home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ПРОСТИТ ЛИ МЕНЯ БОГ?

АНГЛО-ФРАНЦУЗСКОЕ НАПАДЕНИЕ НА ПЕТРОПАВЛОВСК,

1854 ГОД

Род Робинсон

Эта статья необычна по двум причинам: она уносит нас с Крымского полуострова на Тихоокеанский театр, где русский колосс держал под чуть более чем символическим контролем несколько изолированных поселений и гаваней. Во-вторых, она рассказывает о редчайшей вещи - о чисто русской победе в этой войне. Единственные другие обе были в войне против турок - сражение под Синопом в ноябре 1853 года и осада Карса в 1855-м.

Прежде всего, следует сказать, что эта победа в значительной степени была обеспечена бедностью стратегической мысли со стороны союзников, ибо они превосходили русских как численностью, так и оружием; тем не менее, русский командующий взял в свои руки и ситуацию, и ее развитие, а русские солдаты продемонстрировали много большую предприимчивость и стойкость, чем их коллеги в Крыму.

Когда в 1854 г. (для союзников) началась Крымская война, взгляд Англии был сфокусирован на Балтийском море, казавшимся естественным театром военных действий. Королевский флот должен был просто прийти в российскую столицу Санкт-Петербург и дать царю в морду, в то время как армия должна была сломать русским позвоночник на Черном море. По всему миру английский Джек должен был захватить все русские корабли и базы. Это дутое английское превосходство вскоре было развеяно, когда уязвимость деревянных кораблей против береговых орудий стала очевидной, но на Тихоокеанском театре ни один русский порт по качеству укреплений даже близко не напоминал Кронштадт и Севастополь, и британская Тихоокеанская эскадра получила известие об объявлении войны 7 мая 1854 года, будучи полностью уверенной в своих силах.

Британская эскадра под командованием контр-адмирала Дэвида Прайса стояла в Кальяо (Перу) в компании с эскадрой французов. Достаточно интересно для тех, кто любит рассматривать ситуации типа "А что, если?.." - они только что избежали встречи с русским фрегатом "Аврора", который был в том же самом порту, только несколькими днями раньше. В самом деле, британский пароход "Virago" на своем пути к английской эскадре был на расстоянии пушечного выстрела от "Авроры", но британский командир решил, что куда более важно доставить Прайсу декларацию об объявлении войны, так что русский корабль пошел дальше. Мы еще услышим об "Авроре" - чуть позже.

На первый взгляд казалось, что англичанам повезло с командующим; у него был прекрасный послужной список, три ранения, дважды был захвачен в плен, ведя в бой малые лодки при особо опасных обстоятельствах, стремительный рост до командира корабля. Но все это было давно, в Наполеоновских и Англо-Американских войнах. 30 лет его, безработного, футболили, а он надеялся получить что-то лучшее, чем кресло местного чиновника. Четыре года из девяти, проведенных на службе во флоте, он был комендантом верфей в Ширнессе, что вряд ли его, воина, могло устроить. В 1815 году ему было 25, и он был на гребне волны. Теперь ему было 64, и его последнее командование на море было 16 лет назад. Что привнесли в его характер те долгие годы бездеятельности, те 30 лет, потраченных впустую?

Несмотря на объявление войны, Прайс не выглядел напуганным возможной встречей с неприятелем во время перехода через Маркизские острова к Гонолулу, где они развлекали короля Камеамеа своими попытками противодействовать американцам в создании "сфер влияния". В конечном счете, он взял курс к русским берегам и 27 августа достиг полуострова Камчатка.

Противостоящие силы

Прайс ослабил свои первоначальные силы, выделив корабли для охранных целей (торговый флот всей Пасифики, казалось, ожидал налета русских каждую минуту) но флот все еще был силой, с которой приходилось считаться. Он включал следующие корабли:

- британские - 50-пушечный парусник "President", 40-пушечный парусник "Pique" и 6-пушечный пароход "Virago";

- французские - 60-пушечный парусник "La Forte", 30-пушечный парусник "L'Eurydice" и 12-пушечный парусник "L'Obligado".

Общие силы моряков и морских пехотинцев насчитывали около 2000 человек.

Русских возглавлял контр-адмирал В. С. Завойко, губернатор региона. Число его войска варьируется, но лично я склонен верить капитану 1 ранга Арбузову из состава гарнизона. Он называет "...983 солдата плюс 30 вооруженных жителей, всего 1013 человек". В это число входят экипажи 40-пушечного фрегата "Аврора" и "Двины" (12 пушек). "Двина" доставила подкрепление (400 человек), преимущественно солдат (включая довоенный гарнизон), остальные были моряками.

Русским не хватало береговых орудий, поэтому часть пушек была снята с кораблей. Ничего удивительного, что они сконцентрировали свои силы на подступах к гавани, но поставили несколько редутов и на подходах со стороны суши. До сих пор идут дебаты насчет того, сколько батарей русские построили со стороны моря; я отмечаю все, которые могли существовать. Однако, эти "сомнительные батареи" вряд ли имели более одного орудия вообще. Более вероятно, что они были подготовлены, но из-за нехватки орудий так и не использовались, хотя могли послужить и укрытием для пехоты.

Число орудий на шести обозначенных батареях было следующим: номер 1 - 5 орудий, номер 2 - 11 (кстати, эта батарея была хорошо построена и укреплена фашинами), номер 3 - 5 орудий, номер 4 - 3, номер 5 - 10 (но только 4 современных) и номер 6 - 6 орудий.

Два русских корабля были ошвартованы позади длинной песчаной косы, так что их надводный борт также представлял некоторую защиту от неприятельского огня. Коса также позволяла экипажам кораблей быстро прибыть к угрожающим местам, но немногие орудия (если не все) могли быть перемещены, поскольку не были установлены на колесные лафеты. Можно предположить, что не все орудия были размещены в готовности к огню (некоторые стояли так, что стреляли через нос или корму), поэтому можно считать в надводном борту "Авроры" 18 пушек, а у "Двины" - 5, таким образом, получаем общее количество русских орудий равным 63. Если принять орудийный расчет за 6 человек (как минимум), получим 378 канониров - ну, пусть 400. Около 130 солдат, остается 270 моряков. Получается 600 человек - 470 пехотинцев и 130 моряков.

Русская оборона в сложившейся ситуации выглядела как нельзя лучше. Любая атака прямо на гавань натыкалась на огонь с трех сторон, но фланговые батареи можно было бы брать одну за другой довольно легко. Батарея номер 2 и корабельные борта были наиболее сильной частью обороны. На западном берегу подходы с суши защищали слабые батареи. Пехота находилась в мобильном резерве.

Местоположение и карты

Моя карта Петропавловска - это компиляция двух карт, британской и русской. Ландшафт обозначен как холмистый, с зарослями. У союзников не было иных точных карт, кроме превосходных схем, начерченных в 1827 году лейтенантом Белчером, когда "Blossom" заходил сюда в надежде найти экспедицию Франклина176, искавшего Северо-Западный проход. Так что, они имели полное представление об акватории вокруг гавани, но не об особенностях суши.

Печальная миссия

28 августа Прайс и французский командующий контр-адмирал Феврье Де Пуант произвели разведку русских позиций на пароходе "Virago". Уильям Эшкрофт, бывший в экипаже "Virago", писал, что "...мы насчитали шесть береговых батарей и заметили "Аврору" позади песчаной косы..." Оборона была слегка опробована на следующий день кораблями "President" и "Virago", когда "Virago" обменялась несколькими выстрелами с батареей номер 2.

Тем же вечером Прайс провел военный совет. Был принят план, который состоял в том, чтобы уничтожить батарею номер 1 на мысу, затем из-под защиты Шаховского мыса батарею номер 2, где пушки "Авроры" будут бесполезны. Тем временем должна быть смята батарея номер 4, оставляя свободным наиболее опасный путь для атаки, и затем прямая атака гавани и "Авроры". Это был простой, но логичный план, максимально использующий преимущества союзников.

На следующий день был полный штиль, и парусные корабли были фактически неподвижны. Пароход "Virago" был вынужден буксировать их на свои позиции. Эти сложные маневры уже начали выполняться, когда произошла трагедия: адмирал Прайс спустился на нижнюю палубу и застрелился.

Одним из первых свидетелей был преподобный Томас Хьюм. Позднее он описал события в письме домой: "...(он) спустился в маленькую бортовую каюту, где были его пистолеты, приставил один из них к груди и попытался прострелить себе сердце. Пуля, однако, немного отклонилась и прошла в легкое, причинив смертельную рану, но не такую, чтобы вызвала немедленную смерть. Он был постоянно в сознании, и как только завидел меня, воскликнул: "О, мистер Хьюм, я совершил страшное преступление. Простит ли меня Бог?.."

Почему он сделал это? По общему мнению, все в союзном флоте ожидали победы. Мы должны вернуться обратно к письму преподобного Хьюма: "...он различал большинство офицеров, которые пришли посмотреть на него, и сказал, что причиной его поступка стала неспособность перенести мысль об отправлении в бой стольких многих достойных и смелых людей... которых может подвести к гибели любая его ошибка".

Дальше в письме Хьюм сообщает нам, что адмирал всегда был "очень слаб и подвержен колебаниям". Конечно, это был уже не тот человек, который был ранен под Копенгагеном, Барфлером и Новым Орлеаном, который одиннадцати лет пошел в море, в 19 стал лейтенантом, в 23 - коммандером, а в 25 - кэптеном. Это было его первое флагманство, и, возможно, ему было сложно приспособиться к ответственности, но я верю, что все это было из-за тех долгих расстраивающих и уничтожающих душу лет безработицы. Просто факт, что Крымская война началась слишком поздно для этого бедняги.

Первая атака

Теперь командование английской эскадрой перешло к кэптену сэру Фредерику Уильяму Эрскину Николсону, командиру "Pique". Он был на 25 лет моложе Прайса, сын генерала, наследственный баронет с фактически никаким опытом командования. Теперь он стал руководителем эскадры, шокированной и приведенной в уныние самоубийством британского адмирала, и обременил себя нуждой играть с французами в дипломатию. Прайс, при всех его предполагаемых неудачах, решал эту проблему с тактом и любезностями, но Николсон и престарелый слабый адмирал Де Пуант (который умер вскоре после сражения) немедленно выдали шоу под названием "дивергенция мнений".

Первым решением Николсона стало отложить атаку на 24 часа. Тело адмирала Прайса было помещено в ялик и спрятано подальше от остального флота. На следующий день план Прайса был приведен в действие. По-прежнему был штиль, поэтому "Virago" вновь использовался для буксировки других кораблей к месту сражения. Имея "La Forte" на одном борту, "President" на другом и "Pique" по корме, он был целью, по которой трудно промахнуться, и вскоре полетели русские ядра, круша мачты, разрывая паруса и сбивая с мест орудия. Однако, союзники заняли свою позицию - "President" против батареи номер 1, "Pique" против батареи номер 4 (вместе с "Virago") и "La Forte" против батареи номер 2. Через некоторое время с трудом удалось заставить замолчать батареи номер 1 и номер 4. Часть союзных морских пехотинцев и моряков была высажена с "Virago" возле батареи номер 4 с приказом захватить ее. Дневник Уильяма Эшкрофта рассказывает нам, что использовалось два вельбота, так что мы можем предположить, что этот отряд насчитывал, по-видимому, не более 60 человек. Лейтенант Попов, командир батареи номер 4, заклепал свои пушки и отступил к батарее номер 2. Окрыленная успехом, десантная партия, ведомая трубачом в полной одежде горца, маршировала вдоль берега "разобраться с другой батареей", но появление около 200 русских пехотинцев отчасти изменило их планы. Огонь орудий "Virago" и "Pique" удерживал русских достаточное время, чтобы десантная партия вернулась на корабль.

И десантная партия планировала маршировать к батарее номер 2 - с ее 11 пушками, за 1200 метров? Это, я думаю, является хорошим доказательством наличия других батарей вдоль береговой линии, хотя я подозреваю, что они, вероятней всего, не были укомплектованы пушками.

Батарея номер 1 на мысу Шахова была оставлена. Лейтенант Гаврилов был ранен в самом начале, так же, как большинство его людей. Орудия также были выведены из строя, и подпоручик Губарев вывел уцелевших вокруг к батарее номер 2.

Сбив обе фланговых батареи, союзные корабли сконцентрировались на батарее номер 2 под прикрытием мыса Шахова. Русские достойно отвечали, но не могли состязаться с плотностью огня союзников. Тем не менее, батарея так и не была смята полностью, и смелые русские канониры подползали к своим пушкам, едва огонь союзников чуть стихал.

Союзный флот также получил повреждения - хуже всего пришлось "Virago", получившей пробоину ниже ватерлинии, когда она прикрывала отход десантной партии. Пароход находился в зоне действия батареи номер 2 и "Авроры", и ему пришлось быстро отойти, избегая дальнейших повреждений. Пробоина, довольно большая, была быстро заделана, и вскоре "Virago" вернулась в бой, буксируя "La Forte", когда фрегат подвергся тяжелому обстрелу. После этого в действиях был перерыв на ночь.

Каковы были достижения? Две батареи разрушено, третья повреждена и, по большому счету, выведена из строя. Однако, оставались русские корабли - практически невредимые. Это не было громадным успехом, но едва ли это было и "Севастополем малого масштаба", как позже заявляли некоторые источники. Русские береговые укрепления были, конечно, трудны для взятия, но далеко не неприступны.

Изменения в плане

Русские не сомневались насчет того, что будут делать союзники на следующий день, 1 сентября. Экипажи союзников тоже всю ночь были заняты приготовлениями к новой атаке. Логично было бы сделать это, уже очистив дорогу для атаки гавани - линию к окончательной победе. Союзники не знали, а ведь боеприпасы русских были на исходе, так что борт "Авроры" вряд ли сдержал их надолго.

Однако адмирал Де Пуант не был приверженцем нового штурма, хотя Николсон был настроен более воинственно. Споры продолжались целый день, и на следующий, и не были разрешены до вечера третьего дня. Момент был потерян, хуже того - он приободрил русских, которые всерьез поверили, что причиной задержки явились сильные повреждения союзных кораблей.

Уже покойный, адмирал Прайс вызвал окончательное поражение союзников. 1 сентября "Virago" была отправлена на другую сторону Авачинской губы с приказом захоронить Прайса и других погибших в бою. Здесь, в Тарьинской бухте, были обнаружены четверо американских моряков, живущих в палатке, очевидно, дезертиров с китобоя, которые сообщили британцам, что Петропавловск уязвим для десанта с суши. Видимо, они дали информацию относительно расположения сухопутных батарей, которых не могли видеть союзники, а также об особенностях города и силах гарнизона. Насколько точна была эта информация - сложно оценить; когда адмирал Де Пуант услышал ее, она его не убедила. Среди некоторых историков есть подозрение, что американцы были "подсадными", засланными по заданию русских, чтобы подсунуть ложную информацию, и может даже заманить союзников в тщательно подготовленный капкан.

Лично мое мнение на этот счет противоположное. Конечно, в 1854-м у американцев не было любви к британцам, в которых они продолжали видеть имперские устремления. Также у них были хорошие отношения с Россией, они были встревожены британскими попытками блокады русских портов. Однако, кажется несколько неправдоподобным предположить преднамеренный обман с американской стороны; куда более вероятен такой сценарий - моряки, говоря на одном языке, обсудили события последних дней, и, как все тактики-дилетанты, американцы высказали свое мнение, что город может быть взят с суши. Не будет беспричинным предположить, что американцы могли недавно быть в Петропавловске и видели русские приготовления. Легко кричать после поражения: "Предательство!", но я боюсь, что скорее оно произошло из-за изъянов в плане союзников, вот штурм и провалился.

Когда Николсон услышал доклад о встрече с американскими моряками, он сформулировал новый дерзкий план. Отряд в 700 человек высаживается у батареи номер 6 (на схеме) после того, как она и батарея номер 3 будут сбиты. Отряд разделяется на четыре колонны: морские пехотинцы обоих флотов, французские моряки с "La Forte" и "L'Eurydice", британские моряки с кораблей "President" и "Pique" и смешанная группа с "Virago" и "L'Obligado". Морская пехота с французскими моряками взбирается на Никольский холм и занимает вершину, бомбардируя город полевыми пушками, в то время как британская и смешанная группы идут вокруг подножия горы атаковать батарею номер 5 (на карте), и, таким образом, открывают себе дорогу в Петропавловск.

План имел несколько изъянов, которые никто не заметил: во-первых, не было точно известно число неприятельских сил в городе, поскольку союзники не имели никаких карт и возможности разведки; растительность была густой, а Никольский холм - крутым; всегда нужно быть готовым к сложностям со связью, тем более, что атакующие принадлежат к разным нациям; и даже мысли не было об отвлекающей атаке гавани. Последний пункт касается штилевой погоды, поскольку при атаке "Virago" снова должна была буксировать остальные корабли по позициям.

Вероятный вид десантных сил должен выглядеть следующим:

Морская пехота - 100 британцев, 100 французов - итого 200;

Французские моряки - 200;

Британские моряки - 200;

Смешанная колонна - 100;

Всего - 700 человек.

Французская группа была вооружена несколькими легкими орудиями; я могу предположить 4 пушки 6-фунтового калибра с 30 бойцами. Боезапас, видимо, был ограничен ввиду проблем с его ношением. Британская колонна также могла иметь у себя какую-то артиллерию, допустим, 2 пушки с 15 бойцами прислуги. Имеет смысл предположить, что союзники были вооружены винтовками; однако, только морские пехотинцы и некоторые моряки могли быть специалистами в их использовании.

Вторая атака

Как и в первом штурме, "Virago" буксировала корабли к месту действия. В 07.15 "President" обстрелял русскую батарею номер 3. Несмотря на стойкое сопротивление, батарея утихла в 09.00. "La Forte" точно так же обстрелял батарею номер 6 и вынудил русских оставить ее. Путь для десанта был чист.

Союзники были высажены с "Virago" в небольших лодках и овладели батареей номер 6, заклепав на ней пушки. Однако, боевой энтузиазм и недисциплинированность повели их в гору беспорядочно, вместо того, чтобы маршировать вокруг нее, согласно плану. Морская пехота и французские моряки под командованием капитана Королевской Морской Пехоты Паркера в длительной схватке с русскими пробили себе путь на самый верх холма, который дорого стоил - особенно, офицерам. Тем временем, восторженная смешанная колонна моряков карабкалась на холм с северной стороны, наперекор своим приказам, и взяла русских с фланга. Поручик Губарев со своей командой был сброшен с вершины. Британские моряки также действовали против батареи номер 5 и, по британским источникам, она была взята, хотя русские это отрицают.

Было 09.00. Высадка была в 08.30, в полчаса союзники заняли вершину Никольского холма и вышли к окраинам города. Но течение боя было уже повернуто против них. Завойко собрал имеемые у него резервы, около 300 человек, и тремя группами отправил их против союзников. Две группы усилили русские ряды на холме, тогда как третья атаковала британских моряков около батареи номер 5. Это было слишком много для союзных сил, которые устали и были почти обезглавлены. Русские отбили вершину горы на ее северной стороне и отбросили позиции союзников. Беспечность союзников улетучилась, сменившись всеобщей паникой. Люди ринулись вниз по крутым склонам холма, преследуемые штыками русских. Отступление десантной партии было возможным только при помощи поддержки небольшого арьергарда вблизи батареи номер 6 и пушек "L'Obligado", который сумел приблизиться, идя на помощь, используя слабые порывы ветра. К 11.00 десантная партия отчалила.

Это было поражение. Потери были относительно высоки:

Британские: 26 убитых либо пропавших без вести, 79 раненых.

Французские: 26 убитых либо пропавших без вести, 84 раненых.

Русским тоже досталось. Общие их потери за два боя были 37 убитых и 78 раненых. К тому же, погибли некоторые городские постройки и дома. Но победа была их.

Последствия

Снова "Virago" отправилась в Тарьинскую бухту со своей печальной миссией хоронить погибших, покуда союзники оставались на якоре у Петропавловска. 7 сентября были замечены два паруса, которые оказались русскими торговыми судами. Оба они были захвачены и взяты как "призы" - единственный успех союзников в этом деле. Вскоре после этого объединенный флот ушел: британцы на Ванкувер, французы в Сан-Франциско.

Когда вести о русской победе достигли столицы, русские праздновали - после поражения под Альмой и Инкерманом, после тупика Балаклавы. В столицах союзников было решено повторить атаку в следующем году, для чего была собрана большая эскадра. Однако, когда 31 мая она прибыла в Петропавловск, город и порт были пусты - оставлены и эвакуированы по приказу генерал-губернатора Сибири Муравьева. Два корабля были вытащены изо льда с помощью пил, и они ушли в середине апреля.

Источники:

Я. Р. Стоун, Р. Дж. Крэмптон. Печальное дело, англо-французская атака Петропавловска в 1854 году. Polar Record, 22 (141): 629-641, 1985.

М. Льюис. Свидетель в Петропавловске 1854 года. Mariner's Mirror, 49, 265-272, 1963.

У. П. Эшкрофт. Воспоминания Уильяма Петти Эшкрофта. Naval Review, 53, 275-278, 1965.

Размышления о Петропавловском бое

Есть два очевидных аспекта боя, которые можно переиграть - атака с моря и высадка. Мне представляется, что Петропавловск расположен на местности прекрасно. Играющий за русских имеет возможность расположить свои пушки и батареи где он хочет, и союзному флоту также подобрать подходящий план бомбардировки. Погода играет большую роль в действии, лишая союзников полной свободы передвижения кораблей. Командующий союзников может и подождать более благоприятных ветров (что может быть решено бросанием кубиков - с этими штилями, которые, как известно, имели место между 31 августа и 5 сентября и были более вероятны) с учетом того, что запасы пищи и, особенно, пресной воды все это время расходуются. "Virago" была послана набрать пресную воду в Тарьинскую бухту, когда ходила хоронить погибших, так что это можно было делать понемногу в течение всего дела. Еще была опасность, которую не надо сбрасывать со счетов, что к русским могло прибыть подкрепление. Когда 7 сентября были замечены два корабля, это могли быть два русских фрегата, "Паллада" и "Диана". Если на кубиках выпадет явление этих кораблей на сцену, это может придать баталии еще один интригующий аспект.

Позволительным должно быть выделить умение русских канониров и (для полноты) плотность артиллерийского огня союзников, которая вынуждала русских "пригибать головы". Частенько во время военных игр на столе мы видим канониров "торчащими возле своих пушек" под огнем, когда на практике им приходится искать укрытия, возвращаясь к орудиям при ослаблении неприятельского огня.

И в высадках - играющий за союзников может затевать их когда угодно, или замыслить военную хитрость, как ему захочется, но я предполагаю, что он должен выбросить секретный процент этого на кубиках после первого дня бомбардировки. Повреждения на русских батареях и повреждения на его флоте должны быть выкинуты на кубиках, так что он должен принять решение, продолжать ли в соответствии с планом. Если он выбросит меньше, должна быть предпринята высадка, как это случилось в реальности. Если больше - играющий за союзников имеет свободу действий. Другая возможность - ввести третьего игрока на роль Де Пуанта, французского адмирала. Ему следует дать задачу достичь победы союзников возможно меньшей ценой для французского флота, отражая осторожность подхода. Поскольку он более высокого ранга, чем британский командующий, французам может быть приказано не атаковать вообще, хотя, конечно, если британцы победят в баталии самостоятельно, французскому командующему будет присуждена неудача в достижении этой цели.

Допуская, что союзники имеют свободу действий, но по-прежнему решились на высадку, играющий (или играющие) за них может выбрать место высадки, а также может попробовать предпринять отвлекающую атаку; погодные условия позволяют. Он может высаживаться любыми силами вплоть до 700 человек, предполагается, во взаимодействии с французами. Однако на берегу союзники не имеют карт местности, связь между ними желательно затруднить. Эффективное и подчас веселое правило: заставить играющих за союзников разговаривать друг с другом только на чужом языке, которым тот или другой игрок владеет на рудиментарном уровне.

Моральный дух моряков был, понятно, переменным. Если правила позволяют, они должны быть классифицированы как нерегулярные войска "А", склонные к неконтролируемости морального духа вплоть до непредсказуемого его падения. Морские пехотинцы должны быть более устойчивыми войсками. Русские не показали своей обычной тупости - возможно, из-за присутствия моряков, которые вообще были более качественными мужчинами, чем русские пехотинцы. Также, хотя и не могу подтвердить это, солдаты Петропавловска были, вероятно, из Кавказской Армии, которые также были вообще более инициативны, чем их европейский русский эквивалент.

Руководство было сильным фактором в поражении союзников, начиная с главнокомандующего, и вплоть до действий на суше, про которые мы говорим, что потери среди союзных офицеров были очень велики. Люди, находя себя без офицеров, были неспособны реагировать и координировать усилия с прибытием русских подкреплений и были сметены с горы. Правила, используемые в игре, должны допускать эффект потерь среди офицеров. Правила должны быть максимально приближены к этому бою. Безусловно, при таком небольшом количестве людей с обеих сторон, соотношение человеко-фигур может быть высоким, 1 : 5 или даже выше, в зависимости от числа доступных фигур.

Союзники были вооружены винтовками, часть русских тоже. Мичман Фесун писал, что 30 человек из 1-го стрелкового отряда с фрегата были даны ему под командование и посланы на подкрепление русским на холм. Природа местности также мешала обычному превосходству винтовки над ружьем по дальности стрельбы. Я не имею данных, сколько русских были вооружены винтовками, но предполагаю, что, как минимум, одна треть. Дальность стрельбы винтовки должна быть снижена по причине густой растительности.

Надеюсь, этой информации будет достаточно для вас, чтобы успешно представить эту баталию.

И, что бы вы ни делали - не стреляйтесь до того, как действие началось!


Джон Дж. Стефан КРЫМСКАЯ ВОЙНА НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ ( извлечение) | Забыть адмирала! | ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ АДМИРАЛА ПРАЙСА А. И. Цюрупа