home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



4. Высшая цивилизация

– Ну что ж, мистер Пикеринг… – сказал я с сардонической улыбкой. – Начнём. По какому праву вы напали на Бермуды?

– Не мистер, а сэр Томас Пикеринг. Джентльмен, в отличие от вас, – "джентльмен" развалился поудобнее на своём стуле, и взгляд его, недавно ещё испуганный, вдруг стал весьма и весьма высокомерным.

– Джентльмен, говорите?

– Да, не чета вам.

– Ещё раз. По какому праву вы напали на Бермуды?

– Всю Русскую Америку нам передал русский король Димитрий Благословенный, сын Джона Ужасного. Он же объявил всех вас вне закона. Так что вы – не джентльмены, а самозванцы и преступники.

– Вы правы… Мы не убиваем женщин, детей и мирных жителей. И если это необходимо для того, чтобы быть у вас джентльменом, то грош цена вашей Англии.

Пикеринг привстал и попытался отвесить мне пощёчину. Я отшатнулся – не хотелось распускать руки – но один из стороживших его ребят провёл молниеносный приём, и Томми завопил, с ужасом смотря на своих тюремщиков, один из которых ласковым тоном сказал:

– Так вот, английская свинья. Твой гонор можешь забыть. Отвечать на вопросы точно и без всяких там экивоков. Понятно тебе, мразь?

На лице у Томми появилось выражение неподдельного ужаса – до него только сейчас дошло, что шутки кончились. Он усердно закивал.

– Посадите его обратно на стул, – процедил я сквозь зубы по-английски. – Итак, сколько у вас здесь было человек?

– Сто двадцать солдат, около восьмидесяти моряков, двадцать четыре гражданских лица, включая и меня. Точнее, чуть меньше, несколько умерло в эту зиму. Ещё около двухсот ирландских рабов.

– Ирландцев, говоришь? А откуда здесь ирландцы?

– После того, как мятеж, иногда именуемый "девятилетней войной", был подавлен нашим доблестным войском, было принято решение очистить земли Ирландской короны от паразитов, именующих себя ирландцами.

– Если я не ошибаюсь, – перебил я его, – согласно Меллифонтскому договору, все они получили полное прощение от вашей королевы, и им даже вернули титулы и большую часть земель.

– Именно так. Кроме того, самые знатные из них стали членами ирландской Палаты лордов, а дети их были приглашены в английские школы и университеты. Внешне они соблюдали условия договора, но, когда Её Величество умерла, и на трон взошёл Его Величество король Иаков Первый, он опасался, что при первой же возможности ирландцы ударят в спину. Он и назначил сэра Артура Чичестера Лордом-Депутатом Ирландии.

– То есть губернатором…

– Можно и так сказать, но титул его – лорд-депутат. С тех пор сначала очистили от папистов Ульстер, а теперь принялись за города на юге – Корк, Голуэй, Кинсейл. Кто переходит в Церковь Ирландии[28],   тем позволяют остаться, но следят за ними – не вернутся ли они к папизму. Если кто-нибудь не ест мясо перед Пасхой, например, считается доказательством того, что он папист.

– И что вы теперь с ними делаете?

– Их продают в рабство в Виргинии – так именуется наша колония в Северной Америке. Их обыкновенно доставляют прямо в Элизабеттаун[29]  – так именуется столица. Только в конце навигации, когда на реке Элизабет[30]. начинается ледостав, и в начале следующей, когда лёд ещё не окончательно растаял, корабли приходят в Сент-Джордж. А в апреле за переселенцами приходят корабли из Элизабеттауна.

– За переселенцами? Ты хочешь сказать, за рабами.

– Есть и переселенцы-англичане. Они обыкновенно подписывают договор, согласно которому они семь лет обязаны работать на человека, ссудившего им деньги на вояж. После этого хозяин обязан им выдать некую сумму денег и ружьё. Если, конечно, они не провинились – тогда срок службы увеличивается.

А ещё Его Величество оказал нам милость и даровал право оставлять часть из них здесь, в колонии. Это, как правило, корабелы, мастеровые, а иногда и крестьяне.

– Понятно… И когда должен прийти следующий корабль с ирландцами?

– Вероятно, в марте – скорее всего, во второй половине месяца.

– А от чего это зависит?

– В ирландских гаванях обычно нет льда, но море зимой, как правило, весьма бурное. Именно поэтому первые корабли из Ирландии уходят, как правило, не ранее начала февраля, а из Англии в конце февраля-начале марта. Переход через Атлантику продолжается около шести-семи недель. Бывает и быстрее, если ветер попутный, бывает и медленнее.

– А на Бермуды?

– Неделей меньше. С Бермуд до Виргинии – от недели до двух, обычно около десяти дней.

– Значит, корабль из Виргинии должен в скором времени прийти за очередной партией "переселенцев".

– В начале апреля, не раньше.

– А больше вы никого не ожидаете?

– Нет, но это ничего не значит – иногда приходят купеческие корабли, особенно, если им необходим ремонт после шторма – наши верфи уже имеют очень неплохую репутацию.

Я решил задать пленнику ещё один заинтересовавший меня вопрос:

– А для кого вы строите новую часть города?

– Для корсаров. По задумке адмирала Пикеринга, моего отца, именно здесь они будут базироваться – ведь испанские серебряные флотилии обычно проходят мимо Бермуды. Да и до Карибского моря не так уж и далеко. Как я слышал, некоторые из "морских собак"[31]. собирались перебраться из Англии на Бермуды уже в этом году. А один уже поселился здесь, – капитан Кидд. Он ушёл, но вскоре должен вернуться; ему даже уже построили особняк.

Интересно, подумал я. Значит, нужно будет держать ухо востро… Вот только Кидда они вряд ли дождутся – разве что если вплавь. Но я не стал посвящать Пикеринга в подобные детали, а лишь продолжил допрос:

– Есть ли на Бермудах ещё хоть один англичанин, о котором мы ничего не знаем?

– Англичан нету, а вот пятеро ирландцев из первой партии исчезли вместе с одной из вёсельных лодок. Двух из них мы смогли убить на Главном острове во время облавы, а трое других исчезли. А к остальным теперь приставлена дополнительная стража. Там были и предположительно русские – кого-то из них мы, может быть, и убили, но сами потеряли не менее тридцати человек. Ничего, когда придут мартовские корабли, мы устроим там полноценную облаву.

– Или не устроите, – усмехнулся я. Ладно. Расскажи мне, кто приказал убить пленных русских, а в особенности женщин и детей.

– Ректор церкви потребовал. Он сказал, что православные – такие же паписты, и заслуживают смерти. А их попа, который и насаждал богомерзкую ересь, надо сжечь на костре, ибо именно так завещало нам Священное писание.

– А женщин и детей вы за что убили?

– Отец Вильям объявил, что жёны и дети русских – самки и личинки папистов.

– Личинки?

– Именно так. Он сравнил их с гусеницами моли. И добавил, что избавление от них угодно Господу. Впрочем, вряд ли решил так сам ректор – это больше похоже на его супругу.

– А кто принял решение?

– Мой отец, лорд Пикеринг. Но он этого не хотел, уверяю вас! Просто ему не с руки было перечить представителю Церкви.

Я посмотрел на Сашу:

– Твой пациент.

Сам же я поскорее вышел – мне так хотелось набить "джентльмену" морду…


3.  Не ждали? | За обиду сего времени | 5.  Мечты сбываются