые не имеют рационального объяснения. Они стоят за гранью понимания ученых, и люди предпочитают их не замечать. Аномальные явления.

— Но в нашем городе часто дует ветер, — заметил Кэл.

— Поверьте мне, — сказал Глюк, — то, что произошло здесь прошлым летом, было не просто сильным ветром. Один из домов на другом берегу реки за ночь превратился в руины. Потом среди бела дня начались массовые галлюцинации. В небе появились огни, разноцветные огни. Их видели сотни людей. И многое другое. Все это творилось в городе в течение двух-трех дней. Неужели вы полагаете, что это простое совпадение?

— Нет. Если вы уверены, что все…

— Что все именно так и было? О да, все именно так и было, мистер Муни. Я уже более двадцати лет собираю сведения, собираю и анализирую. Все подобные феномены происходят по определенной схеме.

— Не только у нас?

— Господи, конечно нет! Я получаю сообщения со всей Европы. Постепенно вырисовывается общая картина.

Пока Глюк говорил, Кэл вспомнил, где видел его раньше. По телевизору. Кажется, он рассказывал о том, как правительство замалчивает визиты инопланетных посланников.

— А то, что произошло на Чериот-стрит, — продолжал Глюк, — и в городе вообще, есть часть общей картины, совершенно очевидной для тех, кто изучает такие явления.

— И что же это значит?

— Это значит, что за нами наблюдают, мистер Муни. За нами пристально следят.

— Но кто?

— Существа из иного мира, технологии которых нам и не снились. Я видел лишь отдельные фрагменты их творений, оставленные легкомысленными путешественниками. Однако этого достаточно, чтобы понять: по сравнению с ними мы просто безмозглые детишки.

— В самом деле?

— Мне понятно выражение вашего лица, мистер Муни, — сказал Глюк без всякого раздражения. — Вы смеетесь надо мной. Но я видел доказательства собственными глазами. Особенно много их было в прошлом году. Либо они становятся все беспечнее, либо уверены, что мы безнадежно отстали от них.

— И что из этого следует?

— Что их план, касающийся нас, вступил в финальную стадию. Что они готовы утвердиться на нашей планете, и мы проиграем, даже не начав защищаться.

— Вы говорите об инопланетном вторжении?

— Вы можете иронизировать…

— Я не иронизирую. Честное слово. Не скажу, что легко вам поверю, но… — Кэл впервые за много месяцев подумал о Безумном Муни. — Ваши слова мне интересны.

— Хорошо, — отозвался Глюк, и его сердитое лицо подобрело. — Приятно слышать. Меня обычно воспринимают как клоуна. Однако, должен вам сказать, в своих исследованиях я чрезвычайно скрупулезен.

— В это я верю.

— Мне нет нужды приукрашивать правду, — торжественно заявил собеседник Кэла. — Она и без того достаточно красноречива.

Он заговорил о своих последних открытиях и выводах. Британия, оказывается, вдоль и поперек набита разнообразными чудесами и странностями. Слышал ли Кэл, спрашивал Глюк, о дожде из морской рыбы, выпавшем в Галифаксе? Или о том, что в деревне в Уилтшире имеется собственное северное сияние? Или о том, что в Блэкпуле живет трехлетний ребенок, с рождения понимающий иероглифы? Все случаи, утверждал Глюк, тщательно проверены. И это еще самое малое. Остров буквально по щиколотку утопает в чудесах, которые большинство населения не желает замечать.

— Истина лежит прямо у нас перед носом, — сказал Глюк. — Нам нужно лишь увидеть. Пришельцы уже здесь. В Англии.

Было забавно представить себе, как Англию выворачивает наизнанку апокалипсис из падающих с неба рыб и мудрых детей, но какими бы нелепыми ни казались факты, энтузиазм Глюка обладал мощным убеждающим воздействием. Тем не менее в его тезисах что-то было не так.

Кэл не мог понять, что именно, и совершенно не собирался спорить с исследователем, однако внутренний голос твердил ему, что в своих изысканиях Глюк свернул не в ту сторону. Из-за этой литании чудес в голове у Кэла началось какое-то дурное кружение: попытки вспомнить некий позабытый факт, ускользающий от понимания.

— Разумеется, власти опять все скрывают, — сказал Глюк. — И в городе призраков тоже.

— Скрывают?

— Ну конечно. На самом деле пострадали не только дома. Исчезли люди. Растворились. Во всяком случае, по моим сведениям. Люди с большими деньгами и связями. Они приехали сюда, но не уехали обратно. Во всяком случае, не уехали туда, куда собирались.

— Поразительно.

— О, я могу рассказать вам такое, что исчезновение плутократов покажется сущим пустяком. — Глюк заново зажег сигару, которая гасла каждый раз, когда он принимался за новую тему. Он раскуривал ее, пока его не окутали клубы дыма. — Мы знаем очень мало, — сказал он. — Вот почему я продолжаю искать и расспрашивать. Я пришел бы к вам гораздо раньше, если бы не другие важные дела.

— Сомневаюсь, что смогу рассказать вам что-нибудь, — ответил Кэл. — То время я помню довольно смутно…

— Конечно! — воскликнул Глюк. — Так и должно быть. Это случается сплошь и рядом. Свидетели все забывают. Я уверен, что наши друзья, — он ткнул сигарой в небеса, — способны вызывать забывчивость. А кто-нибудь еще был в доме в тот день?

— Наверное, мой отец.

Кэл не был полностью уверен даже в этом.

— Не мог бы я поговорить и с ним?

— Он умер. В прошлом месяце.

— О, примите мои соболезнования. Смерть была внезапной?

— Да.

— И вот теперь вы продаете дом. Оставляете Ливерпуль на произвол судьбы.

Кэл пожал плечами.

— Вряд ли, — сказал он.

Глюк пристально вглядывался в него сквозь клубы дыма.

— Я просто никак не могу собраться с мыслями в последнее время, — признался Кэл. — Как будто живу во сне.

«Ты нашел на редкость точные слова», — произнес голос у него в голове.

— Понимаю, — кивнул Глюк. — Как я вас понимаю!

Он расстегнул пиджак и распахнул его. Сердце Кэла учащенно забилось, но гость всего лишь сунул руку во внутренний карман, выуживая визитку.

— Вот, — сказал он. — Возьмите. Прошу вас.

«А. В. Глюк», — написано было на карточке, ниже бирмингемский адрес и алые буквы: «Сегодняшняя истина прежде была лишь догадкой».

— Откуда эта цитата?

— Уильям Блейк, — ответил Глюк. — «Бракосочетание Рая и Ада».[8] Сохраните у себя карточку. Если что-нибудь с вами произойдет… что угодно… что-то выходящее из ряда вон… прошу вас, сообщите мне.

— Хорошо, — пообещал Кэл Он еще раз взглянул на карточку. — А что означает буква «В»?

— Вергилий, — признался Глюк и заключил: — Ведь у каждого из нас есть свои маленькие тайны, верно?


предыдущая глава | Сотканный мир | cледующая глава