home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3.

Заклинание, использованное д'Аранжем при поимке так заинтересовавшего его существа, проходит под номером 465-18 в кодексе Зер-Да и имеет полное наименование: мобильный подавитель механических функций передвижения и прочих действий объекта на основе мобилизации кинетических античастиц… кому интересно может полистать источники и узнать полное название. А так же его полное описание со всеми подробностями — от особенностей работы при различных погодных условиях и, вплоть до статистики использования во все известные эпохи.

В обиходе оно известно как Ловчая Сеть. Наименование гораздо более звучное и доступное, хотя и не совсем точное. Дело в том что Сеть, сетью не является. Да, ею можно кого-нибудь поймать, но выглядеть это будет, по меньшей мере, странно. Внешне заклинание сильно напоминает большой мыльный пузырь, в котором располагается объект охоты. Сцена довольно комичная, даже карнавально-праздничная, если смотреть снаружи.

Изнутри все кажется совсем другим. Особенно когда начинают затекать ноги, которые тебе волшебным образом завернуло за голову.

Здесь, кстати, требуется уточнение. Иной дилетант может подумать, что оболочка пузыря давит на узника, сковывая его движения и сминая тело в минимальный объем, но это не так. На самом деле пузырь не оказывает на свою начинку ни малейшего давления. Сама по себе, СЕТЬ не держит узника, она слишком непрочная структура для этого. Заклинание лишь создает силу, направленную на удержание; все остальное происходит уже без его участия. Строго говоря, даже и не создает, а лишь преобразует силу жертвы на обратную.

Создаваемое внутри пузыря поле, деформируется трепыханиями «клиента», прогибается, вбирает в себя его потенциал и тут же порождает другую силу, располагая ее на одном с первой векторе, но… внимание, с минусовым значением. Происходит перераспределение энергии в пространстве, разворот ее ровно на 180 градусов. Когда действие становиться равным противодействию, всякое движение внутри сферы замирает. Постепенно тот, кто подвергся влиянию Сети, устает и сила противодействия, становится доминантной. К этому моменту желательно принять удобную позу, потому что вам придется побыть в ней в неподвижности довольно долгое время.

Звучит угрожающе, но на самом деле абсолютно безобидно. Пленник сам задает величину той силы, с которой Сеть давит на него; чем больше он дергается, тем плотнее укутывает его волшебство и тем меньше он способен дергаться. Дышать при этом не очень легко, но можно; правда, чтобы не повредить барабанные перепонки, желательно делать это ртом. Постепенно силы еще раз, теперь уже окончательно, уравновешиваются, их колебания затухают и жертве ничего не остается как ожидать решения своей участи.

Существует несколько способов, с помощью которых можно избежать подобного унизительного и неприятного заключения. Знающий человек вполне способен применить любой из них для собственного спасения или вызволения дружественных лиц.

Это и магическая защита, и заземление, что наряду с электрическими сигналами здорово влияет так же и на всякое магическое творчество. Можно попытаться проткнуть пузырь мечом или даже пробить в нем брешь с помощью огнива или зажигалки — сработает, если накладывающий чары маг не предусмотрел этой возможности и не внес в формулу соответствующие коррективы. Многое можно сделать.

Если ничего под рукой не оказалось, то и тогда не все потеряно. Существует неплохой способ самостоятельно и безо всяких подручных инструментов, выбраться из сети — это здоровый, спокойный… сон. Да, да, да, именно сон. При условии, конечно, что он спокойный. Или спокойное бодрствование, если у пленника хватает выдержки. Не имея подзарядки от жертвы, пузырь постепенно расслабляется, то есть через какое-то время приходит в такое состояние, что теряет способность ее в себе удерживать и, при достаточно резком усилии, бесследно и безвредно разрушается. Все, всем привет. Встаем, отряхиваемся и делаем ноги.

Но все это, конечно, если маг, поставивший ловушку, даст вам достаточно времени. К несчастью для хоботуна, д'Аранж не собирался с ним расставаться и трость Лорда-Протектора зорко следила за тем чтобы уровень напряженности поля Ловчей Сети не падал ниже критической отметки. Предполагалось, что трость будет подпитывать кокон из встроенного в набалдашник аккумулятора. Когда д'Аранж был рядом, так и происходило, однако у одушевленного магического предмета давно была выработана и альтернативная методика. Когда трости начинало казаться что Сеть слабеет, она подползала поближе (не удивляйтесь, трости некоторых магов способны и не на такое), подстегивала пленника легким электрическим разрядом и зверек, дергаясь, сам подзаряжал собственную тюрьму. Сеть становилась прочнее и туже, зверек в радужном пузыре кряхтел и замирал, удовлетворенно замирала и хитрая трость Лорда-Протктора.

Таким образом, о свободе неведомой зверушке оставалось лишь мечтать и глядеть на мир сквозь прозрачные, переливающиеся зыбкой поволокой, стены узилища. Видно, правда, было не очень то и много, ведь сжатая Сетью, она даже головы повернуть не могла. Земля, трава, листья, какая то букашка. Впрочем, если далеко скоситься и постоянно контролировать бьющийся в истерике хоботок, то краем глаза становится видно обоих людей.

Если бы на месте глупого зверька оказался профессиональный соглядатай, чьей первоочередной целью была не собственная безопасность, а наблюдение за девушкой и сбор сведений о ее окружении, то он все еще мог продолжать шпионить. Ситуация, конечно, скверная, если вообще не безнадежная, но настоящий рыцарь плаща и кинжала, на то и рыцарь, что никогда, даже в самой сложной обстановке, не отчаивается и доводит дело до конца.

Не поторопись д'Аранж на поляну, поговорить с девушкой, то он наверняка бы заметил, что носатый зверек, вопреки своему несерьезному виду и щекотливому положению, именно, как настоящий шпион себя и повел. И теперь не спускает с Лорда-Протектора маленьких, блестящих, внимательных и злых глазок.

Увы. Чародея в тот момент волновали гораздо более простые и конкретные вещи, а именно характер разговора с незнакомкой. Как то она отнесется к появлению мага?

Только представьте, вы — одинокая, хрупкая девушка, вдали от какой бы то ни было цивилизации, с боем пробиваетесь сквозь непроходимые леса, переполненные чудовищами и дикарями. Дергаетесь от малейшего шороха, опасаясь, как бы он не оказался последним звуком в вашей жизни. Шарахаетесь от всякой подозрительной тени, которых в этих зарослях предостаточно и каждая способна внезапно ожить и вас схватить. И на фоне всего этого, вдруг, откуда ни возьмись, появляется вежливый и такой обходительный джентльмен. Расшаркивается, раскланивается, называет себя главным всего этого ужаса и предлагает светскую беседу. Что бы вы подумали? Наверняка задались бы вопросом — не кроется ли здесь, какой подвох?

Любой, кто хоть раз встречался с реалоборотнем, даже хорошего приятеля сразу близко не подпустит, не то, что незнакомца. А ведь и без настоящей нечисти хватает лиха, способного ввести в заблуждение улыбающимся человеческим лицом: разбойники там, мороки, еще кто… те же дикари, к примеру. Хотя, спутать импозантного мага с одним из этих едва ли было возможно, но тем не менее.

"Как бы ее, в самом деле, не спровоцировать", — забеспокоился д'Аранж. — "Вон, как резво вскочила".

Действительно, девушка не растерялась ни на миг, колдун еще только выбирался из зарослей, а она уже приготовилась, смотрела, словно держала на прицеле. Собственно, так и есть, зря, что ли саблю выставила вперед?.. Маг понял что девушка одновременно показывает и то что готова постоять за себя и отвлекает внимание от другой руки, где скромно грелся в ладони маленький метательный ножичек.

"Так она еще и ножи с левой руки метает?" — отметил чародей. — "Боевая особа в гости пожаловала, ничего не скажешь. Поневоле призадумаешься".

Кстати, то, что она схватила именно саблю, а не охотничий лук, открывшийся при резком движении из под ее плащика, многое могло о ней рассказать. Волшебник не преминул отметить и эту небольшую, но достаточно важную деталь.[3]

"И ведь не только боевая, но и, в самом деле, симпатичненькая", — отвлекся д'Аранж.

Прямой, но не очень острый, носик, пухленькие щечки, упрямые алые губки. Разумеется, маг встречал женщин и с более совершенными чертами лица, но и эта девушка была оч-чень даже ничего. Сколько грации в ее позе, отметил чародей, сколько силы и изящества одновременно. А как опасно горят ее глаза, выказывая бойцовский темперамент, кажется вот-вот, еще чуть, и прожгут насквозь, испепелят и по ветру развеют.

Сразу видно — встревожена не на шутку. Пожалуй, даже шокирована таким внезапным появлением волшебника. Явно ничего подобного не ожидала. Наверняка ведь сидела, вслушиваясь в лес, уверена была, что никого рядом оказаться не может. И тут, нате вам, пожалуйста. Впрочем, ни малейшего следа паники она не выказала, побледнела правда слегка, но парализующего волю страха нет и в помине. Даже и без магии хорошо видно, что девица не перенапряжена, но и не расслаблена. Каждая жилка дрожит в тонусе, готовая в любой момент взорваться для яростного боя.

"Молодец", — решил д'Аранж.

Пока Лорд-Протектор изучал девицу, та в свою очередь, рассматривала мага. С вниманием не меньшим чем он ее, а пожалуй даже и большим, ведь волшебник находился на своей земле, а для нее все вокруг было совершенно чужим. Чародей очень хорошо понимал ее состояние и старался выглядеть максимально дружелюбно. Приветливая, ласковая улыбка буквально излучала в пространство положительные флюиды. Оставалось ждать, поверит ли она этой улыбке или нет.

Как д'Аранж и рассчитывал, путешественница оказалась настроена не агрессивно. Желание бросаться на волшебника, она не проявляла… ножа и сабли пока не убрала, но, боевую стойку, видя настрой мага, поменяла не нейтрально независимую. Первый шаг навстречу, как говориться. Чародей заулыбался еще шире и искреннее, стараясь одновременно и продемонстрировать мирное расположение, но при том и слишком не переигрывать. Умного человека чрезмерное дружелюбие незнакомца скорее насторожит, чем успокоит.

— Парк? Что-то это все, на Парк не похоже, — проговорила девушка, кивнув на окружающий их лес, и хотя движение головы было лениво небрежным, глаза ее обежали все возможное пространство.

Путешественница пыталась определить, нет ли поблизости еще кого, столь же ловкого, как и этот человек в дорогом костюме.

— Разумеется, — признал д'Аранж, — ведь это только приграничный лес. А сам Парк начинается там…

Он указал направление.

— Пройди вы еще сто шагов и сто первый уже будет по его тропам.

Незнакомка прищурилась.

— Я и не знала, что в этих краях есть какой-то город.

— Здесь уже давно нет городов. — Д'Аранж, тихо и печально улыбнулся. — Последний, люди покинули тысячу лет назад, и его давно разрушило время.

Девица вскинула брови в картинном изумлении.

— Вот как? Города нет сто веков, а его парк все еще на месте?

— Я восстановил былое… практически все. То есть большую часть того, что удалось найти, — утвердительно кивнул д'Аранж.

Путница задумалась

— Но здесь, все же обитают люди? — спросила она.

— Вокруг бродят племена первобытных дикарей и вам повезло, если вы их не встретили. — Словно недоумевая, как такое маловероятное событие могло произойти, волшебник пожал плечами. — Но в самом Парке я живу совершенно один.

— Очень необычно, — заметила девушка.

— Парк необычное место, — охотно согласился маг.

Д'Аранжу на миг показалось, что незнакомка озадачена таким поворотом событий, как будто она ожидала чего-то другого, но он решил не забивать себе голову всякой ерундой.

Незнакомка, скинула капюшон, давая волшебнику возможность разглядеть ее получше и, конечно же, маскируя этим еще один мимолетный взгляд окрест. Никого, само собой, не оказалось и, в завершающей фазе ее движения, клинок из левой руки исчез в потаенных ножнах. Колдун едва это заметил. Только что было оружие, миг — и его уже нет, словно привиделось. Не приглядывайся он к гостье раньше, причем с использованием волшебства, то, наверняка, даже и не узнал бы о втором оружии амазонки.

"Ловка", — опять восхитился девушкой чародей. Он не сомневался, что и в горло недругу нож вошел бы так же легко.

Однако, если она так проворна, что и глаз не уследит, отметил маг, то с ней, тем более, необходимо держать ухо востро. Незнакомка могла оказаться здесь совсем не случайно, и, вполне может быть, не с добрыми намерениями. При всей мягкости характера д'Аранжа, врагов у него, скажем так, хватало.

…чародеи живут долго, некоторые — невероятно долго и, даже с минимальными амбициями, успевают перейти дорогу очень многим. Бывает, что это сходит им с рук, но не всегда. Большинство готово стерпеть превосходство чародея, однако встречаются и довольно решительные люди. Нередко это другие волшебники, порой не менее могущественные, так что магу приходится постоянно стеречься.

Девушку эту д'Аранж, правда, никогда раньше не встречал, он бы наверняка ее запомнил, но ведь она могла быть заинтересована в причинении ему вреда не прямо, а косвенно. Например, оказаться "платной шпагой", наемницей какого-нибудь злобного и трусливого врага, прознавшего, где д'Аранж обитает и решившего что настало время погасить кое-какие старые векселя. Или членом общества, имевшего виды на реликвии из его коллекции. Или авантюристкой-одиночкой, просто решившей погреть ручки на сокровищнице старого колдуна. Или… да мало ли кем еще.[4]

Д'Аранж переловил стольких проходимцев, ищущих наживы в его закромах, что давно сбился со счета. Большинство были наивными авантюристами, но некоторым ловкачам удавалось совершить невозможное и почти преодолеть его службу безопасности. Он подозревал, что, рано или поздно, но встретит человека, способного взломать абсолютно всю его защиту и тогда… Так вот, эта незнакомка вполне могла оказаться таким человеком. Нет, на основании одних только, ничем пока не подтвержденных, предположений, прогонять ее он не собирался. Так очень легко докатиться до того, что будешь от собственной тени шарахаться. Но и упускать эту вероятность из виду было бы глупо.

"Пожалуй, надо будет обновить защитные заклинания и, нынче же ночью, запустить в трость СТРАЖА", — подумал волшебник. — "Неудобно, конечно, но что делать?"

СТРАЖ зол и неуживчив, словно цепной пес и трость надолго(да еще и дуться потом будет) потеряет немало полезных прикладных качеств. СТРАЖ ревностно относится к своему, если можно так выразиться "магическому жизненному пространству". Тем не менее, д'Аранж совершенно справедливо считал, что лучше перебдеть чем недобдеть.

А то ведь можно и не успеть пожалеть, что был недостаточно осторожен.



* * * | Гамбит старого генерала | * * *