home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 17

Тост в честь павшего короля

Чем ближе подъезжали наши беглецы к дому, тем больше была избита дорога, словно перед ними только что пронесся значительный конный отряд. У самой двери следы были еще заметнее: видно, отряд делал здесь привал.

— Ну конечно, — сказал д’Артаньян, — дело ясное; здесь прошел король со своим конвоем.

— Черт возьми! — воскликнул Портос. — В таком случае они всё здесь съели!

— Ну вот еще! — сказал д’Артаньян. — Хоть одну-то курицу нам оставили.

Он соскочил с лошади и постучался. Никто не отвечал. Тогда он толкнул дверь, которая оказалась незапертой, и увидел, что первая комната была совершенно пуста.

— Ну что? — спросил Портос.

— Я никого не вижу, — отвечал д’Артаньян. — Ах!

— Что такое?

— Кровь!

При этом слове три друга соскочили с лошадей и пошли в первую комнату. Д’Артаньян уже отворил дверь в следующую, и по выражению его лица было ясно, что он заметил нечто необычайное.

Друзья подошли к нему и увидели молодого человека. лежащего на полу в луже крови. Видно было, что он хотел добраться до кровати, но у него не хватило сил, и он упал.

Атос первый подошел к несчастному; ему показалось, что раненый шевелится.

Три мушкетёра. 20 лет спустя. Виктонт де Бражелон

— Ну что? — спросил д’Артаньян.

— То, — сказал Атос, — что если он и умер, так совсем недавно, так как тело еще теплое. Но нет, его сердце бьется. Эй, дружище!

Раненый вздохнул. Д’Артаньян зачерпнул ладонью воды и плеснул ему в лицо.

Человек открыл глаза, попытался поднять голову и снова уронил ее. Атос попробовал прислонить его голову к своему колену, но заметил, что рана нанесена немного выше мозжечка и череп раскроен. Кровь лилась ручьем.

Арамис смочил полотенце и приложил его к ране. Холод привел раненого в чувство, и он снова открыл глаза.

Он с удивлением смотрел на этих людей, которые, казалось, жалели его и старались по мере возможности подать ему помощь.

— С вами друзья, — сказал ему Атос по-английски, — успокойтесь и, если вы в силах, расскажите нам, что случилось.

— Король, — пробормотал раненый, — король в плену!

— Вы видели его? — спросил Арамис тоже по-английски.

Раненый ничего не ответил.

— Будьте спокойны, — продолжал Атос, — мы верные слуги его величества.

— Вы говорите правду? — спросил раненый.

— Клянемся честью!

— Так я могу вам все сказать?

— Говорите.

— Я брат Парри, камердинера его величества.

Атос и Арамис вспомнили, что этим именем лорд Винтер называл лакея, которого они встречали в королевской палатке.

— Мы знаем его, — сказал Атос, — он всегда находился при короле.

— Да, да, — продолжал раненый. — Так вот, увидя, что король взят в плен, он вспомнил обо мне. Когда они проезжали мимо моего дома, он от имени короля потребовал остановки. Просьба была исполнена. Сказали, будто король проголодался. Его ввели в эту комнату, чтобы он здесь пообедал, и поставили часовых у дверей и под окнами. Парри знал эту комнату, потому что несколько раз навещал меня во время пребывания его величества в Ньюкасле. Ему было известно, что из комнаты есть подземный ход в погреб, а оттуда в плодовый сад. Он сделал мне знак. Я понял. Но должно быть, часовые заметили и насторожились. Не зная, что они подозревают нас, я горел только одним желанием — спасти его величество. Решив, что нельзя терять времени, я вышел будто бы за дровами. Я пошел подземным ходом в погреб, с которым сообщался люк, и приподнял головой одну доску. Пока Парри тихонько запирал дверь на задвижку, я сделал королю знак следовать за мной. Но увы, он не соглашался, точно ему претило это бегство. Парри умолял его, я тоже убеждал его, со своей стороны, не упускать такого случая. Наконец он уступил нашим просьбам и решился последовать за мной. К счастью, я шел впереди, а король в нескольких шагах позади. Вдруг в подземелье передо мной выросла огромная тень. Я хотел крикнуть, чтобы предупредить короля, но не успел. Я почувствовал такой удар, точно целый дом обрушился на мою голову, и упал без сознания.

— Вы добрый и честный англичанин! Верный слуга короля! — сказал Атос.

— Когда я пришел в себя, я все еще лежал на том же месте. Я дотащился до двора. Король и его конвой уехали. Целый час, быть может, я употребил на то, чтобы добраться сюда. Но тут силы оставили меня, и я снова лишился чувств.

— Ну а теперь как вы себя чувствуете?

— Очень плохо, — отвечал раненый.

— Можем ли мы чем-нибудь помочь вам? — спросил Атос.

— Помогите мне лечь в постель. Я думаю, это облегчит меня.

— Есть ли с вами кто-нибудь, кто бы мог за вами ухаживать?

— Моя жена в Даргеме, я жду ее с минуты на минуту. Ну а вам-то самим, не нужно ли вам чего?

— Мы, собственно, заехали к вам с намерением подкрепиться.

— Увы, они всё взяли! В доме нет ни куска хлеба.

— Слышите, д’Артаньян? — сказал Атос. — Нам придется искать обеда в другом месте.

— Мне теперь все равно, — сказал д’Артаньян, — я больше не голоден.

— И я тоже, — сказал Портос.

Они перенесли раненого на постель и позвали Гримо, который перевязал рану. На службе у четырех друзей Гримо приходилось столько раз делать перевязки и компрессы, что он приобрел некоторый опыт в хирургии.

Тем временем беглецы вернулись в первую комнату и стали совещаться о том, что им делать.

— Теперь, — сказал Арамис, — мы знаем самое главное: король и его стража проехали здесь; значит, нам надо направиться в другую сторону… Согласны вы с этим, Атос?

Атос не отвечал; он был погружен в размышления.

— Да, — сказал Портос, — поедем в другую сторону. Следуя за отрядом, мы нигде уже не найдем съестного и в конце концов умрем с голоду. Что за проклятая страна эта Англия! Первый раз в жизни я остаюсь без обеда. Обед — любимейшая из моих трапез.

— А как вы думаете, д’Артаньян? — сказал Атос. — Согласны ли вы с мнением Арамиса?

— Отнюдь нет, — сказал д’Артаньян. — Я держусь противоположного мнения.

— Как, вы хотите следовать за отрядом? — сказал испуганный Портос.

— Нет, ехать вместе с ним.

Глаза Атоса заблестели от радости.

— Ехать с отрядом! — воскликнул Арамис.

— Дайте высказаться д’Артаньяну; вы знаете, что он хороший советчик, — сказал Атос.

— Без сомнения, — сказал д’Артаньян, — нам следует ехать туда, где нас не будут искать. А никому не придет в голову искать нас среди пуритан. Потому примкнем к пуританам.

— Отлично, мой друг, отлично! Великолепный совет! — сказал Атос. — Я только что хотел его подать, но вы опередили меня.

— Значит, вы с этим согласны? — спросил Арамис.

— Да, они будут думать, что мы хотим выбраться из Англии, и станут искать нас в портах. Тем временем мы успеем доехать с королем до Лондона, а там нас уже не разыщут. В городе с миллионным населением нетрудно затеряться. Я уж не говорю, — прибавил Атос, бросив взгляд на Арамиса, — о тех возможностях, которые предоставляет нам такое путешествие.

— Да, — сказал Арамис, — понимаю.

— А я решительно ничего не понимаю, — сказал Портос, — но это не важно: если д’Артаньян и Атос оба за это, значит, ничего лучшего не придумаешь.

— Однако же, — спросил Арамис, — не вызовем ли мы подозрений у полковника Гаррисона?

— Черт возьми! — сказал д’Артаньян. — На него-то я и рассчитываю. Полковник Гаррисон — наш приятель. Мы видели его раза два у генерала Кромвеля. Он знает, что мы были присланы к нему из Франции самим Мазарини. Он будет видеть в нас друзей. К тому же он, кажется, сын мясника, не правда ли? Ну, Портос покажет ему, как убить быка одним ударом кулака, а я — как повалить вола, схватив его за рога. Этим мы приобретем его полное доверие.

Три мушкетёра. 20 лет спустя. Виктонт де Бражелон


Глава 16 Где доказывается, что в самых затруднительных обстоятельствах храбрые люди не теряют мужества, а здоровые желудки — аппетита | Три мушкетёра. 20 лет спустя. Виктонт де Бражелон | Полковник Гаррисон