home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



32

– Фплиф, неужели ты меня не узнаешь? Это я – Бьянка!

Покраснев, как двадцать вареных раков, я промямлил, что узнаю. Меня обуял ужас. Моя невеста превратилась в тролля! Что же это такое творится?! Что теперь будет?

– Ну не расстраивайся, – сказала девица. – По-моему, все очень даже неплохо. Я чувствую себя лучше некуда. Быть такой большой весьма забавно, я и подумать не могла. Хорошо, что мы повстречали на жизненном пути магистра Митохондра, да?

– Но зачем? – спросил я, подумав, что случится с ее родителями, если до них дойдет известие о чудесном превращении. Жаль Кромбиса. Этот королек был мне даже симпатичен.

– Затем, что я собираюсь идти бить дракона с тобой. А чтобы от меня было больше пользы, мне надо быть не маленькой и хрупкой человеческой девушкой, а большой тролльской девушкой. Я подумала, что это самый лучший вариант. Во мне столько силы, это просто невероятно, и теперь я могу распатронить любого, кто встанет на моем пути! Потрясно! Дайте мне подкову побольше, и я завяжу ее в десять узелков!

Насколько я помнил, мы с Аспарагусом уговорились на мирном варианте. Если Бьянка захочет наделать узелков также и из Бреккелота, экспедиция может сорваться.

Голова моя пошла кругом. Я смотрел на мою невесту и испытывал самые противоречивые на свете чувства.

– Не таким уж и старым пеньком оказался наш Мукомол, а! – воскликнула троллька, пытаясь рассмотреть свои новые формы в настенном зеркале. Формы в него не влезали, поэтому Бьянка изучала их частями.

Я отвел взгляд, чувствуя, что начинаю волноваться. Рофиррик тоже волновался. Кажется, теперь его мечта отодвинулась совсем уже в недосягаемые мистические дали.

– Сначала он отказывался. Но я сказала: хочу, чтобы вы сделали из меня тролля, и немедленно. Ну то да се, магистр ныл и стонал, что трансформацией он не занимался уже незнамо сколько лет. А я ему: вот теперь самое время попрактиковаться. Чародей без практики – не чародей! В общем, у него возникли проблемы с мировоззрением…

– С чем? – спросил я.

– С мировоззрением. Он считал, что принцессы ни в коем случае не должны становиться троллями. Его ретроградские взгляды мешали ему посмотреть на проблему шире.

– Он знает, что ты принцесса?

– Я рассказала. А чего?

– Да так.

Бьянка закинула свои длинные косы за спину и подошла ко мне. В полный рост она была ниже меня, но, в общем, это нормально, и, хотя Бьянка не производила впечатления квадратного скального обломка, ее богатырские очертания могли внушить любому врагу священный трепет.

Если же говорить о другой стороне дела, то теперь, в новом облике, Бьянка нравилась мне примерно в два миллиона раз больше, чем до того. У нас в Вороньем Глазу таких девушек нет.

– Ну и вот. Я утащила его в лабораторию и велела немедленно заняться делом. Еще немного постонав, что придется трансформировать мою одежду – не могу ведь я голая расхаживать, – старик принялся за дело. Правда, чего-то там напутал и едва не развалил свою халупу, но теперь это неважно. Результат ошеломительный, не находишь, Фплиф?

Я очень даже находил. Зато противоположного мнения придерживался Рофиррик. Не надо быть академиком, чтобы понять, о чем он думает. Так и не осуществившаяся мечта ускользала из его рук, теперь, когда Бьянка перестала быть человеком, у тощего пропали даже самые хилые шансы чего-то добиться на любовном фронте. Выход из ситуации мог быть только один: если Рофиррик тоже обратится в троллизм.

– Фплиф, могу тебе официально заявить! – сказала принцесса. – Я счастлива! Ты рад?

– Конечно. Только…

– Что? Не нравится?

– Да я не о том. Просто мои чувства пока не приведены в порядок и находятся в… противоречиях, понимаешь?

– А, ну это ерунда. Главное – мы вместе… То есть я хотела сказать… чума и холера… в общем. Вместе мы можем сделать в два раза больше, чем ты один. Логично?

Ее обрывочные фразы несли в себе какой-то двойной смысл. Я даже боялся думать, какой именно. Наводили на подозрение ее зарумянившиеся щечки и горящий взгляд, словно у больного с лихорадкой.

– Итак, пора в дорогу. Магистр, давайте, шевелите своими мощами. Нам надо как можно быстрее оказаться в логове дракона… ну и дальше по сценарию.

Я занервничал. От Аспарагуса не поступало никаких сигналов, кот исчез, словно его и не было никогда, а ведь он обещал, что оставит мне подробную инструкцию, как поступить с Бреккелотом. Помню только, что чудище необходимо сразить вежливостью и смирением, но только не дубиной. Дубина испортит все дело – на этом мы с ним сошлись.

Добавилась новая проблема. Моя невеста. То, что она захочет стать троллем, никто предсказать был не в состоянии. Думаю, даже старый шаман этого не знал, даже сам Бреккелот, если он вдруг обладает даром предвидения. Бьянка в своем репертуаре, она смешала все карты – из лучших побуждений, разумеется, – и теперь неясно, что делать. Ну, во всяком случае, неясно мне. Предполагалось, что я буду совершать подвиг один и все такое прочее. Дело не в славе, просто мы с Аспарагусом считаем, что показывать кому-либо Амулет может быть опасным. Мне же придется им воспользоваться, ибо с такими тупыми мозгами нельзя сражаться с вселенским воплощенным злом.

И все же я взирал на Бьянку с восхищением, и оно росло с каждой минутой. То, что моя невеста теперь одного со мной поля ягода, вдохновляло меня свыше всякой меры. Кажется, ваш покорный слуга начал понимать, что жизнь все-таки не лишена смысла, если в ней тебе встречаются такие сногсшибательные тролльки.

Пока я предавался размышлениям и грезам, Бьянка занималась делом. Она великий организатор. Гонять на общественно-полезные работы она умеет лучше всех, это уж точно, чему иллюстрацией служил развод, которому принцесса подвергла Рофиррика и едва стоящего на ногах чародея. Полагаю, Чиквасор уже несколько тысяч раз пожалел о том, что связался с ней. Бьянка была маловыносима для существ со слабой волей и нервами в своем обычном виде, а уж когда она стала белокурой великаншей, спасения от нее вовсе ждать не приходилось.

Под перекрестным допросом писарь и волшебник сознались во всем и были мобилизованы на магические работы. Через десять минут мы уже стояли на квадратном дворе волшебникова дома, готовясь к отправке. Старикан разложил на походном столике магические книги и в свете факелов что-то в них читал, приговаривая козлиным голосом. Рофиррик, повинуясь указаниям Бьянки и Чиквасора, носился по двору и расставлял здесь и там какие-то штуковины. С помощью их, как я понял, должен быть установлен стационарный двусторонний телепорт. Когда мы с Бьянкой (по ее словам) угрохаем дракона, то без труда сумеем вернуться назад.

Пока то да се, я вроде был не нужен. Мне выдали большущую палицу с металлическими гранеными шипами, кольчугу (откуда взялась такая большая?) и рюкзак с провизией. Сама Бьянка собиралась вооружиться мечом, и на вопрос, умеет ли она управляться с этой железякой, моя невеста фыркнула, что все принцессы умеют и это входит в программу обязательного обучения. Раньше девица утверждала обратное: что ничего не смыслит в фехтовании, но я не стал углубляться в детали. Чем бы дитя ни тешилось, как говорится.

Сейчас меня другое волновало. Я до сих пор не знал, каков наш с Аспарагусом план. Имею в виду уточненный план, с инструкцией. Несколько огорчившись, я сел в сторонке, чтобы не мешать волшебной суете во дворе, и почувствовал щекотку. Щекотка поселилась у правой подмышки, и я машинально сунул туда руку, чтобы предложить ей удалиться.

– Потише ты! – рявкнуло из-под куртки. – Потише, болван! Это я!

Из подкурточной темноты на меня посмотрели два зеленых глаза.

– О, я как раз думал, куда ты подевался!

– Слушай, объясни мне, чего тут происходит у вас? Ни на минуту вас, троллей, оставить нельзя! – зашипел Аспарагус.

– Кого нас? – спросил я. – Я тут один.

– Теперь уже нет!

– О, я и забыл.

– Ну ты вообще! Небось ты ее надоумил?

– Нет, конечно. Мне бы мозгов не хватило!

– Не хватило… Ты хоть понимаешь, что теперь все может сорваться? Твоя принцесса таких делов натворить может.

– Это уж точно.

– Ты только глянь, она похожа на главнокомандующего. Теперь, когда она тролль, ее ничто не остановит. Бьянка сама готова разорвать Бреккелота на кусочки, а это в наши планы не входит. Меня чуть кондрашка не хватил, когда я увидел, что творится в лаборатории, но помешать не мог. Чего же теперь будет?

– Да не волнуйся ты так, – сказал я. – Ничего страшного не случилось. Теперь нас два тролля, и мы можем сделать в два раза больше полезного.

– Полезного? Вряд ли!

Сидя у меня за пазухой, кот еще некоторое время разорялся, и, выпустив пар, наконец смог размышлять здраво.

– Теперь мне придется идти с вами и следить за всем самому! Я не имею права оставить это дело, понимаешь?

– Ну.

– Ответственность слишком велика.

– Ладно, я не возражаю. Втроем-то веселей будет.

– Не о веселье надо думать, о выполнении священного долга. Ты – Избранный!

– Я помню. А она? Помнишь, ты говорил, что и принцесса сыграет свою роль.

– Сыграет, конечно… Однако…

– А вдруг это как раз и есть ее роль в мистических событиях? Сам посуди, много ли на свете принцесс, которые превращаются в троллей и идут сражаться с воплощением зла или еще чем-то таким?

– Я слышал об одной огрессе, которая была принцессой, или это была принцесса, которая стала огрессой ради своего любимого, – проворчал Аспарагус. – Но там была слишком сложная история, если учесть, что папа у нее оказался болотной жабой.

– Да ну!

– Ага. Но это другая сказка.

– Но она есть. И кто знает…

– Не надо философствовать, тролль. Надо придумать, что предпринять. Как сделать так, чтобы Бьянка не наломала дров и не испортила все дело?

– Честно говоря, я не знаю. В предназначениях не силен.

– Если ты воспользуешься Амулетом, а от этого никуда не денешься, Бьянка все узнает.

– Пускай. Она ведь на нашей стороне. К тому же ее раздражает, когда я тупой. Слушай, Аспарагус, а почему, став троллем, она сохранила свой разум?

– Откуда я знаю? – фыркнул котяра. – Может, потому, что она еще не набрала тролльской кондиции и на нее Проклятие еще не распространяется. А когда распространится, я окажусь в компании двух «интеллектуалов»…

– Думаю, Амулет должен распространить свою силу и на нее. Ведь она теперь тролль.

– Этого мы не знаем. Проверить можно только опытным путем.

– Согласен. Значит, ты теперь будешь все время сидеть у меня под курткой?

– Не все. Когда мы перенесемся куда надо, я вылезу. Придется мне взять руководство операцией на себя, Фплиф, хотя я предпочел бы мирно дремать возле очага.

– Когда все закончится, ты сможешь это сделать, – утешил я его, но Аспарагус не утешился.

– Да? А что будет, если я погибну во цвете лет, спасая твое племя от Проклятия? Кто будет отвечать?

– Во всяком случае, это будет героическая смерть.

– Не увиливай от ответа!

– Ну я же не виноват! Я не уговаривал принцессу стать троллем!

– Ладно. Вижу, слов утешения и моральной поддержки от тебя не дождешься. Я, мирное маленькое и пушистое создание, обязано решать судьбы мира! Подумать только, до чего докатился!..

Я хотел сказать, что на небезызвестном толстом котяре свет клином не сошелся, но решил, что мой приятель обидится. Такие уж эти кошки, считают себя пупами всея земли.

– Что бы свинки сказали… – проворчал Аспарагус.

– Они не в курсе?

– Пока нет, но очень скоро будут. То-то посмеются.

– Так, может, взять их с собой? Против такой армии точно никакое зло не устоит! Мигом бросится наутек!

– Еще не хватало! – взвизгнул кот. – Я этого не вынесу! Пусть лучше приглядывают за домом. По крайней мере, у них какие-то мозги имеются.

– А Чиквасор?

– Э! – И в этом «Э!» было столько пренебрежения, что я снова убедился, как сильно Аспарагус сомневается в способностях своего хозяина. – Он не найдет и своего носа, даже если поставить перед ним зеркало величиной с гору! Надеюсь, дом останется на месте, когда мы вернемся.

– Если вернемся, – сказал я.

– Типун тебе на язык! Не каркай, тролль!

– А что, всякое может случиться!

– Я ведь могу и поцарапать!

– Царапай, но истина дороже!..

– Эй, ты чего там бормочешь, Фплиф? Сам с собой беседуешь? – Передвигалась Бьянка с потрясающей быстротой. Только что она стояла метрах в двадцати от меня, в дальнем углу двора, а теперь уже выросла передо мной, как лист перед травой. – Ну-ка сознавайся!

– В чем?

– Что с твоими мозгами?

Аспарагус, напуганный красивым ревом моей невесты, затих.

– Пока что нормально, – ответил я.

Принцесса произвела осмотр – оттянула мои нижние веки, заглянула в глаза, заставила открыть рог и высунуть язык.

– Кажется, ты прав, – сказала она. – А как я выгляжу?

– В смысле?

– Ну… внешне. Ты здесь единственный тролль, который способен это определить…

– По-моему, ты самая…

– Что?

Я чуть не сболтнул лишнего и мигом прикусил язык. И вообще – кто бы знал, что делать на моем месте. Какие комплименты полагается делать девушке, которая недавно была человеком, а потом стала чудищем? Не знаю. Молодой человек, который был чудищем от самого рождения, не в курсе.

– Странный ты, – сказала Бьянка, качая головой. – Разговариваешь сам с собой и двух слов связать не в состоянии, когда я спрашиваю об элементарных вещах. Или заклинание Чихасора опять рассеялось?

– Нет еще.

– Хорошо. Эх, нелегкая у меня впереди работка. Что смотришь? Я буду руководить, потому я что не отупела. Очень забавно, надо сказать. Теперь я тролль, а мне хоть бы хны.

Аспарагус подергался у меня под курткой. Руководить-то собирался он. Сейчас его пытались свергнуть.

– Ты для меня большая загадка, Фплиф. – Нагрянул момент нежности, и я чуть не упал в обморок. Дом, двор, Рофиррик и магистр поплыли в неизвестном направлении. Бьянка протянула руку и погладила ею меня по щеке. – Но я ее обязательно разгадаю, будь уверен. Пойдем, тролль, у нас много работы.

Я забросил за спину рюкзак, пристроил сверху моток кольчуги и палицу и потащился за принцессой. Меня бросало то в жар, то в холод, мир кружился, словно его помешивали громадной ложкой.

Вспомнились слова Рофиррика о любви, и я подумал, что секредурь неправ. Кажется, этому явлению нормальных слов подобрать вообще нельзя. Они всегда получаются какие-то корявые и не в тему.

Ну и что это значит? Теперь, когда Бьянка стала троллем, я должен ее любить? То есть любить еще сильнее?

Об этом я и размышлял, двигаясь к центру двора. В результате эмоционального потрясения и мозговой встряски мой курс сбился в сторону, и я опрокинул столик Чиквасора. Магические книги повалились на пол. Старикан заплясал передо мной экзотический танец, а Рофиррик дал деру и спрятался в дальнем углу за бочками. Наверное, думал, что у меня поехала крыша. В общем, она и правда поехала, но не в плохом, а в хорошем смысле.

Чиквасор вопил и высоко вздергивал коленки, хотя ему по возрасту не полагалось этого делать. Рука принцессы схватила меня за шиворот и поволокла к центру магического круга, начерченного на булыжниках и украшенного по краям штуками, похожими на светильники. Внутри круга перекрещивались какие-то линии. Магия!

– Да можешь ты идти как человек?! – взвыла принцесса. – То есть… как тролль, лопни кочерыжка! Чего тебя носит из стороны в сторону?!

Она была сильной. Мои конечности подгибались от любовной истомы, и я хотел только одного – чтобы Бьянка таскала меня за шиворот до конца моих дней.

– Смирно! – зарычала принцесса. Этого хватило, чтобы немного прочистить мне мозговое вещество. Я глянул на мир трезвее, чем раньше. – Пришло время свершений, а на твоей морде написано что-то такое, что к этому времени абсолютно не подходит!

В отдалении Чиквасор рвал на себе волосы и очень походил на того старика тролля, который доставал меня и после своей смерти.

– Все, мы отправляемся. Мне придется все время держать тебя за руку, как маленького ребенка, чего мне не хочется, но я буду!

Я хотел спросить, чего она такого умного сказала, но тут мы встали в центр круга, где переплетались всяческие линии.

– Цыц! – фыркнула Бьянка, сжимая мои пальцы. – Смирно! Понял?

– Понял.

Моя невеста попробовала испепелить меня взглядом, но не успела. Чиквасор яростно прокаркал заклинание, будто хотел от нас отделаться, и шваркнул посохом о булыжник двора. Полетели искры, светильники в особых узловых точках рисунка полыхнули ярче солнца. Я закрыл глаза, боясь ослепнуть.

Бьянка взвизгнула, и мы куда-то провалились. Когда стоишь на люке, ведущем в подземелье, и его крышка внезапно проваливается, чувствуешь примерно то же, что выпало на нашу долю. Мы с воем сиганули в пространственную дыру и закрутились в ней, как сливки в чашке с чаем.

Непередаваемые ощущения, вот что я могу сказать, особенно для существа моих размеров и веса. Хорошо, что мы с Бьянкой держались за руки, иначе бы нас разметало в разные стороны, а может, и в разные вселенные. Перенос в логово волшебника не шел с этим кошмаром ни в какое сравнение. Там была просто легкая прогулочка, не грозящая никакими неприятностями.

За все время, пока мы кувыркались с моей невестой в пустоте, я ни разу не открыл даже одного глаза, не говоря уже о двух. Чего я там мог увидеть? Нет, любопытство любопытством, а если мои мозги вытекут из ушей в результате колоссального удивления, мне уже не поможет ни Амулет, ни Бреккелот.

– Фплиф! – крикнула Бьянка, когда мы, кажется, закрутились быстрее. – Это что, так должно быть?

Я и сам себя об этом спрашивал, вот в чем закавыка, и не находил вразумительного ответа. А потом настал момент, когда все ответы стали бессмысленной тратой сил. Я имею в виду момент, когда мы наконец куда-то прилетели. Точнее, приземлились. А еще точнее, грохнулись о землю со всей силы. Я помнил, как соприкоснулся со скалой в результате хорошего тычка со стороны давешнего дракона, помню, как в камне остался отпечаток моего туловища, но это столкновение с твердью превосходило самые мои смелые ожидания. У меня появились вполне обоснованные опасения, что следующий свой день рождения я буду встречать на том свете.

Открыть глаза я не мог, потому что лежал лицом вниз, и мне оставалось слушать, как затихает гром, сотрясший вселенную. Неужели это я? Точнее, мы? Не могли же мы наделать столько шуму? Или все-таки могли?

Предаваясь этим размышлениям, я дождался, пока гул и грохот улягутся, а потом решил проверить, все ли у меня на месте. На этот счет Фплифа одолевали вполне логичные сомнения.


предыдущая глава | Невеста тролля | cледующая глава