home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



12

Эдуард был ростом пять футов восемь дюймов, светлые волосы пострижены очень коротко, блондинистый, синеглазый. Да, еще он был опаснее всех, кого я знала: просто олицетворение породы БАСП – живых и мертвых.

Собрание ликантропов его чертовски заинтересовало. Группа вскоре разошлась, в основном потому, что повестка дня была исчерпана. Целью собрания было в основном сделать последнее усилие убедить Ричарда не держаться так за свои моральные принципы и убить кого-нибудь. А если нет, то хотя бы выбрать лупу, которая будет за него убивать. Так что мы тут подстрелили одним выстрелом двух зайцев – каламбур невольный. Но я очень хорошо понимала, что с Нилом мне просто повезло. если бы он хоть чуть-чуть владел каким-нибудь боевым искусством, хоть как-то умел драться, он бы сделал меня как хотел.

Ричард загородил разбитое окно доской и позвонил в стекольную мастерскую, где согласились за заоблачный гонорар приехать и заменить стекло немедленно. Я предложила заплатить за ущерб, раз я его нанесла.

Эдуард, Ричард и я сидели вокруг кухонного стола. Мы с Эдуардом пили кофе, Ричард пил чай. Один из самых серьезных его недостатков – он не любит кофе. А я не могу доверять мужчине, который кофе не пьет.

– Что ты выяснил? – спросила я.

– Не слишком много. – Эдуард чуть мотнул головой и сделал глоток. – Контракт снова принят.

– Даже учитывая срок? – спросила я.

Он кивнул.

– А когда истекают двадцать четыре часа? – спросила я.

– Скажем, в два пополуночи. Я получил предложение в час ночи, но для безопасности добавим еще час.

– Для безопасности, – повторил Ричард. Я думаю, это была ирония.

– Чего это ты? – спросила я.

– Я в этой комнате один, кто беспокоится?

– Ричард, от паники толку не будет.

Он встал, выплеснул остатки из кружки в раковину, машинально вымыл кружку. Потом повернулся, прислонясь задом к ящикам, сложив руки на груди.

– Нужна ясная голова, чтобы составить план?

– Ага.

Он глядел на нас в упор и думал о чем-то серьезном. Наконец он сказал.

– Не понимаю я, как вы можете быть спокойными. Меня потрясает, как это кто-то поставил контракт на Аниту. А вас обоих – нет.

Мы с Эдуардом переглянулись. Мы понимали друг друга полностью, и я знала, что Ричарду я этого объяснить не смогу. Я даже не знала, могу ли я объяснить это самой себе.

– Я до сих пор жива лишь потому, что реагирую не так, как другие.

– И еще потому, что делаешь такие веши, на которые другие не согласны.

– И это тоже, – согласилась я.

Лицо у Ричарда было очень серьезно, как у ребенка, который спрашивает о чем-то жизненно важном.

– Позвольте мне один дурацкий вопрос, а потом я заткнусь.

– Давай, – пожала плечами я.

– Анита говорит, что не наслаждается убийством. Что ничего не чувствует, убивая.

До меня дошло, что вопрос к Эдуарду. И я не знала, как пойдет дело дальше.

– А ты наслаждаешься убийством?

Эдуард сидел спокойно-спокойно, безмятежно попивая кофе. Синие глаза были равнодушны и непроницаемы, как у вампира, и в некотором смысле он был так же мертв. Я впервые задумалась, не бывает ли и у меня таких глаз.

– А почему тебя это заинтересовало?

– Я согласился убить Маркуса, – сказал Ричард. – А я никогда никого не убивал.

Эдуард поднял на него взгляд, отставил кружку и посмотрел прямо в глаза Ричарду.

– Да.

– Да, ты наслаждаешься убийством? – уточнил Ричард.

Эдуард кивнул. Ричард ждал объяснений – это было написано на его лице.

– Он тебе ответил, Ричард.

– Но чем он наслаждается – ощущением убийства? Это физическое чувство? Или радость приходит, когда обдумываешь убийство?

Эдуард взял кружку со стола.

– Ричард, вечер вопросов и ответов закончен, – сказала я.

На лице Ричарда обозначилось смешанное чувство упрямства и детской обиды.

– Но “да” ничего мне не говорит.

– Когда убьешь Маркуса, – сказал Эдуард, – можешь задать этот вопрос еще раз.

– И ты ответишь?

Кивок Эдуарда был еле заметен.

Впервые за все время я поняла, что Эдуарду Ричард нравится. Не как друг, может быть, но он не считает проведенное с Ричардом время полностью бесполезным.

Ричард долго смотрел в лицо Эдуарда, потом мотнул головой.

– О’кей. – Он сел. – Вопросов больше нет. Какой у нас план?

Я улыбнулась:

– Не дать киллеру меня убрать.

– Это и весь план? – спросил Ричард.

– И убрать парня с деньгами, – добавил Эдуард. – Пока предлагаются деньги, Анита в опасности.

– Есть идеи, как этого добиться? – спросил Ричард.

Эдуард кивнул и допил кофе, опрокинув кружку. Потом подошел к столу и налил себе еще, как дома, и сел. Добрый старина Эдуард – везде он чувствует себя непринужденно.

Я ждала молча, наблюдая за ним. Когда он сочтет нужным, он нам расскажет, и не раньше. Ричард просто подпрыгивал на месте.

– Так как? – спросил он, не выдержав.

Эдуард улыбнулся – то ли Ричарду, то ли вечной музыке, слышной только ему. Тому ритму, который давал ему спокойствие и позволял остаться в живых.

– Убийца может сегодня явиться сюда, и мы примем меры. Стадо оборотней – это было прекрасно. Я бы и сам отложил попытку, пока они не уберутся.

Я огляделась, и у меня засвербило между лопатками.

– Ты думаешь, мы сейчас в опасности?

– Может быть. – Он, кажется, не очень тревожился. – Но я думаю, тебя попытаются убрать вечером на свидании с Принцем города.

– Откуда ты знаешь, что у меня сегодня свидание?

Эдуард только улыбнулся.

– Я знаю, что Принц города ведет сегодня Истребительницу на открытие своего танцевального клуба, “Данс макабр”. Я знаю, что тебя привезут в лимузине.

– Я этого даже не знала.

Он пожал плечами:

– Это нетрудно было выяснить, Анита.

– Я собиралась отменить сегодня свидание и спрятаться.

– Если ты останешься здесь, убийца почти наверняка придет сюда.

– Ах вот как. – Я посмотрела на Ричарда.

– Я могу сам справиться, – сказал Ричард.

– Ты можешь убить человека? – спросила я.

Он мигнул недоуменно:

– То есть?

– Если кто-то нападет на тебя с пистолетом, ты можешь его убить?

– Я же сказал, что убью ради твоей защиты.

– Я не об этом спрашивала, Ричард, и ты это знаешь.

Он встал и заходил по кухне кругами.

– Обычные боеприпасы меня не убьют.

– Серебряную пулю ты не распознаешь, пока не будет слишком поздно, – сказала я.

Он обхватил себя за плечи, потом встрепал свои длинные волосы, повернулся ко мне.

– Если решишь, что начнешь убивать, потом остановиться уже нельзя? – спросил он.

– Нельзя, – ответила я.

– Не знаю, могу ли я убить человека.

– Спасибо за честность, – сказала я.

– Но это значит, что ты потащишь убийцу в клуб, набитый народом? Ты всех их подвергнешь опасности, только чтобы мне ничего не грозило?

– Я кого угодно подвергну опасности, чтобы тебе ничего не грозило.

Эдуард чуть слышно хмыкнул, почти засмеялся, и отпил кофе. На приятном лице ничего нельзя было прочесть.

– Вот почему я и хочу, чтобы Ричарда не было на линии огня. Ты так будешь за него волноваться, что станешь неосторожной.

– Но все эти люди – ты же подвергнешь их опасности, – не отступал Ричард.

Эдуард поглядел на меня, но вслух не произнес, что об этом думает, и спасибо ему за это.

– Наверное, у Эдуарда на этот счет тоже есть план, Ричард.

– Я полагаю, нападение будет совершено по дороге из клуба домой. Зачем работать в гуще толпы, если можно этого не делать? Сунуть в лимузин бомбу или подстеречь тебя на пути домой, одну.

– Ты бы так и поступил? – спросил Ричард.

Эдуард поглядел на него, чуть задержал взгляд, потом ответил:

– Наверное. Не бомбу, но подстерег бы лимузин.

– А почему не бомбу? – спросил Ричард.

Я не спрашивала, потому что знала ответ. Эдуард покосился на меня, я пожала плечами.

– Потому что я люблю работать плотно и с личным участием. Бомба исключает личный риск.

Ричард смотрел на него, изучая его лицо. Потом сказал:

– Спасибо, что ответил на мой вопрос.

Эдуард вежливо наклонил голову. Ричард у нас обоих набрал несколько очков, но я знала, что он питает иллюзии. Если Эдуард к нему расположен, Ричард может думать, что Эдуард его не убьет. Я знала Эдуарда лучше. Если потребует ситуация, он пристрелит кого угодно.

– Допустим, ты прав, – сказала я. – Я поеду на свидание, и пусть киллер сделает ход. Что потом?

– Потом мы его уберем.

– Постойте, – перебил Ричард. – Вы ставите на то, что вы можете опередить профессионального убийцу и доберетесь до него раньше, чем он до Аниты.

Мы кивнули.

– А если он окажется быстрее вас?

Эдуард посмотрел на Ричарда так, будто тот сказал, что солнце завтра не взойдет.

– Эдуард будет быстрее, – сказала я.

– И ты готова поручиться за это головой?

– Я, и ручаюсь за это головой, – ответила я.

Ричард чуть побледнел.

– Да, так оно и есть. – Он кивнул. – Что я могу сделать, чтобы вам помочь?

– Ты слышал, что говорил Эдуард, – сказала я. – Ты останешься здесь.

Ричард покачал головой.

– Слышал, но в толпе даже супермену не помешает несколько лишних глаз и ушей. Стая поможет тебе прикрыть спину.

– И ты спокойно подвергаешь их опасности?

– Ты говорила, что готова рискнуть кем угодно, чтобы избавить от опасности меня. У меня чувство такое же.

– Если они вызовутся добровольно, одно дело, но я не хочу, чтобы они шли по приказу. Телохранитель поневоле – плохой телохранитель.

Ричард рассмеялся:

– До чего практично! А я на минутку подумал, что ты действительно тревожишься за моих волков.

– Практичность сохраняет мне жизнь, Ричард, а сентиментальность на это не способна.

– Несколько дополнительных наблюдателей развязали бы мне руки, – сказал Эдуард.

Я вытаращила глаза:

– Ты доверишь монстрам прикрывать мне спину?

– Монстры, – улыбнулся Эдуард, и довольно неприятно, – отличное пушечное мясо.

– Они не пушечное мясо, – возразил Ричард.

– Все мы – пушечное мясо, – сказал Эдуард. – В конечном счете.

– если бы я полагала, что подвергаю опасности посторонних, я бы не поехала в клуб, Ричард. Ты это знаешь.

Он посмотрел на меня, кивнул:

– Знаю.

Эдуард как-то странно хмыкнул.

– Хм, посторонних. – И покачал головой, улыбаясь. – Давай будем одеваться, – сказал он. – Я тебе принес несколько новых игрушек для сегодняшнего вечера.

– Опасных игрушек? – спросила я.

– А бывают другие?

Мы переглянулись, широко улыбаясь.

– Вам это нравится! – сказал Ричард почти что тоном обвинителя.

– Если бы нам это не нравилось, мы бы оба занимались чем-нибудь другим.

– Анита не убивает за деньги, а ты – убиваешь.

На моих глазах лицо Эдуарда изменилось. Веселье исчезло с его лица, как исчезает за облаками солнце, и глаза стали безжалостными и пустыми.

– Ты, влюбленный, думай что хочешь, но Анита могла бы выбрать себе другую работу, безвредную. Она этого не сделала – значит тому есть причина.

– Она не такая, как ты.

Эдуард глянул на меня теми же пустыми глазами.

– Ближе к этому, чем была раньше. – Голос был тихий, почти равнодушный, но у меня от него мурашки по коже побежали.

Глядя в эти глаза, я впервые за долгое время задумалась, чем же мне пришлось пожертвовать, чтобы научиться спускать курок. Тем же, чем пожертвовал в себе Эдуард, чтобы научиться так легко убивать? А может ли Ричард это сделать? Может ли он, когда на нем нет меха, убить кого-нибудь? Некоторые не могут, и ничего стыдного в этом нет. Но если Ричард отступит, он погиб. Не сегодня, не завтра, но обязательно погибнет, поскольку Маркус об этом позаботится. Ричард дважды победил Маркуса и не стал его убивать. Сомнительно, чтобы Маркус предоставил ему третий шанс. Они сегодня ночью взяли Стивена именно потому, что знали, как поступит Ричард. Не было бы меня с ним, он бы уже был мертв. А, блин!

Сейчас мне надо было всего лишь убить киллера до того, как он убьет меня. Поверить Ричарду, что он не даст Маркусу себя убить. Погодите-ка, еще что-то было... ах да, решить, собираюсь ли спать с Ричардом и если да, что это будет значить для Жан-Клода и для меня. Бывают дни, когда моя жизнь сложна даже для меня самой.


предыдущая глава | Смертельный танец | cледующая глава