home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 14

Чтобы я еще хоть раз, еще хоть куда, еще хоть когда-нибудь согласилась отправиться с хейзаром…

НИ ЗА ЧТО!

Я казалась самой себе разбитой вдребезги, разорванной на части, сожженной и развеянной по ветру, не понимающей, кто я и где нахожусь, и очень страдающей от этого незнания.

Шум крови в ушах, судорожный стук сердца, отдающийся пульсирующими вспышками боли в висках.

По ощущениям, прошла целая вечность, прежде чем я смогла прийти в себя, почувствовать пушистый ворс ковра под щекой… не шкуры, именно ковра, такого привычного и в тоже время совершенно невозможного. Мне казалось, в этом мире их просто не существует, однако же вот он, лежит подо мной, пушистый, белый, очень мягкий.

Воду, что подала Яна, я приняла неуверенно, чувствуя, как трясутся руки. Первый стакан расплескала, второй кое-как, не без посторонней помощи, смогла залить в себя. Третий уже выпила самостоятельно, четвертый же попросила просто так, неосознанно желая залить разгоревшийся внутри костер. Конечно, он уже был вполне успешно погашен, но угли изредка опасно вспыхивали, отдаваясь колючими иголочками боли где-то под сердцем.

Наверное, если бы я не чувствовала себя так погано, то проявила бы больше интереса, встретившись взглядом со светловолосой, очень странной девушкой. При свете солнца кожа ее отливала нездоровой белизной, и даже на вид она казалась очень холодной и будто лишенной цвета. Но я была слишком занята своими страданиями, чтобы думать об этом сейчас. Потом же стало просто не до этого.

Когда Делмар говорил про подвал, я почему-то решила, что он пошутил… А он не пошутил.

В доме, куда нас так неаккуратно перенесли, был самый настоящий большой подвал и очень крепкая, неприступная на вид решетка, а там, за шершавыми из-за многолетних наслоений ржавчины прутьями, на скинутых прямо на каменный пол матрасах сидели девушки. Напуганные, заплаканные и совершенно обессиленные. Сгорбленные, безвольно опустившие плечи, они равнодушно смотрели в стену и нашего присутствия совершенно точно не замечали.

И мне от этого делалось особенно не по себе. Человеческие девушки были обычными, очень похожими на светлых, на меня, на Яну… в какой-то мере даже на вэлари. И вот из этих бедолаг Яне предстояло выбрать двух совсем счастьем в жизни обделенных, и отдать на растерзание хейзарам.

Домашнего питомца этим нелюдям завести захотелось, понимаешь ли. Ну так и поймали бы себе по крокодилу, девушки-то в чем виноваты?

Как выяснилось, девушки виноваты были лишь в том, что природа их красивой внешностью наградила и относительно крепкими нервами. Вот и печалились теперь красавицы в заточении, ожидая спасения… а может, уже и ничего не ожидая. Уж слишком равнодушные лица у них были.

Недолго полюбовавшись на пленниц через прутья, я как-то совершенно незаметно оказалась по одну с ними сторону.

На резонное замечание Яны о том, что просто так она выбрать не может, что ей с ними хотя бы поговорить нужно, Делмар просто открыл решетчатую дверь и затолкал нас внутрь, оптимистично объявив:

— Разговаривайте. Мы через пару часов придем.

Сказал, а сам локоток своей бледной подельщице предложил и уже собирался уйти, но был остановлен моим нервным вопросом:

— Какие пару часов? — подергав прутья, я зло пригрозила: — Вэйд нас раньше хватится!

В ответ меня облагодетельствовали снисходительной улыбкой и совсем не обнадеживающим:

— Об этом не беспокойся, я его займу.

И тут возникал один закономерный и очень тревожащий вопрос:

— А как он Вэйда займет?

Вот только Яна и сама этого не знала, и просто не могла помочь мне хоть как-то успокоить острую тревогу.

Попытка отвлечься на девушек и не думать о Вэйде провалилась. Девицы никак не хотели идти на контакт и попросту нас игнорировали.

— И что будем делать? — уныло полюбопытствовала я. — Еще и часа не прошло, а нам тут уже и делать нечего.

— Ты же их спасать рвалась, — фыркнула Яна беззлобно. Она и сама не знала, что нам делать, но, кажется, парочку жертв для хейзаров все же выбрала и чувствовала себя увереннее, чем полчаса назад.

— Если ты не заметила, я нахожусь в одной клетке с ними, и единственное, чего хочу — чтобы меня саму кто-нибудь спас раньше, чем Вэйд узнает, что я сбежала, — сказала и только сейчас поняла, что натворила, — мамочки, я же сбежала. Мне конец.

Дверь наверху открылась. Медленно, осторожно, зловеще очень, в первое мгновение мне даже почудилось, что это уже все выяснивший Вэйд пришел меня убивать, но по каменным ступеням спустился незнакомый мужчина. Его не знала я, и, судя по напрягшимся плечам Яны, она его тоже не знала, но и хорошего ничего от него не ждала.

Впрочем, высокий, темноволосый незнакомец со страшным шрамом, спускающимся по правой щеке вниз, к вороту белой рубахи, выглядел как тот, кто легко способен создать нам кучу проблем.

Спустившись на застеленный соломой каменный пол, он в последний раз посмотрел на странный прибор, что держал в руках: плоская шкатулка со вделанными в деревянную поверхность камнями — никогда раньше я еще не видела ничего подобного. В полумраке подвала сиял центральный, самый большой камень. И судя по выражению лица мужчины, это сулило нам крупные неприятности. Нет, он-то, конечно, улыбался, о улыбка его очень далека от дружелюбной.

Прекратив любоваться мерным молочно-белым сиянием, мужчина поднял глаза на нас.

— Кто из неверных посмеет теперь сказать, что приход Темной Звезды невозможен? — восторженно проговорил он, жадно вглядываясь в лицо Яны.

— Темной Звезды? — негромко переспросила я, взяв Яну за руку. Хотелось верить, что ее это приободрит, потому что меня тепло ее ладони совсем не успокоило. Вот если бы рука, в которую я вцепилась не была такой маленькой и нежной, если бы она принадлежала Вэйду… тогда бы я точно чувствовала себя спокойно.

— Рассах. Одно из ее имен. — пояснила мне Яна рассеянно. — А вы кто такой будете?

— Тебе нужно мое имя? — с улыбкой спросил он, и мне захотелось стереть эту улыбку с его лица… чем-нибудь тяжелым. — У меня нет имени.

***

Вот никогда бы не подумала, что мне доведется встретиться с Закатным охотником. В смысле, я же о нем всего пару дней назад читала, а тут вот, пожалуйста, живой, опасный, мерзкий до ужаса, а главное — перемещаться умеет. Даже Вэйд без своего волшебного кольца таких фокусов выкинуть не может, а этот — легко.

Собственно, о том, что мы на Охотника нарвались, я догадалась как раз, когда он на резкое движение Яны среагировал. Пропал из поля зрения всего на секунду, чтобы появиться прямо перед нами и утянуть вслед за собой в скручивающую, сжимающую воронку.

На этот раз перемещение для меня прошло достаточно безболезненно, но первые минуты после него я могла только лежать и тяжело дышать.

Даже взбрыкнуть не удалось, когда два адепта с раздражающей самоотверженностью связывали мне за спиной руки.

Яну рядом пеленало аж целых три лысых урода, хотя она была такой же вялой и совершенно неэнергичной, как и я.

Трагедия моей жизни: попала на корабль адептов, которых так усердно избегала, и даже не смогла никого из них благословить. Как бы я не пыхтела, как бы не старалась, ничего не выходило.

Адепты как бегали по палубе, так и продолжали бегать, пока мы с Яной сидели рядом с какими-то странными бочками, опираясь о борт корабля.

Мне очень скоро стало неудобно, руки затекли, плечи ныли, спина пока не болела, но противное, тянущее чувство уже поселилось в пояснице, а благословение все никак не разжигалось, ввергая меня в пучину отчаяния.

— Снежа, ты чего? — негромко спросила Яна, внимательно осматривая палубу. Лысые не обращали на нас особого внимания… пока мы не начинали разговаривать.

— Благословить их хочу, — призналась я честно, отчего Яна почему-то поежилась и опасливо попросила:

— Не стоит.

— Почему? Ты не бойся, с тобой ничего страшного не случится, ты же не темная.

— Не разговаривать! — рявкнул на нас один из проходивших мимо адептов. Он был лыс, лопоух и недружелюбен, и мы послушно заткнулись на несколько секунд, дожидаясь, когда он пройдет, и можно будет продолжить разговор.

— Случится, — грустно призналась она, когда мужик скрылся за бочками, — я же сосуд, значит, по определению темная. И знаешь, я успела на собственной шкуре опробовать это благословение. Чуть не поджарилась.

Рассказ о том, как в замок хейзара Мглистого удела заявились светлые с требованием отдать им сосуд, как расстроились, получив отказ, и как чуть не прибили и Яну и защищавшего ее хейзара, но убились сами, занял не так чтобы много времени, но оказался последней каплей ни разу не безграничного терпения адептов.

Притомившись нас постоянно одергивать, они решили проблему кардинально. Просто перетащили меня подальше от Яны.

Я кричала, брыкалась, даже пару раз заехала кому-то затылком по носу, когда меня пытались поднять, но все равно в результате оказалась в маленькой каюте, на жесткой койке в гордом одиночестве.

Мстительно пообещав мне страшную смерть в каком-то круге, тащившие меня мужики просто удалились.

Сколько мы так плыли, я не знала. Успела недолго подремать, измучиться от неудобной позы, затекших ног, ноющей шеи и пока еще слабой, но мерзкой жажды.

Спустя некоторое время навязчивое желание попить мутировало в страстное желание напиться крови адептов. Озверела я немножко…

Именно в это время на палубе раздались взволнованные крики.

***

Кого-то увлеченно ели под дверью каюты. Я слышала голодное урчание, чавканье и влажный, тошнотворный звук, с которым кто-то жадно вырывал куски мяса из плоти, и представляла себе, как жуткое существо с клыками, не умещающимися в огромной пасти, метровыми когтями и ужасной мордой, сейчас потрошит кого-то из адептов… совершенно точно адепта, потому что когда это существо настигло свою жертву, та орала истеричным мужским голосом. Потом захлебнулась кровью и затихла.

А я лежала связанная и совершенно беспомощная и не могла не то что спрятаться, но даже пошевелиться.

Пир за дверью продолжался не так уж и долго, когда на подмогу своему уже мертвому и частично съеденному товарищу подоспел кто-то из адептов.

Я не знала, что там происходило, не могла точно сказать, случилась ли вообще драка, или очередной лысый мужик стал беззащитной жертвой этого монстра, единственное, что я услышала — были сдавленные ругательства, утробное рычание, шорох и грохот, за которым последовал короткий вопль.

И снова только чавканье.

И пока неведомое чудовище набивало брюхо в коридоре, я старательно притворялась трупом. Лежала, не шевелилась, почти не дышала и даже зажмурилась.

Думать о том, как там сейчас Яна, совсем не хотелось. Это я тут спрятанная сижу почти в безопасности, а она… на палубе.

Впрочем, безопасность моя очень скоро стала призрачной и ненадежной. Ровно в тот момент, как матерящийся лысый мужик влетел в мою каюту, стремясь спастись от того, что его преследовало. Этот адепт нарвался на то же самое прожорливое чудище, что погубило уже двух его товарищей, но каким-то чудом сумел прорваться ко мне, подгоняемый сразу двумя монстрами, что и загнали его в этот коридорчик.

В итоге мы оказались в каюте вдвоем с мужиком, а за сотрясающейся от ударов дверью бесновалось целых три твари.

Впрочем, может, их было и больше…

Адепт матерился и налегал на дверь, затравленно оглядываясь. Запереться изнутри возможности не было, подпереть дверь тоже было нечем — единственный колченогий табурет стоял в другом конце каюты.

— Мужик, я б тебе помогла, но не могу. Связанная я, — сообщила ему, поймав на себе безнадежный взгляд.

Невероятно, но факт: я почти перестала бояться. Мозг просто не мог обработать полученную информацию и впал в кому, выдав напоследок возмущенное: «мы просто не можем умереть вот так!».

И я верила, что не могу умереть сейчас. Так же не бывает, это слишком дико и невозможно…

В дверь с той стороны что-то с силой врезалось, отбросив адепта на шаг. В образовавшуюся щель тут же полезли бледные, тощие лапы с черными загнутыми когтями и прозрачными перепонками между пальцев. И все эти тонкие, очень хрупкие на вид ручки были перепачканы кровью.

Дыхание перехватило, от ужаса я не могла выдавить из себя ни звука, хотя очень хотелось кричать.

Мужик пытался вновь закрыть дверь, с остервенением давил на нее, два раза предпринимал попытки ударить ногой по когтистым лапам, но ничего не добился и лишь чуть шире открыл дверь.

Это была фатальная ошибка, которая стоила ему жизни. В отчаянном стремлении выжить адепт продержался еще с минуту, но следующий сильный удар с той стороны отбросил его на пол, и из дверного проема прямо на мужика бросилась… русалка.

Это точно была русалка, только страшная, хищная, перепачканная кровью и очень злая.

Влажные черные волосы разметались по спине, липли к плечам и испачканным кровью щекам, черные глаза с белой горошиной зрачка смотрели дико и голодно, острые треугольные зубы, ощеренные в хищной улыбке, когти на тонких пальцах, жесткие плавники на спине и предплечьях, длинный, рыбий хвост…

Я зажмурилась на секунду, не веря, в увиденное.

Русалка. Самая настоящая, но очень опасная русалка.

Нервный, чуть безумный смешок вырвался помимо воли вместе со всхлипом.

Я была права, их действительно было три, и пока две из них, огрызаясь друг на дружку, рвали уже мертвое тело адепта, третья, уловившая тихий всхлип, жадно смотрела на меня.

Я так же пристально таращилась на нее, прекрасно понимая, что если опущу глаза на адепта, которого с аппетитом поедали эти монстры, то свихнусь.

В комнате, маленькой и темной, стало жарко от запаха крови. Очень душно и будто бы даже тесно.

В сдавленных ужасом висках бился пульс, шум крови в ушах заглушал даже мое собственное сбившееся дыхание. Я смотрела в черные, голодные глаза и не могла отвести взгляд, не чувствуя больше затекших рук и ноющей спины… Моего тела не существовало, ничего не существовало, был только этот взгляд и безграничный, безразмерный ужас.

Капелька пота, пощекотав висок, скатилась вниз, и я отмерла, вздрогнула, быстро моргнув. Ровно в это мгновение русалка и бросилась.

Оттолкнувшись руками от пола, она перелетела через хвост одной из своих подельниц и устремилась ко мне.

Ни она, ни я не ожидали, что стоит ей только схватить меня за плечо, подтягивая к себе, как каюту затопит светом.

Внутри под сердцем будто бы что-то взорвалось, мой сдавленный стон потонул в истошном, полном боли вое, и меня просто выключили. Полностью.

Благословение, на которое я так долго настраивалась, сработало именно в тот момент, когда было нужнее всего.

Вот только я, напуганная и необученная, не была способна его контролировать, потому выложилась по полной, сконцентрировав всю свою силу в этой маленькой каюте, и потеряла сознание, утонув в собственном благословении.

Если бы в это время меня бы Рассах скармливали, я так и умерла бы, не приходя в сознание. Но мне сказочно повезло и, вместо того чтобы очнуться в их таинственном круге, в момент, когда изменить ничего уже нельзя, в себя я пришла, лежа на руках у Вэйда от того, что меня медленно резали… или жарили, а, может, и жевали. Если учесть, с кем мне пришлось повстречаться в этом вынужденном плавании, это было бы совсем не удивительно.

На самом же деле меня просто развязали, и руки мучительно медленно возвращали себе чувствительность, пока Вэйд гладил меня по волосам и звал по имени.

— Может, ты на нее дома полюбуешься, — нарушил тишину взволнованный голос Делмара, — я сейчас вас перенесу и…

— Раяр тебе этого не забудет, — совершенно спокойно отозвался Вэйд, — даже если ты спрячешься. Лучше разберись со всем прямо сейчас.

— То есть вам недостаточно трех сломанных ребер, треснувшей бедренной кости и перебитой руки? — ужаснулся, судя по всему, хорошенечко побитый. — Никто же не потрудился мне сообщить, что у адептов есть кровь Яны. Я просто не знал…

— Яна! — не знаю, сколько бы я так лежала, приходя в себя, не упомяни хейзар про Яну. Стоило мне только подскочить на койке, еще не чувствуя рук, но уже желая бежать и что-нибудь делать, как я тут же была уложена обратно.

— Успокойся, — велел Вэйд, прижимая меня к тонкому матрасу.

— Яна, — простонала я, извиваясь под его руками, — на нас же русалки какие-то напали, а она на палубе была.

— С ней все будет хорошо, — убедительно заверили меня, добавив едва слышно, — если Раяр успеет.

— Что значит «успеет»? Куда успеет?

— Вы доплыли до Погасшего острова, — пояснил Делмар, подходя ближе и позволяя мне заценить свой конкретно потрепанный вид, — ее забрали на сушу, чтобы провести обряд. Тебя собирались скормить матери чуть позже.

— Хорошо выглядите, — прошептала я, разглядывая его лицо. Заплывший глаз, огромный синяк, расползающийся по всей скуле, разбитая губа… кому-то сильно досталось.

— Зато живой, — грустно вздохнул он, продемонстрировав мне правую, почерневшую руку. Такое я уже видела, когда благословляла Вэйда… а кто благословил этого бедолагу? — если бы не Раяр, нашла бы ты в своей комнате кучку пепла. Твой муж совершенно не умеет себя контролировать. Использовать дар против члена семьи… уму непостижимо.

— Помолчи, — тихо велел Вэйд, и Делмар обиженно затих. Он сам понимал, что виноват, и, кажется, даже переживал по этому поводу.

— Не злись, пожалуйста, — тихо попросила я, погладив Вэйда по плечу и сквозь ткань рубашки почувствовав, как под моей ладонью каменеют мышцы. Китель свой он где-то потерял.

— Не злиться? — очень спокойно, но все равно угрожающе переспросил он: — Сэл, тебя похитили, ты понимаешь? Если бы вчера я на тебе не женился, то уже не нашел бы. Как я могу не злиться?

— Но… а как ты меня тогда нашел?

— По кольцу, — ответил за Вэйда Делмар, — твое кольцо связано с его. В Темных землях такое практикуется еще со времен правления матери. Главные дома серьезно относятся к безопасности членов своей семьи.

Вэйд молча кивнул, смущая меня усталым, каким-то беспомощным взглядом:

— Вода все усложнила, — негромко пояснил он, прекращая меня удерживать. Выпрямился, — мне понадобилось несколько часов, чтобы отыскать твой след.

Неловко опираясь плохо работающими руками о матрас, я села рядом, привалившись к его плечу.

— Прости, а? Кто же знал, что так все получится? Я же девушек спасать шла, я же не думала…

— Не думала, — повторил Вэйд, — вот именно.

И чувствовалось в его напряжении и в плохо сдерживаемом недовольстве обещание чего-то очень неприятного конкретно для меня.

— Вэээйд, я правда ничего такого не хотела.

— Ты понимаешь, что мы могли не успеть? Хотя бы представляешь, что случилось бы тогда?

Я молчала, да и зачем озвучивать очевидное? Меня бы сожрала Рассах, а Вэйд бы стал вдовцом, еще толком и мужем не побыв… Совсем не хэппи энд.

— Я не могу тебя потерять, — он произнес это так тихо, что в первое мгновение я было решила, что ослышалась.

Делмар отвел глаза, деликатно делая вид, что его здесь нет.

— Ну ты чего? Я, конечно, понимаю, тебе бы пришлось новую жрицу в жены искать, а если учесть, сколько времени ты на меня угробил, то это было бы очень обидно, но…

Вэйд выдохнул. Резко, зло очень, и я неосознанно отшатнулась от него.

— Спугнул, — осуждающе пробормотал Делмар. И я была с ним полностью согласна. Спугнул, а ведь так хорошо сидели. У меня и голова почти не кружилась, и жажда слегка притупилась, а теперь вот, опять и больно, и пить хочется, хоть вой…

— Давайте домой вернемся, — тихо попросила я, глядя исключительно себе под ноги и обращаясь сразу к ним обоим, — я вас очень прошу.

Спорить со мной никто не стал, Делмар молча протянул руку, но Вэйд не позволил ухватиться за хейзара. Прижал меня к себе и руку ему на плечо положил — я бы даже сказала уронил, ощутимо хлопнув. Делмар поморщился, но мужественно промолчал, хотя рожу состроил просто запредельно недовольную.

— Обними меня, — приказал Вэйд, — перемещение с хейзаром — не самая приятная вещь.

— Уж я-то в курсе, — проворчала ему в рубашку, крепко сжимая руки на его талии. В ожидании повторения предыдущих мучений я зажмурилась и крепко сжала зубы, вжимаясь всем телом в Вэйда. До слез не хотелось перемещаться, но я молчала и терпела.

И была вознаграждена почти безболезненным перемещением. Только легкая тошнота и ввинчивающаяся в мозг острой иглой боль затмили на несколько мгновений мое сознание, заставляя с силой сжать руки.

— Сэл, ты в порядке? — хриплый, обеспокоенный голос, сразу после которого последовало недовольное от хейзара:

— Она дрожит, конечно, она не в порядке.

И предостерегающее от Вэйда:

— Делмар.

Точно с такими же нотками усталого раздражения в голосе он и с отравителем порой разговаривал, когда тот его до печенок доставал. Вроде как и убить хочется, но нельзя: ведь свое, родное.

— А почему больно не было? — спросила я сипло, часто сглатывая и почти теряя сознание от желания попить.

— Вэйд принял все на себя, — скромно пояснил Делмар.

— И на ногах стоит? — не поверила я. Хотя почему не поверила, непонятно — сама же за него цепляюсь.

— Сэл, я крепче тебя и выносливее.

— Ага, — сил терпеть больше не было. Я медленно отпустила его, пошатнулась, жадным взглядом окинув темную гостиную. Воды здесь не было, но я точно знала, где она есть…

— Сэл!

Вэйд бросился следом за мной, а за ним и Делмар. И вот все мы втроем ворвались на кухню, где бледная, взволнованная повариха заваривала успокаивающий отвар.

Увидев меня, она застыла, круглыми глазами следя за тем, как я, ввалившись на ее территорию, осматриваю стол диким взглядом.

Кувшин с охлажденной водой я заметила почти сразу. Он стоял, завлекая своими запотевшими боками и дольками лимона, плавающими среди кубиков льда… совсем недавно из холодной вытащили же. Какая радость.

Пить я перестала только когда в графине, кроме колотого льда, ничего не осталось. Громко поставила графин, звякнувший льдинками, на стол, и блаженно вздохнула.

Голова еще болела, но жизнь определенно налаживалась… мне так показалось сначала.

— Живая, — прошептала Найан, оседая на скамью, — слава Пресветлой, живая.

— Напилась? — хмуро поинтересовался Вэйд, проигнорировав шокированную радость поварихи.

— Ага, — бодро подтвердила я. Знала бы, что он задумал утащить меня в спальню, ни за что бы не призналась. Лучше бы еще пару литров выпила. А потом либо лопнула, либо в туалете заперлась. Всяко лучше, чем быть бессловесным грузом, уносимым этаким решительным ужасом в темное, тайное место.

Делмару было велено сидеть и ждать Раяра, Найан — успокоиться, а мне — не дергаться.

Раздав указания, Вэйд решительно потащил меня, замершую от удивления и негодования, наверх на руках.

Занес в мою комнату и, прежде чем опустить на кровать, сурово полюбопытствовал:

— Как ты себя чувствуешь?

— Х-хорошо, — промямлила растерянно, хотя чувствовала, что уже не очень-то и хорошо мне, — а Джая где?

— Утром отбыла к родителям. Я не знал, сколько времени займут твои поиски, и решил не рисковать. Там ей будет безопаснее.

Меня уронили на кровать, чтобы самолично взяться за мои туфельки.

— Но она же вернется? — с надеждой спросила я, следя за тем, как левая туфелька улетела куда-то за спину Вэйду.

— Конечно, — правая была запущена следом, — но не раньше, чем я сделаю все возможное, чтобы ты перестала интересовать как храм, так и адептов.

И, подтверждая свою готовность сделать «все возможное», меня резко, за ноги подтянули к краю кровати, на которую Вэйд пока не спешил забираться.

Зато он с большой охотой взялся за ремень моих брюк, за что тут же получил по рукам.

— Ты что творишь? — отползти я не смогла, меня уверенно удерживали на месте, но хоть ремень отвоевала, что было неоспоримым плюсом.

— То, что мне нужно было сделать еще ночью, чтобы не пришлось искать тебя весь день, держась за призрачную надежду, что ты еще жива.

Кранты, поняла я с ужасом, бешеный Вэйд собирался делать из Селины женщину.

— А давай ты успокоишься?

— Нет, — ответ свой он подкрепил трагическим треском ткани. Не желая мучиться с туникой, Вэйд решил ее просто порвать.

Не самая лучшая идея, если учесть, что я тоже на взводе, и если не рычу на все, что движется, то это только потому, что не умею. Меня похитили, меня связали, меня чуть не сожрали… Я хотела просто поплакать, и чтобы меня пожалели, а получила озабоченного мужика со зверской рожей.

Очень хотелось заехать Вэйду пяткой в нос, но я сдержалась и только лягнула его в грудь, чудом выбравшись из-под нависшего надо мной тела. Не ожидавший такой наглости, он просто замер на мгновение, которого мне почти хватило, чтобы, перевернувшись на живот, доползти до противоположного края кровати. Два метра в ширину… для кровати это очень много, это я поняла, когда меня потянули назад, так и не позволив сползти на пол.

— Бежать вздумала? — угрожающе прошептал мне в волосы Вэйд, подминая под себя.

— Ты лучше отпусти, — прошипела я, чувствуя, как меня потряхивает, — иначе я тебе сейчас такую истерику устрою, что сам сбежишь.

Вэйд напрягся, навалился сильнее и замер на несколько мгновений, будто бы что-то для себя решая.

— Истерика, значит истерика, — смиренно согласился он, — но я хотя бы буду уверен, что тебя больше никто у меня не заберет.

Не знал он, на что подписывается, но от наглядной демонстрации всей сокрушительной силы женской истерики его спас наглый стук в дверь и бодрое:

— Надеюсь, вы еще не перешли к самому интересному, потому что Раяр вернулся, — мне почему-то казалось, что, говоря это, Делмар злорадно улыбался.

Вэйд выругался, а потом еще раз выругался, увидев мое счастливое лицо, когда я обернулась. Каюсь, разулыбалась, но кто бы на моем месте смог сдержаться? Это же самое настоящее спасение!

— Слушай, если уж ругаешься, то ругайся на понятном языке, — попросила я, — что это еще за «ках-эдер»?

Пояснять он ничего не стал, просто дал мне пять минут на то, чтобы я сменила порванную им же, между прочим, тунику на целую рубашку, и за руку потащил вниз.

Страшный мужик с желтыми глазами уже был там, стоял рядом с грустным Делмаром, что-то негромко ему втолковывая. Разговоры прекратились, стоило нам только войти.

— Познакомишь меня со своей женой? — поинтересовался хейзар, отворачиваясь от Делмара. Тот демонстративно облегченно вздохнул и улыбнулся мне:

— Девочку зовут Селина, и я бы не советовал тебе ее пугать. Благословлять она умеет как инициированная Мудрая. Очень талантливый ребенок. Понять не могу, как Вэйд умудрился ее заполучить. Столько силы, которая никогда уже не достанется храму…

А я стояла, сжимала ладонь Вэйда и давила в себе желание спрятаться за его спиной, чтобы скрыться от тяжелого взгляда нечеловеческих глаз. Желтая радужка полыхала, как-то по-особенному ярко выделяясь на фоне беспросветной черноты белка глаз хейзара. Бледная кожа, хмурая складочка между темных бровей, совсем такая же, как у Вэйда, четко очерченные губы, сейчас кривящиеся в легкой улыбке… в нем было что-то очень знакомое и в тоже время непонятное, дикое, чужое.

Я не представляла, как Яна могла спокойно жить с этим типом под одной крышей. Но она жила и чувствовала себя вполне комфортно.

— Раяр, прекрати ее пугать, — потребовал Вэйд, вытягивая меня из-за своей спины, за которую я все же спряталась, и усаживая на диван.

— А Яна где? — отпускать его руку не хотелось, так было значительно спокойнее, но мне все равно пришлось.

— Сейчас спустится. Ей надо обработать раны и переодеться, — Делмар, несмотря на то, что был серьезно побит, выглядел очень бодрым и почти довольным жизнью.

Все то время, пока Яна разбиралась со своими ранениями, я сидела в гостиной, перед двумя напряженными ужасами и одним побитым чудищем и чувствовала себя просто кошмарно.

Именно поэтому, стоило только нашей угрюмой компании увеличиться еще на одну персону, я не смогла сдержать облегченного вздоха. Улыбнулась бледной, потерянной Яне, затравленно осмотревшей гостиную, и совсем расслабилась, когда она села рядом со мной.

Воспрянув духом, я достаточно спокойно пережила короткую вспышку недовольства Раяра и заволновалась, лишь когда он решил возвращаться в свой удел. Самое ужасное заключалось как раз-таки в том, что Яна отправлялась с ним. И Делмар тоже.

А я вынуждена была остаться наедине с Вэйдом, которого конкретно переклинило на желании сделать из Селины женщину. Измотанная, обессиленная и совершенно не готовая к выполнению супружеских обязанностей, я отчаянно вцепилась в Яну:

— А можно… мне с вами? — уж лучше переночевать в мрачном жилище хейзара, чем отбиваться от Вэйда, такое было мое мнение. — Пожалуйста.

Вот только входить в мое положение и предоставлять временное убежище мне никто не стал. Жестокосердный Раяр не внял ни моему несчастному виду, ни просительному взгляду Яны. Забрав свое, он без сожалений оставил чужое. На растерзание своего племянника, между прочим, оставил, который слышал мою скромную просьбу и совсем ей не обрадовался.

— И что это значит? — угрожающе спросил он, когда растаяли последние свидетельства недавнего пребывания здесь хейзаров.

— Попытка спастись бегством, — честно ответила замученная и несчастная я, не рискуя поднять взгляд от своих сложенных на коленях рук, — я устала, мне плохо и хочется просто полежать в тишине, а не отбиваться от твоих дурных идей.

— Это для твоего же блага. Я о тебе забочусь.

— А давай ты завтра обо мне позаботишься? Я очень хочу спать, — отчаянно взмолилась я. Сама не веря, что он сможет войти в мое положение, и очень удивилась, услышав безнадежное:

— Я об этом еще пожалею.


Глава 13 | Обрученная | Глава 15