home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Ежедневно моросили дожди. Август, прохладный и сырой, уже распахнул двери осени. В тот день я выходила на работу в вечернюю смену, а потому накануне не стала заводить будильник. Но меня разбудил звонок в квартиру. Ранней гостьей оказалась тетя Катя. Слабоумная женщина и раньше наведывалась навестить меня – мое долгое отсутствие не повлияло на нашу взаимную симпатию. Я отдыхала душой в ее обществе: такие искренность и простодушие не часто встретишь в жизни. Она, вероятно, нуждалась в обычном внимании с чьей-то стороны, и я не отказывала ей в нем.

На этот раз она притащила с собой большой бесформенный тюк – какие-то вещи буграми выпирали из завязанной узлом грязной простыни. В этот неожиданный по времени приход тетю Катю было не узнать. Обычно сонная, заторможенная, сейчас она беспокойно елозила на стуле, дергала головой, и обильные слезы текли по ее щекам. Она размазывала их грязной ладонью, оставляя на лице серые разводы. Я никак не могла понять, что случилось, настолько сумбурна была ее речь. Злые люди выгнали ее из комнаты, сказав, что комната теперь принадлежит им. Еще раньше куда-то уехала опекунша. Двое суток тетя Катя провела в своем подъезде – там ночевала, и участливые соседи подкармливали ее. Но там очень холодно, и несчастная женщина пришла ко мне погреться.

Я слышала, что закон охраняет права психически неполноценных людей. Но видно, бессовестная опекунша нашла способ, как их обойти. Моему возмущению не было предела. Неужели такое возможно не в кино, не в книге, а в жизни? Я все еще не могла понять, какие порядки властвовали теперь в моей стране. Как муха, попавшая в суп, я трепыхалась в личных проблемах, не ведая, что происходит вокруг. Но с каждым днем мой личный мирок все теснее переплетался с большим миром. Неужели дорогой мне, беспомощный человек оказался жертвой наглых махинаций?

Наконец тетя Катя перестала рыдать, развязала свой узел, вытащила оттуда потрепанную сумку без ручек и протянула ее мне:

– Посмотри, Катенька, здесь все мои бумаги.

Тут и направление на новую квартиру, только я не разберу, куда ехать.

У меня будто камень упал с души. Оказывается, я не так поняла тети-Катин рассказ, совсем плохо подумала о людях. Жилье ей выделили, но она не может его найти. Я взяла сумку и со вниманием переворошила пачку справок, рецептов, каких-то записок. Однако никакого ордера или другой бумаги, связанной с новым местожительством, там не было. Направление было только одно: в психбольницу, да и оно было датировано прошлым годом.

Предстояло обдумать, как поступить с бездомной. А пока я отвела ее к раковине, вымыла ей лицо прохладной водой, вытерла и усадила пить чай. Я поняла, что идти ей сейчас некуда, и временно решила оставить у себя. Я расчистила угол в тупике коридорчика и втиснула туда раскладушку. Под нее мы запихнули и узел с немудреным скарбом несчастной. Поняв, что я ее не прогнала, тетя Катя плюхнулась на раскладушку, как в гамак, и по-детски радостно стала раскачиваться на ней. Старые пружины заскрипели под ее грузным телом. Тетя Катя, казалось, была на вершине счастья. Как быстро происходит смена ее настроений, подумала я, у нормальных людей так бывает редко. Тут же она вновь нахмурилась, вспомнила, что ей надо на работу, два дня пропустила. Юра, ее хозяин, будет ругаться. А Юра тоже хорош: его ходячая реклама два дня отсутствует на работе, а он даже не заехал поинтересоваться, что с ней. Наверное, взял на ходу первого попавшегося безработного и надел на него фанерный домик.

После завтрака мы с тетей Катей вышли из дому вместе. Я проводила ее до пристани и передала с рук на руки Юрию. Заметила, что надо быть внимательнее к своим работникам. Но Юру мало интересовали беды этой женщины, он и взял-то ее, уступив просьбе матери. Маргарита Алексеевна удостоила меня небрежным кивком. Лед в наших отношениях был сродни арктическому. После расстроенной свадьбы она решительно вычеркнула меня из жизни сына и своей собственной жизни.

Мое возвращение в город обеспокоило ее, а каждое появление пугало: ей казалось, что я еще имею виды на Юру.

Однако, услышав рассказ тети Кати, Маргарита Алексеевна схватилась за голову: «Что творится!

Какое беззаконие!» Она погладила дурочку по спине, потом обратилась ко мне. На этот раз голос ее немного смягчился.

– Спасибо, Екатерина, за содействие нашей горемыке. Я бы хотела выслушать от тебя подробности и обсудить, как нам быть дальше, как помочь больной. Но скоро наш катер отчаливает. Может, прокатишься, а после рейса вернемся к разговору?

До начала моей смены в сосисочной было еще много времени, и я согласилась. Последний раз я каталась на экскурсионном катере еще в детстве. На воде я отдохнула душой от пережитых в это утро волнений. Заодно увидела Маргариту Алексеевну в работе. Она артистично, широким жестом правой руки указывала на здания, мимо которых мы проплывали.

Слово за слово выстраивала вязь своего рассказа, на ходу отстреливая ответы на хитроумные вопросы.

Было очевидно, что Маргарита Алексеевна, хоть и поздно, нашла свое призвание. Ее выступление было бы еще эффектнее, если бы не прерывалось то и дело кашлем. Вынужденная пауза обрывала нить ее рассказа, пропадал и пафос в ее повествовании. Видно, близость воды и холод плохо влияли на ее горло. Оно было замотано теплым шарфом. Неожиданно меня охватила грусть, мне стало жаль эту стареющую женщину. Сейчас я прощала ей заносчивое поведение и чувство превосходства, которое она неизменно пыталась выказать перед людьми. Она, как и все, была подвержена хворям и возрасту.

Катер медленно проплывал по каналам и рекам – водным артериям города, как образно назвала их Маргарита Алексеевна. Через час, совершив незаметный круг, катер причалил к пирсу уже с другого конца. Пассажиры сошли на берег, а мы с моей несостоявшейся свекровью спустились в каюту. Пока она прихлебывала горячий чай из термоса, я рассказала ей все, что знала об истории тети Кати. Она внимательно меня выслушала, еще раз похвалила за содействие. Потом неожиданно сменила тему:

– Я слышала. Катя, у тебя есть сын. На жизнь вам хватает? Я могу поговорить в одном месте, там уборщица по совместительству требуется.

Я вежливо поблагодарила и отказалась. Моя работа выматывала меня до отказа, но жаловаться на трудности я не стала. Я взглянула на часы – мне было пора двигаться. На мосту у Невского проспекта я вновь увидела тетю Катю с фанерным домиком на плечах. Она громко и жизнерадостно призывала гостей и жителей города совершить водное путешествие. Мегафон усиливал ее призыв. Я остановилась, дружески обняла ее и напомнила, где лежит ключ от квартиры. Вечером ей предстояло хозяйничать без меня.


Глава 2 | Завтра мы будем вместе | * * *