home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3.


Прежде чем появится перед своим потенциальным войском, волшебник провел для Марисабель краткий инструктаж, как ей следовало себя вести. Чародей настаивал на предельной осторожности. Смотреть за всем происходящим вокруг и все подмечать, слишком открытого внимания при этом не проявлять, на возможные провокации отвечать с оглядкой на него самого, реагировать на все спокойно, но быть готовой ко всяким неожиданностям, говорить только когда к ней обращаются и на оскорбления не…

— А впрочем, что это я… — спохватился д'Аранж. — Вы же их языка все равно не поймете.[31] Ну, да так даже лучше, просто смотрите по сторонам и старайтесь не подставиться.

На территорию, объявленную магом, владениями племени «черных», единороги заступали неохотно, скакуны откровенно демонстрировали недовольство. Нервно передергивались всем телом, хрипели, роняя с губ густую пену, угрожающе скалили клыки и, казалось, вот-вот поднимут бунт, однако страх перед колдовскими плетьми, оказался сильнее и, животные подчинились.

Такая реакция могучих зверей показалась Марисабель весьма примечательной, и она, невольно, тоже начала переживать.

— Все здесь, вокруг, пропитано колдовством, — словно в подтверждение ее тревог «глухим» зловещим голосом проговорил волшебник. — Отвратительным черным колдовством.

И тут же почти без перехода добавил, своим обыкновенным, ироничным тоном.

— Но, таким неуклюжим, что просто смех разбирает.

Марисабель смех пока не разбирал, однако слова чародея ее немного успокоили. Вплоть до того момента, когда впереди показалась деревня дикарей.

— А вот теперь серьезно, — посуровел маг. — Случиться может все что угодно. Так что, как говорится, не теряйтесь… и, напоминаю, не отходите от меня ни на шаг.

— Хорошо, — едва слышно выдохнула Марисабель.

Деревня встретила их застарелой вонью многочисленных примитивных жилищ и широкими улыбками их обитателей.

— Кажется, они нам рады, — шепнула девушка.

— Ага, — буркнул д'Аранж, который прекрасно разбирался в подоплеке такого отношения к ним со стороны дикарей. — Прямо лучатся от восторга. Вот только с чего бы это, а?..

Про себя он с тревогой подумал, что Слэг-штрих успел побывать уже и здесь, однако спешно проведенное сканирование деревни не показало присутствия каких то посторонних лиц или остатков их магической деятельности, и д'Аранж невольно вздохнул от облегчения. Восстание одного племени «белых» усугубляло его незавидное положение, восстание же еще и «черных» могло обернуться катастрофой. Вплоть до возвращения Парка в то удручающее состояние в котором он пребывал почти полвека назад.

Что же касается чересчур фривольного поведения варваров то, как волшебник сразу сообразил, чересчур откровенные оскалы, могли быть результатом не визита темного мага, а тем обстоятельством, что Лорд-Протектор давненько их не навещал. Вот они немного и поотвыкли от его внимания.

На центральной площади, собралась делегация встречающих: вождь, шаман и около полусотни бешено скалящих гнилые зубы воинов, очевидно гвардия. Некоторые со следами возгорания в нечесаных патлах, эти улыбались особенно «приветливо». У кого-то даже челюсти сводило от «радости», а он все продолжал улыбаться.

Впрочем, как бы дикари не старались, а перещеголять яростно ощерившегося единорога никто не смог, и их выражения "собственного достоинства" в какой то мере потускнели. Очевидно, вид клыков и рога смертоносного зверя подействовал на племя отрезвляюще.

— Эй, ты. Самый жестокий среди черных. А ну, живо, дуй сюда (вождь подойдите пожалуйста), — выкрикнул д'Аранж.

Кричать пришлось издалека. В воспитательных целях, а заодно и из предосторожности, единороги остановились на изрядном расстоянии от дикарей.

Вождь оглянулся на подчиненных, словно ища поддержки, но, не обнаружил и следа ее. Гвардейцы при виде такого малодушия руководства дружно оскалились, а шаман, пожилой уже и, видать неглупый человек, хоть и дикарь, притворился, что вообще здесь отсутствует. Вождь вздохнул и потрусил на аудиенцию к "владыке зла".

— Чего самому злому надо (слушаю, добрый повелитель Большого Парка)? — каркнул вождь, приблизившись.[32]

Волшебник смерил его уничижающим взглядом, подождал пока вождя не проймет и он не спрячет, наконец, порченые кариесом, резцы.

— Самый злой решил отдать черным их демонов (в интересах развития взаимовыгодного сотрудничества, руководство Парка готово пойти на разумный компромисс), — заявил он. — Самый злой доволен черными злыми сильными и поведет их убивать белых (администрация Парка так же готова оказать посильную помощь в решении некоторых межконцессиальных разногласий).

— Грызи их дикобраз (и это правильно), — машинально добавил вождь и с новой силой, так что даже губы завернулись, видать не в состоянии себя сдерживать оскалился. Но уже не на д'Аранжа, а, мечтательно закатив глаза, собственным грезам.

Насколько маг разбирался в повадках дикарей, это его состояние могло продолжаться довольно долго, однако так как времени у было не ахти, то волшебник немедленно отвлек впадающего в транс варвара, послав ему в переносицу высоковольтную искорку. Вождь вздрогнул и очнулся, вновь став способным к диалогу.

— Убивать сейчас (выступаем немедленно), — велел д'Аранж грозно, всем своим видом показывая что промедления и в самом деле не потерпит. — Собирай убийц (готовьте население).

Вождь радостно завыл от боли, и его поддержал хор гвардейцев.

"Владыка зла постарел, испугался и признал их своими жестокими и взрослыми детьми", — означал этот их клич. — "Мечта исполнилась, смерть всем инородцам. ВСЕМ смерть".

…часом позже, осматривая спешно мобилизованное войско и щедро одаривая «своих» бойцов магией, Лорд-Протектор хмыкнул — несмотря на целый ряд досаднейших поражений ситуация его позабавила.

Действительно происходящее удивительнейшим образом демонстрировало присущий обитаемой вселенной неисчерпаемый запас иронии. Их поединок с темным магом походил на схватку двух боксеров разных весовых категорий; где, одержав легкую победу в первом раунде, «тяжеловес» расслабился, и позволил "младшей группе" нанести несколько быстрых и довольно болезненных выпадов. По очкам д'Аранж безнадежно проигрывал, однако в том то и заключался фокус, что, ни один из ударов «темного» не был решающим. Собственно тот и не мог нанести первостатейному чародею, ничего подобного, разве что при самом неудачном стечении обстоятельств.

В то же время как для д'Аранжа вполне достаточно было провести одну единственную успешную атаку и не остановиться на пол пути как в первый раз… Проиграй он хоть сотню раундов, «нокаутирующий» удар все равно оставался его прерогативой.

Единственное что пока удерживало этот самый удар это то что, теперь и сарганазельский маг это прекрасно понимал, и, непрестанно атакуя, не давал Лорду-Протектору Большого Парка времени на замах. Если окончательно перейти на спортивную терминологию, Слэк-штрих работал на опережение, всячески стараясь не выпустить инициативу боя, и не передать ее в руки более сильного, но споткнувшегося соперника.

Какое то время это ему удавалось, главным образом благодаря хитрому (нет, правда, очень хитрому) ходу с подставным чародеем Слэгом, однако эта эффективность обуславливалась скорее везением нежели чем иными объективными причинами, а оно просто не могло длиться вечно. Д'Аранж оказался слишком могучим соперником что бы позволить себя свалить, и даже подвергаясь бешеной атаке, сумел устоять. Теперь же, когда снова был его черед действовать, в результатах исхода их противостояния сомневаться было просто глупо.

Невозмутимый и утонченный эстет, по достоинству оценил дарование вторгшегося коллеги и готов был признать что тот стоит высшей (для своего уровня разумеется) оценки. Однако вот воздавать ему должное собирался не ранее чем, посадив в, соседнюю с напарником, клетку. Достаточно уже возни, наступала пора завершить этот затянувшийся сверх всякой меры пограничный конфликт.

Время прятаться и убегать, хитрить и изворачиваться прошло — настало время битвы.

И это всем было ясно. Д'Аранж чувствовал через астрал своего врага так, словно тот стоял совсем рядом… чувствовал все его манипуляции с эфирными полями, чувствовал каждое его намерение, едва только тот начинал претворять его в жизнь — волшебник едва ли не читал мысли «темного» мага… К сожалению, тот, в основном, тоже был в курсе всего, что замышлял д'Аранж.

В этом и состоит главная особенность спланированного колдовского поединка: каждый из его участников, осведомлен о том, что в настоящий момент собираются сделать остальные и единственный, пожалуй, способ победить, это переиграть, а, порой, как в карточной игре, и просто переблефовать, врага. Используя, все что имеешь, разгадать следующий его шаг, и, упаси боже, не дать разгадать свой. Недаром в среде чародеев так популярен драконий покер, ведь с помощью этой забавы они имеют возможность приобрести, необходимый как воздух, опыт, но, при этом, и не подвергать себя, сверх меры (драконий покер тоже знаете ли не всегда безопасная игра) риску.

Собственно, несколько часов назад, все это как, своеобразная партия в карты, и задумывалось. Вот только Слэг-штрих должен был в ней играть в полную силу демонстрируя все на что только способен, а д'Аранж, как несравненно более опытный игрок, в значительной мере, лишь изображать бой. Акцентируя внимание на обороне и имитации атак, и только в самом конце, когда молодой волшебник выдохнется, проведя настоящую операцию по его захвату.

…два чародея готовились к решающей схватке. Пристально смотрели один на другого сквозь призму пространства и субпространств, и спешно мобилизовали все свои возможности. Собирали энергию, запасаясь ею для предстоящей дуэлью, стараясь напитать ею каждый гран своей сути. Это было бы похоже на… Представьте себе что на столе лежит тонкий шелковый платок с узором из разнообразных четырехугольников, в свою очередь составляющих собственный узоры, примерно так выглядит сеть силовых меридиан на поверхности земли. И вот к столу подходят двое и, меряя друг друга ненавидящими взглядами одновременно хватаются пятернями за платок, каждый со своего края и начинают безжалостно его комкать, стараясь захапать себе в кулак побольше. Сердце д'Аранжа обливалось кровью при виде того, что они с Слэгом-штрих вытворяли с энергетикой Большого Парка.

Сам Лорд-Протектор, как мог, старался избежать наиболее гибельных ходов, однако его противник ни в чем себя не ограничивал, и вскоре все вокруг него стало выглядеть, словно собранная в путаный клубок рыболовная сеть.

"Лет пять, если не все десять на исправление", — прикинул заранее скорбящий д'Аранж. — "Нет, ну каков подлец".

Маг вообще удивлялся тому, как быстро Слэг-штрих пришел в себя и восстановился в энергетическом плане

"Определенно у парня талант", — подумал чародей.

Однако после того, что этот «самородок» сотворил с его Парком, особого восторга в отношении «вундеркинда», он уже не испытывал. А ведь это было далеко не все. Волшебник вздрагивал от мысли, что это лишь начало и сколько еще предстоит произойти.

Естественно, что два резвящихся на просторах Парка колдуна, да плюс еще три армии, две больших и одна маленькая, наломают сейчас дров… Надо сказать, основное намерение д'Аранжа до сих пор было не просто избавиться от незнакомого колдуна, а изучить его тактику в поле и только немного «поиграв» с ним, взять в плен. Лорд-Протектор уже недоумевал, как это он мог пойти на такой опрометчивый шаг, однако что сделано то сделано, и былого он вернуть не мог. Начни первостепенный маг сейчас перестраивать свои боевые чары на их жесткий, предназначенный для скорейшего, максимально быстрого и экологически чистого, уничтожения врага вариант, как Слэг-штрих немедленно об этом узнает, и, не будь дураком, естественно, сразу же атакует.

Пока волшебник пребывал в трансе, Марисабель, зачисленная им в штат телохранителей, посвятила себя наблюдению за вновь приобретенными «союзниками». Благо, что дикари сновали вокруг во множестве.

Марисабель насчитала около трех сотен, потом сбилась со счета… На глаз выходило уже не меньше тысячи. Девушка почувствовала беспокойство, очутившись среди такой толпы. Или это племена были такими большими или процент мобилизации оказался неожиданно высок. Готовых к сражению дикарей было полно. Впрочем она могла и ошибиться, преувеличить число воинов… на месте они не стояли, постоянно шныряли туда-сюда, словно принюхивались.

Дикари подходили к шаману и принимали у него всевозможные эликсиры и талисманы. Магия была приготовлена д'Аранжем и должна была обеспечить «черным» равные шансы в бою с колдовством сорганазельцев. Потом, под строгим приглядом вождя, воины совершали неподалеку сложные обрядовые действа, продукт уже их собственной культуры. Периодически то один то другой дикарь выкрикивал, что-то вроде речитатива. Несомненно, своеобразный гимн, призванный показать всем вокруг каков он удалец и обязать их продемонстрировать не меньшую храбрость.

Попутно происходили сожжения деревянных тотемов вывалянных в светлой глине и отсыпание получившегося пепла к подножиям тотемов тоже изрядно перепачканным, но уже глиной темной. Гранде и не заметила как пришла к тому же выводу что и д'Аранж ранее. Она даже не догадалась о сходстве своих рассуждений с мыслями колдуна.

"Ирония судьбы, злая шутка истории", — думала Марисабель. — "Темный маг сумел подчинить себе «белых» дикарей, то есть поклоняющихся идолам из светлых статуй, в то время как ей и д'Аранжу, представителям сил, несомненно, светлых, предстояло вести в бой их «естественных» врагов, клан воинов принадлежащих к черному лагерю".

Она обратила внимание д'Аранжа на это забавное несовпадение, и волшебник отреагировал неожиданно: прочел ей небольшую лекцию по устройству вселенной.

— Все в этом мире взаимосвязано, и любые идеи находят отражение в материальном мире. Возьмем совокупность всех идей, которые имеют место быть в пределах Большого Парка. Дикарей в расчет не берем, их примерно поровну и они уравновешивают одни других… Да и их мироощущение слишком отличается от нашего, чтобы мы… вы могли обратить на это внимание. Остаемся мы: я, вы и сорганазельцы. Вы убеждены что это вы представляете силы добра, сорганазельцы полагают обратное. Невооруженным глазом видно, что их большинство и, понятное дело, что, до тех пор пока мы не убедим их в их неправоте, материальный мир будет стремиться выгородить в светлых тонах именно сорганазельцев.

— То есть, даже совершая подлости но, думая, что поступаешь правильно, ты пользуешься благосклонностью всего мира? — начала было Марисабель, однако д'Аранж ее прервал.

— Очень недолго, уверяю вас. Сами злодеи могут быть бесконечно уверены в своей правоте, но долго удерживать в подобной уверенности целый мир — невозможно.

Приглядываясь к одной из сцен, вероятно мистического характера, разыгранных варварами, лейтенант не упустила того факта, что все они довольно ловки при обращении с метательным оружием. На поляну было доставлено чучело, какого-то рожденного их воспаленным воображением белесого чудовища и в это чучело полетели стрелы, дротики, ножи. Процент попаданий оказался довольно высок, а, когда дикари решились применить еще и оружие, предоставленное им д'Аранжем, вообще приблизился к ста из ста возможных. Казалось стрелы сами собой наводятся на мишень, компенсируют ветер, расстояние и прочие негативные факторы, и попадают не куда получиться, а туда куда надо.

При этом существенно повысился еще и поражающий эффект. Теперь примитивные кривые стрелы не оставались торчать в тростниковой кукле а пронзали ее насквозь и спокойно продолжали свой полет. Некоторые стрелы после прохождения сквозь ветхую фигурку несчастного чудовища, воспламенялись и не успев упасть на землю сгорали, озаряя поляну и стоявших на ней людей яркой вспышкой, другие, выскочив из пробитой насквозь мишени начинали судорожно свиваться упругими кольцами и прыгать по земле словно обезумевшие угри.

Что, такая стрела могла сделать с внутренностями, хотя бы легко задетого человека, и представить было страшно. Более того, против них могли оказаться, бессильны обыкновенные доспехи. Огненные заряды их просто бы проплавили, вон жар какой идет, даже здесь чувствуется, а извивающиеся способны были отыскать в любой защите уязвимое место и атаковать туда. Кажется, армия «темного» мага получила в лице армии Лорда-Протектора Большого Парка не то что равнозначного ей самой противника, но противника во всем ее многократно превосходящего.

Естественно, это лишь на первый взгляд, истинное же соотношение сил должно было проясниться не ранее чем в первой схватке, а, в целом, только после окончательного разгрома той или иной противоборствующей группировки.

Кстати, как Марисабель заметила, сам волшебник лат, почему-то до сих пор не одел, и когда он пришел немного в себя после транса, то сочла необходимым поинтересоваться почему.

В качестве ответа д'Аранж щелкнул пальцами и тотчас, его фигура окуталась призрачным, однако чем ближе к телу, тем более плотным и густым, сиянием. Вид у него при этом получался немного потусторонним, кожа при таком освещении приобрела землистый, э-э-э не сказать что совсем трупный, но весьма на него похожий, оттенок, глаза словно провалились внутрь черепа. В легком замешательстве Марисабель обнаружила что и сама она испускает похожее сияние, а подняв руку и осмотрев ладонь могла полюбоваться на неестественно темный цвет собственной кожи.

— Ой, — не удержалась она. — Что это?

— Это?

— … - девушка показала на фиолетовое сияние.

— Ах, это. Ну, это э-э-э-э… как раз, наша защита. Очень хорошая защита, комплексная, упреждающего действия. Пробить ее будет очень и очень непросто даже нашему новому знакомому. — Чародей подмигнул девушке. — Даже я бы остерегся иметь с ней дело в качестве противника.

Марисабель кивнула, про себя надеясь, что призрачная с виду защита действительно так хороша, как ее ей только что подали. На первый взгляд она больше напоминала театральные эффекты. Те самые, когда из под сцены на актеров посылают клубы пара и подсвечивают их через окрашенное медью стекло. Вид получается замогильный, ничем не хуже того, что у нее сейчас. Впрочем, длилось это представление недолго, д'Аранж подал новый сигнал и игра света прекратилась, вернув щекам Марисабель ее обычный здоровый румянец.

— Впечатляет, — кивнула она. — Вот только…

Волшебник вопрошающе изогнул бровь.

— Что нибудь не так?

— Я опять насчет этих… летающих.

— Флазнов? А что насчет них… будут теперь спать до самой до весны. — Пожал маг плечами — Они так каждый год делают.

— И никак нельзя попросить их на сутки задержаться? — спросила девушка.

— В принципе конечно можно… — ответил маг тоном, не допускающим сомнения, что лично он, д'Аранж Утонченный, не находит в этом ни малейшей необходимости. — Однако боюсь что тогда те душевные отношения с колонией которые, я установил, окажутся под большим вопросом.

— Так значит, это все-таки возможно, — обрадовалась лейтенант.

— Скорее нет, чем да, — уклончиво ответил волшебник. — Да это уже и не имеет ни малейшего значения. Просто не хватит времени, это сделать.

— Жаль, — огорчилась Марисабель. — С ними было бы удобнее.

— Не так уж и удобнее, — возразил маг. — Они ведь создания лета, сейчас толку от них будет немного. Им подавай солнце, тепло, свет, ионосферу соответствующую, тогда да… да, и, кроме того боевую магию они переносят скверно. Только начнись драка, они все сразу же и разбегутся.

— И все-таки… — совсем тихо, словно про себя заметила девушка. — Просто посмотреть бы.

Возможность видеть поле боя, как это продемонстрировал волшебник, сперва с уставленным фигурками столом, а потом с подвешенным в воздухе иллюзорным планом Парка, ее, как боевого офицера, просто очаровала.

— Ах вот вы о чем…

Д'Аранж не смог удержаться от мимолетной улыбки.

"Просто как дитя", — подумал он. — "Покажи ей яркую картинку — порадуется, спрячь — огорчиться".

— Думаю, что что-то в этом роде у нас еще будет, — сверившись с графиком подготовки и убедившись что везде где надо успевает, пообещал он, и сразу начинал перестраивать в понравившийся Марисабель формат другое заклинание. — Не совсем то же самое, конечно, но очень на него похожее.

Вскоре он соорудил в воздухе действительно нечто похожее. Собственно это была копия той первой призрачной карты, но с некоторыми особенностями. Она казалась не то что бы сильно хуже, просто немного грубее, менее детализированной, размытой и если ориентироваться на предыдущую, то с явными отклонениями от масштаба — однако главное заключалось в том что эта карта была неполной.

Марисабель отметила ущербность картинки, едва только на нее взглянула. Тогда карта Парка была цельной, сейчас же перед ними были отмечены лишь отдельные сектора — те в которых присутствовали воины «черных», догадалась девушка. Положение дел во всех остальных продолжало оставаться тайной. д'Аранж мог наглядно управлять своими войсками, вовремя оценивать их состояние контролировать маневры и все такое, но, делать это во сто крат эффективнее, как это получается, если знаешь еще и о маневрах противника, он был уже не в состоянии.

Единственное что пока обозначало врага на карте, это огромная, багрово красная клякса, неправильной формы раскидавшая повсюду многочисленные постепенно истончающиеся, по мере отдаления от основного ядра нити. Похожую кляксу только желтую и гораздо более аккуратную и симпатичную, да и не кляксу даже а что-то вроде размазанного облачка в миниатюре, Марисабель обнаружила на исследованном участке. «Наши» и "Не Наши", сразу же догадалась лейтенант. Желтые нити были гораздо длиннее и четче прорисованы, чем розовые и Марисабель сперва этому обрадовалась, — казалось, что здесь д'Аранж оппонента сильно превосходит. Однако, поразмыслив, решила что дело то, скорее всего, не в том, вернее не столько в том, что магия д'Аранжа стократ сильнее, а, в том что свои каналы воздействия чародей ощущал не в пример лучше чем аналогичные структуры противника. Вот он и отметил их с большей уверенностью.

Собственно это был единственный элемент, за который можно было ручаться, все остальное д'Аранж, по сути, дорисовывал силой воображения.

Однако это все-таки было больше чем ничего, и Марисабель успокоилась — по крайней мере, они имеют представление о расположении собственного войска. Что уже само по себе не мало. Кроме того, на основе даже такой карты, можно было с относительной точностью определять и вражеские маневры, тем более что, если она правильно поняла, все это необходимо лишь до поры до времени, в качестве прикрытия. Основной бой догадалась Марисабель, и д'Аранж и ненавистный колдун, двойник Слэга, собрались вести в совершенно ином стиле. С помощью, неподвластных простым смертным вроде нее, магических сущностей.

Или это только д'Аранж так думал?



Глава 2. | Гамбит старого генерала | * * *