home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 22

Кэдрин прыгнула вперед, увлекая Себастьяна за собой на землю.

«Быстренько поцелуй его, скрепи договор. И пусть двигает камни». Обхватив ладонями его лицо, она прижалась к нему губами.

Быстро, чтобы получить то, что ей надо. «Не теряй времени!»

– Готово, я тебя поцеловала, – объявила она, едва дыша. – Теперь убери эти проклятые камни.

Себастьян грубо обхватил ее бедра и прижал к себе так, что она снова ощутила напряжение его возбужденной плоти. Кэдрин не смогла удержать стон. Тогда он сгреб в кулак ее волосы на затылке, не давая встать, и впился поцелуем в ее губы, раздвигая их языком. Рука, лежащая на бедре, передвинулась вниз, чтобы скользнуть между ног. Она снова изумленно вскрикнула и неожиданно для самой себя передвинула колено, предоставляя Себастьяну свободу действий.

Он зарычал, как зверь, работая ладонью, терзая губами ее рот. Это был поцелуй отчаяния.

Они катались по земле перед лицом неминуемого сражения, оба были в поту. Рукоять его меча больно упиралась в бедро Кэдрин, но она никак не могла насытиться его поцелуем.

Он уложил ее сверху, как в то утро в замке. Сейчас она хотела этого ничуть не меньше, чем хотела тогда.

– Катя, ты сводишь меня с ума, – хрипло выдохнул он. – Я могу думать лишь о тебе. – Он перекатился на бок, одной рукой удерживая ее руки за головой, и нагнулся, чтобы поцеловать ключицу. Свободная рука Себастьяна легла ей на талию, и он шепнул ей на ухо: – Признайся, что ты обо мне думаешь!

Она могла бы сказать, что очень даже думает, когда его дрожащая рука вот так гладит ее живот. Почему его рука дрожит? От предвкушения, что сейчас он коснется ее обнаженной плоти? Он начал расстегивать ее брюки, и она рывком освободила руки – и не для того, чтобы ему помешать. Нет, она была не против.

«Это будет справедливо, – думала Кэдрин, пылая, словно в бреду. – Моя рука в его джинсах». Она застонала, коснувшись его плоти. Откинув голову назад, он кричал, и его ствол пульсировал в ее кулаке. Такой жаркий, гладкий и твердый. Подушечкой большого пальца она погладила щель в центре влажного круга.

Когда она снова увидела его глаза, они были черны от желания.

– Мы должны остановиться, – прошептала она, работая пальцем. – Эти чудовища…

– Выглядят страшновато, согласен, – Себастьян запечатлел быстрый жаркий поцелуй на ее губах и снова заглянул ей в глаза. – Буду крайне признателен, если ты продолжишь… меня гладить.

Она повиновалась. Ее рука словно приросла к его стволу, наслаждаясь его жарким биением. В тот миг, когда Себастьян, казалось, вот-вот потеряет над собой власть, он начал ласкать ее живот, постепенно спускаясь ниже, в самый сокровенный уголок. Ей требовался быстрый взрыв страсти, но Кэдрин поняла, что он медлит не просто так – ему хотелось насладиться каждой драгоценной секундой.

Его рука замерла внизу ее живота, не решаясь проникнуть в трусики, и тогда она заерзала, понуждая его опустить руку ниже.

– Не двигайся, – прошептал он. Резко затряс головой, словно отгоняя наваждение. Выгнув спину дугой, Кэдрин бросила взгляд назад.

Всего в пятидесяти ярдах от них в темноте горели зеленые глаза размером с футбольный мяч с вертикальным зрачком. Себастьян сказал, едва дыша:

– Что-то они не спешили.

– Твоей выдержке можно просто позавидовать.

Чей это голос, полный веселого удивления? Кэдрин находилась в душной пещере, за спиной маячили ужасные драконы, готовые разорвать ее на куски, да вдобавок тут был вампир, причем его пальцы ласкали ее плоть.

– И тебе что-то не страшновато.

Ей хотелось смеяться, но смех замер на ее губах, когда он сказал:

– Прости, невеста. Пора уносить тебя отсюда.

Кэдрин отдернула руку, сбросила его руку со своего живота и вскочила.

– Я буду сражаться, а ты двигай камни.

Она поспешно застегнула брюки и вытащила меч.

К ней приближался самый крупный василиск. Несомненно, он полагал, что они никуда не денутся. Василиски неуклюже переваливались, словно утки, чтобы сбить жертву с толку. Туннель был достаточно узким, так что чудовища могли пробраться в пещеру только по очереди. Но стоит им оказаться в пещере, атака последует незамедлительно.

Себастьян тоже встал.

– Так не пойдет.

– Но я же тебя поцеловала, черт возьми! Если мне будет грозить беда, телепортируешься вместе со мной. Но сначала попробуй сдвинуть камни. Или ты нарушаешь договор?

– Тогда еще один поцелуй. Позже. Мы должны закончить то, что начали.

– Что, инфляция?

Разумеется, он не понял термина.

– Ты хочешь выйти, но тогда тебе придется уединиться со мной в темном месте в течение часа после того, как ты получишь приз.

Кто этот безжалостный незнакомец?

– Отлично. – «Гадость какая!» – «Договорились». – «Я бессовестно вру». – А теперь шевели задницей и убери с дороги эти камни.

Качая головой, Себастьян встал, оценил медленное, но верное продвижение василиска и взялся за дело.

Кэдрин следовало бы готовиться к битве, испытать на прочность малиновые чешуи василиска. Но мозг, затуманенный желанием, посылал совершенно иные импульсы. Ей хотелось любоваться восхитительной игрой мышц его спины, бугрящихся от натуги, грозивших разорвать его рубашку. Хотелось гладить их, царапать, лизать.

Ей бы следовало вспомнить и о сирене, о состязании, о… Эй, а драконы-то?

Зверь медленно наступал, из-за его спины маячили глаза второго.

Она то и дело бросала взгляды через плечо. Реджин спрашивала, какие мужчины ей нравятся? Сейчас, когда Себастьян повернулся к ней, толкая камень спиной и она видела чеканные брюшные мышцы под взмокшей рубахой, ей пришлось признаться самой себе, что, вне всяких сомнений, ей нравится черноволосый вампир с серьезными серыми глазами Возмутительно прекрасный образец мужской красоты со шрамами и огрубевшими ладонями. Кэдрин прикусила нижнюю губу. Она не могла отвести взгляда с его могучего, божественно сложенного тела. И ей грозила ужасная опасность – самопроизвольный оргазм.

– Невеста! Никогда не думал, что мне придется говорить тебе такое, но ты должна сосредоточиться.

У него голова шла кругом, когда он видел, как она смотрит на него, прикусывая нижнюю губу крошечными клыками.

– Р-разумеется, – Она смотрела вперед. – Пора.

Бросив на Себастьяна последний взгляд, Кэдрин выругалась.

– Похоже, твари нападут раньше, чем ты сдвинешь камни. Быстрее! Ты должен немедленно телепортироваться.

– Они выглядят очень неповоротливыми.

Не оборачиваясь, она объяснила:

– Обманчивое впечатление. Ты телепортируешься, а я выскакиваю наружу, договорились?

– Они будут тебя преследовать?

– Они плохо видят на солнце.

– Камни сейчас поддадутся, – прорычал он. – Назад.

Солнечный луч пронзил темноту, словно выстрел. К счастью день уже клонился к вечеру. Себастьян отскочил в сторону, давая Кэдрин возможность выскочить на свет. Но и василиски двинулись вперед с поразительной скоростью. Все трое уже были в пещере и дружно бросились в атаку.

Самый крупный ринулся в дыру вслед за Кэдрин. В воздух полетели камни и пыль. Себастьян потерял Кэдрин из виду, лишь слышал лязг челюстей. Потом он разглядел, как она пригнулась, спасаясь от василиска. Челюсти дракона сомкнулись как раз над ее головой.

Себастьян выскочил прямо под солнечные лучи и схватил Кэдрин за лодыжку, корчась от боли. Не успел он телепортироваться, как она лягнула его в лицо и вырвалась.

Он не сумел остановить ее и телепортировался один, потом назад, прямо в гущу боя. Даже в состоянии полутелепортации он едва мог видеть на свету. Кожа горела, словно его облили кислотой.

Куда подевался василиск? Кэдрин стояла на цыпочках на самом краю утеса, выгнув спину дугой, чтобы не потерять равновесия и не свалиться в пропасть. Не успел он до нее добраться, как она выпрямилась и побежала вдоль гребня утеса. Похоже, ей удалось провести василиска, и он упал вниз.

Но на них наступали два других, шипя и жмурясь от солнца. Увернувшись от острых когтей, Себастьян телепортировался обратно в темноту пещеры, в ее дальний конец, и оттуда закричал, отвлекая их внимание от Кэдрин.

Драконы кинулись назад в туннель, и тогда Себастьян бросился навзничь под брюхо того, что покрупнее, и вонзил в него меч. Тот вошел в туловище между огромными чешуями размером с блюдце. Себастьян выдернул меч и поспешно перекатился по земле, спасаясь от зловонной жижи, потекшей из брюха василиска.

Взревев, василиск стал заваливаться назад, на второго, придавливая его своей тушей. Себастьян вскочил на ноги и телепортировался. Последний василиск пытался освободиться, его когти яростно скребли землю. Себастьян занес меч над его шеей.

Дракон замер и медленно повернул к нему голову. Глаза с вертикальными зрачками, мигнув, уставились на Себастьяна, и в них он увидел страх.

Вероятно, Кэдрин уже убила бы его. А его, Себастьяна, сочла бы слабаком – за то, что не стал убивать.

Выругавшись, он оставил василиска и телепортировался к Кэдрин.

К черту! Он не станет возвращаться, чтобы помочь ему освободиться.

Снова очутившись на солнце, он почувствовал, что его кожа вот-вот загорится. Где же Кэдрин? Боль становилась нестерпимой. Краем глаза Себастьян заметил еще одну пещеру над ущельем. Он телепортировал обличье, но не стал проявляться полностью.

Хотя он смотрел с края пещеры, солнце, отражаясь от скал и песка, нестерпимо кололо и без того обожженные глаза. Но в полувидимой форме он мог вытерпеть минуту– другую.

Он заметил самого большого василиска, который извивался на дне ущелья с разбитой головой. Кэдрин все еще стояла на утесе. Себастьян хотел было заорать на нее, он был в ярости – как она могла ударить его ногой в лицо? В этот миг Кэдрин заметила что-то на дне ущелья, и ее лицо окаменело. Хищный зверь! Другого сравнения Себастьян не находил.

Она побежала, так быстро, что слилась для него в сплошное мутное пятно. Моргая от нестерпимого света, он не поверил собственным глазам. Она бросилась в ту же пещеру, где находился дракон!

Он телепортировался под какой-то выступ, и как раз вовремя. Перед ним, футах в двадцати, сирена закричала от удивления – за миг до того, как Кэдрин приземлилась на ее спину, вышибая воздух из ее легких. Колени Кэдрин упирались Люсиндии в лопатки, рука плотно обхватила шею.

Когда Себастьян совсем уж решился снова выскочить на солнце, чтобы унести Кэдрин прочь, Люсиндия размахнулась локтем. Кэдрин сумела увернуться. У нее была потрясающая реакция, и удары сирены не достигали цели. Она не нуждалась в помощи.

Скалы вокруг Кэдрин, казалось, плавились от зноя. Наблюдая за ней сквозь жаркую дымку, Себастьян вдруг понял, что мощь ее грациозного тела вызывает в нем благоговение.

И даже ее беспощадность и жестокость восхищают его.

Кэдрин схватила сирену за волосы и стала раскручивать вокруг себя, набирая размах, пока тело женщины не оторвалось от земли. Наконец она выпустила соперницу, словно мяч.

От удара тела Люсиндии утес содрогнулся, полетели камни. Кэдрин не стала дожидаться, пока сирена окажется погребенной под грудой камней. Она бросилась вверх по скале, цепляясь когтями, чтобы добраться до второй пещеры.

В этой пещере, темнеющей высоко над ущельем, должно быть, и находится приз. И Себастьян мог ее опередить. Он прижал рукав рубашки к разбитой губе, пробуя на вкус собственную кровь.

Кэдрин придется ответить за свои проделки.

Условия их соглашения только что изменились.


Глава 21 | Любовь грешника | Глава 23