home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

– Чтоб меня, – пробормотал Гаррет, став посреди фойе, и повернулся кругом, изучая обстановку.

Линч двигался неспешно, отмечая каждую деталь в комнате. Одна из служанок, в чепце и фартуке, лежала на устланной ковром парадной лестнице. Очевидно, пыталась сбежать. Кровь стекала из рваной раны на ее горле – там было сплошное месиво, – нанесенной тупыми зубами, а не клинком.

Дворецкий почти успел добраться до двери. Увеличивающаяся лужа крови под его скрюченным телом пропитала ковер. Линч сдвинул брови.

– Так же, как в деле Хэвершэма, – пробормотал он. – На этом этапе Фэлкон больше хотел их убить. Несомненно, уже насытился наверху. – Опустившись на колени, Линч потрогал липкую лужу под дворецким. Зрение мгновенно поплыло, обоняние обострилось, а рот наполнился слюной. Линч хотел коснуться кончика пальца языком, но за годы прекрасно научился владеть собой.

За спиной Роза неистово царапала в своем блокноте. Секретарша побледнела, сжала губы, но и виду не показала, что эта сцена ее волнует – или решила не показывать.

Потерев кончики пальцев друг о друга, Линч посмотрел на лестницу. Золотой свет ламп омывал стены. Фэлкон не удосужился обзавестись современными удобствами типа газового освещения. Старые голубокровные не любили новинок.

В комнату тихо проскользнула Перри. Ее темные волосы были гладко зачесаны под шляпкой.

– Кровавая баня, – прошептала она, обменявшись неловкими взглядами с Гарретом.

Ее ноздри расширились. Как одной из пятерки Линча – лучших из лучших – ей нужно было присутствовать на месте происшествия. Перри обладала особым даром – помимо управления паровым экипажем на крутых поворотах с головокружительной скоростью. По запаху она могла определить, из какой части Лондона человек.

– Найти Фэлкона, – отдал приказ Линч. – Жду полный отчет утром. – Если Фэлкон близок к Увяданию, ему нужно знать.

Наверху появился Бэрронс, двигаясь с изяществом фехтовальщика. Он был облачен в черный бархат, рубиновая булавка на белоснежном платке на горле выделялась единственным цветным пятном.

– Бэрронс. – Линч кивнул в знак уважения к молодому лорду.

Тот часто участвовал в делах, требующих острого ума. Их пути регулярно пересекались на подобных мероприятиях; несомненно, принц-консорт желал быть в курсе дела.

– Фэлкон здесь, – отозвался Бэрронс. – Все еще жив.

– Жив? – Линч поспешил вверх по лестнице. Позади него зашелестели юбки, и последовал лимонно-льняной запах, от которого он не мог убежать.

Голубокровные обменялись взглядами.

– Если можно так сказать. Мне удалось усмирить его в кабинете. Предупреждаю, зрелище довольно неприятное, – сказал Бэрронс, переведя взгляд за плечо Линча на Розу.

– Редко бывает наоборот, – ответил Линч и расправил плечи, невольно поддавшись инстинкту защитить ее.

Бэрронс явно не глазел на нее как мужчина на хорошенькую женщину, но в нем читалось что-то такое, отчего Линч похолодел. Он повернулся к Розе и предложил ей руку, чтобы помочь преодолеть последние три ступеньки.

Роза мгновение смотрела на него. Слишком поздно он вспомнил о ее отвращении к прикосновениям. Затем секретарша вложила в его ладонь тонкие пальчики – теплые, даже сквозь перчатки. И Линч подозревал, что в отличие от его шероховатой, у нее кожа гладкая, как у ребенка.

– Бэрронс, это миссис Марбери, моя новая помощница, – представил он.

– Рад познакомиться, – кивнул Бэрронс.

Роза улыбнулась, но Линч почувствовал, что это неискренне.

– И я рада, милорд. Не ожидала, что встречусь с кем-то из Совета герцогов лично.

Бэррон изучающе посмотрел на нее, затем отвел взгляд.

– Почетным членом, моя дорогая. Я занимаю место отца, пока он не оправится.

Линч промолчал. Герцог Кейн много лет страдал от таинственной хвори. Шансы на его возвращение были ничтожны, и Бэрронс это знал.

Не секрет, что вирус жажды был весьма властной болезнью. Возбудитель не терпел иных вирусов или заболеваний в теле своего хозяина. Однако немногие отваживались говорить это Бэрронсу в лицо. Он и сам все знал. В конце концов, молодой лорд был неглуп.

Какой бы недуг ни поразил его отца, слухи он держал под замком.

Бэрронс указал на кабинет.

– Возможно, лучше нам сперва увидеть Фэлкона. Ваши люди могут заняться телами. Они там. – Он указал на библиотеку и спальные покои.

Хотя Линч хотел осмотреть тела сам, Фэлкон вызывал в нем наибольший интерес.

– Я не сумел допросить Хэвершэма как должно. Он покончил с собой прежде, чем мы приехали. Думаю, из чувства вины.

Бэрронс стрельнул в него отрезвляющим взглядом.

– Я так не думаю. Не верю, что Хэвершэм достаточно владел своими чувствами, чтобы испытывать подобную эмоцию.

– Так вы думаете, это было предумышленное убийство? Я лично осмотрел тело. Вид входного и выходного ранения не противоречит самоубийству, а на руках и челюсти найдены следы пороха. Я уловил запах других людей на его коже, но предположил, что это его жертвы.

– Как я говорил, не верится, что Хэвершэм был способен на самоубийство.

Они быстро преодолели устланный коврами коридор. Тут было темно, в канделябре горела единственная свеча.

– Чего мне ожидать? – спросил Линч. – Фэлкон был близок к Увяданию?

– Ему всего сорок.

– Что с того? – возразил Линч. – Иногда вирус захватывает человека стремительнее, чем обычно. Я видел восьмидесятилетнего с уровнем вируса таким же низким, как у двадцатитрехлетнего.

– Никаких признаков альбинизма, – парировал Бэрронс. – На коже здоровый румянец, волосы по-прежнему светло-каштановые, глаза ореховые. Будь его уровень вируса выше, к настоящему времени цвета начали бы исчезать.

Откуда-то донеслись приглушенные крики. Взгляд Линча остановился на закрытом кабинете.

– Как именно вы его усмирили?

– Выстрелил дротиком с болиголовом, – ответил Бэрронс. – Яд парализовал его всего на минуту.

– Минуту? – выпалила Роза.

Линч почти забыл о ней. Почти.

Оба мужчины оглянулись.

– Прошу прощения, – извинилась помощница. – Я читала об этих новых концентратах из болиголова в научном журнале. Думала, они парализуют голубокровного минут на десять.

Ни один научный журнал не отважился бы говорить о подобных вещах. Иное дело пропагандистские брошюры, которые печатали гуманисты. Линч прищурился. Его секретарша разделяла идеи гуманистов? Или просто была одной из многих любопытных в Лондоне, прочитавших эти проспекты, когда их распространили?

Он знал человека, информатора, несомненно преданного Эшелону, которому нравилось читать брошюры, невзирая на верность. Джован находил забавными карикатуры на принца-консорта в образе бледного жирного стервятника, нависшего над королевой.

– Период времени зависит от уровня вируса, – объяснил Бэрронс. – Чем выше уровень, тем быстрее проходит паралич. Я на себе испытал. Мне потребовалось четыре с половиной минуты до того, как стал возвращаться контроль над конечностями.

Выходит, у Бэрронса высокий показатель заражения. Линч сделал мысленную пометку подумать об этом в будущем.

– Если у лорда Фэлкона невысокий уровень вируса, как же ему удалось так быстро восстановиться? – нахмурилась Роза.

– Загадка, – ответил Бэрронс. – Этому нет объяснений. Фактически, вообще нет никакого объяснения его состоянию.

Вся троица остановилась перед дверью в кабинет. Изнутри слышался глухой стук. Затем что-то раскололось.

Бэрронс тут же потянулся к дротикомету на боку.

– Я привязал Фэлкона к креслу, – признался он. – Полагаю, он только что сломал его. Будьте готовы к чему угодно.

Добравшись до двери, лорд осторожно открыл ее и скользнул внутрь. Линч сжал свою трость-клинок и глянул на Розу.

– Стойте здесь, – отчеканил он и поспешил за Бэрронсом. Если он угробит наследника герцога Кейна, то поплатится собственной головой.

В комнате было тихо и темно, тонкие занавески колыхались на легком ветру. Куски разломанного кресла усеяли ковер перед столом, в кровавых лужах валялась отброшенная веревка.

Бэрронс устремился к окну и выглянул наружу.

– Проклятье, – выругался он. – Должно быть, Фэлкон удрал.

У Линча волосы на затылке стали дыбом.

– Это катастрофа. Если он будет свободно разгуливать по городу, это спровоцирует массовую истерию, – сказал Бэрронс. – Нужно схватить его прежде, чем он уйдет слишком далеко.

– С чем мы тут имеем дело? – спросил Линч, поняв все, что молодой лорд не стал говорить при Розе.

– Голубокровный ведет себя так, словно у него Увядание. Действуйте так, будто столкнулись с вампиром, Линч, и вы не ошибетесь.

Линч застыл. Превратиться в подобную тварь было единственным страхом голубокровного. Вампир мог убить сотни, прежде чем его одолеют. Однако Эшелон поднабрался опыта по контролю подобных вопросов. Если аристократ каким-то образом ухитрялся скрывать уровень вируса, его плоть все же демонстрировала верные признаки Увядания. Он начинал вонять гнилью, а тело медленно деформировалось в жилистую, бледную, словно личинка, четвероногую тварь.

У Ночного ястреба мурашки побежали по спине. Бэрронс пошел мимо него к двери, Линч же медлил. Сейчас он учуял некий аромат. Что-то сладкое, как мороженое или плюшки, посыпанные сахаром.

Капала кровь.

– Бэрронс, – протянул он. – Я не думаю, что он вышел в окно.

Лорд, уже достигший двери, резко оглянулся через плечо. Линч медленно поднял глаза, а Бэрронс задрал голову. Он мгновенно понял, где Фэлкон.

Бэрронс выхватил пистолет, Линч отскочил прочь, а человек, когда-то бывший Фэлконом, бросился с потолка. Он приземлился туда, где только что стоял Линч, и, когда тот перекатился, кинулся к Бэрронсу.

Огонь выстрела в темной комнате мгновенно ослепил Линча. Он мог видеть лишь пару темных сцепившихся теней, затем последовал вопль Бэрронса, и молодой лорд рухнул.

Линч достал собственный пистолет, но перед глазами плясали светящиеся точки. Ринувшись вперед, он добрался до Фэлкона и со всей силы дернул его, отрывая тварь от лорда. Кровь окрасила воздух. Линч ощущал ее привкус, запах заполнил ноздри. Однако не время оценивать ущерб. Фэлкон извернулся так, как не способен был даже голубокровный, и прыгнул на ястреба.

Удар обрушился на руку, пистолет полетел по полу. Линч заскрипел зубами. Рука оказалась почти полностью вывернута из сустава. Он крутанулся, уходя от новой атаки, и наконец смог рассмотреть противника.

Лицо Фэлкона перекосило от ярости, глаза были дикие. Ничего человеческого за ними не скрывалось. Волосы и одежда заляпаны кровью, ногти на руках заострились. Линч успел заметить это, прежде чем они устремились ему в лицо.

Ястребу едва удалось блокировать тростью первый удар, затем еще, не говоря уже о том, чтобы использовать оружие для своего преимущества. Фэлкон был крайне быстр, и каждая атака отражалась у Линча в мышцах предплечья. Ястреб выхватил клинок из трости, но Фэлкон резко ударил, скрипнув ногтями по стали, и выбил его из руки соперника.

– На помощь! – заорал Бэрронс, приподнимаясь.

Кровь пузырилась на его губах, а грудь представляла собой сплошное месиво. Ухватившись за запятнанный бархат, он попытался сесть, опираясь на стену.

Фэлкон повернул голову на звук, и Линч воспользовался шансом. Он прыгнул вперед, повалив вампира на пол и, используя свою собственную значительную силу, надавил Фэлкону на лицо. Затем, дернув за руку, вывернул ее, проведя прием захвата плеча твари.

Из открывшейся двери комнату затопил поток света.

Линч отпрянул, а Фэлкон под ним с недюжей силой попытался подняться. Влетела Роза с пистолетом в руках.

– Вон! – вскричал Линч. – Прочь из дома!

Фэлкон напрягался, сухожилия на его плечах затрещали. У Розы от удивления отвисла челюсть. Линч с ужасом почувствовал, как соскальзывает захват.

– Беги! – пронзительно закричал он.

Фэлкон изогнулся и сбросил его. Линч врезался в стену, воздух со свистом покинул легкие. Он оперся на руки и колени и смог увидеть, как Роза летит по коридору. Фэлкон размытым пятном следовал за ней.

– Перри! Гаррет! – Он оттолкнулся от стены и шатаясь пошел к двери. Что-то болело в боку. Может, ребро треснуло. Не время думать. Нужно остановить Фэлкона – прежде, чем чудовище разорвет Розе глотку.

От подобной мысли грудь опалило огнем. Стремглав вылетев за двери, он увидел, как хлопает от движения фалда одеяния Фэлкона, когда лорд спускался по ступенькам. Где-то завизжала Роза, и выстрелило оружие.

– Черт возьми! – донесся от входных дверей голос Гаррета.

Линч рванул через коридор. Он не понимал, что происходит. Раздалась пальба. Перри выкрикнула имя Гаррета, затем выстрелы оборвались.

Перепрыгнув через перила, Линч в воздухе жадно окинул взглядом развернувшуюся сцену. Роза оступилась у основания лестницы и двигалась неуклюже. Гаррет осел, хватаясь за грудь. Вероятно, он был единственной причиной, по которой Роза все еще оставалась жива. Фэлкон задержался, чтобы напасть на него первым.

Линч тяжело опустился на мрамор в фойе, ноги тряслись. Фэлкон, игнорируя его, прыгнул на Розу и пригвоздил ее к полу. Раздался треск от удара головы о мраморные плиты, из рук несчастной выпало оружие.

«Нет!»

Ослепляющая ярость превратила все в тени. Внутренний демон – голодная, более темная сторона – восстал, Линч задыхался, едва видя происходящее. Следующее, что он осознал, это как оттащил тварь от Розы и швырнул прочь. Фэлкон подобрал под себя ноги и отскочил от стены с изяществом атлета.

Непонятно как в руке Линча оказался нож. Фэлкон бросился на него, погрузив тупые зубы в горло. Линч вонзил нож глубоко в грудь монстра. Словно понимая его замысел, Фэлкон дернулся, разомкнув пасть. Линч схватил его и перекинул через плечо, распластав лорда на полу. Костная рукоять вошедшего до предела ножа сверкала в золотом свете. Линч присел, уперся коленом в грудь противника, схватил Фэлкона за голову и свернул ему шею.

Настала тишина, прерываемая лишь судорожными хрипами из горла Гаррета.

Линч пошатываясь отошел от тела, мир вновь обрел краски. Внезапно командир ястребов почувствовал головокружение. Роза стояла неподалеку, таращась на него с разинутым ртом.

– Стой тут, – прорычал Линч, ткнув в нее пальцем. Глянул напоследок на Фэлкона – больше тот не поднимется, – и поковылял к подчиненному.

Перри стояла на коленях, зажимая руками рану на груди Гаррета.

– Насколько все плохо? – потребовал Линч.

Только не Гаррет. Когда Линч взял его, он был всего лишь мальчишкой, знатоком улиц и полным притворного очарования, которое использовал для своей защиты, преследовал Линча по пятам, подражая ему, доводя до неистовства своими бесконечными вопросами.

Линч коснулся головы Гаррета и повернул ее на бок.

Тот вздрогнул.

– Я выживу, – с трудом выдавил раненый и с улыбкой добавил: – Не могу оставить так много безутешных женщин. Они же… исстрадаются по мне.

Перри стянула пальто и прижала его к груди Гаррета. Линч видел, как кровь перекачивается через артерии, и вновь почувствовал железную хватку ледяных когтей в животе. Сердце. Фэлкон пытался добраться до сердца. Более надежного способа убить голубокровного не было.

– Ему нужен целитель, – сказала Перри голосом, лишенных эмоций, но это не означало, что она ничего не чувствовала. Когда подчиненная подняла взгляд, ее глаза излучали невероятно яркий свет. – Быстро.

Линч выпрямился и огляделся.

– Где, кровавый ад, Ледяная гвардия, сопровождавшая Бэрронса?

Никто не мог дать ответа.

– Роза, мне нужно, чтобы ты привела помощь, – сказал Линч, пытаясь мысленно расставить приоритеты.

Бэрронс ему нравился, и не хотелось бы видеть, как лорд погибнет – более того, командир ястребов понимал, что потеря наследника герцога Кейна обернется грандиозной катастрофой. Гаррет же… Гаррет был близким человеком.

– Я позабочусь о нем, сэр, – мягко сказала Перри, поняв гложущие Линча сомнения.

Он резко кивнул.

– Бэрронс наверху. Мне нужно знать, выживет ли он. Роза, пошли за целителем или врачом. Даже чертова повитуха сойдет.

Секретарша вцепилась в темно-синие юбки и уставилась на него влажными темными глазами, однако не пошевелилась.

Неужто остолбенела от испуга?

– Что? – выпалил Линч.

– Вы истекаете кровью. – Роза сжала губы, в глазах заблестел намек на вызов. – Крайне скверно.

Линч коснулся горла и почувствовал влагу. Комната воняла кровью – по большей частью не его, хвала небесам. Но запах… Линч едва не застонал и облизнул губы. Единственное, чем он себя выдал, но она заметила.

– Бывало и хуже, – ответил Линч, дернув воротник своей кожаной куртки. Затем указал на дверь и добавил: – Поспешите, пока остальные не погибли от потери крови. А затем оставайтесь снаружи.

Линчу необходимо было, чтобы она убралась отсюда. Он не рискнет ее жизнью снова, а прямо сейчас, когда она так смотрела на него, как раз мог утратить контроль.


***


Стоящую на пороге особняка Розалинду трясло, и она плотнее закуталась в плащ. В течение часа прибыла толпа Ночных ястребов, пара целителей и столько Ледяной гвардии, что как раз хватило для охраны особняка. Толпа любопытных зевак маячила за их невозмутимыми фигурами, снедаемая желанием побольше узнать о случившемся.

– Это были гуманисты? – спросил голубокровный лорд в высоком цилиндре.

– Вампир? – выкрикнул другой, размахивая тростью.

Толпа испуганно загудела. Розалинда скользнула под прикрытие вьющихся роз, спадавших каскадом около входа, и натянула шляпку, пряча лицо. Ее бы здесь никто не узнал, но все же Роза ощущала себя уязвимой. Слишком много голубокровных окружало ее – казалось, сюда заявилась половина Эшелона, разодетая в цветастые шелка и бархат. Даже в это время дня кричащие перья торчали из дамских шляп, и Розалинда мельком увидела несколько белых париков и напудренных лиц – старшие голубокровные, по-видимому, до сих пор следовавшие моде прошлого. Или, возможно, стремившиеся скрыть Увядание. Кто знает?

– Роза?

Голос Линча ворвался в ее размышления. Розалинда стремительно обернулась, юбки чиркнули по черепичному портику, а сердце подпрыгнуло к горлу. Она привыкла сохранять холодную голову, но, когда возбуждение улеглось, казалось, невозможно остановить бешеный стук сердца. Так близко. Глаза Фэлкона были полны безумия и голода. Она слышала его резкое дыхание, когда вампир гнался за ней по коридору, понимала, что ни за что не успеет добраться, понимала, что он… А затем показался Гаррет с широко распахнутыми от потрясения глазами, но тут же вытащил пистолет и пустил пулю Фэлкону в грудь.

И спас ей жизнь. Еще секунда, и Фэлкон добрался бы до нее. Выстрел замедлил вампира. Розалинда споткнулась на ступеньках у подножия лестницы, и Гаррет загородил ее собой, встретив обезумевшего лорда – второй поступок, спасший Розу.

Легко было презирать голубокровных после всего, что они ей сделали, но Гаррет не раздумывая рискнул ради нее жизнью. Ей это не нравилось. Не совпадало с привычным мировоззрением.

Линч попытался смыть кровь с кожи и пригладить волосы, но в его глазах светился тот же лихорадочный жар, что опалял ее грудь.

– Вы мне нужны. Пойдемте.

Вытащив из ридикюля записную книжку и карандаш, Розалинда последовала за ним. Затхлый запах смерти, казалось, пропитал воздух. Внутри стояло двое Ледяных гвардейцев. Роза невольно посмотрела на то место, откуда Линч прыгнул к ней с лестницы. Только полы длинного кожаного плаща взметнулись – а затем командир ястребов бросился на Фэлкона. Фактически убил его. От Розы не укрылось, как именно он это сделал. Кто-то обучил его жестокому стилю борьбы. Фэлкон был сильнее и быстрее, но Линч знал, как несколькими ударами вывести из строя противника.

Розалинда подняла глаза: из фасеток канделябра лился свет. Линч пролетел добрых пять метров так, словно со ступеньки крыльца шагнул. Дрожь прокатилась по позвоночнику.

Опасность.

Голубокровные превосходили людей в силе и скорости, но это не означало, что расклад всегда был в их пользу. Обученный убийца мог сразить неподготовленного голубокровного в рукопашном бою. Но кого-то наподобие Линча? Невозможно.

Если он когда-нибудь догадается, кто она, Розалинда не намеревалась находиться рядом с ним достаточно долго, чтобы выяснить, кто победит.

– Сюда, – сказал Линч, указывая на тело у лестницы. Кто-то накрыл труп простыней, и ткань прилипла к Фэлкону, напитавшись кровью. – Запишите: мы взяли анализы на уровень вируса жажды с помощью портативного латунного спектрометра. Они показали пятьдесят три процента. Отметить: запросить уровень вируса жажды у Хэвершэма, когда вернемся.

Дворецкого накрыли чьим-то пальто. Розалинда нахмурилась.

– Вы обычно прикрываете тела?

– Нет.

Значит он сделал это ради нее. Она остановилась, а затем Роза спешно записала карандашом остальное.

– Предполагаю, что Фэлкон находился в столовой с семьей, когда накатил… приступ, – продолжил Линч, поднимаясь по лестнице. – Его чаша почти полная, но судя по остаткам содержимого в графине, он выпил кварту крови. Им не должна была владеть жажда. Уровень вируса слишком низок для Увядания. Однако что-то же это вызвало. Внешнее воздействие? Токсин? Была ли выпитая им кровь испорчена? Или какая-то доселе неизвестная болезнь поражает голубокровных…

– Подождите, – позвала Розалинда, пытаясь одновременно яростно и быстро писать в блокноте и следовать за начальником по ступенькам.

Линч замер.

– Итак. – И вновь пошел по коридору, едва ли давая ей передышку. – Что…

– Что случилось с Гарретом? И сыном герцога? – прервала его Роза.

– Бэрронс восстанавливается в комнате Фэлкона с целителями. К счастью, его раны уже заживают, хотя были довольно серьезными. Что касается Гаррета, он на кухне. Дойл незаметно прибыл с остальными моими людьми и пытается его подлатать.

– Он восстановится? – Это не должно ее беспокоить. Не стоит волноваться, что в мире может стать на одного голубокровного меньше.

Глаза Линча скрылись за темными ресницами.

– Гаррет сильнее, чем кажется, но потерял уйму крови. Перри дала ему немного своей.

Он быстрым шагом устремился к дверям. Розалинда ринулась за ним, подхватив юбки. Может, его это вовсе не заботит. Судя по поведению командира ястребов, Гаррет для него ничего не значил.

– Сюда, – произнес Линч, указывая на столовую. Под окровавленными скатертями лежали два трупа. – Здесь он обедал.

Розалинда замешкалась на пороге. Такие маленькие… Горло сдавило, кровь отхлынула от лица. Повсюду были рассыпаны осколки фарфора, а из опрокинутого графина по столешнице из красного дерева разлилась лужа красного вина и, добравшись до края, монотонно капала на пол.

– Пахнет как… в булочной, – пробормотала Роза, тяжело сглотнув подступившую к горлу желчь. Больше она не могла на них смотреть. Ну как кто-то мог жестоко убить собственных детей? Что за чудовище было способно на такое?

«Голубокровный», – прошептал голосок в голове.

Линч оглядывал место, словно впитывая картинку.

Розалинда посмотрела на него и заметила на его лице выражение, похожее на заботу.

– Я в… – Роза осеклась и прижала к губам затянутую в перчатку руку.

Ничего она в порядке. У нее так и стояли перед глазами те тоненькие, перекошенные фигурки под кровавыми тканями.

Размытое движение. Кто-то подхватил ее под локоть. Линч своим крупным торсом загородил от нее тела. Затем подтолкнул к двери, к хорошо освещенному коридору. Стены шатались. Перед ней открылась дверь. Роза покорно двигалась, как марионетка в его власти, горло жгло кислотой.

Линч распахнул окно и подтолкнул к нему Розу. Свежий воздух унес этот тошнотворно-сладкий запах. Розалинда ухватилась за подоконник, судорожно вдыхая. Голубокровный чуть прикасался к ее спине, словно не был уверен, как она воспримет такой контакт.

– Я не должен был брать вас сюда, – мягко произнес он. – Извините.

Розалинда потрясла головой, с трудом сглотнув:

– Простите.

Как бы она ни пыталась забыть картину – спрятать ее в темном уголке сознания с другими невообразимыми воспоминаниями, – не получалось. Эта сцена отпечаталась на веках, прожигая путь к животу и горлу.

Холодная ладонь круговыми движениями гладила ее спину. Розалинда вцепилась в подоконник и высунулась из окна, втягивая в легкие тяжелый от угля воздух Лондона. Что угодно, лишь бы избавиться от того «запаха булочной».

Пытаясь отвлечься, она сосредоточилась на его прикосновении. Дыхание перехватило.

– Вам не за что извиняться, – прохладно выдохнул Линч ей в шею, отчего у нее шевельнулись волоски на затылке.

Впервые Розалинда поняла, как близко он стоял: его ноги прижимались к ее турнюру и юбкам. Нервное возбуждение пробежало вниз по позвоночнику. Роза не забыла выражение его глаз, когда он убил Фэлкона – Линч наслаждался вкусом крови, облизывая губы. Это должно было вызвать отвращение, но все же она обнаружила, что не может ставить наравне то чудовище и мужчину, который сейчас ее поддерживал.

Тело Розалинды отреагировало на его близость, но не вспышкой желания, потому что не могла забыть недавнюю сцену. Вместо этого она расслабилась и низко склонила голову, ощущая укол вины. Почему его присутствие дает чувство… безопасности?

Роза так долго оставалась одна, отгородившись ото всех после смерти мужа. Ей не нужны расслабляющие прикосновения мужчины или его присутствие, чтобы успокоиться. Она и без того достаточно сильная.

Розалинда застыла. Он должен прекратить ее касаться. Ей это не нравится.

– Я в порядке, сэр.

Движения Линча стали нерешительными, кончики пальцев напоследок скользнули по тафте платья.

– Отлично.

Внезапная утрата контакта заставила ее поежиться. Нет, это просто прохладный воздух из окна. Роза искала повод отвлечься от разболтавшихся эмоций.

– Что скажете толпе? – спросила она, рассматривая собравшихся внизу голубокровных.

– Что ведется расследование. – Голос Линча снова был решительным. – Им не нужно знать всех подробностей происшествия.

Розалинда сжала пальцы.

– Если вы им не расскажете, они додумают худшее. Уже пошли слухи о вампире. – Она покачала головой. – Слишком много людей пожаловало к дому: Ледяная гвардия, лорд Бэрронс, целители… Вы не сможете утихомирить всех. Наверное будет лучше выложить прессе некоторые детали, чтобы успокоить.

– Вы правы, – пробормотал он. – Очень мудро, Роза.

– Люди боятся того, чего не понимают, – сказала она, кинув взгляд через плечо, и тут же пожалела о своих словах.

Линч смотрел на помощницу, сцепив за спиной руки. Взгляд в холодном вечернем свете казался мучительно проницательным.

– Так и есть. – Он медленно наклонил голову. – Не торопитесь. Я буду ждать вас в холле, когда поговорю с журналистами.

Розалинда дождалась, когда защелкнется дверь, и только тогда выдохнула. Толпа с перекошенными от ярости и страха лицами сгрудилась под витой железной оградой. Мгновение они казались почти людьми, но тут Роза скривила губы и сощурилась.

В голубокровных не было ничего человеческого, вообще ничего. И не важно, что она думала о Линче.

Когда Роза уже отворачивалась, взгляд зацепился за одинокую фигуру в углу со скрещенными на груди руками.

Из-за низко надвинутой на лицо шляпы и тяжелого пальто, скрывавшего горло и нижнюю челюсть, она не должна была узнать его, однако узнала. Мордекай. Лидер мехов, пытавшихся взорвать Башню.

Удовлетворенно изогнувшиеся губы несомненно принадлежали ему – самодовольная ухмылка, всегда доводившая ее до белого каления. Что он тут делает? Наблюдает за делом своих рук? Или просто наслаждается видом мучений голубокровных?

Ее железные пальцы неосознанно дернулись в перчатке. Он что-то натворил, это точно. Так или иначе, Мордекай был причиной того, что те два тельца тихо и неподвижно лежали под белой скатертью.

Причиной, почему она не могла найти своего брата Джереми.

Не сознавая, что делает, Розалинда метнулась вниз по ступенькам в холл, стуча каблуками ботинок по гладкому кафелю. Добежала до двери, распахнула ее…

И замерла, разочарованно вцепившись в юбки. Он ушел. Угол пустовал, ублюдок растворился в толпе, а Роза оказалась в ловушке. Не было никакого способа протолкнуться через зевак, а от мысли оказаться среди такого количества врагов сдавило горло.

«Я найду тебя». Розалинда сузила глаза. А затем заставит его пожалеть, что когда-то он отправил ее брата доставить бомбу.


Глава 3 | Моя блестящая леди | Глава 5