home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Воскресенье вечер, ночь, утро и день понедельника

Оделся я в обычную одежду с Земли и кроссовки, а из оружия взял пистолет, нож и жезл, а заодно рамку порталов и кубик межмировых переходов. То, что банду Седого надо уничтожить, было совершенно ясно. Мало того, что они были опасным союзником бейлифов, который при определённых обстоятельствах могли стать серьёзной силой. К тому же их действия не укладывались в принятые стандарты на Тао-Эрис, из-за чего к ним могли потянуться люди. Ведь подобные деятели легко могли выдать самую грубую ложь и обман, а здесь слову привыкли верить и на какое-то время это могло сработать и здорово усложнить мне жизнь. И наконец, мне просто понравился Аранейнон, компактный замок в лесу, чрезвычайно удобный для мага. Конечно, и остальные замки оставались под моей защитой, но этот мог стать моим домом. А вот зачем мне огнестрельное оружие уже стало не понятно. Я ведь стал довольно приличным по силе магом, хотя конечно до серьёзных магов, например Саан`авиуса, мне было очень далеко. Но всякая мелочёвка, включая младших помощников, для меня теперь была лёгкой добычей. И огнестрельное оружие я мог легко вывести из строя. Достаточно было замедлить скорость и снизить температуру горения пороха, а также увеличить трение и любая винтовка будет стрелять на 10-15 метров, не нанося повреждений. Причём применить соответствующее заклинание я мог как для одиночного ствола, так и для тысячи стволов в радиусе нескольких километров. Но всё это мог сделать любой средненький маг. Поэтому на автоматы, пулемёты и тому подобное рассчитывать можно было с большими оговорками.

Думая всё это, я нашёл рамкой начало прохода и подготовил быстрый портал. У входа в проход никого не было – местные не желали там находиться, а землян Седому не хватало. От поставленных мною меток шёл слабый сигнал из прохода – Брюнет и Пегий уже были там. Ещё раз на всякий случай просканировав окрестность и убедившись, что вокруг никого нет, я спустился в проход. Это был обычный естественный вход из внешнего мира во внутренние слои. Только оба известных мне входа погружались единой долиной или эстуарием, а этот был похож на дельту реки. И как в других проходах, здесь хватало всяких тварей, пришедших из нижних слоёв. Только эти твари были все мелкими, хотя и опасными для немага. Почти от входа он разветвлялся на пять русел, которые контролировали четыре твари. Пятое, крайнее справа от меня русло не контролировал никто и оно, сильно изгибаясь, тянулось по краю прохода. Пришлось двух тварей согнать с их мест, чтобы одна перекрыла проход по пустому руслу, а другая заняла освободившееся места. Пройдя по среднему руслу вглубь, я перегнал ещё одну тварь ближе к входу, чем перекрыл проход с этой стороны. Гонять тварей было несложно – они чуяли во мне мага и кидались от меня прималейшем магическом действии. Потом я двинулся по крайнему левому руслу, которое было самым коротким, и менее чем через час оказался на Земле. Уже подходя к выходу из прохода, я сообразил, что могу напороться на засаду и набосил на себя покрывало невидимости. Выглянув из прохода, отсканировал местность. Рядом со мной никого не было, но в двухстах метрах была развёрнута большая армейская палатка и рядом у костерка сидело несколько человек.

– «Неискоренимая привычка любых homo, остановился – разводи костёр. Нужен он или не нужен, совершенно не важно.» – Я не торопясь подошёл поближе, моё покрывало невидимости включало неслышимость и отсутствие запахов, поэтому меня не должны были заметить. «А заметят – тем хуже для них».

У костра сидело четыре человека в военной форме: генерал, два майора и прапорщик. Причём форма на них была не российской армии и говор у них был не вполне русский.

– «Видимо это одна из бывших советских республик,» – сообразил я, прислушиваясь к разговору. Говорил генерал, обращаясь к одному из майоров и прапорщику:

– «Когда появятся наши друзья,» – он кивнул по направлению к проходу, «на всякий случай подержите их до следующего утра, а потом подгоните КрАЗ с оружием и боеприпасами и поставьте рядом охрану. А если они опять хотят таскать всё на себе, то это их личное дело. А где моя колонна? Мне надо в срок прибыть в место назначения».

Хотя вслух место назначения и срок он и не назвал, я легко его считал – порт на южном море на расстоянии от нас в полторы тысячи километров и ему надо там быть через 36 часов. А мои жмурики – Пегий с Брюнетом, появятся здесь часов через пять. Успею разобраться и с колонной и со складом и с бандитами. Наличие магической энергии – а камни и моё тело были наполнены, вселяло уверенность в своих силах. Приходилось даже себя контролировать, чтобы уверенность не переросла в самоуверенность.

– «А расплата в моих делах одна – секир башка, поэтому будь внимателен и постарайся обойтись без авося,» – самоуказания довольно полезны в подобных случаях, когда главное – не зарваться.

– «Сейчас будет, уже должны были загрузить,» – отрапортовал майор. И действительно на полянку выехала колонна. Впереди было два микроавтобуса Форд-Транзит, далее десять крытых КрАЗов, набитых стрелковым оружием и боеприпасами, далее два КрАЗа-цистерны с дизельным топливом, а замыкала всё это богаство БМП с безоткатной пушкой. Генерал пошёл вдоль машин, заглядывая сзади в кузова. А я, не сходя с места, с удовольствием осмотрел свою в недалёком будущем колонну. Особое моё удовольствие вызвали Утёсы, КПВ и 120-миллиметровые миномёты, а также четыре машины с боеприпасами к ним. Генерал сел в передовой Форд, куда забрался и я но немного позади. По команде генерала колонна тронулась и через небольшое время миновав КПП, покатило по пустынному шоссе.

– «Пора,» – решил я, взял под ментальный контроль генерала, водителя и автоматчика и развернул портальный переход на Тао-Эрис. Колонна послушно следом за Фордом генерала проехала по западной дороге к Бирейнону и перед последним поворотом к замку встала. Оставив водителя под контролем и усыпив генерала и автоматчика, забрав у него автомат – я не спеша вылез из машины и пошёл вдоль колонны. Брать под ментальный контроль водителей и отправлять в микроавтобус былонастолько легко, что даже неинтересно. Только около БМП беря под контроль лейтенанта, я почувствовал некоторое сопротиление. Водитель и стрелок уже были под моим контролем, как и шестёрка стоящих рядом с лейтенантом бойцов. Дмитрию сигнал я послал пока ещё ехал в Форде, поэтому решил, что могу и поговорить. Поэтому я снял с лейтенанта ментальныйконтроль, а с себя невидимость.

– «Где я?» – восхищённо спросил он, озираясь вокруг и принухиваясь к чистейшему воздуху.

– «В сказке,» – ответил ему я, «правда в довольно страшной сказке».

– «А ты кто?» – парень совершенно не испугался происходящего и кажется даже был в восторге.

– «Маг Лекес и коннетабль замка, что находится за поворотом».

– «Замок. Настоящий замок, я сбегаю посмотрю? – он умоляюще посмотрел на меня. Поймав утвердительный кивок, выбежал за поворот и разинул рот:

– «Мамочка моя, и вправду замок.»

От замка к нему спешили Дмитрий и Вадим на лошадях с шестёркой сопровождения. При виде лейтенанта они сбавили ход, но увидев за ним меня, успокоились. А замок, подсвеченный сбоку луной был прекрасен. И на его фоне восьмёрка рыцарей на конях, в шлемах и кольчугах, с мечами на боку. Только у скачущих впереди Дмитрия и Вадима на правом плече ещё и по автомату. Лейтенант повернулся ко мне:

– «А Вы и взаправду маг?»

Я рассмеялся и выдал из руки двухметровый столб пламени, а после подхватил лейтенанта магическим захватом и поднял на десяток метров, а затем мягко опустил рядом с собой. В этот момент к нам подскакали рыцари, Дмитрий с Вадимом спрыгнули с лошадей и в один голос спросили:

– «Лекес, что случилось?»

– «Пойдём,» – сделав несколько шагов мы вышли к колонне, «вот десять КрАЗов с оружием, два с топливом и один БМП, принимай и гони в замок». Дмитрий только покачал головой:

– «Лекес, а по мелочам ты можешь, или только по крупному?»

– «Могу и по мелочам, например Юрек со всего тремя автоматами».

– «И замком графа впридачу,» – Дмитрия разбил смех, «и где ты захватил эту колонну?»

– «Гнали к морю на корабль, а дальше думаю в Грузию. Только я решил, что мне они полезнее будут». Дмитрий продолжал ржать:

– «А этот летёха, что здесь делает?»

– «Да всё думает – попроситься ко мне на службу, или вернуться к генералу под трибунал. Тому же понадобится козёл отпущения».

– «Не хочу быть козлом, он меня со свету сживёт. А можно остаться здесь у Вас» – глаза парня пылали яростной надеждой. При сей своей детскости, он прекрасно понимал, что поймал удачу за хвост и не хотел отпускать. Ему решил помочь Дмитрий:

– «Как тебя зовут парень?»

– «Кочубей Иван».

– «Из тех самых, что у Пушкина?»

– «Наверное».

– «Тогда становись перед Лекесом на левое колено,» – Дмитрий отстегнул свой меч и дал мне, «и говори вассальную присягу». Дмитрий начал суфлировать, а Иван повторять:

– «Я сеньор Кочубей прошу сеньора Лекеса принять меня и мою дружину в свои вассалы. Обязуюсь служить верно и грозно и не посрамить имени моего сеньора Лекеса».

– «Я сеньор Лекес принимаю в вассалы сеньора Кочубея и обязуюсь оказывать ему покровительство и защиту» – меч в моей руке на плече Ивана подтверждал моё заявление.

Потом мы пошли вдоль команды генерала и Иван указывал мне водителей, ая снимал с них ментальный контроль. Таких набралось четверо, а остальных я отправил в Форд к генералу. Потом я снял поочерёдно контроль с водителя, стрелка и бойцов БМП и они принесли вассальную клятву Ивану и залезли в машину. Двух водителей я посадил за руль в цистернах, а ещё двух, Вадима и Ивана за руль Кразов с оружием. Дмитрий сел за руль второго фордика и они поехали в замок. Рыцари остались охранять оставшиеся шесть КрАЗов, а я залез в форд к генералу, набитый до предела и сел на место водителя. Все в Форде были погружены в сон, так как долго держать ментальный контроль над большим числом людей можно, но утомительно. Спящего удерживать во сне намного проще. Где-то на тысячу километров западнее места ухода, я вернулся с Фордом на Землю, проехал свыше ста километров на юг, где нашёл удобное место, чтобы припарковать машину и вернуться к проходу. Я уже говорил, что мне оружие теперь было уже не настолько и нужно, и в другой ситуации лучше было бы поступить разумно – наплевать на этот склад. Но меня это наглое ворьё с генеральскими лампасами здорово разозлило и желание их наказать превысило разумные доводы о нехватке времени. Рамка порталов прекрасно работала и на Земле, только жрала много энергии. Но в объединившимся камне у меня на груди энергии хватило бы и на сотню перемещений. А при необходимости я всегда мог спуститься в проход и подзарядиться.

Вернувшись к проходу я спустился в него и по меткам увидел, что им ползти ещё часа три. Ещё раз осмотрел проход и понял, как меня забросило в Тао-Эрис. Для уточнения достал жезл и нашёл заклинание, которое бросил в тот самый первый день маг. Он, опасаясь Дмитрия с пистолетом, решил обрушить на того склон. Но в магии земли этот маг разбирался как свинья в апельсинах и строил заклинание через жезл. А жезлу всё равно – что закажешь, то он и сделает. А две точки: на Земле и на Тао-Эрис были неявным проходом, который изредка возникает при подходящих обстоятельствах. С Земли в этот проход ломился я со всей дури, то есть безграмотно, но мощно. И с Тао-Эрис мне навстречу жезл открыл проход заклинанием. И меня в него затянуло. Проход был очень коротким и сработал как портал. А ученичёк мага подумал, что вызвал тварь из нижних планов, и ударил в меня, но промахнулся. Посланный им воздушный взрыв-шар рванул у меня за спиной. Как говорится – поспешишь, людей насмешишь. Таким образом тот проход, где я находился, был четвёртым из известных мне и вторым на Землю.

Поднявшись из прохода наверх, я заглянул в палатку. Просторная армейская палатка, в которую можно впихнуть человек десять, у боковых стен лежат два зимних спальных мешка, а в середине стоит складывающийся стол с лавками и более ничего. Поэтому можно было спокойно осмотреть через рамку окресности и найти в пятидесяти километрах к северу городок воинской части, на окраине которого располагалось два десятка зданий складов. Выбрав здания и ангары, в которых хранились крупнокалиберные пулемёты, полковые миномёты, безоткатные орудия и боеприпасы к ним, – я занялся наглым грабежом. Межмировой портал был открыт из первого склада на третий этаж дома, где жили Дмитрий и старый барон. И туда начали левитировать ящики с крупнокалиберными пулемётами, станками и принадлежностями для них. Отправились туда же различные инструкции и книги, и даже ветошь для протирки. Мне понадобилось менее двадцати минут, чтобы это здание стало девственно пусто. Потом я переместился в соседний ангар, в котором хранились ящики с боеприпасами и расправился с ним также, только быстрее. Через три часа двенадцать зданий были полностью пусты и я вернулся к проходу. Теперь на всех трёх этажах широкие коридоры превратились в узкие проходы, а ящики заполнили пространство доверху. Спустившись в него и убедившись, что ребятам ползти ещё час, я вернулся на склад, посчитав, что успею ограбить ещё четыре домика. Тем, что меня интересовало, включая снайперские винтовки, я уже разжился и теперь складировал в подвал угловой башни обычные АКМ и РПК. В последнем из четырёх домиков хранились всякие оптические приборы, включая морские бинокли, и радиостанции. Там же стояло штук шестьдесят полевых кухонь, которые я тоже реквизировал. Осталось четыре ангара, в которых стояла боевая техника, в основном БТР-70П и БМП-2. В главном здании, где находилась администрация складов, раскручивалась грандиозная пьянка. Немного магии и большинство гуляющих, включая уже знакомые мне морды майора и прапорщика, оказались под столом, а остальные скоро там будут.

В последнем ангаре стояли разные внедорожники, которые были отлевитированы на площадку перед моей башней. Один из них – Nissan Frontier, я завёл и переправил к выходу из прохода, предварительно наполнив пистолет-пулемётами Узи и ящиками с патронами к нему. Дослал патрон в ствол Узи, накинул невидимость и стал ждать Пегого и Брюнета. Я мог бы легко уничтожить их прямо в проходе и это было бы самым разумным. Там их можно было убивать магией, а здесь нужно было применять обычное оружие, чтобы не засветиться – умников в компетентных органах хватает. Но меня очень интересовало – чем они расплачиваются за оружие и где это берут. А в проходе беседовать сложно. Поэтому я их ждал около палатки, рассчитывая побеседовать. Мне удалось очень вовремя перебраться к проходу. Через несколько минут из него выбралась эта сладкая парочка, тяжело дыша и грязно ругаясь. К тому же у них были следы укусов на левых плечах, явно какая-то тварь почти добралась до крайнего прохода. Они подошли к палатке, заглянули в неё, вытащили спальник и уселись на него. В руках у Пегого был довольно тяжёлый мешок из многослойной ткани вроде брезента.

– «В последний раз хожу по этому грёбанному проходу,» – заявил Брюнет, потирая укушенное плечо.

– «Ты это Седому скажи,» – тяжело дыша, отозвался Пегий, «интересно, куда это наши компаньоны подевались».

– «Здесь я, здесь,» – ворчливо отозвался я, сбрасывая покрывало невидимости, «оружие и боеприпасы в машине».

Они встали, брюнет подошёл к нисану и заглянул в кузов, а Пегий поставил передо мной мешок, развязал горловину и вытащил довольно тяжёлый металлический брусок. Брюнет, тем временем взял в кузове пистолет-пулемёт и пытался вставить в него рожок. На оружие и рожки мною было заранее наложено заклинание Невставляемости. Видя, что не вставляется, он залез в машину и вытащил оттуда монтировку. Пегий, тем временем перехватил поудобнее брусок, намереваясь разможжить им мне голову и сказал, ткнув ногой в мешок:

– «Здесь десять шестикилограммовых слитков платины, как мы и договаривались, проверь».

Брюнет, тем временем, подбирался ко мне справа-сзади, приготовив монтировку. Ребята явно собирались прикончить меня, потом забрать платину и машину с оружием и смыться. Назад, к Седому возвращаться они не собирались. Меня подобный расклад совершенно не устраивал – как это ни странно, но меня вполне удовлетворяла моя жизнь и терять её казалось неразумным. Поэтому пришлось сделать два шага назад и чуть повернуться, чтобы оба оказались в углу обстрела, и рявкнуть:

– «Стоять, гады. Бросить, что держите, и встать рядом».

Выпавшие из их рук брусок и монтировка упали им на ноги. Конечно, с моей помощью.

– «Молчать падлы. Сняли штаны, куртки и ботинки, потом подошли друг к другу».

– «Холодно же», – возопил Пегий. Я всадил вплотную к его ногам короткую очередь: – «Заткнись».

Мужики разделись и подошли друг к другу. Брюнет в правой руке прятал финку. Я наложил им на руки и на ноги заклинание неподвижности и спросил:

– «Скажите, за что вы убили моего дядю – Аранейна?»

– «Так ты оттуда?» – испуганно спросил Пегий, безуспешно пытаясь дёрнуть ногой и рукой.

– «Спрашиваю я,» – мой шёпот почему-то обычно пугает больше, чем крик.

– «Это не мы, а Терейон,» – сказал Брюнет. Поняв, что я с Тао-Эрис, он уже не ждал ничего хорошего. До Пегого всё доходило дольше.

– «Терейон убит и у него не спросишь. Но вы грабите мой замок – Аранейнон. Слитки ведь из его кладовых?»

– «Да,» – хмуро признались они, «но мы думали, что он ничей».

– «Ничейный замок, неужели такое бывает,» – мой сарказм их добил.

– «Возьми нас к себе на службу, маг. Мы сдадим Седого и вообще отслужим».

– «Посмотрите друг на друга. Может быть одного из вас я и возьму».

Они повернулись мордами друг к другу и получили по пуле в висок. Дальше их тела были отлевитированы в болото. В карманах курток и брюк нашлось немного денег Тао-Эрис. Мешок, монтировка и финка заняли место в кабине, а их одежда и обувь – в болоте. Осталось забросить спальники и столик в кузов, потом собрать и положить туда же палатку, и вернуться в Бирейнон.

Вернувшись, я немедленно вызвал Дмитрия и сформулировал набор первоочередных задач:

Первое. Подготовить через два часа взвод хотя бы из двух отделений, с которым я перемещусь к Нали-Эрету. Люди должны были быть вооружены, хорошо одеты и снабжены сухими пайками. Им предстояла днёвка в лесу, начиная с ночи и заканчивая поздним вечером. А, возможно, и ночёвка. Пока нельзя было сказать – когда будет захвачен Нали-Эрет, вечером, ночью или завтра утром. Не исключалось и отступление, хотя это было и крайне нежелательно.

Второе. Необходимо было подготовить два взвода, хотя бы по два отделения в каждом, и захватить Аранейнон. Седой остался один, а работать с местными он не умеет. Пока он не освоился или пока кто-то шустрый не захватил этот замок – это надо было сделать мне.

Третье. Надо было срочно сформировать две крепостные роты – для защиты Аранейнона и для замка Лиири, держать там мобильные силы было преступлением.

И четвёртое. Надо было достаточно быстро учесть и складировать награбленное мною оружие и составить план развёртывания войск исходя из имеющихся ресурсов.

Дмитрий сказал, что поднимет сейчас первый взвод, предварительно он подготовлен, а вместо завтрашней тренировки будет операция под Нали-Эретом и его захват. Со взводом пойдёт Вадим, а он с Куини займутся вторым взводом. Юреку и Микилеесу он поручил формировать крепостные роты и когда мы с Вадимом уйдём, он проверит их работу. А учёт он поручит Кочубею и его орлам. После этого Дмитрий ушёл.

Я же хотел хотя бы пару часов подремать, чтобы не сидеть всё время на тонизирующих, и поднялся к себе. Там меня уже ждал Тиум. Обсудив с ним произошедшее и ближайшие планы, я согласился, что при первой возможности мне надо обстоятельно заняться магией. Братство Кей-бин-Хейя – это конечно серьёзно, но не слишком. А если бейлифы со страху наймут полного боевого мага, то это будет для меня почти гарантированный финиш. А если мне удастся позаниматься, то может быть и удастся оказать какое-нибудь сопртивление. А под конец Тиум сказал, что мне придётся выбрать или Землю или Тао-Эрис. А болтаться – три дня там, четыре здесь, больше нельзя. Он ушёл, а я решил устроить себе короткий отдых – разделся, поставил будильник разбудить через час, лёг и уснул.

Проснулся я, как обычно, за полминуты до звонка будильника. Недосып сказывался, но сегодня придётся с этим смириться. Две ночи и три дня я худо-бедно был в состоянии не спать, причём безо всякой магии – так что одну ночь и второй день должен был выдержать. Рамка порталов была настроена на Нали-Эрет, а осмотр окрестностей позволил быстро найти в лесу домик, в котором атаман ночных мстителей как раз закончил разговор с Кривозубым. Они без особого тепла, но по дружески распрощались на крыльце и последний с тремя соратниками поехал в лес. Из леса в дом поскакали двое, видимо соратники атамана, выполнявшие в течение переговоров роль заложников. А Кривозубый углублялся в лес и мне пришлось положить рамку на вертикальную подставку, чтобы смотреть и одеваться. Для очередной операции была выбрана местная одежда и обувь, включая хламиду. Основным оружием были жезл и камень на груди, дополнительным – нож, подвеска с метательными клинками, пистолет и подсумок с гранатами. Одевшись и снарядившись, я перешёл в башню мага, а оттуда в комнату мага в доме Маэрим. Отсюда оставалось несколько шагов до площадки, где меня должен был ждать первый конный взвод во главе с Вадимом. Там взвод меня и ждал, укомплектованный по штату с коноводами и тачанкой, вооружённой пулемётом Утёс. Телепортировавшись на полянку в двух километрах от домика атамана, я оставил там взвод с его штатным командиром. А сам с Вадимом, четвёркой бойцов и тачанкой поехал к домику. Это был первый налёт из запланированной серии. Ехали специально не спеша и с заметным шумом, чтобы нас заметили заранее и не пугались. Так и получилось. Атаман встретил нас на крыльце, а вокруг толпилось с полсотни его бойцов. Оставив тачанку с четвёркой немного в стороне от домика, мы с Вадимом подъехали к крыльцу.

– «Как я понимаю – маг Лекес,» – приветствовал меня атаман, «у кого ещё хватит наглости заявиться ко мне сам-десят. А ещё с шумом, странно что оркестр с собой не прихватил».

– «Да, я Лекес. Оркестр прихвачу в следующий раз, а с кем имею удовольствие беседовать?»

Атамана звали Мири-Тоон и по его приглашению мы прошли в горницу. В середине комнаты был стол, за которым сидело трое, вставшие при нашем появлении. Атаман указал на свободные стулья на пустой стороне стола и сел рядом со своими офицерами. Мы седи напротив и он поинтересовался, какую помощь рассчитывает получить «Великий и Могучий маг Лекес» от скромных ночных мстителей. Пришлось сразу поставить его на место и объяснить, что в их помощи мы не нуждаемся и просим не путаться под ногами, когда будем разбираться с младшими помощниками бейлифа. Это сразу настроило их на деловой лад и мы быстро определились, что сначала мы вместе разбираемся с Кривозубым и его бандой, причём желательно при этом захватить советника. Потом ночные мстители блокируют ворота городка, чтобы слуги младших помощников не удрали. Бани-Тиериса я попробую прихлопнуть на дороге, но могу и впустить в город и там оприходовать сразу их обоих – как мне будет удобнее. Мири-Тоон предложил немедленно выступить, так как советник мог уже ехать в деревню, где расположилась банда Кривозубого. А он был неплохим магом и желательно захватить его до въезда в деревню. В общей схватке советника легко могли убить как мы, так и свои, а на дороге в поединке один на один были хорошие шансы взять его живьём. Как я понял, атаман и его офицеры очень хотели посмотреть лично меня в деле, чтобы убедиться, в моей силе. Страх перед бейлифом и его слугами можно было снять толбко демонстрацией своей силы. Поэтому, мы быстро выехали, соединились с моим взводом и быстрой рысью двинулись к ставке Кривозубого. То есть есть рысью поскакал мой взвод и конница ночных мстителей. А большая их часть ехала на телегах и шла пешком, хотя и в хорошем темпе.

По пути мы договорились, что я с одним отделением выезжаю на дорогу к Нали-Эрет и еду навстречу советнику вместе с атаманом. Два других отделения блокируют две относительно крупные дороги, проходящие через деревню. Остальные дорожки и тропинки блокируют мстители. Ещё они выделяют три двойки проводников для каждого отделения. Определившись и распределившись, я ускорил движение своего отделения, влив дополнительной силы лошадям. Немного тормозила меня тачанка – битюги, тащившие её соглашались идти только шагом, хотя и быстрым. Оставив с нею Вадима, четвёрку воинов и проводников, я поставил перед ними задачу запереть дорогу из деревни в городок. А сам с атаманом и оставшейся частью отделения поспешили галопом вперёд. Мы выскочили на дорогу в километре от деревни и сканирование показало, что советник через три минуты встретится с нами. Одну четвёрку я послал в лес справа, а шестёрку с командиром отделения мимо неё вдоль дороги. Когда советник со своими людьми проедет, эта шестёрка должна была выехать на дорогу и не позволить никому удрать. Лес, слева от дороги, густо зарос кустарником, удрать через который было непросто. Я рассчитывал, что достаточно быстро разберусь с советником и успею обнаружить и обездвижить беглецов. Вдвоём с атаманом мы остановились на маленькой полянке на краю дороги, скрытые от приближающегося к нам отряда советника крутым поворотом. Как принято в Тао-Эрис, советник ехал впереди своего отряда и без головного дозора. Впрочем в лесу грамотному магу несложно обмануть дозор.

Как только советник миновал поворот, я выскочил на дорогу и оказался перед ним в пяти метрах. Он был совершенно не готов к магической схватке и «Ментальный удар», «Путы» и «Сон» кинули его под ноги его лошади. Рывок вперёд и тот же набор укладывают на дорогу первую четвёрку отряда. Моя четвёрка рвётся из леса на дорогу, а чтобы сдуру никто не вздумал сопротивляться в сотне метрах вверху повисает жуткая рожа. Я спешу дальше по дороге – следующие шестеро из отряда советника смирно сидят, положив ладони на затылки, а мои воины связывают их. А вот дальше происходит что-то непонятное – будто моя шестёрка, которая должна была запереть дорогу, вступила с кем-то в бой. Во всяком случае слышны автоматные очереди. Приходится поспешить им на помощь, поставив на всякий случай мощный щит. И не зря – в меня летит файербол, который я машинально отбиваю разовым щитом. В лесу слева от дороги засело четверо – все с защитными амулетами, а один с амулетом, мечущим файерболы. Это мы уже проходили – несложное заклинание и амулеты начинают сильно жечь руки и тело, а потому летят на землю. Небольшой магический удар и все четверо выходят на дорогу, подняв руки. Я интересуюсь у их командира, который дует на обожженную амулетом– метателем руку – и что они здесь потеряли. Выясняется, что Катэн-Хоин послал их проследить на всякий случай за советником, а если он столкнётся со мной, то убить и не дать ничего рассказать. Моя шестёрка, выскочив сзади них, вынудила выпустить пару файерболов, но расстояние оказалось велико и в цель они не попали. Ответный огонь из двух автоматов и пулемёта не позволил сблизиться и заставил засесть в кустах. А моя атака поставила в этой схватке точку. Заживив ему руку – ожог оказался сильным и сдав его в плен выдвинувшейся шестёрке, я поскакал к деревне вместе с присоединившимся Мири-Тооном. По пути перевёл пленных в дремотное состояние – чтобы могли сами идти, но ничего не соображали. Только советника оставил спящим и его навьючили на лошадь и повезли следом за мной.

Подскакав к тачанке, я повёл свой маленьнький отряд к деревне. В трёхстах метрах от неё дорога проходило под холмом, с которого она должна была неплохо просматриваться. Тут нас догнал командир отделения со второй четвёркой стрелков. Третья четвёрка с проводниками сопровождала пленных. Поднявшись на холм и переведя дыхание – подъём оказался довольно крутым, я осмотрел деревню. Похоже бандиты заметили, что их обложили и засуетились. Увидев в центре деревни десяток человек с атаманом чисто автоматически метнул в них цепную молнию и достал – они находились на пределе моей дальности. Потом последовало ещё несколько цепных, часть из которых не достали до цели и рассыпались. Но сам факт магической атаки произвёл на бандитов должное впечатление и они начали сдаваться. Мои воины и подходящие мстители организовали им должную встречу. Бандитов разоружали, раздевали и разували, а затем загоняли в подвалы. Надо отметить, что взамен кожаных зипунов на меху им давали телогрейки, чтобы не замёрзли. И загоняли не то, чтобы в подвалы, а в пристройки к дому вроде землянок, в которых было относительно тепло.

Меня провели в одну из изб, куда доставили советника. В ней было основательно натоплено, так что пришлось снять хламиду. А советника раздели до гола и мне пришлось снимать с него амулеты и вырезать накры. Покончив с этим неприятным занятием, я велел привязать его к тяжёлому креслу и вывел из состояния сна. Короткий, но интенсивный допрос, и советник рассказал и про ловушку с Кривозубым, и про Деянира и даже про киллеров. Не поленился он добавить:

– «Ты Лекес всё равно труп, а без тебя всё это движение подавят. Не в первый раз».

Потом ввели Кривозубого, который слышал признания советника и не стал запираться. Выяснив всё, что хотели, вывели эту пару во двор, где без затей смахнули им головы. После чего атаман отвёл меня обратно в избу и стал интересоваться, нельзя ли спасти семью Деянира. Оказывается последний был двоюрным братом Мири-Тоона. Мы договорились, что я сделаю всё, что смогу и, если получится, то доставлю семью Деянира к нему в лес. Потом надев хламиду и превратившись в брата Ожидающего двинулся в Нали-Эрет. Двигался я не по дороге, а левее и её и кустов длинным шагом. На такой скорости можно было даже идти по кустам, их тоненькие веточки не успели бы согнуться. Длинный шаг позволял сканировать первый слой, а местами и второй. Кустарник я старался всё-таки обходить, поэтому временами заметно удалялся от дороги.

При одном из таких удалений я внезапно наткнулся на маленький каменный домик. Чем-то он напоминал часовню, но использовался явно как жильё. В настоящий момент в нём никого не было, но время от времени в нём бывали. Это чувствовалось в частности по наложенным заклинаниям от пыли, протечек, разрушения и крепости стёкол. Причём в последний раз эти заклинания обновлялись месяца два назад, то есть недавно. Дверь в домик была заперта магически, поэтому любой маг без труда мог её открыть. Войдя в него, я оказался в большой комнате с узкими окнами-бойницами. Пролезть в такое окно было нереально, но оно было дополнительно перекрыто двумя толстыми стальными прутьями и особо прочным стеклом. В этой комнате была печь, стол с несколькими короткими лавками и вдоль стен стояло три длинных и широких лавки для спанья. Две лестницы вели вверх на чердак и вниз в подвал. На чердаке ничего интересного не было, хотя летом там можно было спать. Тем более, что почти весь он был завален хорошо просушенным сеном этого года. В подвале хранилось несколько копчёных окороков и рыбин, а главное – был ход во внутренние слои. Погрузившись туда, я сразу попал в царство сущностей с нижних планов. Пришлось приготовить заклинания и нож – некоторые из тварей, оставивших следы, были опасны и для меня. Один из ходов в третьем слое вёл явно в Нали-Эрет и было естественно двинуться по нему. По пути ничего серьёзного мне не встретилось, за исключением одного барай-девгера, который всем демонстрировал свою силу. Это был более матёрый зверь, нежели Дружок, но мои теоретические знания и практические навыки позволили с ним справиться. Наша схватка имела целью выяснить – кто сильнее?, поэтому об убиении речи не шло. Если бы сильнее оказался он, то позволил бы мне вернуться обратно. А раз сильнее оказался я – то получил право идти дальше. На всякий случай мне захотелось заставить его идти с собой – барай-девгер может неплохо охранять ход от всяких опасных тварей. А если при моём возвращении его на месте не окажется, то тревога – он убит или изгнан кем-то более сильным. Больше ничего серьёзного мне не встретилось, вплоть до подвала башни мага, перед которым барай-девгер и остался.

В Нали-Эрет не было полноценной башни мага, но эта постройка имела её основные атрибуты: комнату мага, комнату для медитаций, а главное – подпитывающий источник. Младший помощник бейлифа разрушил два верхних этажа, включая комнату мага, поэтому переместиться сюда из своей башни я не мог, но остальными её функциями пользоваться было можно. В подвале было несколько комнат, в одной из которых была заперта семья Деянира, но пока у меня были более важные задачи. Выбрав одну из комнат, в которой даже имелось полуразвалившиеся подобие топчана, я осторожно улёгся на него и принялся через башню осматриваться. Киллеры, как и предполагалось, разместились на последнем уцелевшем этаже башни. В комнате, из одного окна которой были видны городские ворота, а из другого дверь в дом, где разместился Катэн-Хоин. Там находилось два лучника и охраняющие их пять мечников. Трое последних были в комнате, а двое сторожили дверь снаружи. Их капитан с мечником и лучником, сидел в отдельном кабинете таверны постоялого двора. Стол был заставлен блюдами и кувшинами – не деликатесами, но довольно вкусными кушаньями и напитками. Но сидящие в кабинете не обжирались, а ждали сигнала, изредка поклёвывая или выпивая глоток вина. В общем зале сидел Деянир, держа в левой руке ножны, а в правой рукоятку кинжала. План действий противника был очевиден. Если я вхожу в город или выхожу из двери, убив младшего помощника, то меня атакуют лучники. Если мне удалось избежать их стрел, то я ворвусь в башню, где меня встретят мечники, а возможно и у лучников сохранится разящая стрела. Если каким-то чудом я сумею с ними справится, то у выхода из башни меня встретит Деянир с отравленным гномьим кинжалом. И даже если я убью его, то буду наверняка ранен, и окажусь лёгкой добычей для капитана киллеров и его команды. Задумка получалась неплохая, но хотелось ещё раз всё проверить. И действительно, на первом этаже башни в одной из комнат спрятался арбалетчик с интересными стрелами.

В комнату к арбалетчику вёл потайной ход, ясно видный при магическом осмотре башни. Воин даже не успел удивиться, когда мой нож вонзился ему в горло и выбросил магический поток, разрушивший всё в голове. Поток был выброшен через нож, который уже был в теле, поэтому всплеска магии никто не мог заметить. Слабый фон погасила башня. Арбалет был заряжен двумя болтами с магическими наконечниками и гномьей стали. Они легко пробили бы мою защиту. Не имелось ни малейшего представления, как от них можно защититься. В его колчане было ещё три подобных болта и десяток обычных.

Вышеописанный порядок действий меня совершенно не вдохновлял, поэтому следующим шагом должен был стать визит к капитану киллеров. Для этого мне пришлось вернуться, спуститься в первый слой и перейти в подвал таверны. Оттуда мимо кухни, по служебным лестницам пробраться к кабинету. Слуги, как всегда посчитали – если человек уверенно идёт служебным коридором, значит так и надо. Зайдя в соседний кабинет, я магическим ударом сломал стену и всадил два болта в лучника и капитана. Лучник упал мёртвым, а капитан попытался встать. Мечник с обнжённым клинком бросился ко мне и получил пулю в лоб. Следующая пуля убила капитана. Я опасался применять убойные заклинания, вполне возможно за ними велось наблюдение. А «Выбить стену» – заклинание другой группы и в помещении оно гаснет. И мало ли кто применил в таверне бытовое заклинание – может проскочить. Выстрелов тоже скорее всего никто не слышал – в кабинетах установлена хорошая звукоизоляция, в том числе и магическая, а в общем зале грохочет оркестр с барабанами. Быстро собрав всё оружие в тюк, я наложил на убитых заклинание «Жизнь». Оживить их я не мог, да и не хотел, но вдохнуть в ещё не до конца умершие тела немного жизни, чтобы они сами дошли до прохода – это было в моих силах. Они встали и пошли по служебной лестнице вниз, а я, взяв тюк с оружием и накинув «Маскировку», тихонько двинулся за ними. Спускать тела в проход и перемещать по проходу пришлось левитацией, с чем я здорово намучался. Зато заклинание «Жизнь» позволило считать у капитана многое о братстве Кей-бин-Хейя и о конкретном заказе на меня. Свалив трупы и тюк с оружием в пещерку рядом с барай-девгером, я сел рядом передохнуть, прежде чем штурмовать комнату с лучниками.

Поднявшись на первый этаж, мне пришлось переждать, пока мимо меня пройдут два мечника. Видимо у них с капитаном была какая-то связь и её отсутствие их встревожило. Дождавшись, когда они выйдут из башни, я начал подниматься вверх. Сейчас у двери был один мечник, а остальные четверо находились в комнате. Наверх башни вело две лестницы. Вторая была в ужасном состоянии, но зато её не контролировал дежуривший у двери мечник. Высмотрев подходящие для подъёма места лестницы и зарядив арбалет двумя гномьими болтами, я взлетел наверх, одним шагом оказался над дежурившим мечником и дважды выстрелил в него. Магичаский амулет обеспечивал ему неплохую защиту, но гномьи болты пробили и разрушили её, а ледяная стрела его убила. Подскочив к двери, я закатил в комнату две эфки и захлопнул дверь. Открыв дверь я увидел четыре трупа. Защитные амулеты предохраняли от не очень сильных горизонтальных и вертикальных ударов, а осколки снизу прошивали тело без помех. Некоторые, пробив тело, врезались в защиту и отражались обратно. Мне осталось собрать тюк с оружием и спуститься вниз. Пять трупов остались в комнате, а тюк спустился в пещерку рядом с барай-девгером. Теперь остались два мечника и Деянир. Гномьи болты я вынул из тел, протёр и зарядил арбалет. Затем выглянул в окно и увидел, что имеет место наихудший для меня вариант – Деянир и мечники вместе шли через площадь. Видимо мечники обнаружили в кабинете кровь и решили сообщить об этом старшему. И не исключено, что они поняли – капитан и два ниндзя убиты. Надо было их как-то разделить и я поднялся наверх – может быть они пойдут по разным лестницам. Деянир остался внизу и пошёл к своей семье, а мечники поднялись наверх, открыли дверь и замерли на пороге. Арбалет дважды щёлкнул и два трупа пополнили коллекцию тел в комнате. Оружие с них я снял, надеясь, что его отсутствие внесёт хоть небольшую путаницу в вопрос – «Кто убил?». Да и само по себе оно было неплохое и могло пригодиться. Болты в очередной раз были вырезаны из тел, протёрты и убраны в колчан. Мечи и кинжалы я брать не стал – не по руке, а завязал в тючок. С этим тючком спустился вниз и остановился в одном лесничном пролёте до проёма за которым прятался Деянир.

– «Давай поговорим,» – крикнул я ему, «и привет тебе от Мири-Тоона».

Он вышел из проёма на площадку, всё также сжимая ножны с кинжалом. Его можно было легко убить и он это понимал, но делать это мне не хотелось.

– «Деянир, почему ты не заберёшь из подвала свою семью – врагов уже нет?»

– «У Катэн-Хоина нашёлся свиток с хитрым заклинанием,» – ответил он, «пока ты жив, они не могут выйти из подвала».

Удивившись, я сказал ему, что сомневаюсь в действенности подобного заклинания. На что он предложил мне проверить самому, пообещав меня пока не убивать. При этой фразе мы оба усмехнулись – мне его убить было намного проще, он сам на это напрашивался. Договорившись, кинул ему тючок с оружием – пусть руки у него будут заняты. Затем спустился в подвал, открыл дверь в камеру с семьёй Деянира и начал мысленно читать заклинание. Я был уверен, что невозможно построить подобное заклинание без дырок и хотел их найти. Просто выйти было действительно невозможно – заклинание срабатывало на пересечение периметра подвала башни, а также пола и потолка. Поэтому выносить их на руках или проламывать стену было бесполезно. Разрушать заклинание тоже было той ещё работой – оно было напичкано всяческими ловушками, выискивать и удалять которые можно было целый год без гарантии, что все будут найдены. Подобный Сизифов труд меня не вдохновлял.

– «Вот видишь,» – сказал Деянир, «снять его невозможно».

– «Не мешай,» – раздражённо ответил я, «какой-то маг лепил его без малого год, а ты хочешь, чтобы я решил задачу сразу».

Он заткнулся, а мне пришла в голову идея уйти другим измерением. Против портала в заклинании была предусмотрена ответная реплика, но против погружения в слои Мира ничего не было видно. Подозвав одну из дочек Деянира, как самую лёгкую, я взял её на руки и начал погружение. Со входом в слой проблем на было – проход находился прямо под башней. Если заклинание всё-таки сработает, то первый удар придётся на меня. Подобный удар моя защита должна была выдержать и девчонку я успел бы вкинуть обратно в комнату. Погрузившись по грудь, я зафиксировал начало входа в проход и скомандовал двигаться за мною шаг в шаг. Это было несложно, так как мои шаги отпечатались на спуске. Мы начали движение – я шёл впереди с девочкой на руках, а Деянир с тючком замыкал шествие. Полсотни шагов и мы уже около барай-девгера. Увидев нас, он приподнял голову, махнул хвостом и продолжил дремать. Ссадив девочку около пещерки, я вернулся в камеру и убрал все следы. Заклинание почуствовало, что клетка пуста и заметалось. На подобный случай в нём ничего предусмотрено не было. Моё предложение – вернуться к младшему помощнику, было принято с пониманием. Главное, что оно не стало нас искать и преследовать. А разборка заклинания с Катэн-Хоином только приветствовалась.

Вернувшись к Деяниру, я предложил ему положить тючок к остальным и выбрать себе меч – нападения тварей были возможны, а кинжалом от них не отмашешься. Он засунул кинжал за пояс и подобрал себе меч, после чего мы двинулись дальше. Надо было удалиться от городка за линию горизонта, где заклинание не могло нас почувствовать, там выйти во внешний слой и уйти порталом. Конечно, бейлиф портал засечёт, но он и так знает, что я рядом с Нали-Эретом. Подходящий выход нашёлся быстро и мы оказались на полянке в лесу. Настроить рамку на дом Мири-Тоона стало уже рутиной и мы вошли прямо в комнату. Сидевший там и дремавший дежурный даже подпрыгнул, но узнав меня и Деянира, успокоился. А получив мою команду «накормить гостей», умчался на кухню. Потом пришлось выслушивать благодарности от Деянира и уговаривать его отдать мне кинжал. Яд, которым щедро смазал клинок Катэн-Хоин, смывался только горячей человеческой кровью. И мы с Деяниром единодушно решили, что лучше всего подойдёт младшего помощника бейлифа. Но после мне пришлось доказывать, что вряд ли он сможет подойти к объекту, а тем более нанести удар. С моими доводами согласились только после небольшой демонстрации возможностей магической защиты. Гномья сталь конечно была способна её пробить, но не в парализованной руке.

Заполучив кинжал, я опять порталом переместился в деревню, где был убит Кривозубый. Там был немедленно собран небольшой по составу совет, которому были сообщены последние события в городке. Передохнув и поев, я собрался сделать второй налёт на Нали-Эрет. Дозоры мстителей дежурили возле всех ворот городка и на дорогах, где ждали Бани-Тиериса. Пока было тихо, впрочем из самого городка информация не поступала. В Нали-Эрет, как и в прошлый раз, я бежал лесом слева от дороги. Длинный шаг даёт совершенно упоительное ощущение полёта над землёй. Но из-за скорости угол обзора резко сужен и при поворотах приходится тормозить, иначе можно врезаться в дерево. Но дорога была уже слегка знакома, а плавные повороты у меня получались на полной скорости. После домика с проходом пришлось сбросить скорость – дорога дальше шла незнакомая. Я хотел войти в город обычным образом через ворота, чтобы понюхать его жизнь. Смертный приговор этой паре младших помощников был мною уже вынесен, но присмотреться всё равно хотелось. На краю леса была сделана остановка, чтобы осмотреться и привести себя в успокоенное состояние, характерное для братьев Ожидающих, которым всё по фигу. Заодно осмотрел дорогу, по которой к воротам катились редкие телеги с мешками. Тетеревов на деревьях здесь тоже хватало, поэтому без труда сбил пару и свернул им шеи. Затем связал им лапы верёвочкой и повесил на плечо. Осталось выйти на лесную тропинку, которая вливалась в дорогу, ведущую в город. Заодно срезал подходящий сук, который можно было использовать как посох, а при необходимости и как дубинку.

У городских ворот стража лениво досматривала крестьян. Шмона не было, но мешки ощупывались, а некоторые требовали и развязать. У меня тоже потребовали откинуть капюшон хламиды и выдрали у тетерева несколько перьев. Из разговоров было понятно, что все ждут Бани-Тиериса и Лекеса, но и того и другого ожидали скорее со страхом. К Катэн-Хоину уже привыкли, тем более, что его выходки редко заканчивались кровью. А пробежки по улицам голышом или порки плетьми можно было перетерпеть. Ожидавшаяся пара была неизвестна и этим опасна. С этими раздумьями я дошагал до центральной площади, где раскинулся небольшой рыночек. Дорога привела меня к нему сбоку, а справа на площадь выходил дом младшего помощника бейлифа. С крыльца этого дома меня и окликнули. Видит Бог, я не собирался сразу лезть в дом младшего помощника бейлифа и резать его, а хотел продать на рынке тетеревов и побродить немного по городу. Но будучи вежливым человеком, подошёл к довольно неприятному типу, кажется дворецкому, орущему с крыльца. Он потребовал, чтобы я отдал ему птиц, так к Катэн-Хоину приезжает другой младший помощник бейлифа, и он хочет того угостить. На это я ответил, что с радостью подарю птичек Катэн-Хоину, но дворецкому их не отдам.

– «Ты что, мне не доверяешь,» – аж взвился он.

– «Конечно не доверяю,» – ответил я, «вон какую ряху отъел, наверняка сам их сожрёшь втихаря».

Стража на крыльце покатывалась со смеху и дворецкий понял, что помощи от них он не дождётся. Поэтому он повёл меня в дом, но быстро повернул в сторону кухни. Я остановился и поинтересовался:

– «А что младший помощник бейлифа живёт на кухне?»

Дворецкий начал озираться, но вокруг нас никого не было, а моя улыбка его пугала. Пригрозив, что хозяин за эту наглость меня накажет, он повёл меня на третий этаж. Коридор к покоям Катэн-Хоина охранял с десяток воинов и около двери толпилось четверо, включая офицера стражи. Тот поначалу не хотел нас пускать, но небольшое ментальное воздействие и он пошёл с намию. Дворецкий тоже вдруг почувствовал нечто неладное и пришлось немного над ним поколдовать, чтобы пройти в покои младшего помощника и в его комнату. Катэн-Хоин сидел на кровати, без штанов, но в кольчуге и с удивлением уставился на нас.

– «Ваше могущество, а я вам птичек принёс,» –с этими словами я вручил тетеревов офицеру и шагнул к Катэн-Хоину, достав кинжал, «а ещё меня попросили вернуть вам ваш подарок». Младший помощник, узнав кинжал, испуганно взмахнул руками и тот вонзился ему под левую подмышку, пробил кольчугу, рёбра и сердце. Офицер всё ещё воевал с прилипшими к его рукам тетеревами, а дворецкий неожиданно завизжал пронзительным бабьим голосом. Пришлось успокоить их парой ледяных стрел. Офицер умер сразу, а дворецкий, получив стрелу в живот, завизжал ещё громче. Вбежавшие в комнату три стража никак не могли вытащить мечи, приклевшиеся к ножнам, и я быстро их застрелил. К пистолету я заранее привинтил глушитель и наложил заклинание «Тишина». Четвёртым выстрелом успокоил дворецкого. Затем снял с младшего помощника камень и добавил к своим, вытащил кинжал, вытер его о простыню и сунул в ножны. Далее подобрал птичек и вышел из покоев Катэн-Хоина. Воины, дежурившие в коридоре, похоже видали и слыхали всякое, поэтому они только мельком посмотрели на меня. Подойдя к ближайшему, я сунул тетеревов ему в руку и сказал, что младший помощник велел отнести их на кухню и приготовить для Бани-Тиериса. Он послушно понёс их поварам, а мне оставалось только тихонечко уйти по английски. Но тут на улице взревели трубы и чей-то голос проорал:

– «Младший помощник бейлифа Бани-Тиерис».

Все прилипли к окнам, а быстро вернулся в покои Катэн-Хоина, где встал за толстой портьерой и посмотрел в окно. Следующий младший помощник въезжал на центральную площадь, восседая на огромном баране, размером с першерона. Сзади, перестраиваясь в колону по четыре, на площадь въезжали воины, оркестр, челядь и пленные. Последних было несколько сотен, а может быть и тысяча, и их охраняли с боков и сзади. Десяток воинов разогнал торговцев, а два десятка людей начали выкапывать ямы для кольев и другого пыточного инструмента. Пленные все были связаны и их подогнали к стенам дома Катэн-Хоина. Оркестр выстроился на другой стороне площади и заиграл какой-то марш. Сам Бани-Тиерис опёрся на руки двух рослых воинов и слез с барана. Эти же воины помогли ему встать на ноги и подняться на крыльцо. Я же достал рацию, связался с Вадимом и приказал выдвигаться к городу. Через некоторое время я услышал топот в коридоре и кто-то громко спросил:

– «Где Катэн-Хоин, почему он не встречает Бани-Тиериса?»

Ответа на вопрос не последовало и топот приблизился к двери. Далее шаги были уже в приёмной, двери в покои Катэн-Хоина распахнулись и вошли два здоровенных амбала, занося очередного младшего помощника бейлифа. Стоило им войти, как двери в покои захлопнулись перед следующими охранниками, а мой пистолет дважды сказал «последнее прощай» носильщикам Бани-Тиериса. Быстро подскочив к нему и вогнав в ему в сердце гномий кинжал, я отправил его вслед за Катэн-Хоином, а затем забрал и его камень и свой клинок. При этом мой нос учуял сладковатый наркотический запашок – парень явно перетрусил. Кинжал был тшательно вытерт об его одежду и убран в ножны. После чего я опять скрылся за портьерой, приказал Вадиму штурмовать ворота, так как оба помощничка мертвы, и снял запирающее заклинание с двери. Охрана, толпившаяся в коридоре, тянула двери на себя, и когда заклинание исчезло, то они попадали. Вставшие и вошедшие в комнату, обнаружили шесть трупов, в том числе двух младших помощников. Оркестр на улице в это время играл нечто вроде «Славься могучий Бани-Тиерис, победитель кого-то там». Я же никак не мог решить, что же мне делать. Можно было атаковать вошедших – перебить несколько десятков человек было вполне реально, но существовала опасность напороться на гномью сталь или мага. Можно было отступить чёрным ходом, в покоях имелся и он, но мне этого очень не хотелось делать. Просто стоять за портьерой было совсем неразумно, но ничего другого в голову не приходило.

Охранники зайти в комнату так и не решились, а подождали магов. Их было трое – двое слабеньких, а третий уровня Каэна. Ещё какой-то шорох донёсся с чёрного хода, но он был пока далеко. Кто шёл сзади было неизвестно и непонятно, поэтому надо было атаковать тройку передо мной. Но сначала стоило разделаться с охраной в приёмной и коридоре. Для этого из прохода была выдернута тварь, похожая на кисею, но более плотная и активная. Для магов она была мало опасна, но на то, чтобы разделаться с ней требовалось время. Раздавшиеся сзади тройки магов вопли ужаса отвлекли их, а моё заклинание раскалило камни-амулеты. Избавиться от них требовало времени, за которое я успел провести три атаки на сильнейшего мага – пять ледяных стрел, кислотное облако и два клинка из подвески, заряженные магией. Уже две ледяные стрелы поразили его, а облако почти убило. Клинки вонзились в уже беспомощный полутруп и выжгли все внутренности. Два других мага были убиты из пистолета, а третья пуля – контроль в голову, досталась их лидеру, мне хотелось хотя бы частично скрыть мои магические возможности. Кисееподобная тварь уже разделалась с охраной, заполнила коридор и приёмную, и начала втягиваться в комнату, собираясь поживиться трупами магов. Шорох из чёрного хода был уже близко и мне пришлось переместиться за другую портьеру ближе к двери. Это не очень понравилось «моей» твари, но два не сильных удара заставили её смириться.

Ещё несколько вдохов и в комнату вполз наг. Он сразу заметил меня – человеческое тело заметно горячее всего остального, и попытался атаковать, но остановился перед кисеёй. Погасив в голове все мысли, я дважды выстрелил ему по глазам и один раз попал. Наг дёрнулся пытаясь удрать, но был оглушён магическим ударом, а потом добит двумя метательными клинками. Гномий кинжал легко отрезал ему голову. Собрав обратно в подвеску клинки и вставив в пистолет новую обойму, я тихо двинулся по чёрному ходу. Вскоре я услышал шаги – кто-то крался мне навстречу. Мне захотелось с ним поговорить, для чего было выбрав удобное место – тёмный угол за поворотом, где легко было притаиться. Вскоре передо мной возник человек, держащий в руке нож. Он двигался предельно осторожно, чтобы ничего не скрипнуло, но против мага это было бесполезно. На шее у него была одета мерзкая вещь – поводок покорности, от которой в пространстве растворялась управляющая нить. Это позволяло вожатому видеть и слышать всё, что и ведомый с поводком, а при желании причинить ему сильную боль или убить. В ауре его был виден определённый рисунок, похоже это маг, но не очень сильный. Мне захотелось его освободить от надетой гадости. Хорошо, что чётко была видна его структура. Прежде всего потребовалось создать мой собственный отрезок поводка, затем перерезать его поводок и присоединить хвостик к моему. Иначе заклинание в поводке, почувствовав потерю связи, тут же убило бы ведомого. В обрезанный вход был послан сильный магический импульс, чтобы вожатый немного покорчился. Далее через поводок тело ведомого получило приках «Замереть» и нож упал на пол. Под поводком сформирован жёсткий защитный ошейник и гномий кинжал перерезает нити поводка. В этой процедуре всё тривиально, кроме перерезания нитей. Они должны рассекаться в строго определённом порядке, и не дай Бог задеть клинком соседнюю. Тогда смерть ведомого будет ужасной. На его счастье я – Видящий и от меня требуется только аккуратность. Пара минут и разрезанный поводок сваливается с шеи и повисает в воздух. Отцепляю от себя поводок и сжигаю его. Далее убираю ошейник и позволяю магу отмереть.

Он не сразу понимает, что произошло и какое-то время ощупывает шею. Потом видит догорающий поводок и сдержанно, но искренне благодарит. Выясняется, что зовут его Фаремис и однажды его отловил Фаник, у которого оказался под рукой этот поводок, и обманом он сумел его надеть на моего собеседника. А далее бейлиф воспользовался, тем что Фаремис был проводником нага и стал поручать ему всякие грязные дела. Наг давно уже вырос и водить его было опасно, но бейлиф с этим не считался и не позволял его умертвить. А теперь Фаремис свободен и хотя он мне обязан и готов расплатиться, но хочет поступить на службу Лекесу, чтобы отомстить бейлифу. Выяснение отношений могло затянуться, поэтому я отослал его по чёрному ходу вниз и велел запереть дверь на улицу и сторожить его, а за это пообещал познакомить с Лекесом. Сам же в третий раз вернулся в покои Катэн-Хоина, где была потайная лестница наверх.

Тут меня поймал по рации Вадим. Он доложил, что все надвратные башни заняты, слуги Катэн-Хоина сдались и взвод с мстителями обложили центральную площадь. Но Бани-Тиерис нанял наёмников, которые не только отказываются сдаться, но и требуют, чтобы мы заплатили им обещанное бейлифом. Я предложил ему подождать несколько минут, нужные мне для подъёма на крышу, а пока продолжать разговоры с наёмниками. На крыше мне почудилась опасность, заставившая меня прижаться к печной трубе и выставить наклонные щиты. И вразу по щиту щёлкнул болт, но соскользнул и ударил в трубу. Судя по разрушениям, болт был из гномьей стали. Не выглядывая из-за трубы, я метнул в место откуда стреляли три пятёрки ледяных стрел, упал на крышу и ползком выглянул. Около крайней трубы, обломанной наполовину, копошилось трое – арбалетчица и два мечника, по-видимому из наёмников. Ещё пятёрка льдышек и с мечниками покончено, а у арбалетчицы перебита в локте левая рука. Осмотр крыши показал, что рядом только эта тройка. Два контрольных выстрела и второй мечник отправляется в последний путь вслед за коллегой. Правую ладонь арбалетчицы я приклеиваю к крыше и забираю колчан и арбалет, а потом подхожу к краю, закрывшись воздушным щитом.

Наёмники на площади приветствуют меня дружным залпом из луков и арбалетов, но воздушный щит – это мощный поток воздуха, который подбрасывает стрелы и болты вверх, а затем и обратно. Они сыпятся на головы наёмникам, стоящим на площади, и хотя это уже не смертельно, но довольно неприятно. Поэтому, после второго залпа из арбалетов и четвёртого из луков, стрельба прекращается и я могу спокойно осмотреть площадь. Наёмники распределились по площади между пленными около дома и на некотором расстоянии от жилых домов из которых их пытались обстеливать. На двух улицах и в переулке развернулся мой взвод, перекрыв возможный бросок конницы рогатками. Тачанка, усиленная четвёркой стрелков и группой мстителей, развернулась на третьей стороне площади, изготовившись к фланговому огню. На четвёртой стороне стремительно росла баррикада. В результате наёмники образовали неширокий прямоугольник, в центре которого находился их капитан. Из приличия я предложил наёмникам сложить оружие, на что капитан помянул всех моих родственников и порекомендовал прогуляться по весьма малопривлекательным местам. На это высокие договаривающиеся стороны – я стоял на крыше, а капитан сидел на крупном коне, – сочли переговоры исчерпанными. В меня полетело несколько стрел и болтов, отбитых воздушным щитом, а в ответ по наёмникам начали бить цепные молнии. Последние принимались шлемами, касками, а то и головами, которые отразить молнию неспособны. Два залпа персонально достались капитану и его окружению. В результате весь вольный отряд принял горизонтальное положение, и моим воинам вкупе с мстителями и горожанами осталось обеспечит их руки и ноги прочными верёвками. В процессе обвязывания наёмников возник стихийный митинг и мне пришлось спрыгнуть вниз, пока возбуждённая толпа не ворвалась в дом и далее на крышу. Ведь большинство горожан и мстителей вряд ли сумели бы спрыгнуть вниз без травм.

Пока шло веселье и освобождались пленники Бани-Тиериса, мне удалось собрать группу в составе Вадима, Мири-Тоона, Деянира, командира пленников и двух мейстеров и по-английски вернуться в дом. Подниматься в залитые кровью покои Катэн-Хоина не хотелось и мы прошли на кухню, откуда накатывали аппетитные ароматы. По дороге к нам присоединились ещё четверо, включая Фаремиса. Расположились мы в специальной трапезной за большим столом, на который кухонные работники начали таскать всякие вкусности, включая изысканно приготовленных моих тетеревов. Я попросил Мири-Тоона представить тех присутствующих, которых он знал, а остальным представиться самим. Пленники наёмников оказались объединённым партизанским отрядом западных лесов. Они пытались защищать деревни, но магия Бани-Тиериса и профессионализм наёмников оказались сильнее. Теперь они с радостью пойдут под мою руку, потому что их цель – война с бейлифами, а мои победоносные действия и захват Нали-Эрета произвели на них впечатление. Всего Бани-Тиерис пригнал тысячу двести пленных и около трёхсот человек погибло по дороге. Их он собирлся подвергнуть жутким казням, о чём неоднократно им сообщал. Почти все они потеряли кого-нибудь из близких и жаждали драться до конца. При этом они прекрасно понимали, что для успеха нужны маги, нужно хорошее оружие и нужно обучение. Всё это я им обещал и мог дать, поэтому рассчитывал, что к весне у меня будет приличное войско.

Три мейстера представляли три цеха из шести крупных и заверили меня, что сегодня же соберут городской совет, на котором объявят меня бургсеньором и обеспечат людьми, деньгами и продукцией. Ещё им надо избрать бургомистра, потому что прежнего Катэн-Хоин велел четвертовать вместе с тремя мейстерами и запретил выбирать новых. Вместо мейстеров были выбраны руководители цехов, а с бургомистром требовалось ещё определиться. Деянир представлял воинскую школу, и хотя она была запрещена бейлифом, но подпольно действовала. Он согласился со мной, что школе лучше перебраться в Бирейнон, где можно действовать свободнее и параллельно обучать набираемую дружину. Двое из присоединившихся были: хозяин этого постоялого двора и кто-то вроде мейстера пастухов. В деревнях вокруг Нали-Эрета широко разводили овец и немало их пригоняли весной из дальних поселений на стрижку и забой. Этот человек представлял интересы пастухов и стригалей и заседал в городском совете наравне с мейстерами крупных цехов. Разводили здесь как обычных овец, так и гиганских баранов, вес которых достигали полутора тонн, а шерсть по прочности походила на стальную проволоку. Я задал вопрос – «что делать с наёмниками?» Все присутствующие, кроме меня, потребовали их казнить. Этот отряд отличился зверскими расправами над населением деревень западных лесов, от которых пострадали родственники присутствующих. Я вспомнил о лежащей на крыше арбалетчице и вытребовал себе право миловать отдельных наёмников. Скрепя сердцем со мной согласились. Фаремис принёс мне вассальную клятву мага, хотя и огорчился моим заявлением, что я лично разберусь с Фаником и никому не позволю мне мешать. Ещё договорились, что половина бывших пленников и четыреста горожан, мстителей и пастухов с оружием выйдут в Бирейнон после обеда. Ими будут командовать Вадим и командир партизан, которого звали Вулик Таин-Хоман. Мири-Тоон выделил мне сотню мстителей, но сам оставался в городке, чтобы помочь навести порядок. Я же, закончив свои дела в городке, собирался вместе с делегацией и Фаремисом вернуться в Бирейнон порталом.

Договорившись, мы наконец приступили к еде и выяснилось, что тетерева весьма вкусны, особенно если хорошо приготовлены. После еды в благодушном настроении мы вышли на улицу. Горожане смонтировали половину првезённых Бани-Тиерисом агрегатов для казни и выстроила к ним связанных наёмников. Надо отдать горожанам должное – самые изощрённые и громоздкие агрегаты они монтировать не стали, но думаю не из-за доброты, а из-за лени. В соответствии с договорённостью я начал обход наёмников, всматриваясь им в душу. Читать их мысли было незачем, эмпатии хватало, чтобы определить, сколько на его руках крови и доставляет ли ему удовольствие мучить и убивать. А такими были почти все, мало у кого в душе осталось что-нибудь человеческое. Меня удивила покорность, с которой почти все ждали муки и смерть. Немногие непокорные надеялись, что перед казнью их развяжут и они смогут умереть в бою. Кстати, многие из непокорных отличались от остальных, они тоже убивали и мучали, но делали это без удовольствия, а потому что так положено. Ещё меня удивило, что почти пятая часть наёмников была женщинами, и они мучили и убивали с не меньшим, а часто с большим наслаждением, чем мужчины. Я выбрал всего одиннадцать человек, из них пять женщин. Вряд ли у кого-нибудь из них проснётся когда-нибудь человечность, но по крайней мере надежда на это сохранялась.

После обхода я поднялся на крышу и отклеил от неё арбалетчицу. Она пыталась сжечь меня злобным взглядом, но имя своё назвала – Ли-ери. Кстати, на Тао-Эрис отсутствовала примета, что нельзя называть своё имя – все хорошо знали, что маг находит человека по метке или по рисунку ауры. По пути с крыши вниз она пообещала меня убить, так как я убил её мужчину. Я поинтересовался, почему она хочет за него мстить, ведь отношения у них были отнюдь не тёплые, любить его она не любила и несколько раз он её бил. На что она ответила, что у них так принято, но призадумалась. По пути мы заглянули в покои младшего помощника, где я захватил сундучок со свитками, книгами и чем-то ещё. Когда мы спустились и вышли на площадь, то увидели картину Репина «Утро стрелецкой казни». Правда было не утро, а уже день, и мы не столько увидели, сколько услышали. К нам подошёл целитель и занялся её рукой – закрыл рану и наложил на локоть шину. Закончив сказал, что в Бирейноне надо отдать её лекарю, чтобы тот восстановил сустав. Мы пошли на другую площадь, где должна была собраться делегация представителей Нали-Эрет и откуда было удобно телепортироваться. По дороге меня догнал Мири-Тоон и я показал ему на замёрзших музыкантов, толпившихся на краю площади:

– «А вот тебе и оркестр».

Он быстро сориентировался и повёл их в дом, откуда мы недавно вышли. Там было тепло и на кухне смогут их накормить. На маленькой площади меня ждала делегация: два мейстера, один из них незнакомый, предводитель пастухов, одиннадцать пленных и моя охрана – Мартин, четвёрка стрелков и десяток мстителей и Деянир с семьёй. Отдав сундучок Мартину для последующей передачи Тиуму и присоединив Ли-ери к пленным, я настроил рамку и мы перешли на портальную площадку в Бирейнон.


Воскресенье, день | Приключения Мага | Понедельник день и вечер