home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



15

Валентайн убил вечер, катаясь по Стрипу и высматривая Джерри.

Легче было искать иголку в стоге сена, но временами такой подход давал результат. Еще в детстве он читал рассказ О.Генри о том, как на глазах мальчика убили его отца. Мальчик вырос и стал полицейским. И попросил назначить его на пост у Нью-Йоркской публичной библиотеки, объяснив это тем, что убийца рано или поздно пройдет мимо. Однажды так и случилось. И справедливость восторжествовала.

В «Акрополь» Валентайн вошел в половине десятого. Сняв трубку внутреннего телефона, он позвонил наверх в зал видеонаблюдения и попросил Уайли. Вечер и ночь пятницы — самое хлебное время для казино. Главы отделов безопасности зачастую отрабатывают по две смены.

Уайли подошел через минуту.

— Ну что там?

— Хочу сменить номер. На случай, если тот парень, с которым я пообщался утром, выкинет еще что-нибудь, — объяснил Валентайн.

— Заметано.

— И еще я хочу, чтобы меня не было в гостиничном компьютере.

— Думаешь, кто-то проболтался тому парню, в каком ты номере?

— Именно это я и думаю, — подтвердил Валентайн.

Он слышал, как пальцы Уайли стучат по клавишам.

— Готово. Я переселил тебя в четвертый люкс в пентхаусе. Ник сказал, ты согласился посмотреть пленку с Люси Прайс. Так я ее тебе отправлю?

— Давай.

Он забрал ключ на стойке администратора и поднялся наверх. Новый номер выходил окнами на запад и обеспечивал прекрасный вид на Стрип. Валентайн позвонил в службу доставки в номер и заказал чизбургер и картошку. Еду принесли одновременно с пленкой.

Он поужинал на балконе. Сотовый Валентайн не выключил, и теперь батарейка почти совсем разрядилась. Телефон пикал, и Валентайн каждый раз думал, что это звонит Джерри. Он всматривался в тысячи людей, снующих по тротуарам внизу. Его сын был там, он чувствовал это кожей.

Валентайн доел ужин, вернулся в номер и сунул кассету в видеомагнитофон. Заглянув в кухню, он взял диетическую колу из мини-холодильника и выпил полбутылки. Валентайн читал где-то, что искусственные заменители сахара вредны для здоровья. Ему представлялось, как после его смерти врач проведет вскрытие и обнаружит, что все артерии забиты этой гадостью.

Он уселся рядом с огромным телевизором и внимательно посмотрел на Люси Прайс.

К нему снова пришло то неясное ощущение похожести, которое посетило его утром. Прекрасное воспоминание, которое вернулось, как удар кинжала. Запись была черно-белой. Двое мужчин и Люси сидели за столом и играли в блэкджек. Люси выигрывала, и на ее лице отражалась искренняя радость.

Валентайн отпил колы. Кофеин каким-то образом помогал ему мыслить четко. Он следил за тем, как карты летают по столу. Люси вела себя так, словно раньше никогда не играла, и заглядывала в ламинированную таблицу «основной стратегии» всякий раз, когда нужно было принять решение. Валентайн почувствовал, что улыбается. Она в самом деле была новичком.

«Основную стратегию» для блэкджека придумал математик Эд Торп. Это оптимальный способ игры, основанный на значении верхней карты дилера. Люси внимательно смотрела на верхнюю карту, потом сверялась в таблицей «основной стратегии».

Сцена была забавная. Когда наступала очередь Люси делать ход, игра замирала. Казино не запрещают клиентам пользоваться этой таблицей, потому что удерживают порог в полтора процента. А этого достаточно, чтобы кого угодно обставить.

Кроме Люси.

Десять минут спустя рядом с ней уже лежало несколько тысяч долларов. Но она не жульничала. Просто выиграла чуть больше конов, чем другие. Поскольку Люси ставила по пятьсот долларов, выигрывала она тоже немало. С каждым коном все больше и больше.

«Да что за черт», — подумал Валентайн.


Через пятьдесят минут выигрыш Люси увеличился на пять тысяч.

Уайли говорил, что в сумме она выиграла двадцать пять тысяч, стало быть, играла пять часов без перерыва. Валентайн машинально покачал головой. Каким-то образом Люси изменила соотношение шансов в игре в свою пользу. И теперь упивалась этим преимуществом на всю катушку.

Он выключил магнитофон, вышел на балкон и посмотрел вниз на горящий неоном город. Стрип бурлил. Он попытался прикинуть, сколько там народу. Пять тысяч? Десять? То же самое, что угадать, сколько муравьев копошится в муравейнике. Кто-то постучал в дверь его номера.

Он пересек комнату и прильнул к глазку. За дверью стоял Уайли с пустым стаканом в руке. Выглядел он в доску пьяным.

Валентайн не выносил пьяных. Его отец был алкоголиком и нещадно бил его, когда Валентайн был ребенком. Потом он вырос и расквитался с отцом. В пьющих он видел одну только слабость и больше ничего.

Валентайн впустил Уайли и предложил ему стул. От главы отдела безопасности несло виски, и Валентайн старался сдерживать раздражение.

— Что стряслось?

— Ты уже смотрел пленку? — спросил Уайли, подавив отрыжку.

— Да. Странно, что вы не остановили ее раньше.

— Думаешь, она жульничала?

Валентайн еще раз взвесил увиденное и постарался тщательно подобрать слова.

— Там точно что-то нечисто. Она всегда выигрывает крупные коны. Ты заметил?

— Ты о чем?

— Стоит ей удвоить ставку, она выигрывает. Стоит разделить пары — то же самое. Вот почему Люси Прайс вас одурачила. Она берет только важные коны.

Уайли болезненно поморщился.

— Нику сказал?

— Ничего я Нику не говорил. Мне кажется, вы увидели, что она сверяется с таблицей «основной стратегии», и сочли ее лохом. Когда она выиграла несколько тысяч, вы списали это на удачу новичка. Когда же она стала выигрывать по-крупному, вы решили, что она мошенничает, и наконец упали с небес на землю. Я прав?

Уайли уставился в свой стакан. Кажется, его удивило, что в нем ничего не осталось.

— Тебе надо было идти в телепаты, — выдавил он.

Валентайну стало жаль его. Серьезные убытки нередко стоят начальникам отделов безопасности их мест.

— Сорок девять из пятидесяти питбоссов поступили бы так же, как ты. Позволили бы Люси Прайс играть дальше.

Уайли просиял.

— Так ты это собираешься сказать Нику?

— Да. Слушай, вы допросили дилеров, которые работали на столе Люси, когда она выигрывала?

— Мы еще лучше сделали, — ответил Уайли. — Я их проверил на детекторе лжи.

— И?

— Все чистые.

Валентайн подался вперед и посмотрел на него. Человек, впервые севший за стол блэкджека, не выиграет двадцать пять тысяч, ставя по пятьсот долларов. Соотношение шансов в игре этого не позволяет. Валентайн не любил оказываться в тупике. А этот случай поставил его в тупик.

— Мне нужно поговорить с этой женщиной, — сказал он.

Уайли глянул на него с издевкой.

— И как ты это сделаешь?

Валентайн подумал о сцене на балконе этим утром. Он не мог отрицать, что, взяв ее на руки, ощутил какое-то притяжение. Но это не помешает ему вычислить, что она делала. Если Люси мошенница, он заставит ее ответить.

— Легко, — заверил его Валентайн. — Я ей позвоню.


Номер телефона Люси он нашел без труда. Она была королевой игровых автоматов и принимала участие в чемпионатах, которые проводили крупные казино. Это означало, что ее фамилия, адрес, телефон и предпочтения хранились в их базах данных. Сделав несколько звонков, он вышел на казино, с которым когда-то работал, и получил номер Люси.

А точнее, три номера: рабочий, домашний и сотовый. Валентайн прижал трубку плечом к уху и задумался над тем, по какому позвонить. Возможно, она проходит психиатрическое обследование в местной больнице, но скорее всего ее уже отпустили домой. Это один из минусов Лас-Вегаса. Уровень самоубийств здесь самый высокий по стране, однако всем прописывают одно лечение — не обращать внимания на свою проблему.

Он выбрал домашний номер. Его приветствовал автоответчик. Записанный голос Люси звучал бодро и весело: «Ну, приветик. Вы не застали меня. Дождитесь сигнала и не забудьте оставить свой номер. Пока».

Через несколько секунд раздался сигнал. Откашлявшись, Валентайн сказал:

— Это Тони Валентайн. Мне нужна Люси Прайс. Мы встречались сегодня утром в «Акрополе». Я надеялся…

Его прервал оглушительный гудок.

— Это Люси Прайс.

— Здравствуйте, — сказал Валентайн.

— Вы верите в судьбу, мистер Валентайн?

— Тони. Нет, не верю.

— А я верю. Я вот сижу перед компьютером и разглядываю ваш сайт.

Он не знал, что сказать. Завести сайт предложила Мейбл. Это хорошо для бизнеса, уверяла она. И дешево. Вот только он чувствовал себя чертовски неловко, когда в телефонном разговоре кто-то говорит ему, что любуется его сайтом. «Подловить меня хочешь?» — чуть не спросил Валентайн.


— И чем же вам понравился мой сайт? — спросил он ее, когда они встретились на следующий день в десять утра за завтраком.

— Графика крутая. И статьи, которые вы написали про мошенничество в казино для «Гэмблинг таймс», тоже интересные, — ответила она. — Я и не подозревала, что на свете столько жульничества.

Ему было трудно отвести от нее взгляд. Валентайн проснулся злым как черт из-за того, что Джерри не объявился. Но стоило посмотреть на Люси, и злость как рукой сняло. Она была голубой симфонией: кобальтово-синий брючный костюм, голубой бант в волосах и голубая подводка на веках. Может, на сайте сказано, что голубой — его любимый цвет? Если бы не темные круги под глазами, он счел бы ее красавицей.

Валентайн воткнул вилку в яичницу — желток вытек на тарелку. Он пригласил ее на завтрак, воспользовавшись советом какой-то газеты. В статье говорилось, что завтрак — самый нейтральный вариант. Люси согласилась. И теперь они сидели в недавно открывшейся закусочной во «Дворце Цезаря». Она налила обезжиренного молока в тарелку с мюсли и поднесла ложку к губам.

— Сколько Ник заплатит вам за то, что вы меня прощупаете? — спросила Люси.

Валентайн моргнул. Тон ее голоса не изменился, но изменился взгляд.

— Нисколько. Я делаю это бесплатно. — Ее глаза прожигали его насквозь, но при этом Люси продолжала невозмутимо есть. Валентайн откусил хлебец. — Дело интересное. Вы считаете, что Ник вас обокрал. А он — что вы его обманули. Ник — человек честный, я за это ручаюсь. Получается, что это вы мошенница. Но я посмотрел пленку видеонаблюдения, на которой заснято, как вы играли в блэкджек. И мне не показалось, что вы жульничали. Стало быть, вы оба ошибаетесь.

Ложка Люси шлепнулась в тарелку.

— Это как?

— Тут замешан кто-то третий. Как там говорится? С двух сторон загребает в середину. По-моему, именно это и происходит.

— Значит, я такая тупая тетка, которую использовали, а она и не заметила. — Люси вскочила и бросила салфетку в тарелку. — Большое спасибо, Тони.

Валентайн смущенно встал. Вот только брюки не последовали его примеру. Он схватил их за пояс и потянул вверх. Она инстинктивно усмехнулась.

— Авиакомпания потеряла мой багаж, — глуповато оправдался Валентайн.

— Так купите себе другие. Сходите в магазин. Попросите жену помочь.

У него пересохло во рту.

— Кто вам сказал, что я женат?

— На сайте есть данные о вашем сыне.

— Моя жена умерла от сердечного приступа два года назад. — Валентайн заметил, что Люси изменилась в лице. Ясно, слабое место. — Она покупала мне одежду. И цвета подбирала. Кажется, у меня нет вещей, купленных не ею.

— Кроме этих брюк, — подсказала Люси. — С размером промахнулись? — Он кивнул. — Прямо как мой бывший. Слушайте, Тони, не знаю, куда заведет нас эта беседа, но я на самом деле хочу только вернуть свои двадцать пять тысяч. Если не можете помочь, проваливайте.

Ее голос стал грубым. Вот она какая, Люси, азартный игрок. Такая она ему не нравилась.

— Зря вы так рубите сплеча, — заметил Валентайн.

— То, что вы разговорами увели меня с балкона, не означает, что я вам обязана.

— Я не работал на Ника, когда познакомился с вами, — ответил он.

Люси задумалась над его словами. Его завтрак остывал. Валентайн сел на стул, взял вилку и продолжил есть. К его удивлению, она последовала его примеру.


В том, что стареешь, есть один плюс: начинаешь понимать, как драгоценно время. Они решили начать сначала. Первой заговорила Люси.

Она выросла в Цинциннати. В семнадцать лет уехала в Лас-Вегас, привязав к своей машине пожитки, стала стоматологом-гигиенистом, родила двоих детей, развелась и проиграла опекунство бывшему мужу. Чтобы развеяться, играла на автоматах. Свое нынешнее финансовое положение она называла «откатом назад».

Потом наступила очередь Валентайна. Его жизнь не походила на кино — преданный муж, хороший полицейский, неважный отец, если верить сыну, — и она остановила его, когда он дошел в своем рассказе до пенсии.

— Я понимаю, что это не мое дело, но сколько вам лет?

— Шестьдесят три.

— А я бы вам дала пятьдесят три. Мне пятьдесят два.

Люси улыбнулась. Все это начинало напоминать свидание, и Валентайн решил вернуть разговор в нейтральное русло.

— После смерти жены я начал консультировать. Еще во времена службы в полиции Атлантик-Сити у меня проявилось особое чутье на мошенников. Я мог распознать жулика в зале, даже не зная, что он делает. Шулеры называют это «седьмым чувством».

— Как же вам удается заметить мошенника, если вы не знаете, что он делает?

— Мошенники — настоящие актеры. Результат игры им заранее известен, поэтому им приходится изображать естественную реакцию. Это в афере самое сложное.

— Вы можете заметить разницу между настоящим и притворным?

— Совершенно верно.

— И какая же я?

— Настоящая, — ответил Валентайн.

Люси снова улыбнулась и попросила счет у официантки.


Они вышли из кофейни. Из всех заведений Вегаса Валентайн имел слабость именно к «Цезарю». Здесь куда ни взглянешь — бесконечные зрелища. Да еще красивые статуи, фрески на древнегреческие мотивы и персонал, который относится к клиентам с особым вниманием.

Они остановились у магазинчиков «Форума». Объявление сообщало, что очередное шоу «Говорящие римские боги» состоится через десять минут. Валентайн уже видел его. Муляжи древнеримских богов рассказывали идиотские истории под аккомпанемент лазеров и грохочущих звуковых эффектов. Глуповато, но очень смешно.

Они нашли свободную скамейку. Люси села боком, так что ее колени почти касались его. Было трудно поверить, что это та же женщина, с которой он познакомился накануне. Она быстро оправилась от состояния крайнего отчаяния.

— Откуда вы знаете, что я настоящая?

— Мне кажется, сама Шерон Стоун не смогла бы изобразить те эмоции, которые я видел на пленке, где вы выигрываете на блэкджеке, — объяснил Валентайн.

Эта фраза почему-то рассмешила ее.

— Хорошо. Если вы по пленке смогли понять, что я не мошенница, почему же тогда захотели поговорить со мной?

Он подумал, уж не пытается ли она загнать его в угол, где ему придется признать, что у него был тайный мотив пригласить ее на завтрак. Поскольку его на самом деле не было, Валентайн ответил честно:

— Потому что две вещи не дают мне покоя.

Улыбка исчезла с ее губ.

— Да? И какие же?

— Во-первых, вы начали играть, имея десять тысяч долларов. А закончили, выиграв двадцать пять тысяч у казино.

— И что? Разве людям не позволено время от времени выигрывать?

— Позволено. Но не так.

— В каком смысле?

Валентайн колебался. Люси — опытный игрок. Большинство игроков уверены, что разбираются в играх. Это действительно так, когда речь идет о правилах и стратегии. Но мало кто понимает математику игры, особенно в вопросах выигрыша и проигрыша. В этой области почти все игроки — лохи. Валентайн поднялся.

— Я скоро.

Он купил бумагу в магазине сувениров. Вернувшись к скамейке, Валентайн обнаружил, что с Люси пытается познакомиться мужчина с неровно выкрашенными волосами и множеством золотых цепей. Увидев Валентайна, он пожал плечами и ушел.

— Итак, — сказала Люси, — покажите же, почему я не должна выигрывать.

Он начертил табличку на листе. Такую же Валентайн обычно показывал во время лекций в «Обществе анонимных игроков».[16] Закончив, он перевернул лист вверх ногами. Люси внимательно посмотрела на таблицу.


Заряженные кости

— Это правда?

— Боюсь, что так.

— Но почему же преимущество казино все увеличивается? Разве оно не одно и то же все время?

— Для каждого кона — да.

— То есть преимущество неизменно.

— Да, но оно съедает ваши средства. Преимущество приносит казино 1,4 процента с каждой вашей ставки. Вы постепенно теряете деньги, что делает вашу цель удваивания недостижимой. Чем больше вы делаете ставок, тем хуже. Именно за счет этого и содержится данное заведение, как и все остальные в городе.

— За счет преимущества, — подытожила Люси.

— Вот именно. Играя долго, победить их нельзя.

— Но я же смогла. Это просто везение?

Валентайн указал ручкой на верх таблицы.

— Удача — поставить все деньги в один кон. В первую ставку ваши шансы с казино почти равны. И если вы выиграете — это и будет удача. Вы же играли пять часов и выиграли больше пятидесяти процентов конов. Тут уж удача ни при чем.

Люси сжалась и отодвинулась, не понимая, куда ведет этот разговор.

— Вы сказали, что вам две вещи не дают покоя. Какая же вторая?

Валентайн молчал. Люси поняла его сомнение, положила руку ему на колено и впилась в него ногтями. Он поморщился.

— Ваша история похожа на сказку. Вы никогда раньше не играли в блэкджек. С чего же вас потянуло поиграть в тот день? Я так думаю, вас кто-то надоумил.

На ее лице появилось изумленное выражение.

— И, видимо, тот же человек снабдил вас десятью тысячами. Он убедил вас играть в «Акрополе». Вы заключили с ним сделку.

— С чего вы взяли, что меня кто-то снабдил деньгами? — Люси начинала злиться. — Разве я не могла играть на собственные?

«Потому что ты должна всему городу», — сказал бы Валентайн любому другому человеку. Но эту женщину обижать ему не хотелось. Ей и так досталось.

Рука Люси лежала на его колене. Он накрыл ее своей.

— По пятьсот за кон ставят наглецы с бриллиантовыми перстнями на мизинцах. Или нефтяные магнаты в ковбойских шляпах. Но новичок, впервые севший за стол? Ну ладно бы еще сто долларов за кон — куда ни шло. Но не пятьсот. Кто-то подбил вас на это.

Валентайн заметил по ее лицу, что попал в точку. Он раскусил ее, и она это знала.

— Люси, прошу вас, скажите мне правду Кто дал вам денег? Что происходит?

— Я… не могу вам этого сказать.

— Пожалуйста.

Люси покачала головой.

— Мне пора. — Она резко встала, вырвала руку и поспешно зашагала прочь, прижимая сумочку к груди. В ее глазах был страх.

— Люси…

— Нет!

Валентайн заметил мужчину, который пытался с ней познакомиться. Он подошел к ней опять и заговорил. Настырный. Люси остановилась, только чтобы отвесить ему оплеуху. Шлепок заметался эхом под куполом «Форума» словно пистолетный выстрел.


предыдущая глава | Заряженные кости | cледующая глава