home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

Для обряда Кайфат выбрал холм с пологой вершиной в двух верстах от Рогно. Он хорошо виднелся с любой точки города и в народе именовался то Столом Орриса, то Ложем Альме. Мэр пару раз порывался рассказать какую-то местную легенду, но К’ирсан не стал его слушать. Ему было не до фольклора. Главное, что место идеально подходило для его задумки: рядом не шатаются всякие прохожие, и имеется хорошая ровная площадка.

В день ритуала Гхол провёл обряд изгнания духов и защитил территорию в радиусе двух десятков саженей от визитёров из иной реальности. На всякий случай. Обычному человеку колышки, натянутая между ними бечева и несколько шестов с птичьими черепами покажутся сущей нелепицей, но если посмотреть из Астрала, то откроется совершенно иной вид. Увидев результат трудов гоблина, Кайфат только покачал головой: он-то просто решил перестраховаться и, говоря языком иносказаний, просил низенький заборчик, а Гхол соорудил частокол из брёвен.

Внутри барьера духов К’ирсан плетью Нергала выжег прямо на земле звезду с восемью лучами — четырьмя длинными, ориентированными по сторонам света, и между ними четырьмя короткими. В центре постарался оставить ровно столько места, чтобы можно было лечь и свободно раскинуть руки.

Затем пришёл черёд рун заклинания. Три нижних луча стали опорой будущей Тропы, вязь символов Истинного алфавита плющом обвила каждую линию, каждый штрих. Кайфат подобрал такое сочетание знаков, при котором ни капли Силы не тратилось впустую, а реальность уплотнялась, формируя некое подобие якоря. Теперь даже если вдруг К’ирсан будет ранен, он всё равно сможет вернуться. Сейчас ему предстояло нечто большее, чем просто прогулка по Астралу, — никакие предосторожности не будут лишними.

На оставшиеся лучи Кайфат поставил защитные печати. Теперь, если на Тропу прорвётся какая-нибудь тварь, то до тела не доберётся. Как, впрочем, не доберутся и враждебные чары, которыми Рошаг может решить одарить старого знакомого.

Выглядели печати как сложные плетения, в основе которых лежали всё те же Истинные знаки. Кружева потоков Силы так искусно оплетали каждую руну, что они казались их естественной частью. Просто ювелирная работа. К’ирсан собой чрезвычайно гордился, сожалея лишь об одном: узнать об эффективности волшбы можно было, лишь проверив её в деле.

— Гхол, как только я уйду по Тропе, встанешь здесь, — показал К’ирсан на лишённый травы пятачок у самого кончика нижнего луча. — И займёшься контролем границы. В точности, как я показывал ещё в замке барона Орианга. Следи, чтобы её не пересёк ни один бестелесный выкидыш Бездны. Понял?

Гоблин кивнул. Серьёзная мина на его зелёном щекастом лице, да ещё и на фоне огромных ушей, смотрелась донельзя потешно. Даже Руал зафыркал.

— А как быть, если сюда заявятся демоны? — Уж кто-кто, а маленький ург точно не забыл, как Кайфат дрался с прорвавшимися из иной реальности монстрами.

К’ирсан задумчиво покосился на свои печати, которые, по логике, должны задержать кого угодно, затем на десяток лучших бойцов Жижека, рассевшихся за пределами круга из бечёвы. Гоблин будет в трансе и позвать на помощь вряд ли сможет. Хотя…

— Канд, каждые полчаса будешь подпитывать лучи Силой. Если вдруг почувствуешь, что плетения начали дрожать или даже вовсе расползаются и рвутся, сразу зови солдат. Кроме меня, любой гость с той стороны — враг.

— Я понял, Учитель!

Парнишка пытался сохранять серьёзность, но получаюсь плохо: выдавали радостно блестящие глаза. Уже побывав в самом настоящем бою и доказав свою полезность, он жаждал новых свершений, хотел принимать участие в каждой авантюре наставника.

Такой не подведёт. Руал, которому предстояло охранять тело хозяина, согласно засвистел.

— Что ж, тогда мне пора к мархузу в пасть, — скривился К’ирсан.

С новой силой вспыхнуло нежелание начинать предстоящий обряд. Заболели шрамы на теле, безумно зачесалась изуродованная половина лица. Ощущая себя последним негодяем, он лёг в центр звезды, посадил себе на грудь Прыгуна, раскинул руки и… одним толчком отправил сознание в Астрал.

Руал, Гхол, Канд, солдаты, Ложе Альме, город Рогно и весь Торн остались позади. Впереди открылась испещрённая тысячами огней пропасть иной реальности. Не отвлекаясь ни на что, Кайфат вызвал в памяти образ Мокса, добавил толику Силы, и через мгновение пришёл ответ. Вокруг закружились потоки энергии, замелькали искры, обрывки плетений, появлялись и исчезали непонятные видения, послышались странные шорохи и треск, грубые голоса затянули нечто вроде гимна, но тут же пропали.

К’ирсан ощутил, что летит. Несётся, как стрела, тенью пожирая расстояние и время. Бестелесные создания уступали ему дорогу, враждебные вихри рассыпались, стоило их коснуться. Наверное, нечто подобное ощущают драконы Междумирья, странствующие между мирами. Сравнение пришло как-то неожиданно, внезапно, словно откуда-то извне. И на один удар сердца К’ирсан посочувствовал лишившемуся всего этого Рошагу, а потом сам этому удивился.

Неужели сказалась отравленная драконья кровь?

С этой мыслью он провалился в некое подобие колодца, почувствовал, как Тьма сдавливает в объятиях, потом вспышка — и… Кайфат вновь оказался в реальном мире.

Он возник в центре огромной гексаграммы, испещрённой множеством мелких рун, колдовских знаков и символов. На пересечениях линий Силы лежала всякая дрянь вроде мелких камешков, деревянных статуэток или восковых свечей. Чуть в стороне горел маленький костерок, распространяя вонь горелой шерсти.

Определённо, творение Кайфата отличалось несколько большим изяществом. Здесь же можно подумать, что не опытный маг работал, а деревенский колдун с духами общался.

— К’ирсан, я тебя уже второй день жду. Сколько можно? — Мокс Лансер обнаружился поодаль от всего этого безобразия. Сидел на складном стульчике и с видимым удовольствием попивал вино из фляжки. На столике рядом стояла тарелка с жареным мясом. Не похоже, чтобы он так уж истомился ожиданием. Перехватив взгляд союзника, Лансер развёл руками: — Извини, но, сам понимаешь, тебя угостить не могу.

Кайфат хмыкнул. Какие обиды, сейчас он выглядел как светящийся зелёным призрак: человеческие черты — и те с трудом различимы.

— Насколько понимаю, мы победили? — поинтересовался Лансер, намекая на недавнее сражение.

— Да. Правда, пришлось прибегнуть к магии Запрета, но победили, — ответил К’ирсан. — Даже удивительно, что Нолд не прислал расследователей. Договор договором, но заклинание получилось весьма… мощным.

— О, ничего странного. В Сардуоре Истинные так и не смогли толком развернуть контрольную сеть. Из Стеклянной пустыни иногда такое накатывает — чутьё на магию напрочь отшибает. Только в городах следить за волшбой и получается, — сказал Мокс и покачал головой: — Эх, жаль, не удалось понаблюдать за твоей работой. Есть в Запретных практиках, пусть даже мне недоступных, некое очарование…

— Ещё успеешь, — буркнул Кайфат. Бестелесное существование отнимало немало сил, и тратить их на беседу было верхом глупости. — Для обряда всё готово?

— Разумеется, — пожал плечами Мокс и принялся перечислять, используя вилку вместо указки:

— Вокруг Козьи горы, у тебя за спиной остатки нолдского индикатора магии, а под ногами якорь для Тропы. Если же хорошенько принюхаешься, то и вонь Тьмы ощутишь… Её источник где-то в радиусе пары миль отсюда, точно не скажу… Так что заказ твой выполнен целиком и полностью. Можешь приступать.

Лансер говорил с поразительным безразличием. Из рассказов Кайфата он прекрасно знал, кого тот собрался призвать, имел представление о возможностях этой сущности и догадывался о желаниях. Однако не высказал даже слова возражения: ни когда покидал столицу, ни сейчас.

— Ты не хочешь ничего мне сказать? — не выдержал К’ирсан. — Ведь часть ответственности за открытие Врат Бездны ляжет и на твои плечи. Оттуда выйдет тварь, которой ещё не знала эта эпоха. Могучая, коварная и безмерно жестокая, мечтающая залить Торн кровью. Если станет известно, кто это сделал, нас назовут олицетворениям вселенского зла…

— Ой, К’ирсан, ты слишком идеализируешь людей и нелюдей. Историю пишут политики. Победим — наши действия назовут правильным стратегическим решением, проиграем — станем военными преступниками. Если мне не изменяет память, Птоломей однажды применил экспериментальное заклинание Вероятностного Шторма против армии Объединённых Колоний Заката. Особо отмечу, против готовой сдаться армии. В один миг погибло порядка десяти тысяч солдат, ещё пятнадцать тысяч умерли от ранений. И ничего, Птоломей — национальный герой Нолда, а погибшие — жуткие злодеи.

Кайфат, может, и попытался бы возразить, но, увы, земная история знала немало примеров аналогичного лицемерия. Во Вторую мировую войну президент одной страны приказал уничтожить два города своего извечного соперника лишь потому, что они идеально подходили для испытания нового смертоносного оружия. То, что император вражеского государства уже вёл переговоры о капитуляции, в расчёт не принималось. Погибшие исчислялись сотнями тысяч, однако ни один защитник общечеловеческих ценностей так и не назвал экспериментатора палачом.

— Понятно. А со своей совестью как будешь договариваться?

Кайфат понимал, что ведёт себя совершенно непоследовательно, но не мог остановиться. Чтобы разобраться с собственными нравственными терзаниями, ему требовалось выяснить мотивы Мокса.

— Совесть, говоришь?! — Невозмутимость Лансера как рукой сняло. — Каратели Объединённого Протектората во время восстания в Харне уничтожили всю мою семью. Мать, отца, сестру, брата… И эти мархузовы выродки из «цивилизованных» стран даже не почесались. Мол, дикарём больше, дикарём меньше — разницы никакой, а свобода и счастье требуют жертв… Тьма! — Маг хлопнул ладонью по колену и ненадолго замолчал, успокаиваясь. — Сегодня Сардуору грозит нашествие тварей Бездны. Не столь важно, какими мотивами руководствуешься ты, но если это позволит отвести опасность от моей земли, я готов пойти на любые гнусности. Пусть теперь жители благостных земель на своей шкуре ощутят, что такое смерть во имя великих идеалов.

— Что ж, вопрос снимается, — криво усмехнулся К’ирсан. С разговорами пора было завязывать. — Ты подготовил пути отхода?

Лансер, который вновь натянул маску безразличия, пальцем подцепил цепочку на шее и вытянул на свет небольшой серебряный медальон с изображением крылатого человечка. Завязанный на Стихию Воздуха амулет после активации давал своему владельцу пару крыльев, с помощью которых спуск с гор становился минутным делом.

Мокс опять продемонстрировал качества прирождённого мага, думая на несколько шагов вперёд.

— Тогда начнём. Ты займись Тропой, а я, пожалуй, сосредоточусь на главном. — К’ирсан по привычке встряхнул руками и, сложив пальцы в знак концентрации, закрыл глаза…

Итак, в Бездне томится дух Рошага. Во плоти он может появляться лишь на Гуур’о’деми, и то ненадолго, а уж чтобы вырваться за её пределы — и речи быть не может. Слишком крепки цепи, которыми он прикован к скале. Чтобы порвать их, не хватит Силы ни самому костяному дракону, ни его миньонам. Рано или поздно они, конечно, добьются своего, но тогда и справиться с монстрами будет гораздо тяжелее.

Впрочем, с необходимостью предстоящего обряда К’ирсан уже разобрался. Весь вопрос — как освободить мстительного лога раньше времени.

Своей Силы, да ещё столько, чтобы разбить цепи, у Кайфата просто нет. И тем более не хватит её для переноса сопротивляющегося Рошага за сотни миль от Сардуора. Без хитрости здесь не обойтись.

Для освобождения своего старого знакомого Кайфат решил использовать ритуал Тёмного Призыва из медальона некроманта. Данное колдовство не предназначалось для работы со столь могущественными сущностями, и в него пришлось внести некоторые коррективы. В основном они касались укрепления каркаса заклинания, расширения каналов Силы и смещения точки фокуса на более глубокие уровни Бездны.

Вызвав образ меча, К’ирсан нарисовал им в воздухе окружность, разделённую на восемь секторов. Внутри каждого он разместил цепочки рун, ответственные за контроль входящего потока, фиксацию прохода, защиту чар от разрушения, а вдоль внешней границы — плетение призыва сущности. Конструкция уже звенела от Силы, когда в самый её центр Кайфат поставил печать своего истинного имени.

Полыхнула вспышка, и узор заклинания приобрёл завершённость. Полюбовавшись получившейся фигурой, К’ирсан развернул её параллельно земле, а затем заставил взмыть высоко в небо над приметной скалой с раздвоенной вершиной.

Где-то внизу, под толщей камня, располагалось озеро Тьмы, в водах которого маги Братства Отрёкшихся нашли Молот Зелода. Там обитали жуткие твари, а эманации сил Мрака разъедали саму плоть этого мира. После прошлого визита в эти подземелья у К’ирсана остались самые неприятные воспоминания. Аж мороз по коже!

Удивительно, как это Маллореан терпел такое непотребство практически у себя под боком. Или, наоборот, использовал его как страшилку для гномов?!

Что ж, сами виноваты. Светлые не пожелали выжечь источник скверны, и теперь им придётся за это поплатиться. Собранная здесь энергия разобьёт любые цепи и даст Рошагу необходимую свободу.

Кайфат один за другим нарисовал клинком сразу три круга со вписанными в них треугольниками. Знаки в каждом из них были похожи, но разнилась природа используемых чар. В первый К’ирсан влил колдовство Шипящего, во второй — магию ловушки из заброшенного города в Смертельном Лесу, а в третий — силу крови лога. Выкрикивая слова заклятий, жестом закрутил все три узора и поместил их немного ниже плетения Тёмного Призыва.

Все, приготовления к обряду были завершены. К’ирсан устало вздохнул и вытер несуществующий пот — несмотря на бестелесное существование, привычки никуда не делись. Рядом зашевелился похожий на мокрую шушу Мокс. Маг вымотался так, что от него только пар не валил. Держать Тропу для колдующего духа оказалось весьма непросто.

— Ты как? — спросил Кайфат. Лансер молча замахал руками. Мол, не стоит обращать на него внимания, он в порядке. — Тогда приготовься, сейчас будет большой бум.

Пришла пора для завершающей части ритуала. Дождавшись, когда Лансер пододвинет к себе поближе короткий зачарованный посох, Кайфат сложил из пальцев знак активации и выкрикнул слово-ключ.

В ответ раздалось басовитое гудение, с каждым мгновением становящееся всё более и более громким, пока не превратилось в оглушающий рёв. Вокруг четырёх плетений возник изумрудный шар, почти тут же лопнувший мыльным пузырём, а во все стороны побежали волны, как после брошенного в воду камня. И наступила тишина.

Узоры заклинаний исчезли, сменившись чем-то вроде крохотной шаровой молнии, из которой вниз бил тонкий, как спица, луч света. Камни, на которые он попадал, начинали крошиться и трескаться. Не было раскалённых брызг или уместного здесь жара — просто рассыпающиеся в песок камни.

Неожиданно скала под ногами задрожала, затем один за другим случились несколько толчков, да таких, что Мокс подпрыгнул вместе со своим стулом и упал на спину. Но К’ирсан этого словно и не увидел. Он как заворожённый наблюдал за иссиня-чёрной лентой, змеёй вырвавшейся из глубин и вонзившейся в центр источника луча. Чернильная мгла моментально поглотила зелень, громыхнуло, и на этом месте начало расти облако первородной Тьмы.

— Тысячу мархузов тебе в печёнку, К’ирсан! Что это такое? — крикнул Мокс.

Одной рукой он прикрывал глаза: одного взгляда на буйство Тёмной энергии хватало, чтобы начинала кружиться голова и плыть сознание.

— Надеюсь, то, что требуется. Заклинание я больше не контролирую, — ответил Кайфат ледяным тоном.

Со временем эффект от воскрешения становился слабее, к нему начинала возвращаться его извечная холодность.

— Почему-то твой ответ меня ничуть не успокоил, — буркнул Лансер, поднимаясь и покрепче сжимая посох.

Камень под ногами опять задрожал, по ушам резанул ужасный свист, и… жахнуло так, словно взорвались флотские арсеналы Нолда и Джуги, вместе взятые. В воздух поднялись клубы пыли, вокруг начали падать огромные валуны. Лансер едва успел активировать защитный купол, как в него тут же ударил здоровенный булыжник.

Бездна! Ритуал оказался несколько более опасным, чем думалось ранее. Скала просто перестала существовать, превратившись в действующий вулкан. Только из его жерла вместо огненной лавы ударил фонтан Тьмы…

И небеса не выдержали такого напора. Раскрылась огромная прореха — в неё и ухнула невообразимая мощь, перед которой отступили когда-то гномы и с которой решили не связываться эльфы. Её третьей части хватило бы, чтобы восстали все погосты в Зелоде и Гарташе, а то и по всему Грольду. Своим заклятием Кайфат привёл в действие силы столь жуткие, что брала оторопь.

Но Бездна способна вместить и не такое. Раздалось утробное ворчание — и поток иссяк, а внутри прохода заворочалось какое-то белое пятно.

— Ты, червь?!! — Рёв разбуженного демона не шёл ни в какое сравнение с голосом Рошага.

В края прорехи вцепились когтистые пальцы, затем появилась голова с оскаленной пастью. Полыхающее в пустых глазницах белое пламя не сулило ничего хорошего.

— Не ждал, черепок? — рыкнул К’ирсан. Колдовским зрением он отлично видел, как ожившего лога выталкивает наружу гигантский пресс из сотен тысяч чёрных щупалец: по своей воле покидать Гуур’о’деми тварь пока точно не планировала. Зрелище приятно грело душу. Если бы ещё ни один из её миньонов сюда не прорвался, то совсем было бы хорошо.

— Верно, грязерождённый, не ждал. — Рошаг наконец перестал сопротивляться и одним прыжком выбрался наружу.

С влажным шелестом проход закрылся за его спиной, и костяной дракон рухнул на камни.

Для любого другого существа это грозило очень большими неприятностями, но не для лога. Мерзкое порождение Бездны, насмешка над самим словом «жизнь», он тяжело приземлился на гранитный валун, разбив его в мелкий щебень, и тут же встал на все четыре лапы. Лишь пасть на кончике хвоста свирепо клацнула зубами. Со знакомым шелестом «мешки» за плечами Рошага развернулись в пучки щупалец с когтями-ятаганами, окрестности огласил свирепый рёв.

Мархузово семя! К’ирсан с содроганием понял, что он немного просчитался и давний недруг далеко не так слаб. До освобождения тому оставалось совсем немного времени. Уже сейчас аура костяного дракона ужасала: при взгляде на неё хотелось лишь одного — бежать.

— Мокс, уходи. Вдвоём нам с ним не сладить, — сказал Кайфат, не отрывая глаз от противника.

— Понял, — выдавил Лансер.

Близость к столь могущественной сущности тяжким грузом давила на психику, сопротивляться напору чужой магии было непросто.

Сжав медальон, он произнёс заклинание и ринулся к обрыву. Несколько шагов, затем прыжок, и вот уже чародей скользит вниз на Крыльях Ветра. Ловкость, с которой Мокс управлялся с магическим планером, говорила о немалой практике.

Недоброе предчувствие заставило вскинуть руку и метнуть вдогон Лансеру сгусток энергии. Он взял верный прицел: пульсар и стрела Тьмы Рошага встретились на изрядном удалении от Мокса. Полыхнувший взрыв не причинил тому никакого вреда, зато предупредил об опасности. Летун сложил крылья и камнем рухнул вниз.

«Что ж, пора и мне уходить», — подумал Кайфат и с чувством выполненного долга попытался ступить обратно на Тропу. Однако вместо знакомого ощущения погружения в водоворот энергий он словно ударился о стену.

Кали и все демоны Тьмы, что происходит?! Сохраняя хладнокровие, К’ирсан окинул колдовским взглядом астральный якорь и вновь выругался. Возвращению в тело мешали белесые щупальца, перегородившие канал выхода в иную реальность.

Когда Рошаг успел?!

— Сбежать хотел, червяк? — пророкотал дракон. — Трусливый человечишка… Прошлой ошибки я не совершу: всё закончится здесь и сейчас.

— Уверен? — спросил К’ирсан, лихорадочно перебирая доступные заклинания.

В бестелесном состоянии, тем более истощённый ритуалом, он мало что мог противопоставить Рошагу. Надо бежать, но как?

У лога таких ограничений не было. Привстав на задние лапы и прищёлкнув когтями, он послал в Кайфата две полосы тумана, на лету трансформировавшиеся в двух белесых змей с чёрными головами. В пасти каждой могла поместиться целая лошадь. И что-то подсказывало: зубки этих милых созданий смертельно опасны даже для духа.

Прикрывшись мерцающим Щитом, К’ирсан метнул одну за другой две «сосульки». Получив первую в глаз, а вторую прямо в глотку, одна из змей рухнула на камни, где и истаяла туманом. Зато вторая тараном ударила в центр силового поля, едва не разбив его вдребезги. Скороговоркой произнеся заклинание и нарисовав нужные знаки, Кайфат хлопнул ладонью по башке твари, разнеся её в клочья чарами Разрыва.

— О, а ты многому научился, грязерождённый, — сказал Рошаг с ненавистью. Он уже успел забраться на скальный выступ, откуда и наблюдал за боем. — А что скажешь на это?

С каждого пальца на передних лапах лога сорвалось по мутной белой капле. Зависнув в воздухе, они стремительно выросли в сотканные из тумана копии головы лога и с завыванием устремились к К’ирсану.

Проклятье! Кайфат добавил в Щит энергии и превратил его в полноценный кокон. Выждал, пока по плёнке силового поля забарабанят удары, и ответил Стеной Шипов. Пассивной защитой драку не выиграть — необходимо атаковать. Накрывающий его купол ощетинился частоколом копий, и ни один колдовской снаряд Рошага не уцелел. Все оказались нанизаны на острые шипы, отчего тут же распались. Вместе с ними истощились и чары Кайфата. Однако он не стал ждать новой атаки и, направив на Рошага раскрытую ладонь, выстрелил зелёным лучом.

Крик дракона, которого заклинание поразило в левую глазницу и снесло затылочную кость, порадовал слух. Свирепо оскалившись, К’ирсан собрался повторить успех, но противник быстро оправился от удара. В мгновение ока раны затянулись, лог гигантскими прыжками понёсся в его сторону.

Как убить врага, обладающего знаниями обитателя Междумирья, из которого ключом бьёт магия Бездны, а повреждения восстанавливаются безо всяких усилий?

К’ирсан полоснул огнём по мешающей бежать преграде и помянул мархуза: сгорела едва ли десятая часть щупалец. Всё-таки рукопашной схватки не избежать.

Пальцы сами забегали, переплетая потоки Силы и руны крепости. Рошагу оставался последний прыжок, когда Кайфат швырнул ему навстречу клубок нитей, уже в воздухе развернувшихся в плотную сеть. Костяной дракон влетел в самый её центр и упал, запутавшись в силовых линиях.

— Кха-ааа! — Тварь окатила пленившие её чары потоком слизи, и те начали стремительно таять.

Если К’ирсан хотел выжить, следовало поспешить. Добавив жара корчащимся в колдовском пламени отросткам Бездны у входа на Тропу, он вызвал меч и приблизился к бьющемуся в путах логу. Если нанести монстру достаточно много ран, он не сможет быстро восстановиться, и будет время уйти. Главное, вырубить его первым ударом…

Но Рошаг не желал проигрывать. Повернув голову, он что-то бессвязно прорычал, после чего из клыкастой пасти вырвалась волна искажений, благополучно миновавшая Кайфата и бесследно исчезнувшая на Астральной Тропе.

К’ирсан всем нутром ощутил, как катится к его телу враждебная волшба. Если защита не устоит, он так и останется бестелесным духом. Пожалуй, драка слишком затянулась.

— Получай, тварь!!!

Ему показалось, что клинок в руке обрёл материальность — полный Силы, звенящий от вложенных чар. Конечно, не великий артефакт вроде Молота Зелода, но и уже не примитивная поделка. Кайфату удалось создать могущественный инструмент для уничтожения кого угодно — будь то нежить, порождение Леса Смерти, Истинный маг, бестелесная тварь или выкидыш Бездны вроде Рошага.

Увернувшись от одного щупальца, отрубив коготь на втором, Кайфат приблизился вплотную к башке дракона и с размаху вонзил клинок в центр лба. Заклинание Разрыва пробудилось будто само собой. По клинку пробежала цепочка рун, и голова лога взорвалась фонтаном костяных осколков.

— А теперь бего-о-ом!! — подбодрил себя криком К’ирсан, возвращаясь ко входу на Тропу и врубаясь в преграду. Меч услужливо превратился в язык пламени, который играючи рассекал порождённые магией Бездны щупальца. — Быстрей, быстрей…

Краем глаза Кайфат наблюдал за тем, как из кусочков складывается череп дракона, по шипам на броне бегут искры и начинают дрожать лапы.

Нет, должен успеть!

Он уже стоял одной ногой на Тропе, а Рошаг ещё только начинал подниматься, когда пространство над скалой вновь с треском разорвалось, и в открывшуюся прореху заглянула тварь из подземелий Гамзара. Четырёхрукий урод всё-таки пришёл вслед за своим новым хозяином.

К повторению прошлой астральной битвы К’ирсан был точно не готов. Выругавшись в голос, он метнул в Рошага Снежок, а затем всем телом проломил остатки стены и нырнул в реку эфира. Заклинание якоря развеялось уже за его спиной.

— Кали вам всем в жёны! — сказал Кайфат, едва разлепив глаза.

Горло пересохло, под веки словно песку насыпали, мысли ворочаются как тяжёлые валуны, а тело точно вытащили из-под пресса. Хуже было только после воскрешения.

С трудом шевельнувшись, он вдруг понял, что в руках сжимает свой меч. Руны на клинке ещё слабо светились. М-да, вызов Рошага дался ему нелегко.

— Учитель!

— Ты не ранен, хозяин?!

Кайфату помогли сесть, и он огляделся мутным взором. Над ним склонились Гхол, почему-то залитый кровью с ног до головы, и Канд, прижимающий к ране на щеке грязную тряпицу. Шею щекотал пушистый хвост Руала, и, судя по его потрёпанному виду, зверьку тоже досталось.

— Какого мархуза тут произошло? — К’ирсан усилием воли заставил кровь быстрее течь по жилам, зачерпнул в Источнике энергию и направил её к внутренним органам. Ему нужно срочно приходить в норму.

— Мы дрались, Учитель! — Глаза Канда радостно сверкали.

— С кем? — не понял Кайфат.

— Хозяин, после того как твой дух ушёл по Тропе, почти двое суток ничего не происходило. Никто и ничто не тревожило покой твоего тела. Я даже немного расслабился, но потом… — сказал Гхол печально.

Уши повисли, на лице — виноватое выражение. Он даже шмыгнул носом и попытался его вытереть рукой, но лишь размазал кровь.

— Потом ка-ак шандарахнет! И на холм мечерукие посыпались. Ну, демоны, мы их так назвали… — опять зашептал Канд. — Они сначала квёлые были, точно им по башке пыльным мешком стукнули. Я успел двоих плетью достать, а потом Гхол из транса вышел и велел мне солдат звать, сам же копьё схватил и над тобой встал с Руалом на пару. Так они и рубились, пока люди Жижека с Руорком не подоспели…

— Руорк? — переспросил К’ирсан.

— Да, Учитель. Он несколько своих бойцов привёл, чтобы показать, как их командир колдует. В назидание! — Странное дело, но в голосе парнишки не было слышно иронии. — Так всех демонов и положили.

К’ирсану показалась какая-то недоговорённость в словах Канда. Да и губы Гхола хоть и беззвучно шевелятся, но «Рыргу» опознать можно.

— Больше ничего не произошло?

Гхол и Канд переглянулись, затем дружно уставились куда-то ему за спину. Повернувшись в ту же сторону, К’ирсан вполголоса выругался. Там стояли десятка два бойцов во главе с Руорком и смотрели… нет, пожирали его глазами. Казалось, скажи им сейчас броситься на мечи — они сделают это не задумываясь.

— Итак? — спросил Кайфат уголком рта.

— Хозяин, когда пришли демоны, канал раскрылся немного шире и стал пропускать эманации Силы с той стороны…

— И?! Гхол, не тяни мархуза за хвост!

— Над холмом возникла иллюзия, в которой ты дрался с кошмарным монстром. Чтобы ощутить источаемое им Великое Зло, не надо быть шаманом — достаточно было иметь глаза. Все видели, как ты победил и срубил твари голову мечом, как ей на подмогу пришло новое порождение Бездны… — Маленький ург несмело улыбнулся. — Так что теперь тебе, хозяин, вряд ли получится и дальше отказываться от своего предназначения. Тебе Судьбой написано сражаться с силами Мрака!

Вторя его словам, закивал Канд, весело засвистел запрыгнувший ему на плечо Руал, что-то забормотали солдаты.

К’ирсан не выдержал и повалился на спину. Очень хотелось долго и грязно ругаться, а ещё сильнее — напиться. От образа демоноборца теперь и вправду не отделаться. Холм из Рогно — как на ладони, описанную картину наблюдали если не все, то большая часть горожан. И как с этим быть — непонятно. Ясно одно: о мечтах о спокойной жизни теперь точно можно забыть. Навсегда.

Впрочем, радует, что люди увидели финал истории с обрядом, а вовсе не её начало. В противном случае всё могло оказаться гораздо хуже.

К’ирсан не удержался и фыркнул.

Пусть проклянёт его Тёмный Оррис, но какая ирония: призвать Рошага в мир и получить клеймо защитника Добра. Достойная завязка для пьесы. Может, подкинуть идею Мигулю Шесть Струн — ну, чтобы хоть немного успокоить совесть?


Глава 22 | Владыка Сардуора | Глава 23