home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



19

Каменистая дорога нехотя ползла по не менее каменистому склону, и с каждой минутой ей все тяжелее было взбираться наверх. Через какое-то время она исчезла совсем. Отправилась в небытие. Или в благословенный край, куда попадают все дороги после смерти. Я шел, задумавшись об этом, на мой взгляд, интересном факте и вдруг услышал новый звук. К поскрипыванию камней под моими ногами и постукиванию копыт лошаденки прибавилась неровная дробь. Тук-тук-тук. И так много раз. Коротышка на лошаденке остановился. Тьма уже давно поглотила горы, так что оба они уже наверняка ничего не видели. Зато видел я – их выпученные глаза и выбивающие дробь зубы. Малютка пони не хотела двигаться с места, она решила пойти на принцип и, если доведется, умереть прямо здесь. Дальше идти животина не собиралась. Поглядев на седока, я подумал, что и он тоже не мечтает продолжить путешествие.

– Д-д-д-дальше… дальше… дорога продолжается… Т-там-м…

Сейчас маленький человечек говорил совсем, как я, когда волновался. Не подозревал, что мы в некотором роде товарищи по несчастью…

– Д-д-дорога, продолжается, дальше…

Эге, тупая я башка! Дело-то вовсе не в этом – просто мой провожатый боится темноты. Его отправили вместе со мной и совершенно не учли подобного обстоятельства. Вузиду не следовало так делать. Бедолага может на всю жизнь теперь заикой остаться, и найдется много охотников посмеяться над его манерой выражаться.

– Ты… с-с-с-справишься… Туда иди! – Коротышка махнул рукой на север, а потом развернул пони и помчался назад. Лошаденка ринулась под гору словно снежный ком, издавая радостные вопли, разрывающие ночную тишь и будящие эхо в скальных расщелинах. Оставалось удивляться, что она ни разу не споткнулась. Иначе ей пришлось бы кубарем преодолеть весь оставшийся путь до таверны.

Я почесал затылок, пытаясь осознать, для чего я здесь. В моей голове в очередной раз все перепуталось.

Меня попросили починить мост, до которого у местных жителей руки не доходят. Это бывает. После этого я вернусь и получу ужин. И такое в нашем мире возможно. В таверне меня ждет моя невеста, за которую тоже требуется заплатить. Без проблем, я же мужчина. А Рофиррик? Выходит, я должен стараться и ради него? Ну, наверное, должен, раз принцесса до сих пор его не турнула. Есть у нее какой-то резон держать секредуря при себе. А еще я дал согласие хозяину таверны. Значит, надо идти вперед и браться за работу.

Через два десятка шагов дорога появилась снова. Оказывается, она не отправилась в мир иной, просто на время взяла отпуск, и теперь, приветствуя меня, тянется к мосту, перекинутому через ущелье. Я подошел ближе и заглянул в пропасть. Ущелье оказалось глубоким – наверное, шагов двести. Из пропасти дул ветер. Залетая в расщелины, он свистел, выл и стонал.

Как правило, тролли ничего не боятся, но мне вроде как не по себе сделалось. Нехорошее, видимо, местечко, если меня пробирает такая дрожь. Возможно, нехорошее оно с точки зрения какой-нибудь дикой магии, что здесь произрастает? Жуть. Чего тогда кивать на провожатого, который смылся отсюда при первой же возможности? Я бы тоже смылся на его месте. Когда ты маленький, щупленький, кургузый и вообще обиженный судьбой, у тебя иной раз нет другого выхода, кроме как взять ноги в руки. Не удивлюсь, если лошадку и ее наездника отпаивают сейчас мятным раствором.

Куча всяких инструментов лежала в стороне, гнилые бревна уже успели вытащить из моста, а новые валялись в сторонке. В отдалении я заметил разломанную телегу, несколько странных штук и какие-то разорванные тряпки. При близком рассмотрении обнаружилось, что это не просто мусор. Штуки оказались помятыми и поломанными железными доспехами, а тряпки, как я понял, служили когда-то лошадиными попонами и даже знаменем с чьим-то гербом. Интересно, кому понадобилось устраивать здесь помойку? Набросали, понимаешь, насвинячили. За такие дела моя мамаша мне бы так всыпала, что моя троллья задница надолго бы это запомнила. Вообще-то она и так помнит. И не только уроки чистоплотности.

Некоторое время я ползал рядом с мостом по довольно-таки крутому склону, проверяя крепления, а потом вспомнил, что в рюкзаке у меня есть факелы. Запалив парочку, я вставил их между камнями на расстоянии десяти шагов друг от друга. Вот теперь фронт работ был хорошо виден во всех деталях. Можно приступать, а то аппетит у меня уже не на шутку разыгрался.

Однако к починке моста я так и не приступил. Пришлось заняться другим делом, а ремонт оставить на потом…

Причмокивая, ворча и вздыхая, из пропасти вылезло нечто.

Мы посмотрели друг на друга – я, тролль из Вороньего Глаза, и это – большое червеобразное туловище с шестью ногами по бокам и башкой с тремя рогами и пастью. Я еще ничего не успел подумать, а тварюга сообразила, что именно сын Глиббы нарушил ее горное уединение.

«Ш-ш-ш-х-х-х-х!» – сказало чудовище, разевая рот. Язык у него, как выяснилось, был раздвоенный, зубов же не меньше, чем звезд на небе. Сами понимаете, таких существ я еще никогда не видел, поэтому и стоял, тупо взирая на чудо природы. Ждал, пока еще какая здравая мысль дойдет до сознания. Тем временем ползучее недоразумение втянуло остатки своего тридцатишагового туловища на ровное место. Когти заскребли по камням.

«Ш-ш-ш-х-х-х-х!» Из пасти страшилы потекла вонючая слюна, в глазах появилось какое-то выражение – больше всего оно походило на удивление, не знаю: я не специалист по чудовищам.

Я все еще тупил. Что-то такое передалось и шестиножке, потому что морды наши в какой-то момент стали одинаковыми. Она склонила голову набок, подобно собаке, но в тот же миг вновь стала шипеть. Видя, что этим меня не проймешь, красотища с серо-черной чешуей зарычала, а затем протянула лапу в моем направлении.

Мне рассказывали, что в горах часто обитают всякого рода драконы – ползучие или летающие, что живут они в пещерах и могут якобы спать по нескольку сотен лет. Но, когда они просыпаются, в окрестностях начинаются неприятности. Умные тролли утверждают: дракон – создание очень опасное для людей, для нашего племени чуть меньше. Все зависит от того, насколько скверный у дракона характер. Когда приступ тупизма прошел, я подумал, что наткнулся как раз на такого. Тварюга казалась какой-то невыспавшейся. Ее злобное шипение, наверное, и сигнализировало о недовольстве.

В общем, ее лапа цапнула меня за куртку. Острый коготь зацепил кожу, и та разъехалась на ширину ладони с таким звуком, словно чихнул бык-производитель. Я отступил в сторону. Что ж это получается? Я пришел чинить мост, никого не трогаю, на драку не нарываюсь, мечтаю лишь о том, чтобы получить ужин и лечь спать после работы, а тут вылезает дракон и портит мне одежонку! Этак я до утра не закончу с мостом.

Пока я размышлял и сердился, дракон (или не дракон, не знаю) толкнул меня в плечо. Я упал на спину. Мало найдется существ, способных свалить меня, но этому вот удалось. Велик был супротивник мой, одна голова размером почти с вашего любимого Фплифа, сына Глиббы, а туловище обхватом с двухсотлетний дуб.

Когда я очутился на земле, моему взору явился призрак давешнего старика-тролля. Он стоял в царственной позе, опираясь на кривой посох, покрытый причудливыми зарубками, и смотрел на меня. Так, словно я был в чем-то виноват!

«Встань и покажи этой гадине все, на что ты способен, – сказал призрак. – Ибо такова твоя судьба… понял, дубина?»

Не сразу, но да.

– Да, – сказал я.

«Чего да? Смотри, оно собирается сожрать тебя с потрохами!» – взвизгнул старик тролль, размахивая посохом. Кажется, он хотел огреть меня им.

Я встал и как раз успел отклониться в сторону от плевка, который направил в меня паршивый дракон. Камень, куда попала слюна чудика, зашипел и задымился.

«Покажи, что ты настоящий тролль!!!» – возопил призрак и пропал, а в следующий миг я получил в дыню. Как будто это не голова моя, а мячик, по которому бьют клюшкой. Небо и земля поменялись местами, ну раза три или четыре, сейчас не припомню. Они бы и дальше продолжали резвиться, если бы не скала, в которую я врезался. И твердая же она, надо сказать!.. Через пару мгновений, отлепившись от нее и оставив в граните отпечаток своего тела вверх ногами, я шмякнулся на землю. В моей черепушке какие-то злыдни устроили парад, причем у каждого марширующего был здоровенный барабан, по которому он лупил как ненормальный.

В следующий миг произошло что-то такое, чего я не помню. Какое-то превращение. На миг я сделался из простого вежливого работящего тролля страшным воителем. Ну, это я так думаю. А как еще объяснить то, что, подбежав к ползучей твари, я двинул ей в челюсть, потом врезал головой в грудь, затем, когда она наклонилась, схватил за рога и принялся отвинчивать голову? При этом ревел во всю глотку не хуже сказочного Индрик-зверя, который обитает в далекой стране Чукумуку.

Дракон струхнул. Вся его природная свирепость была мне уже нипочем. Я сам рассвирепел так, что просто никакой мочи нету. Швырнув тварюгу на землю через плечо, я сцапал ее за хвост и принялся размахивать драконом, точно дохлой крысой на веревочке. Вспомнились схватки с дракорогами, достававшими нашу деревню аккурат раз в три года. Никакой особой разницы между теми и этим не было, а потому одну из самых эффективных методик я без раздумий пустил в дело.

Горы содрогнулись. Это я хватил драконом о каменистую площадку перед мостом. Развернувшись, повторил, но уже с другой стороны.

«УУУУУ› – вопила тварь, вздымаясь вверх по дуге и растопырив все шесть лап. – Гуммм…» – добавляла она, соприкасаясь с землей. Между ударами чудище умудрялось издавать и другие звуки, многие из которых я никогда не слышал. Если бы у чуда природы были волосы, то они встали бы дыбом и остались в таком состоянии навечно.

Я увлекся. То крутил драконом, то охаживал им скалы. Спровоцировал несколько камнепадов, добавил несколько трещин к тем, что уже имелись в стенах ущелья. Взбаламутил окрестности на многие мили вокруг, перепугал всех остальных зловредных чудиков, залегающих под горами.

Ну что, теперь старик доволен? Если это не значит показать себя настоящим троллем, то я не знаю…

А через какое-то время мне это надоело. Мост ведь, кстати, до сих пор нуждается в починке, невзирая на всех драконов.

В последний раз долбанув супротивником о ближайший утес так сильно, что меня едва не завалило обломками, я отпустил его хвост. Чудовище не шевелилось. С меня довольно, говорила перекошенная физиономия чешуйчатого. Предпочтя испустить дух, тварь ползучая уже не нуждалась в мясе насущном. Земной путь ее завершился.

Утерев пот со лба, я огляделся. Много скал порушил, – признаю, надо было поаккуратней, – но главное, из-за чего я сюда пришел, мост, осталось целым. Теперь совсем плевое дело – присобачить на место бревна. Снова запалив факелы, я вооружился молотком и скобами и приступил. Не успело еще эхо от моей драки с ползучим гадом стихнуть, как ремонтные работы подошли к концу. Мамаша могла бы мною гордиться. Вузид и все прочие, так нуждающиеся в соли, которую возили этой дорогой, могут и дальше жить спокойно и не питаться преснятиной. Раз у них куча срочных дел, я был обязан помочь. Может быть, в этом мое предназначение и есть. Такой вывод я сделал для себя, но, будь поумнее, наверное, понял бы, что дело не в занятости местных, а в самом драконе.

Проклятие Непролазной Тупости мешает мне делать правильные выводы. В самый ответственный момент вдруг замыкает. Ну да вы уже знаете, как это со мной бывает.

Вспомнив, что рюкзак всё еще за моей спиной, я заглянул в него. Пахнуло провизией. Несколько минут я пытался скумекать, почему не предложил остатки принцессе и ее худосочному секредурю, но так и не скумекал. Память здесь не была мне помощницей. Вынув несколько кусков жареного мяса, а также то, что было когда-то хлебом, рыбой и сыром, я сунул все это в рот. Ох и зверски же проголодался Фплиф из Вороньего Глаза! Затем поискал в рюкзаке, не осталось ли еще съестного. Отыскалась скромная черствая корочка. Она не годилась для полноценного ужина моей невесте, поэтому с некоторыми угрызениями совести я сунул ее в рот, пожевал и проглотил.

Что же теперь делать? Я съел все наши припасы, а значит, Бьянка и Рофиррик останутся с пустыми желудками. Эта мысль была ужасной. Я, большой увалень, объел маленьких несчастных существ, так, что ли, получается?! Не хватало, чтобы меня стали считать злым чудовищем, которое обижает слабых.

Поглядев на тушу дракона, я вдруг понял, как можно выйти из положения. Я принесу дохляка Бьянке, мы разрубим его и зажарим на костре – и тогда принцесса набьет пузо до отвала (кстати, не мешает ее немного откормить, а то больно худа). К тому же вроде бы я слышал, что принцессам всякие там благородные рыцари дарят драконьи головы. Это вроде как трофей. После такого подарка принцессы, кажется, становятся не такими злыми. Если слухи не врут, то у Бьянки появится возможность стать гораздо, гораздо добрее.

Уверенный, что для тупого тролля моя идея более чем гениальна, я забросил рюкзак за спину и отправился в обратный путь. Одной рукой я волочил за собой побежденного дракона. Его чешуя издавала громкое шуршание, когда терлась о камни, а голова моталась из стороны в сторону и издавала явственное «бум, бум, бум». Примерно на середине пути я вспомнил, что хозяин таверны обещал накормить Бьянку, меня и Рофиррика, в случае если я починю мост… Тьфу! Зачем же я тогда волоку эту тушу? Ах да – Бьянке может понадобиться драконья голова!

Я задумался. Половина пути пройдена. Есть драконье мясо принцессе уже не надо, а чтобы отделить твари башку, нужен топор. У меня же только большой ножик, но он не годится. Раздумья – нелегкая штука, особенно когда приходится выбирать. И все-таки я выбрал. Дойду до таверны, возьму там топор и отрублю гаду ползучему голову. Остальное выброшу на помойку, во всяком случае, мне драконье мясо не нужно.

Я и сам не заметил, что, пока напрягал мозги, прошел почти весь путь до таверны. Меня уже встречали. Сначала это были мальчишки, которые до сих пор не легли спать, а носились по окрестностям. Потом появились взрослые. Народ прибывал. Повсюду горели факелы, местные жители шептались, тыкали пальцем в нашу с дохлым драконом сторону. Видать, деревенские, из самого ближнего селения.

В какой-то миг я оробел и подумал, что сейчас они станут кидать в меня всякими вещами наподобие кирпичей и орать, чтобы я проваливал. С нами, троллями, всегда так. Невезучие мы, прямо скажем, и неловкие. Пытаясь вспомнить, не сломал ли я еще до похода в горы кому-нибудь забор (или домишко), я остановился.

Толпа держалась на расстоянии, но задние ряды напирали на передние, поэтому расстояние сокращалось. Недовольные вопили и обзывали задних остолопами. Возникла давка. Несколько людей, видимо облеченных властью, засвистели в особые свистелки, протолкались через скопление народа и восстановили тишину. Вдалеке завыли собаки. Маленький ребеночек на руках юной мамаши захныкал, указывая на меня пальцем.

Фплиф из Вороньего Глаза смутился окончательно. Моей принцессы нигде не было, а уж она бы показала им всем. Не зная, что делать, я отпустил хвост дракона и посмотрел на звездное небо. Может, если я сумею отвлечь внимание толпы, удастся улизнуть? Как нарочно, наверху не было ни одной тучки, поэтому никому из местных и в голову не пришло посмотреть, чего там творится. Проверив реакцию, я понял, что все по-прежнему пялятся на меня. Возникло непреодолимое желание чихнуть – и я чихнул. Всего каких-то пять раз.

Когда чихательная пелена перед глазами рассеялась, я увидел, что толпа находится от меня гораздо дальше, чем казалось. И большая часть ее валяется на земле. Неужели это я виноват?

В моем направлении выдвинулась маленькая группка людей, размахивающих палкой, на которой болталась белая тряпка. Руки они держали поднятыми вверх.

– Тише, тишина! – кричал представитель власти. – Не сердись, тролль! Не сердись! Давай поговорим!

Рядом с главным переговорщиком я заметил Вузида. Глаза у хозяина таверны вылезли на лоб, ну прямо умора. Он стал похож на камбалу.

Я стоял как столб, боясь своими движениями распугать людей.

– Справился! – сказал Вузид, пихая локтем представителя власти. – Смотрите, справился, он справился! Ухлопал дракона!

Представитель власти поднял руку.

– Точно, уконтропупил, как говаривали в моих местах… Эй, тролль, это ты убил дракона, который жил в ущелье?

Я подумал и кивнул.

– Говорю же! – встрял хозяин таверны. – Говорю же…

– Я понял, – сказал ему представитель власти. – Эй, тролль, меня зовут Матифар, я шериф из деревни Тапрамба, вон там она.

Указанное направление мне ни о чем не говорило, я все равно почти ничего в Баркарии не знаю.

– Он туго соображает, – подсказал Вузид шерифу, подарив мне улыбку. Потом его взгляд упал на тушу дохлого дракона, и человек затрясся.

Пока мы беседовали, дети и наиболее храбрые и любопытные взрослые приблизились к ползучему гаду и стали ощупывать его и возбужденно бормотать. «Чудовище убило чудовище!» – услышал я чью-то фразу. «Да, никогда бы не поверил, если бы не видел своими глазами!» – ответили на это.

При чем тут чудовище? Это же я убил злыдня, разве неясно? Может, объяснить им…

Матифар помахал руками, чтобы привлечь мое внимание. Я искал в толпе мою невесту. Где-то в глубине моих тупых мозгов появилось подозрение, что она наконец ударилась в бегство.

– Слушай, тролль, ты совершил настоящий подвиг! – сказал мне шериф. – Понимаешь? Дракон поселился в ущелье неделю назад. Пропали несколько караванов с солью, потом разрушился мост. Мы отрядили наших, чтобы выяснить, в чем дело, но они не вернулись. Разведчики пошли вновь и нашли останки тех, кого эта скотина сожрала. Некоторые рыцари тоже пытались избавить нас от напасти, но, увы и ах!

– Да, да, – сказал Вузид, пощипывая себя за рыжую бороду. – К королю мы обращаться не стали, все равно никакого толку нет. Король он чего – сидит себе и королевствует, ему не до нас. Не знали, чего и делать-то. Написали письмо волшебнику, чтобы приехал, посмотрел, как можно с тварью справиться, чтобы сказал, откуда такая зараза появилась на нашу голову. А тут вы появляетесь с юной госпожой. Я и подумал – авось справишься, тролль…

– Почему мне не сказал? – спросил шериф Вузида, толкнув его локтем.

– Как это? Сказал, почему же все тогда здесь?

– Надо было посоветоваться заранее… – проворчал Матифар.

– Да чего уж теперь-то? Ты бы все узнал, даже если бы я не послал за тобой. Драка на все королевство, поди, слышна была. Я думал, горы рухнут. Западная стена таверны покосилась, зуб даю!

Они рассматривали Фплифа, словно не знали, как его употребить в пищу – жареным или вареным. А я не знал, что сказать.

– Кстати, где девица, что пришла с ним? – спросил Вузида шериф.

– Бочку принимала, когда это началось, – ответил хозяин таверны.

– Какую бочку?

– С водой. Потребовала помыться. Орала так, что я думал, потолки свалятся. Тащите, говорит, мне бочку с теплой водой, иначе я вас всех тут распатроню!

– Кто она?

– Почем я знаю? Видать, из благородных. Я таких навидался, можешь поверить, Матифар. Но все-таки склоняюсь к мысли, что…

– Опять ты про это?

– Приметы налицо, Матифар!

– Приметы, приметы… А вот возьмут эти приметы и испепелят нас к лешему!

– Авось не испепелят.

– А почему они пришли без денег? Если она, словом, он… почему так?

– Кто знает? У этих свои причуды, у знати-то вол шебекой. А так… уверен, она того… про которого говорили. Тролль – самое лучшее доказательство, шериф! Путешествует, как сказано. Этот у нее за охранника, а еще есть слуга, вроде секретаря. Дурак дураком, смотрит на нее, словно она луна, сделанная из цельного куска алмаза.

Я слушал и старался понять, о чем речь. Сказали, что я совершил подвиг. Дракона убил. Насчет моста ни слова.

– А что насчет моста? – спросил Матифар.

– П-п-п-п-п… по-о-чин-н-нил…

– Он еще и заика, – поразился шериф. – Герой, тролль, победитель дракона… Что ж, надо как-то его отблагодарить, что ли. А, Вузид? Чтоб не говорил потом, что мы неблагодарные свиньи.

– Да я чего, разве против?

В толпе началось шевеление. Принцесса Бьянка и Рофиррик протолкались сквозь людскую массу и выскочили на открытое место.

– Это что такое?

В этот миг у меня, можно сказать, отлегло от сердца. Странное дело, но я уже настолько привык к моей безумной невесте, что не мог себе представить, что она возьмет да вдруг куда-то денется и я не сумею ее найти.

Моя невеста была в каком-то новом одеянии – наверное, одном из тех, что подарил ей Дейви Морс.

Бьянка подбоченилась по-принцессиному, выставила вперед ножку. Вузид и Матифар, сконфуженные, спрятали глаза. Толпа народа боязливо вглядывалась в фигурку госпожи. Мне показалось, что люди приходят в смятение не меньше, чем от меня.

– Я спрашиваю, драгоценные мои, что здесь происходит? – раздался в ночи звонкий голос Бьянки. Я улыбнулся ей, она надула губки. – По какому поводу собрание в такое позднее время, а? Ну, чего молчим, кого ждем?

– Дык… – произнес шериф Тапрамбы. – Того… этого…

Рофиррик пододвинулся вплотную к ней и толкнул локтем. Принцесса отмахнулась от него:

– С какой это, скажите, радости, вы не даете прохода моему слуге? Он устал, весь день работал как… в общем, вкалывал, а вы? Между прочим, я буду жаловаться, если… если хоть один волос упадет с его этой здоровенной головищи…

– Да мы того… этого… – отозвался Вузид.

– Что, уже упал?

– Кто? – не врубился хозяин таверны.

– Волос!

– Да не… мы того… не того…

– Тьфу! У вас что, повальное косноязычие, да! – заорала принцесса.

Тут Рофиррик схватил ее за руку и указал за мою спину и немного в сторону, туда, где валялся дохлый дракон.

Бьянка наконец увидела ползучего гада, и из ее рта вырвался пронзительный вопль. В ответ на него где-то неподалеку взвыла собака. Получилось в лад.

Рофиррик поддержал Бьянку, иначе бы она упала. Прекрасные ее ножки подкосились. Шериф и хозяин таверны шагнули на помощь, но принцесса остановила их повелительным жестом. Выпрямившись и не терпя даже прикосновения Рофиррика, девица снова уперла руки в бока.

– Вот теперь кто-то должен мне все объяснить! Ну! Кто будет первым?

И почему-то поглядела на меня.

Ну вот тоже – нашла рассказчика!


предыдущая глава | Невеста тролля | cледующая глава