home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7

Верный данному слову, я топал до самого рассвета. О том, куда именно направляюсь, почти и не думал. Мне и раньше все было по бубну, как говорит один из моих братьев, а сейчас и подавно. С другой стороны, меня одолевала досада, что не успел я спросить у короля насчет медали! Когда еще свидеться придется? Может быть, и никогда.

Утро накатило из-за небольшой горной гряды, солнце выскочило из-за скальных вершин и начало резвиться словно сумасшедшее. Птички запели, заголосили, веселенько так зашуршала листва. Белки и прочая живность отправились на прогулку, наблюдая за мной со всех сторон. Удивлялись, наверное. Может быть, в здешних краях сроду не бывало троллей.

И вот тут, выйдя на небольшую красивую полянку, возле которой протекал ручей, я подумал: а может, принцесса вручит мне медаль? Вдруг у нее в кармане найдется какая-нибудь завалящая? Не обязательно даже золотую, бронзовая тоже сойдет. На худой конец, дубовая. Ведь, по-моему, главное внимание, а не сам подарок. Мамаша как-то говорила мне: тролль должен обладать скромностью – когда ничем другим обладать не выходит…

Оглядевшись, я снял с плеча мешок с принцессой и положил его на мягкую, еще влажную от росы траву. Ни одного шевеления со стороны моей невесты не наблюдалось.

Стащив рюкзак, я бросил его рядом. Из него доносился запах королевского харча, и этот запах разбудил во мне зверский аппетит. Можно поститься неделями, и хоть бы хны, вот в чем штука. Но, когда начнешь есть, да еще не абы что, только держись – утроба становится ненасытной. Прямо беда с ней.

Вынув нож из-за голенища, я разрезал кожаный шнурок, которым во дворце завязали тару для принцессы. Сунул руку внутрь и вытянул содержимое мешка наружу.

Ох и странно все это было. Я предпочитал не задумываться над нелепыми коллизиями, но они так и лезли мне в мою бедную тупую башку. Все у меня там внутри перепуталось. И, главное, я не знал, чего мне теперь с этой принцессой делать.

Ее связали по рукам и ногам, туго, отчего она стала походить на гусеницу. Я так думаю, сделали это в целях ее же безопасности. Рот заткнули тряпкой и еще для верности перевязали лентой.

Я глазел в оба глаза.

Принцесса была в длинном розовом платье, вроде бы даже нарядном, и туфельках. Белокурые волосы, похожие на золото, растрепались, точно пук соломы.

Я рассматривал принцессу Бьянку долго и не мог понять, отчего впал в такой ступор. Вроде как столбняк меня прихватил.

О-го-го, думаю, это, значит, и есть моя невеста, дочь короля Баркарии?

Бьянка дышала. Я проверил. Значит, у нее обморок или глубокий сон. Или все разом. Хотя мешок был с дырками для дыхания, но коробочка-то весьма тесная. До чего же она могла довести уважаемого родителя и дворцовую челядь, что ее без раздумий сунули в мешок и отправили подальше? Разве может такое красивое существо быть алым и капризным?

Я уже начал подозревать, что надо мной просто подшутили. Ну ясно – приперся в столицу здоровенный увалень из глухомани, явно не страдающий избытком ума, идиот, так давайте над ним посмеемся!

Но тогда и сама принцесса должна участвовать в шутке, разве нет? Иначе для чего бы она добровольно полезла в мешок?

Обалдев от размышлений, я добрался до ручья, чтобы немного освежиться, и посмотрелся в него. На меня смотрела моя дрожащая от водяной ряби физиономия – широкая, с большим ртом, приплюснутой головой, с ежиком темно-рыжих волос. Нос-картошка с двумя дырками и малюсенькой бородавкой. Шея у меня богатырская, короткая и толстая, а плечи широченные, на них я по два бревна положить могу, легко. По словам мамаши, я очень похож на своего легендарного деда – Дубоба Горосверта, известного тем, что, упившись браги, он однажды снес гору Адватру, приняв ее за гигантского дракона. Гора была большой. После столкновения с моим дедом от нее остались только обломки, а дед еще неделю страдал похмельем и лечил синяки, которые наставила ему за этакие выкрутасы моя бабуля.

И вот эту физиономию, доставшуюся мне в наследство от Горосверта, я омыл ледяной ручейной водой. Несколько раз, чтобы скинуть наползающую дрему и совершить утренний гигиенический ритуал.

Будь я не таким тупым, я бы догадался разрезать путы принцессы раньше, чем пошел к воде, но не догадался.

Пока я совершал утреннее омовение, Бьянка пришла в себя и принялась мычать. Я повернулся к ней. Принцесса прекратила извиваться и уставилась на меня своими голубыми глазами. Волосы ее стали дыбом, не вру, а лицо, и так бледное, побелело до снежного оттенка.

Говорят, тролли бессердечные монстры, но это враки. Мое большое сердце в тот момент ёкнуло, да так, что чуть не разорвалось от жалости.

Стараясь быть самым вежливым троллем, я поздоровался с невестой. Правда, получилось это лишь с третьего раза, но я же старался, честное слово…

Принцесса тем временем вопила, хотя из-за кляпа крик почти целиком оставался у бедняжки во рту.

Я понял, что надо что-то сделать, и шагнул к Бьянке. Та замерла, ожидая чего-то нехорошего. Ее глазищи наблюдали за каждым моим движением. Особенно они цеплялись к ножу, который приблизился к ее путам и стал их разрезать.

Последним я вытащил кляп.

– Ды-ды-ды-ды-ды об-брое ут-тр-ро, – снова поздоровался я, улыбаясь во всю ширь.

Принцесса вскочила на ноги, и в следующий миг я услыхал такой крик, какого мне еще в жизни слышать не доводилось.

Это, скажу я вам, было нечто! В уши мне словно две здоровенные иголки воткнули. Я повалился на спину. В мозгах будто пронеслось стадо бешеных мамонтов, и заломило виски, как бывает с большого бодуна.

Птички, сидевшие на деревьях вокруг полянки, попадали в траву, то же самое случилось с летающими насекомыми. К пораженным принцессиным голосом присоединились пара белок и несчастный бурундук, заглянувший поутру на огонек. Все они пали в неравном бою с обстоятельствами, а тролль Фплиф выжил лишь благодаря своей природной крепости и выдержке, что досталась ему в наследство от предков.

Но подрожать от чего-то похожего на страх мне все-таки довелось. Ну зачем, скажите на милость, так кричать? Почему люди все такие неадекватные? Лично я не виноват, что нервишки у них никуда не годятся, это я кому хочешь заявлю официально. По-моему, лучше нормально сесть и поговорить о том о сем, обсудить накопившиеся проблемы, чем вот так, по-психическому…

Я тряхнул головой и сел. Принцесса валялась на траве, раскинув руки, и очень походила на мертвую. Что твоя лиса из сказки. Так, подберемся ближе, посмотрим. Хвала предкам, дышит!

Что дальше?

Я прочистил уши, и – к счастью – оказалось, что они в рабочем состоянии. Внимать божественным звукам природы, однако, я не мог. Лес притих. Птички не желали искушать судьбу и держали клювики на замке. Даже ручеек притворился, что он – не он, и журчал еле-еле, словно опасаясь взбучки. Вот как перепугала мирную округу моя невеста.

В этот миг она пришла в себя, и все повторилось, за исключением крика. Видимо, на это сил у бедняжки уже не хватило.

Глядя на неподвижную девицу, я скреб в затылке. Лежит себе в обмороке и ни о чем не думает – хорошо ей. Золотисто-желтая бабочка покружила над ее головой и опустилась принцессе на нос. Никакой реакции. Я вздохнул, понимая какой-то маленькой частью своих мозгов, что невеста – приобретение не очень ценное. Скорее хлопотное.

Чтобы не терять даром времени, я улегся на траву пузом кверху и решил подремать. Дрема явилась незамедлительно, однако вскоре я услышал, как принцесса встала, что-то пискнула и… вновь погрузилась в свое девичье забытье. Должно быть, в Баркарии она была чемпионкой по части обмороков.

Вскоре мой организм уже требовал настоящего сна, и я отдался в объятия Морфея. Все равно принцесса не освободится раньше вечера. Когда женщина чем-то занята, это надолго.

Сколько мне удалось поспать, неизвестно, но в один прекрасный момент я почувствовал, как что-то ударилось о мой лоб.

Открыв один глаз, я поглядел в сторону принцессы. Та уже была в состоянии держаться на ногах и предпринимать какие-нибудь действия. И предпринимала. Рядом со мной валялась ее туфелька. Вторую девица держала в правой руке.

По выражению лица Бьянки было ясно: она пустит оружие в ход незамедлительно.

– А ну, ты, держись подальше! Сиди там, понял! Сиди! – сказала принцесса, грозя мне обувкой.

Я сел, держась подальше, и зевнул. Бьянка что-то пропищала.

Ну хорошо, она боится. Это я наконец понял. Маленькие существа нередко приходят в ужас от больших, особенно тупых, злобных и уродливых троллей. Ладно. Мне по большому счету все равно.

Так почему же она не сбежала, пока я дрых?

– Не приближайся! – произнесла Бьянка мышиным голоском.

Я мотнул головой. Мол, очень мне надо приближаться.

Принцесса переминалась с ноги на ногу и бросала взгляды по сторонам, как будто искала поблизости других троллей.

– Кто ты такой? Ты похитил меня из дворца, да? Ну-ка отвечай!

Для устрашения Бьянка выставила туфельку в мою сторону. Я подобрал первую, что недавно стукнулась о мой лоб, и бросил ей. Теперь у Бьянки было два оружия.

– Чего молчишь, чудовище! Говори! Знаешь, кто я? Я! Я!

Ее голубые глазки выбросили сноп самого настоящего пламени. Так, глядишь, она и лес спалит. Покраснев от злости, принцесса топнула ногой.

– Ах ты, паршивый увалень! Негодяй! Разбойник! Троллья башка – ты ведь тролль, да?! Как ты посмел! Отвечай!

Я поднял руку: хотел, чтобы она остановилась. Рассвирепела королевская дочка, сразу видно. Хорошо, дым из ушей не валит.

Теперь вот попробуй объяснить ей, что произошло, когда я сам не понимаю и половины! В толк не возьму, почему именно я должен был сделаться женихом этой злюки. Целый час Горомунд и другие втолковывали это мне, но как-то путано. К утру основная часть подробностей выпала из моей черепушки.

– Сейчас я в тебя кину этим! – крикнула Бьянка и замахнулась туфелькой. Снаряд пролетел рядом с моим носом, в то время как я размышлял, с чего начать. Трудная задача.

– Э… – произнес я.

Вторая туфелька просвистела возле правого уха. Раздосадованная, что не попала, девица издала громкий вопль и подпрыгнула на фут или даже два. Затем она показала себя в качестве превосходного знатока всевозможных ругательств, что было, по моему тролльскому мнению, для принцессы весьма необычным. С другой стороны, раньше я о королевских дочках ничего не знал (и сейчас не особенно продвинулся), – вдруг они все такие? Образование – это не шуточка в деле!

Я снова издал пару звуков, и мне наконец удалось произнести следующее:

– Я не разбойник! Меня зовут Фплиф!

Невероятно! Так быстро и так складно у меня еще ни разу в жизни не выходило. Я открыл рот от изумлени.

– Чего? – завопила принцесса. – Не разбойник? Как это не разбойник? А кто? Безобидная овечка? Ягненочек? Ты себя в зеркале-то видал? Негодяй! Чудовище! Я тебя…

Она не сумела придумать, чего она меня, и задохнулась от злости. Я пропустил половину воплей мимо ушей, потому что просто не успевал соображать, а Бьянка, отдохнув, заорала с новой силой. Принцессе не терпелось броситься в драку, но тот факт, что я чудовище, останавливал ее воинственную натуру. Пока останавливал. Не исключено, что девица меня все-таки отколошматит.

В какой-то момент принцесса испарилась. Вероятно, взялась за ум и сбежала обратно во дворец, в объятия любящего отца…

Не успел я представить себе сцену воссоединения семьи, как Бьянка появилась вновь. С воинственным воплем она выскочила из леса и, придерживая одной рукой подол розового платья, а другой сжимая длинную кривую палку, бросилась в атаку.

Правда, я не сразу понял, что это была атака. Добежав до меня, Бьянка треснулась о мое туловище и отлетела в траву, перевернувшись несколько раз через голову.

Очень даже может быть, что ее родитель не ошибался. Сейчас в моей черепушке что-то шевельнулось. Принцесса всех забодала, до самых печенок, и именно поэтому ее сплавили первому попавшемуся путнику, который вошел в город. Путником оказался я.

Угу, теперь, кажется, многое встает на свои места.

Я почесал нос. Кажется, туда меня укусил комар.

«Йаааааа!!!»

Бьянка опять врезалась в мое бедро и отлетела в сторону. «Шмяк!» Ноги принцессы взметнулись к небу и опали. Ну дела!

Я поднял ее оружие и поковырялся им в зубах, там как раз застряла маленькая мясинка.

Сев, Бьянка откинула волосы со лба. Бедняжка выбилась из сил – и немудрено. Как в таком тельце только дух держится!

Ее взгляд долгое время блуждал, а я ждал, подбирая нужные слова.

– Скажи наконец, как тебе удалось выкрасть меня из дворца? – спросила Бьянка. – Неужели стража могла тебя не заметить, такого громилу?

Я ответил, что все наоборот, меня туда позвали, как только я постучал в городские ворота.

– Позвали? – вытаращила глаза принцесса. – Тупой идиот, чего ты себе там придумал?

Я вздохнул. Как все-таки трудно бывает объяснить кому-то простые вещи!

Я приложил все усилия, чтобы донести до Бьянки события этой ночи. Взмок, словно губка, изошел слюнями (опять проклятый язык не слушался), но вроде получилось.

После этого на принцессу стало страшно смотреть. Я даже подумал, не заболела ли она.

– Значит, ты… значит, я… значит, они… аааа… значит… значит… поверить не могу…

Я вовсе перестал понимать, о чем она лопочет.

– Они, он… негодя… папаша! Ах мерз… твари позорные! Немыслимо!.. – Девица сжала кулачки, из ее глаз хлынул самый настоящий поток слез.

Схватив ту самую боевую палку, Бьянка набросилась на ближайший кустарник. Я поморщился, глядя, как прекрасное существо с золотистыми волосами дубасит ни в чем не повинные заросли. Трещали ветки, во все стороны летели разорванные листья. Во время экзекуции Бьянка визжала и выла, точно неупокоившийся дух, а потом отшвырнула от себя оружие и кинулась на траву. Визг не прекращался. Принцесса дрыгала ногами и стучала по земле кулачками, но ничего не менялось. Может быть, она думала, что ее услышит с такого расстояния отец-король? Хоть я и тупой, но сомневаюсь, что это возможно.

Я решил, что пришло время перекусить. Ото всех этих рассусоливаний у меня уже давно зверски урчало в животе и сводило челюсти. Раскрыл рюкзак. Что мы имеем? Вынув кусок бумаги, пропитанной жиром, я развернул его и увидел несколько кусков большой копченой рыбы. По поляне распространился запах. Я втянул воздух ноздрями, облизываясь. Наблюдая за представлением, устроенным принцессой, я не спеша закусывал.

Кромбис говорил вроде бы, что принцесса должна запеть. Однако не пела. Издаваемые ею вопли (в процессе диких прыжков по полянке) не походили на песню даже по тупым тролльским стандартам.

Отыскав в рюкзаке жбанчик с красным вином, я прихлебнул из него и почувствовал, что мне хорошо.

Солнце взобралось уже достаточно высоко, высушило траву и стало пригревать. Я жмурился от удовольствия, хотя и сожалел о крушении своей мечты. По всей видимости, принцесса не захватила с собой ни одной медали. Да и карманов, как я успел заметить, на ее платье не было.

Внезапно стало тихо. Я удивился и посмотрел в сторону Бьянки.

Она сидела на траве, обхватив колени руками, и плакала. Волосы закрыли лицо. Тут мне стало совсем неловко. Нехорошо получается. Что мне теперь делать? Вот когда в детстве я начинал хныкать, мамаша давала мне по заднице специальной вицей, отчего всякое желание кукситься пропадало. Тогда сыночек Глиббы становился вновь бодрым и веселым… Оглядевшись в поисках подходящей ветки, я, впрочем, засомневался. И даже струхнул. Самый чуток. Стало ясно, что шарахнуть по принцессиной попе вичкой я не смогу.

Все, до чего доперли мои ущербные мозги, так это взять кусок жареного мяса с куском хлеба и протянуть их несчастной Бьянке.

– Сы-сы-сы-сы-сы… сы… съ-е-е-шь! – выдавил я, улыбаясь.

Принцесса сначала отпрянула от меня, попыталась отползти. Босые ножки заскользили пятками потраве. Глаза у нее были мокрые, щеки тоже. Нос покраснел.

Я угукнул, кивая на жрачку. Все-таки королевские кухари готовили. Принцесса покосилась на мою здоровенную ручищу (у-у, какая же она была большая в сравнении с ее рукой) и взяла угощение.

Как говорила моя мамаша: только идиот из идиотов отказывается от предложенного харча, если он бесплатный.


предыдущая глава | Невеста тролля | cледующая глава