home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ВТОРАЯ. Странная избушка

Просыпалась я медленно. В постели было мягко, меня обволакивало тёплое одеяло, по комнате ходил свежий воздух — я почти всегда оставляю на ночь форточку открытой. Каждое утро со двора доносятся шумы, обычные для любого горожанина. Часов в шесть утра симфонию из звуков города начинает громкий мусоровоз. Он долго солирует — пыхтит-фырчит во дворе, протискиваясь между припаркованными автомобилями, грохочет мусорными баками, и снова пыхтит-фырчит, пробираясь к выезду. Чуть позже вступают новые исполнители: начинают хлопать двери подъездов, мерно жужжат или яростно ревут моторы автомобилей. Дворники шкрябают метлами по асфальту, дети шумят, не желая отправляться в несусветную рань в садик. Особую пикантную нотку в городское утро вносит сосед со второго этажа, который пытается стрельнуть у выходящих на улицу денег на опохмелку…

Но сейчас из окна доносится только лёгкий шелест листьев, привычного шума проезжающих неподалёку машин совсем не слышно. Наверное, ещё очень рано, даже мусоровоз не приезжал. Открывать глаза не хотелось. Денёк меня ждёт тот ещё! Пока есть возможность, понежусь в постели, наслаждаясь свежим тихим утром.

— Ку-ку, ку-ку, — послышалось из-за стены.

Молодые соседи, что ли, купили часы с кукушкой? Ребята вроде ходят по барахолкам в поисках ценных вещей, могли и польститься на тикающий домик с птичкой. Я улыбнулась, вслушиваясь в кукование. Восемь, девять, десять… Врут их часы, такого быть не может.

Одиннадцать, двенадцать, тринадцать… Кукованье продолжалось. Развлекаются соседи, что ли, с утра пораньше, двигая стрелки и заставляя птичку беспрерывно куковать? Я машинально скользнула ладонью по простыне, устраиваясь поудобнее. Пальцы ощутили грубоватую натуральную ткань. Такого постельного белья у меня точно нет. Недавно искала похожее, но так и не нашла: сейчас шьют из других материалов.

Я открыла глаза и тут же проснулась окончательно. Надо мной нависал побеленный неровный потолок — приподнимись, протяни руку и дотронешься. Постельное белье было сероватым, подушка — непривычно большой и набитой то ли пером, то ли пухом, хотя у меня в квартире подушки плоские и не перьевые. Да и потолок должен быть навесной, современный и гораздо выше. Я подкатилась к краю постели. До пола метра полтора, а то и больше. Пол дощатый, прикрыт разноцветными вязаными ковриками. Там, где ковриков нет, виднеются щели между половицами, кое-где — довольно крупные, с два пальца шириной.

Я резко села и тут же приложилась головой о низкий потолок. Из-за стиснутых зубов вырвался стон. Боль оказалась вполне себе настоящей, во сне такой не бывает. Я ошарашенно оглядывалась. Небольшая незнакомая комната заставлена простой деревянной мебелью. Квадратный стол, две табуретки, здоровенный сундук — в таком и я целиком могла бы поместиться. В углу из пола торчит ручка. Стены бревенчатые, гладкие. Из двух маленьких окошек в комнату проникает яркий свет. Я провела рукой по потолку и посмотрела на следы побелки на пальцах. Слишком правдоподобно всё это выглядит для галлюцинации. Ночнушка на мне короткая, с кокетливыми кружавчиками, та самая, в которой я ложилась спать. Никаких других своих вещей я не вижу.

Ну и что происходит? Я осторожно сползла на животе как можно ниже и спрыгнула со странного ложа. Половица тихо скрипнула, когда я мешком плюхнулась на пол. Хорошо хоть не ушиблась. Я подняла взгляд и обомлела. Надо мной во всей красе возвышалась русская печь с полукруглой заслонкой — как на картинках в детских сказках. Я потёрла глаза. Печь не исчезала. Вот, значит, на чём я спала!

За краем печи обнаружилась входная дверь — тоже деревянная, запертая на крепкий брусок-засов. У стены с крюков на потолке свисали две толстые бечёвки. К ним была привязана длинная гладкая палка, на которой восседал здоровенный серый филин, в дерево крепко вцепилась длинные острые когти птицы. Я вздрогнула, увидев изогнутый клюв хищника. На миг промелькнула мысль: «Может, чучело?» Напрасная надежда: глаза птицы были закрыты, но лапы переступили на палке. Даже если филин спит, то не крепко.

В полуобморочном состоянии я отступила к печке. Взгляд опустился ниже. На полу под палкой с дремлющим хищником вылизывался крупный лохматый чёрный кот — не породистый, обычный. Он сидел ко мне спиной и никак не отреагировал на моё появление. Странно, домашние животные обычно сразу замечают нового человека, прячутся или наоборот идут обнюхивать, знакомиться, а кот ведёт себя так, будто меня вообще тут нет.

Я осторожно попятилась к окну. Не разбудить бы опасную птицу! С ней мне совсем не хотелось бы познакомиться.

Из окошка было видно залитую солнечным светом зелёную поляну и обступавшие её старые корявые деревья. Я сильно зажмурилась, досчитала до пяти, всё крепче смыкая веки, а затем открыла глаза. Вокруг ничего не изменилось. Разве что кот перестал вылизываться и повернул ко мне голову. Зелёные глаза скучающе оглядели меня, как привычный предмет обстановки, кот отвернулся.

— Здесь кто-нибудь есть? — тихо позвала я.

— Сколько раз ей твердили: не пей настойку из мухоморов, — проскрипел незнакомый голос. — Теперь вот с печки прыгает, как обезьяна заморская, своих не узнает…

Я огляделась. Никого.

— И не говори, — лениво протянул другой голос. — Нацепила на себя невесть что — стыд и срам просто! Умом, что ли, рехнулась? Откель только взяла такую срамоту?

— Эй, где вы? Я же вас слышу!

Я прошла по комнате, заглянула за печку. Никого. На столе стоит глиняный кувшин с водой и лежит начищенный до блеска овальный металлический поднос, с краю на нём пристроилось одно-единственное крупное красное яблоко. Я подошла ближе и тут же отшатнулась: прямо около яблока на столе валялись две дохлые мыши.

— Кис-кис? — нервно позвала я.

Кот и ухом не повёл в мою сторону.

Немного успокаивает только одно: дом выглядит жилым. Надеюсь, хозяин скоро появится, и всё прояснится. Пока я не могу даже представить, как сюда попала.

В дверь осторожно поскреблись.

— Бабуль, это я, — тихо позвал молодой женский голос.

Я кинулась к двери. Не знаю, что происходит, но может гостья неизвестной бабули сможет объяснить, где я оказалась и почему тут нахожусь?

— Куда?!

Кот резко повернулся, его шерсть встала дыбом. Глаза возмущённо свернули.

— Совсем ополоумела?! — ранее ленивый, а теперь раздражённо-шипящий голос шёл от него. — Оденься сей же час!

Я привалилась к стене и, глотая ртом воздух, как рыба, уставилась на говорящее животное. Кот был прав: вот теперь я совсем ополоумела.

— Дали боги хозяйку! — продолжал он. — Шляется незнамо где и с кем, домой является за полночь, стряпать не хочет, избу не метёт. Что пила вчера, говори!

В дверь застучали — на этот раз более смело.

— Баба Олеся, я же слышу, ты в доме. Ты сказала с утра прийти, — женский голос прозвучал плаксиво. — Мне очень надо. Тошно мне так, что хоть руки на себя прямо тут наложи!

«Хоть руки наложи» — это уже по моей части. В большинстве случаев, такие угрозы — просто сотрясание воздуха, привлечение внимания. Однако иногда, редко, человек действительно предупреждает о своих намерениях. Не знаю, что за чертовщина здесь происходит, но только суицида на лужайке перед домом мне и не хватает!

— П-подожди, оденусь, — нервно отозвалась я.

Легко сказать — оденусь. Никакой одежды в комнате не было видно. Ни шкафа, ни тумбочки, ни комода, в которых она могла бы храниться. Говорящий кот недоверчиво смотрел на меня.

— Правда, что ли, ничего не понимаешь? — проурчал он.

— Правда, — я вздохнула. — Слушай, качественный глюк, есть тут хоть какая-нибудь одежда?

— Ты тут новомодными словечками не ругайся, — почему-то обиделся кот. — Ишь ты, «глюк»! Я такого сроду не слышал. Откуда только слов всяких-разных понахваталась? В сундуке твоя одёжка. Допилась уж совсем, ведьма малахольная!

Мозг отказывался дать какое-то объяснение происходящему, разве что я внезапно сошла с ума. Я подошла к сундуку. Крышку удалось поднять не сразу, не думала, что она окажется настолько тяжёлой. Я хмуро перебирала содержимое сундука — полотняные рубахи, тёмные и яркие платки, цветастые шали, длинные юбки и широкие сарафаны. Если у психолога начинаются видения, то они очень правдоподобные и качественные. Всё есть для народной сказки: и бревенчатая избушка, и говорящий кот, и старинные славянские шмотки…

Жаль, в доме телефона не хватает, чтобы самой себе врачей вызвать. Никаких средств связи в картине моей галлюцинации не предусмотрено — ни мобильника, ни стационарного телефона, ни компьютера.

— А это ещё что? — кот резко запрыгнул на край сундука и слегка тронул мягкой лапой мою руку.

— Ожог, — я стянула ночнушку и кинула в сундук. — Позавчера сковородку неудачно схватила.

— Вот же ж стервь! — с досадой проскрипел уже знакомый голос, и из-за печки выскочил маленький старичок ненамного больше кота. — Улизнула всё-таки в другой мир, поганка!

Одет он был в серую майку и короткие штанишки. Руки, ноги, лицо покрыты мелкой серой шерстью. Старичок напоминал игрушку, созданную ненормальным или неумелым мастером, — то ли человечек, то ли обезьянка. Тёмные волосы на его голове и короткая широкая борода торчали в разные стороны, будто были сделаны из проволоки. Я мысленно отметила, что не видела это странное существо, когда заглядывала за печь. Любопытный у меня бред. Или всё же не бред? Все ощущения слишком реальны для галлюцинации. Впрочем, сумасшедшие всегда верят в свои видения.

Снова стук в дверь — теперь уже требовательный.

— Баба Олеся, ты скоро?

— Скоро, совсем скоро, — замороченным голосом отозвалась я. — Можете вы объяснить, что происходит? — тише спросила я у кота и человечка.

— Не стыдно тебе, а? Даже хозяйка перед нами в таком виде не шастала! — старичок прикрыл лицо рукой.

Я чуть не фыркнула. Ещё не хватало галлюцинаций застесняться! Взяла рубашку, кое-как надела, сверху напялила первый попавшийся блеклый сарафан.

— Брось, хозяйка и позатейливее чего могла вытворить, — кот махнул лапой. — Ты хоть ведьма? — он посмотрел на меня с надеждой.

Бред становился всё интереснее.

— Нет, психолог, — зачем-то ответила я.

— Это чего ж такое? — нахмурился старичок.

— Опосля разберёмся, — буркнул кот. — Пока надо селянку эту отсюда спровадить. Скажи ей, что заболела, помочь сейчас никак не можешь. Пусть, мол, на днях заглянет. Ты сейчас как смертушка бледная, впрямь на больную похожа…

— Так, коротко и внятно, чем ваша хозяйка занимается? — решительно перебила я кошачьи рассуждения. — Что от неё может быть нужно?

Если помочь потенциальной суициднице будет не в моих силах, можно и впрямь сослаться на болезнь. Пусть походит несколько дней, подумает, может, всё само и наладится.

— Яга она, — недовольно ответил кот.

— Кто?!

— Баба-Яга. — проскрипел старичок. — Слыхала про таких? Олесей кличут. Похожи вы с хозяйкой — не отличишь. И сопите во сне одинаково, и походка одна, даже морщишься ты как эта стервь. Ежели бы не ожог твой, мы бы подумали, что Яга с ума спятила. Тебя ведь тоже Олесей зовут?

Я кивнула, пытаясь переварить новости. И чем мог быть вызван у меня такой затейливый бред? Фольклором не увлекаюсь, сказки и фантастику не читаю, фильмов на эту тему с детства не видела.

— Баба-Яга должна быть старухой, — попыталась возразить я.

— А ты-то молодуха, что ли? — фыркнул кот. — Волосы под платок убери!

Я кое-как повязала на голову здоровенный тёмный платок. Потом разберёмся с особенностями бреда. Для начала надо решить вопрос с нетерпеливой гостьей.

Я подошла к двери и отодвинула засов.

На пороге стояла девчонка лет шестнадцати. Мало мне их было в школе, теперь и в галлюцинацию проник подросток «трудного» возраста. Худенькая, с двумя тяжёлыми русыми косами, выглядывающими из-под светлого платка. Косы спускаются ниже колен. Губы девчонки обиженно надуты, голубые глаза налиты слезами.

— Баба Олеся, помоги, — она ступила через порог и сразу громко взвыла, будто причитала над покойником. — Люблю его, змея, а он к Меланье-соседке шастает. Присушила она его, не иначе!

Я с трудом сдержала нервную улыбку. Ну кто бы сомневался! Первая любовь, детские глупости… Проблемы, которыми я, по большей части, и занималась в школе. Не удивлюсь, если подросток станет просить «Бабу-Ягу» сделать приворот. Помнится, девчонки-старшеклассницы периодически рассказывали о безрезультатных походах к «бабкам»-аферисткам.

— Садись, — я кивнула на табуретку. — Рассказывай всё по порядку.

— Да сказала я уж всё, — девчонка плюхнулась на табуретку и вытерла слёзы. — А тут ещё со змеем меня увидели, так миленок мой теперича не верит, что не было между нами ничего, всё говорит, изменщица я… — она шмыгнула носом. — Дитё, говорит, не от него жду, — и гостья снова взвыла.

Я на несколько секунд прикрыла глаза. Приехали! Подростковая беременность — это уже не шутки. Надо взять себя в руки и сосредоточиться.

— Тебе помощь нужна? — мягко спросила я.

Девчонка часто закивала.

— Нужна, баба Олеся, ох, нужна. Дай ты мне отвара какого, чтоб милёнок только меня любил! И ещё — хочет он, чтобы я плод вытравила, — девчонка перешла на быстрый шепот. — Ты ведь можешь, говорят, наши бабы к тебе за этим ходят. Клянусь, никому не скажу…

У меня от всего происходящего голова пошла кругом. Крохотный старичок куда-то спрятался, когда я впустила гостью, а кот сидел на полу за её спиной. Он закатил глаза и кивнул на дверь. Хорошо бы, конечно, выставить девицу и разобраться, что тут к чему, но кто знает, до какой глупости додумается беременная девчонка и к кому ещё пойдёт решать свои проблемы. Придётся сначала поработать с ней, а потом уж закрыть дверь на засов и выяснить у обитателей домика в лесу, куда делась его настоящая хозяйка и каким ветром меня сюда занесло. Вдруг я не сошла с ума, и странное место действительно существует? Слишком уж правдоподобным и по-своему логичным выглядит этот сказочный мир.

— Родители твои знают о беременности? — мягко начала я.

— Никто пока не знает, — торопливо зашептала девушка. — Только я да милёнок.

Кто бы сомневался!

— Тебя как зовут? — продолжала я.

— Алёна. А его — Всеслав. Что захочешь отдам, только выручи!

— А теперь, Алёнушка, давай-ка рассказывай всё подробно, с самого начала, — я вздохнула поглубже. — И про мальчика своего, и про «змеев», и про соседку, и про ребёнка.

— Про какого мальчика? — девчонка вытаращила на меня глаза.

Кот прикрыл голову лапой. Видимо, я спросила что-то не то. Отступать по-любому поздно, сейчас разберёмся, что я сказала не так.

— На кого ты приворот хотела сделать? — деловито уточнила я.

— Так на мужа своего, Всеслава, — Алёна оживились. — Сделаешь? Баба Олеся, вовек не забуду…

— Мужа? — перебила я. — Тебе сколько лет, Алёна?

— Семнадцать. Уж год, как мы с ним свадебный обряд прошли.

Я отметила, что пока картина мира складывается вполне себе сказочно-старинная. Вот и браки ранние нарисовались.

— А мужу сколько?

— Всеслав поздно женился, двадцать два ему уже. Остепениться пора бы, а он…

Девчонка махнула рукой. Я сочувственно кивнула. Теперь понятно, почему местной Бабе-Яге сорок лет. Если они в шестнадцать замуж выходят, то после тридцати женщины становятся бабушками. А сорок тут наверное глубокая старость. У нас многие двадцатидвухлетние парни даже не мыслят о женитьбе, сидят у заботливых мам под крылом, доучиваются, а тут — «поздно женился, остепениться пора». В общем, ситуация более-менее ясна, не догулял парень. Да и давили на Всеслава неслабо, чтобы поскорее искал себе пару, в старину, насколько я помню, долго гулять холостым парням не давали.

— К какому змею он тебя приревновал? — я попыталась до конца разобраться в ситуации.

— К Горынычеву племяннику, — охотно объяснила Алёна. — А тот просто дорогу показать просил. Сама знаешь, баба Олеся, змеям в просьбах не отказывают. Да и что случилось-то? Ну, остановилась, постояла с ним на околице, рассказала, где его дядя живёт. Было б с чего так злиться! Присушила Меланья моего Всеслава, не иначе…

Я сморгнула. Всё логично. Если здесь есть Баба-Яга и говорящий кот, то почему бы не быть и Змею Горынычу с родственниками?

— То есть, муж действительно приревновал тебя к змею? — уточнила я. — А змей этот не может подтвердить, что между вами ничего не было?

Замечание о различной физиологии Алёны и змея я в последний момент проглотила. Кто его знает, что возможно в сказочном мире? Такие вопросы лучше будет задать коту и волосатому человечку со скрипучим голосом. Почти уверена, что он — домовой Бабы-Яги. И, похоже, с хозяйкой ни кот, ни человечек церемоний не разводили и общались на равных.

— Так кто ж у змея-то спрашивать пойдёт? — девчонка опять вытаращила глаза. — А вдруг огнём опалит за дерзость? Никто из Лукоморья к нему с такими вопросами соваться не решится! Он же ж змей, ему никакие законы не писаны.

— Так, — я задумчиво постукивала пальцами по столу. — Значит, ты этому змею дорогу показала, а Всеслава после этого назвал тебя изменщицей и начал шастать к соседке. Правильно понимаю?

Алёна кивнула.

— Когда это было?

— К Меланье он давно бегал, и до свадьбы ещё, — в голосе девушки прозвучала обида. — Она баба бесстыжая, никому не отказывает, говорят. Только раньше Всеслав втихую к соседке ходил, а как со змеем меня увидали, так даже и таиться перестал, на ночь у неё остаётся. Баба Олеся, мне бы сегодня всё решить. Я и простынку с собой прихватила, и самогона бутыль. Узел пока под порогом оставила, всё, как бабы говорили…

Я скрипнула зубами. Это что же, ко мне будут бегать женщины со всех окрестностей с просьбой «вытравить плод»? А еще приворожить, отворожить, венец безбрачия, сглаз и порчу снять. Чем там ещё могла заниматься местная Баба-Яга? Дичь какая-то!

— Алёна, я тебе аборт делать не собираюсь, — перебила я. — То есть плод изводить. Ты понимаешь, что после этого вообще без детей остаться можешь? Я много случаев знаю, когда женщины по глупости себе всю судьбу калечили. Не надо тебе плод изводить, Всеслава ты этим всё равно не удержишь. Давай-ка по — другому всё решить попробуем.

Кот с ленивым любопытством уставился на меня. Алёна немного оживилась.

— К Меланье твой муж и до свадьбы бегал, но женился-то он на тебе, — продолжала я.

— Так кто ж на ней женится? Стара уже, четвёртый десяток пошёл, — пренебрежительно бросила девчонка. — Да и слава о ней такая по всей земле, что даже вдовцы не прельстятся.

Картина становилась всё более чёткой. Парень завёл любовницу лет на десять старше себя — опытную и знающую, что нужно мужчине. Всё бы ничего, все были довольны, но Всеславу пришлось жениться на Алёне, более подходящей ему в супруги по меркам этого мира.

— А сейчас к Меланье кроме твоего мужа кто-нибудь ходит? — спросила я.

Если дело в развлечениях или страсти — полбеды, а вот если любовь — попробуй разреши такую ситуацию.

— Ходят, конечно, — к моему облегчению, ответила девчонка.

— Тогда мы пока вот что сделаем, — я через силу улыбнулась, хотя от событий последних дней всё сильнее хотелось завыть. — Принеси-ка мне ягод корзинку. Привораживать твоего Всеслава будем.

— Ягоды заговаривать? — понятливо закивала Алёна.

— Да, заговорим. И главное — не спеши, медленно ходи, медленно собирай, и о милёнке своём думай. О Всеславе, о Меланье, о том, зачем он туда ходит, чего ему может не хватать дома. Припомни, как вы начали жить вместе, что твоему милёнку не нравилось, из-за чего вы ругались. Всё подробности до последней мелочи вспоминай.

Пусть прогуляется, беременным полезно дышать воздухом. А я пока выясню у обитателей избушки, что к чему.

Алёнушка чинно вышла из избы. В окно я увидела, как она берет у стены корзинку и медленно плетется через луг. Жаль, я надеялась, что за корзиной девушке придется прогуляться домой. Кот запрыгнул на подоконник. Я машинально погладила его за ухом. Кот отодвинулся.

— Давай обойдёмся без ненужных нежностей, — буркнул он. — Ты в приворотах что-нибудь соображаешь?

— Нет.

— Мышей сушёных тебе из погреба принести, что ли? Хоть для вида пусть на столе полежат.

Я машинально отметила, что дохлые мыши, валявшиеся у блюда, куда-то исчезли. Когда мы с Алёнушкой сели за стол, их точно уже не было.

— Не нужно, я с девочкой и так разберусь. Рассказывай лучше, что у вас и как.

— Тоже верно, — кот перепрыгнул на стол и уселся поудобнее. — Из того, что тебе перво-наперво надобно знать, сейчас всё обскажу. Земля наша Лукоморьем зовётся. Олеся — одна Яга на много селений вокруг. В общем, она свои обязанности хоть и без охоты, но справно выполняла. Травы целебные заготавливала, за порядком в лесу следила, путников принимала. Только всё молодухой себя мнила, вот совсем как ты. То с колдуном заезжим загуляет, то со змеем, то с молодыми ведьмами куда-то на метле умчится…

— Подожди, — перебила я. — Не так быстро. Скажи для начала, как тебя зовут.

— Вообще-то сначала котом учёным называли, — нехотя сказал кот. — Кащей пошутил в своё время — бессмертием наделил и сделал меня говорящим. Хочу, говорит, чтобы у моего дома кот сказки рассказывал и песни пел. А я ему скоморох, что ли? Сбежал, какое-то время по деревням сказки за рыбку и сметану рассказывал, а потом меня Олеся к себе позвала. Ведьме чёрный кот нужен для солидности, а мне — тишина, воздух, да и кормят меня тут неплохо. Вот Олеся меня Мурчиком и назвала. А мне что? Мурчик так Мурчик.

Кот замурчал, оправдывая кличку. Всё это интересно, конечно, но надо узнать о Лукоморье побольше до возвращения Аленушки с ягодами.

— О каком змее вы говорили? С Алёной его видели, Олеся с ним гуляла, — решительно вклинилась я в паузе.

— Змей как змей, — небрежно ответил кот. — Летучий, огнедышащий. Иногда гостей с соседних земель принимает. Видать, племянник в первый раз к Горынычу летел, вот с пути и сбился.

«Всё-таки бред!» — пронеслось у меня в голове.

— И каким образом змей мог загулять с женщинами? — мрачно поинтересовалась я.

— Так Горыныч — мужчина в самом соку, — Мурчик зевнул. — И вообще змеи в таких красавцев-молодцев обращаются — девки сами к ним липнут. Ну и Яга наша туда же.

Значит, в избушку в любой момент может явиться летучий огнедышащий любовник Яги? Радужная перспектива!

— И часто он тут бывал? — с опаской спросила я.

— Не бывал совсем. Изба-то деревянная, Яга его близко сюда не подпустила бы. Олеся сама к змею летала. Не как положено в её возрасте — в ступе, а на метле.

Я вздохнула с облегчением.

— Вот молодилась она, молодилась, смотрела на другие миры да на двойников своих — в каждом мире ведь своя Олеся есть. А на днях рассказывала про мир, где такие, как вы, еще молодыми считаются да детей рожают. Ходит, говорит, та Олеся в коротком платье, без платка, а то и в штанах в обтяжку. Сидит в чистой просторной комнате, с людьми про трудности их болтает и за то деньги получает. С мужчиной, не с мужем законным, встречается открыто, на повозке диковинной ездит — быстрой, как ветер, да без лошадей.

Я слушала с возрастающим интересом. Яга видела именно меня, в этом сомнений нет.

— Мы-то всерьёз её слова не принимали, поблажит и успокоится. А тут слух об отборе прошёл, так ведьма наша в ярость впала. Не пойду, кричит, в хоромы царские, лучше ту сюда позову. Она как раз жаловалась, что вокруг сильно шумно, хотела в тихое место, вот пусть и отдохнёт в нашей глуши.

— А она, значит, на моём месте сейчас?

Я ощутила невольное злорадство, представив, как тёзка-ведьма пытается выбраться из заставленной ящиками двери квартиры. Это еще ничего, самое интересное начнётся, когда она встретит жаждущего денег мошенника и разъярённую супругу Игоря. Большой вопрос, кому из нас где будет проще. Яга у меня дома точно не заскучает. Чую, уже к вечеру мой двойник захочет сбежать назад, в Лукоморье. Не натворила бы только ведьма чего-нибудь серьёзного в нашем мире!

— Выходит, что так, — согласился Мурчик.

— И что за отбор её так разозлил? — насторожилась я.

— Царь наш Данияр жену себе хочет найти. Давно уж вдовствует, сыны взрослые. И вот захотелось царю в супруги ведьму взять. Да такую, чтобы Лукоморье от любых врагов защитить могла. Чтобы ни змеи, ни Кащей, ни другие ведьмы — никто вреда причинить не мог. Вот и вызывают через три дня всех подходящих невест к царю. А Олеся пуще всего волю ценит, вот и сбежала.

Экономно — жена-ведьма вместо целого войска и службы безопасности в придачу!

— С этим ясно, — сказала я. — Подробности потом. А пока расскажи-ка, как хозяйка другие миры видела?

— Яблочко катала, — кот толкнул лапой красное яблоко по начищенному блюду.

Яблоко неторопливо покатилось по нему, как в моём сегодняшнем сне. Останавливаться оно, как ни странно, не собиралось. В центре блюда замелькали неясные тени, а затем начищенная поверхность стала прозрачной, как стекло, и я увидела коридор своей квартиры. Мой двойник в пляжных шортиках и открытой маечке стоял у двери. Волосы Яга собрала в хвост, губы накрасила красной помадой, которую я держала для особых случаев и только для вечернего макияжа.

В дверь ввалился здоровенный мужик — бритоголовый и усатый. Дышал он так, словно только что в одиночку затащил на третий этаж рояль. Мужик вытер ладонью пот с лица и крякнул.

— Уфф, руки бы пообрывал тому, кто тебе так дверь законопатил, — он медленно выдохнул. — Вспотел весь, аж рубашка пятнами пошла.

Голос был знакомым. Хозяин «лексуса» заявился с утра разбираться с деньгами. А денег в квартире нет — во всяком случае, такой суммы, которая могла бы его устроить.

— Может, компотику холодного? — нежно улыбнулась Яга.

— Можно и компоту, — милостиво согласился незнакомец. — А потом с делами решать будем.

Он исчез из поля зрения: блюдо показывало, как ведьма идёт на кухню. В холодильнике действительно обнаружилась большая кастрюля насыщенно-розового компота. Ночью Яга его варила, что ли? Та Олеся зачерпнула чашкой прямо из кастрюли и, что-то напевая, отправилась назад.

— Тебе, мил человек, спасибо, выручил, — прокурлыкала она.

Мужик, меньше всего похожий на «милого человека», жадно хлебал из чашки компот.

— Накормила бы, напоила, да спать уложила, только на работу мне пора, — продолжала Яга. — Может, подвёзешь? Заодно и расскажешь, что тебя ко мне привело.

Она кинула на гостя откровенно призывный взгляд.

— Вот же стервь! — выругался скрипучим голосом волосатый старичок. — И там уже за своё взялась!

Я вздрогнула. Откуда он появился? Только что не было — и вот сидит на столе рядом с котом.

— Дорвалась, молодухой себя почуяла, — буркнул Мурчик.

Я с тревогой наблюдала, как ощутившая свободу Яга с мужиком под руку спускается по лестнице. Это она ко мне на работу в таком виде собралась, что ли? Ладно, работа — я всё равно собиралась оттуда уходить. Какую та Олеся собирается устроить нам с ней личную жизнь?! В сказочном Лукоморье она гуляла то со змеями, то с колдунами. Что может вытворить Яга в нашем мире?

— Спать бы уложила, говоришь? — пробормотал мужик. — А с машиной что делать будем?

Они вышли из подъезда, и я ахнула. Знакомый «лексус» стоял недалеко от подъезда, бампер машины был смят, капот слегка приподнят от удара. Попробуй теперь докажи, что я помяла только номер! То ли мужик сам вчера куда-то врезался по пьяни и решил починить авто за мой счёт, то ли кто-то после моего отъезда вписался в многострадальный «лексус» и сбежал. Неважно, как было дело, главное — на лобовом стекле осталась моя записка с телефоном и извинениями.

— Батюшки! — сочувственно ахнула Яга. — Это кто ж такое сотворил?

Мурчик решительно остановил яблоко лапой.

— Эй, подожди! — крикнула я.

Поздно, изображение тут же исчезло.

— Позабавились — и будет, — заявил кот. — Налюбуешься ещё. Скоро девка, что за приворотом явилась, с ягодами вернётся. Скажи лучше, помощь наша нужна будет? Как ты мужа к Аленке привораживать собралась?

— Разберусь, это моя профессия, — отмахнулась я.

— А говорила — не ведьма, — укоризненно покачал головой кот. — Сейчас соображай, потом поздно будет. Что тебе надобно? Мыши, иголки, мне рядом посидеть или филина разбудить?

Я с опаской покосилась на птицу.

— Ничего не надо, главное — не мешайте. Вас, кстати, как зовут? — я перевела взгляд на старичка.

— Доклика я, домовой у Яги, — представился он. — Ты филина-то не бойся, он свой. Лучше подумай, как с отбором невест быть. Тебе ведь туда через два дня лететь придётся, царский указ нарушать никак не можно.

— Скорее всего, туда ваша Яга и полетит, — я поморщилась, вспомнив, как та, другая Олеся ворковала с подозрительным мужиком и в пляжном виде собралась ехать ко мне на работу. — Она ещё не знает, с чем столкнётся в нашем мире. К вечеру может и домой захотеть.

— Ты хозяйку нашу не знаешь, — фыркнул кот. — Осваивай потихоньку метлу или ступу, Яга к отбору не вернётся.

— А если я вашему царю скажу, что не ведьма и вообще из другого мира? — поинтересовалась я. — Что будет?

— Да ничего особенного. Скорее всего, не поверят, решат — Олеся опять чудит. А коли поверят — отправят тебя опять сюда. Ягу вернуть без её желания не получится, пройдёт слух, что ты — не ведьма, и жить нам будет не на что, — неторопливо объяснил Доклика. — Мурчик и филин мышами да птицами перебьются, я и без еды переживу, а вот что будешь делать ты? Запасы-то наши рано или поздно закончатся.

— Кстати, пора бы и подкрепиться, — мурлыкнул кот.

Я с сомнением поглядела на печку. Кто его знает, из чего и как тут готовят!

— Ну что, хозяйка, тыкву печеную будешь со сметанкой? — спросил Доклика. — Или яичко сварить? Яга готовкой не утруждалась, я тут и за порядком слежу, и за еду отвечаю.

Завтрак оказался простым, но вкусным. Домовой шустро разложил по глиняным мисочкам пищу. Мне — тыкву с курицей и сметаной, коту — сметанку, себе — молоко. Даже десерт притащил: ароматный сладкий сбитень и пышные оладушки.

Алёна появилась, когда Доклика уже домыл посуду в самодельном уличном деревенском рукомойнике. Домовой тут же исчез, кот устроился на печке и с интересом наблюдал за мной.

Девчонка плюхнула на стол корзину крупных синих ягод и тяжело опустилась на табурет.

— Ну как, о Всеславе думала? — спросила я.

— Думала, — уныло ответила Алёнушка. — Вроде и люба я ему, иначе бросил бы. А так изменщицей называет, но домой всё равно ворочается.

Ну вот, прогулка по лесу оказалась полезной. И я немного разобралась в своих новых проблемах, и Алёна начала, как может, анализировать свои отношения с мужем.

— Ругались из-за чего? — спросила я — Что Всеславу не нравилось, когда вы поженились?

— Да что мужикам обычно в женах не нравится? — вполне по-взрослому ответила девчонка. — Сказать-то стыдно, срамота одна! Ведь я и стряпаю так, что даже мамаша евонная не придерётся, и дом в чистоте, и за хозяйством слежу. В огороде ни травинки сорной не найти, курочки кормленые, коровушка доенная… Я ж тебе, баба Олеся, забыла сказать: я молочка парного принесла, да яичек корзину, на полянке оставила в тенёчке.

— Так, с молоком и яичками потом разберёмся, — решительно перебила я. — Я уже поняла, что ты — хорошая хозяйка. А Всеславу-то что не нравилось?

Краем глаза я увидела, как по поляне к избе сама собой движется большая корзина. Я прищурилась, пригляделась получше. Корзина подпрыгнула на каком-то бугорке, сверху мелькнула мохнатая рука, удерживая корзинку за край. Рука маленькая, как у младенца. Хозяйственный Доклика услышал о продуктах, оставленных в тёплый день на улице, и сразу же куда-то поволок Аленушкино подношение. Всё правильно, молоку и яйцам холод нужен. Хорошо иметь домового в помощниках! Яга могла вообще не задумываться о домашних делах.

— Ну, баба Олеся, он к Меланье-то зачем бегает? — девчонка покраснела. — Разврат моему Всеславу подавай. Такое иногда предлагал, что и не удумаешь!

Я понимающе кивнула. Проблема вполне понятная, и для семейного психолога — обычная. Сколько дам гораздо старше Алёны рассказывали мне тоже самое, только другим языком — даже не вспомню. И хозяйки прекрасные, и красавицы, и умницы, а мужья на сторону ходят «за всякими гадостями». Проблема всех времен, и даже разных миров. Вот и в сказке она нарисовалась во всей красе.

— А ты не соглашалась? — спросила я.

— Да кто ж на бесстыдство такое согласится, окромя Меланьи? — девчонка часто заморгала.

— А мужчины, значит, к Меланье этой бегают? — продолжала я.

— Да чуть не всем селом! — возмущённо подтвердила Алёна. — И молодые, и старые. Говорят, даже платят ей за всякие пакости. Она вон дом построила в целых три комнаты! Старая, почти как ты, баба Олеся, а всё бесстыдничает!

— Не такая уж я и старая, — не удержалась я. — И хватит меня бабой называть, зови по имени.

Кот шумно фыркнул и прикрыл глаза лапой. Краем глаза я заметила, что корзина и Доклика скрылись где-то под домом. Алёна вытаращила на меня глаза.

— Да ты что, баба Олеся? Как же я могу тебя по имени звать?! Ты ж старше моей мамани будешь!

— Значит, тётя Олеся, — рявкнула я. — В бабушки я тебе точно не гожусь. Теперь по делу. Вы ведь со Всеславом муж и жена?

Девчонка закивала, преданно глядя на меня.

— Почему тогда выполнить желание мужа — бесстыдство? — вкрадчиво спросила я. — Он — глава семьи, разве не так?

— Угу, — с сомнением протянула Алёна. — Только срам же предлагает.

— Ты ведь не станешь всем рассказывать, что у вас и как по ночам происходит, — я невольно улыбнулась. — Может, тебе этот срам и самой понравится. Попробовать-то можно? Получит твой Всеслав то, чего ему не хватает, может и к Меланье ходить прекратит. И платить ей не будет, и с тобой больше времени станет проводить. В общем, руку на ягоды клади, сейчас приворот будем делать.

Кот отнял лапу от глаз и вновь с интересом уставился на меня. Алёнушка положила ладонь на блестящие синие ягоды. При слове «приворот» лицо девчонки почти прояснилось.

— Так он, паскудник, днём ко мне лез, — пожаловалась она. — Как можно-то, ба… тётя Олеся?!

— Значит, слушай, — спокойно начала я. — Я тебе сейчас буду говорить, что делать, а ты о Всеславе думай и повторяй за мной вслух. Если не послушаешь меня, приворот не подействует.

Алёна кивнула и выжидающе уставилась на меня.

— Мужа, как придёшь, ягодами угостить, — начала я.

— Ягодами угостить, — сосредоточенно повторила Алёнушка.

— Быть приветливой, улыбаться, поцеловать, — продолжила я.

Девчонка добросовестно повторяла за мной.

— Сказать, как ты его любишь. Про Меланью молчать, ни в чём не упрекать. На «срам» соглашаться, если это не противно и для здоровья не вредно. Постоянно показывать Всеславу, что ты его любишь, ждёшь и хочешь, чтобы он был рядом. Делать так, чтобы ему хотелось побольше быть дома, с тобой. Никому о том, что между вами с мужем происходит, ничего не рассказывать, не жаловаться, не хвастаться.

Алёна с благоговейным видом проговаривала слово за словом. Я таинственным тоном вещала прописные истины, которые в нашем мире можно найти почти в любом женском журнале.

— Сделаешь всё, как я сказала, — приворот подействует, — пообещала я. — И не вздумай плод травить, поняла? Дурное это дело и опасное. Сама умереть от такого можешь.

Алёна убрала руку от ягод.

— Поняла, тётя Олеся! А если Всеслав про измену заговорит?

— А если заговорит… — я улыбнулась. — Отвечай, что не было ничего, говори, что его любишь и хочешь родить его ребёночка. Будет продолжать — мягко посоветуй спросить об этом у самого змея. Или ко мне зашли под каким-нибудь предлогом. И не вздумай рассказывать мужу, что ты сюда ходила.

Алёна умчалась с корзиной ягод. Я облегчённо вздохнула. Это в нашем мире мужчины вниманием опытных женщин избалованы, а тут на всех — одна любвеобильная соседка Меланья. Шансы на счастливый брак у Алёны велики. Получит Всеслав внимание, любовь и то, чего хочет в постели, — скорее всего, перестанет искать приключений на стороне. Главное, чтобы Алёнушка все рекомендации выполнила и подружкам и родне лишнего не разболтала.

— Очень недурно для первого раза, — одобрил с печи Мурчик. — Только штучки всякие тебе нужны, чтобы голову таким девицам получше заморочить. Хоть бы пошептала что-нибудь над ягодами для виду. Или мыша дохлого девке дала, чтоб она мужу под подушку сунула.

Хорошо, что кот молчал во время «приворота». Наивная Алёна наверняка выполнила бы и его указания. Боюсь, если бы Всеслав обнаружил в кровати такой «подарочек», отношения в молодой семье не стали бы лучше.

— Эта гадость вонять будет! — возразила я.

— Да я так, для примера, — Мурчик потянулся и зевнул, обнажая острые клычки. — Можно не под подушку, а под порог, например. Или во дворе зарыть вместе с волоском или ногтем Всеслава, или с его вещью любой.

— Угу, а лучше с самим Всеславом, — хмыкнула я. — Чтобы больше проблем не было.

Домовой выкатился из-за печки и смерил меня неодобрительным взглядом.

— Что-то ты на хозяйку похожа уж очень сильно. И шутишь прям как наша Яга, — Доклика покачал головой. — Настойку-то из мухоморов хоть не пьёшь? — с надеждой спросил он.

— Не пью. А для чего ей была та настойка? — насторожилась я.

О напитке из мухоморов кот и домовой, помнится, уже говорили. Вдруг сюда периодически захаживают собутыльники Яги с этим «весёлым» напитком?

— Скучно ей было в лесу. Ягой родиться нужно, — ответил Доклика. — А Олесе весёлую жизнь подавай, ты сама видела. Мать-то её Яга была строгая, серьёзная, вела себя, как подобает. К старости Олесю родила, как приличной Яге положено. Уж как она дочку учила, как воспитывала, а Олеся всё к воле тянулась. А как померла старая Яга, так хозяйка наша как с цепи сорвалась. То с молодыми ведьмами на мётлах летает — кто быстрее, то со змеями да колдунами гуляет, то со старыми каргами выясняет, кто сильней. А как заняться нечем да за помощью никто не идёт — в лесу с Лешим и Аукой пьёт настойку эту дрянную.

— На троих, значит, соображали, — невесело хмыкнула я.

К возможным проблемам добавились еще несколько. Ведьмы, с которыми Яга выясняла, кто сильнее, сказочные любовники и собутыльники Олеси и соревнования на мётлах.

— Ты куда корзину с молоком и яйцами дел? — поинтересовалась я.

— В погреб, — Доклика кивнул на люк в полу.

— И что там, в погребе, ещё есть?

Оказалось, много чего. Я не поленилась спуститься с Докликой в подвал домика по шаткой лесенке. Запасов хватило бы, чтобы сытно пережить полгода осады. Сушёные грибы, копченые мясо и рыба, молоко, сметана, масло…

— В сарае еще мука и крупа всякая-разная, — отчитывался домовой.

— Пойдём, покажешь, что тут и как, — я кивнула на дверь.

— Только я дальше лужайки ни шагу, — предупредил Доклика. — Мне от избы уходить не положено. Если лес посмотреть захочешь — это к Мурчику.

Учёный кот лежал на полу под жердочкой со спящим филином. Услышав своё имя, Мурчик приоткрыл глаз, зевнул и снова задремал. Ну и пусть спит.

— Лужайки пока хватит, — решила я.


ГЛАВА ПЕРВАЯ. Слишком много проблем | Ведьма? Психолог! | ГЛАВА ТРЕТЬЯ. Яга-психолог