home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



28

На стоянке «Красного курятника» Джерри смотрел на закат и раздумывал, что делать дальше.

Солнце стекло за горы кровавым пятном. Отец приохотил его любоваться закатом, когда есть возможность. Раньше папашу подобные вещи не трогали. Но став вдовцом, он изменился. Начал наслаждаться тем, чего раньше и не замечал.

Джерри докурил сигарету до фильтра. Папа. Сколько же он всего в жизни натворил, чтобы довести его до бешенства, теперь-то Джерри это понимал. Подростком он вечно вляпывался в неприятности, а Тони всегда его выручал. Он был его страховочным тросом. Заслонял сына от последствий его поступков.

Джерри пульнул окурок в кучу мусора. Он знал, что надо уезжать из Лас-Вегаса. И то, что за последние несколько дней он не нарушил ни одного закона, ничего не значит. Он якшался с двумя парнями, которые нарушили их предостаточно. И это знакомство его погубит. В Неваде все иначе. Если ты вынес деньги из казино — следовательно, виноват, пока не докажут обратное.

Вытащив бумажник, Джерри достал свою кредитку «Американ экспресс». Он одалживал ее Амину пару дней назад по какой-то идиотской причине. Бог весть, что тот на нее накупил. Джерри перегнул карточку, и она треснула пополам. Надо позвонить в их офис и сказать, что кредитка пропала. И если из-за покупок Амина возникнут проблемы, можно будет отговориться тем, что ее украли. И взятки гладки.

Куда сложнее будет откреститься от того, что он засветился с Амином за столом блэкджека в «Эм-Джи-Эм». Джерри видел только один выход: попросить отца вмешаться. «Эм-Джи-Эм» его клиент, вдруг это поможет.

Он почувствовал, что дрожит. Пустыня не удерживает тепло. Стоит солнцу зайти, становится зябко. Джерри подумал, не сесть ли ему за руль и не отправиться ли перекусить, но остановил себя. Нужно завершить это дело. Взять все под контроль. Очиститься.

Для начала хорошо бы вернуться домой во Флориду и во всем признаться Иоланде. Он столько всего от нее скрыл. Теперь либо он выложит всю правду, либо она его бросит. Она ведь доктор. И без него сможет оплачивать счета и зарабатывать на хлеб. Джерри почувствовал, что у него пересохло в горле. Господи, как же он ее любит!

Потом придется наступить на собственную гордость и покаяться перед отцом. За ним числилось столько грехов, что Джерри не представлял, с чего начать. Может быть, лучше всего с того, как он впервые украл деньги из сумочки матери.

И наконец, расколовшись перед Иоландой и отцом, он полетит в Атлантик-Сити и найдет отца Тома, семейного священника. Джерри не был на исповеди уже… он не мог вспомнить сколько. Но сделать это нужно поскорее, излить душу. Ему нужно сесть в исповедальню и поведать Создателю о всех своих проступках, сколько бы времени на это ни потребовалось. У католика всегда есть выход. Он впустит Господа в сердце свое и попросит очистить его от совершенных преступлений.

— А иначе — вечное проклятье, — прошептал Джерри.

Достав сотовый, он начал набирать номера бесплатных соединений с разными авиакомпаниями, решив найти ближайший рейс.

Ожидая ответа «Американ эрлайнз», Джерри подумал об отце и снова ощутил, как перехватило горло. У него не укладывалось в голове, как отец находит силы терпеть его столько лет. Ему эти силы не передались.

Джерри ответили. Беспосадочный рейс «Американ» до Тампы вылетал в семь утра, осталось два билета в экономклассе. Значит, они с отцом могут вместе вылететь из Лас-Вегаса.

Паш вышел из мотеля и встал рядом с ним, пока Джерри диктовал номер карточки «Виза» кассиру. Он предложил Джерри сигарету. Джерри взял ее и закурил. Кассир прочитал ему номер подтверждения заказа. Он унаследовал от отца великолепную память. Номер запечатлелся в его мозгу, и Джерри разъединился.

— Ты не замерз? — спросил Паш.

Джерри пожал плечами.

— Я вырос в Нью-Джерси, на берегу океана.

— Там бывает холодно?

— Раньше мы пели песни о том, как у нас холодно. Холоднее, чем ведьмин сосок, чем пингвиньего дерьма кусок, холодней, чем сосулька на жопе моржа, холоднее, чем яйца ежа.

Паш хлопал в ладоши и смеялся. До нынешнего вечера Паш нравился Джерри настолько, насколько ему вообще мог нравиться человек, с которым он знаком пять дней. Но перестрелка на заправке посреди пустыни все изменила. Под внешностью Джима Кэрри[25] прятался нехороший человек. О доверии теперь не могло быть и речи. Джерри вглядывался в огни машин, мчавшихся по дороге рядом с мотелем.

— Кажется, ты разочарован в нас с братом, — заметил Паш.

— Да уж, разочарован, — ответил Джерри, выдохнув огромное облако дыма. — Я-то к вам пришел с легальным деловым предложением, а вы меня как лоха развели.

Паш склонил голову к плечу и уставился на него.

— Ты пришел к нам со способом срубить денег. А мы тебе показали другой способ. Что тут плохого?

День уже пошел на убыль, и неровный свет от неоновой вывески мотеля окрашивал Паша в омерзительный оттенок. Джерри покачал пальцем перед его носом.

— Ну да. Давайте еще банк грабанем. И перестреляем охранников до кучи. Нет уж, спасибо.

— Мой брат никогда раньше не стрелял. Это просто…

— Для вида.

— Ага.

Джерри приблизился к Пашу и выдохнул ему в лицо. Старый бандитский трюк, отличный способ привлечь внимание человека. Паш съежился.

— Я сегодня прикончил человека, чтобы спасти задницу твоего брата, — пояснил Джерри. — Может, так оно ему и надо, но дело не в этом. Я его УБИЛ.

— Да знаю я, — ответил Паш.

— Есть мнение, что убийство — это освобождение. Для меня это не так.

Паш сглотнул.

— Мне жаль.

— Ни хрена тебе не жаль.

— Нет?

— Да ты счастлив, что я убил того типа. Я спас жизнь твоего брата. Ты понимаешь, что я говорю?

Паш покачал головой. Он ничего не понимал.

— Дело в следующем. Ты никогда не почувствуешь того, что почувствовал сегодня я. Твоя жизнь потечет дальше, и в конце концов ты об этом забудешь. А мне придется с этим жить. Это будет висеть тяжким грузом на моей душе долго, очень долго.

— На твоей душе, — прошептал Паш.

— Вот именно.

Паш не выдержал его взгляда, прикурил сигарету от дотлевающего окурка и слегка тряхнул пачкой, предлагая сигарету Джерри. Вот и все, что осталось между ними, подумалось Джерри: долбаная сигарета и тонкая ниточка дружбы.

— Вспомни об этом, когда будешь продавать наркоту, — бросил Джерри. Потом он ушел в свой номер и захлопнул дверь.


предыдущая глава | Заряженные кости | cледующая глава