home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



2. Человек предполагает…

Столарм приказал всем шведам, включая и Фернандссона-Флеминга, вернуться на «Васу», а сам принял моё приглашение на «ранний обед», хотя время было скорее для завтрака – около половины десятого часов утра. На «Победе» практически всегда обедали вместе, но для очень редких случаев – обычно для обсуждения стратегии – у нас было специальное помещение. Им мы и воспользовались.

Адмирал оказался человеком, умеющим оставаться внешне невозмутимым, хотя эта маска с него чуть сползла, когда мы обсуждали отстранение Карла и привлечение Густава на роль регента. Теперь же мы обсуждали детали плана, и решили сделать примерно так.

Наша морская пехота совместно со шведской арестует Карла. Как мы уже обсуждали, было желательно, чтобы он оставался жив как минимум до тех пор, пока Густав не вернется в Стокгольм – иначе последствия могут быть непредсказуемыми. А вот чтобы не допустить ни его умерщвления, ни побега, решили, что сидеть он будет на Гогланде. После укрепления власти Густава мы его вернем в Ревель, где он будет судим и казнен, благо есть за что.

Власть в свои руки пока возьмет сам Столарм и некоторые другие из бывшей «партии Сигизмунда», в их числе и отец Фернадссона-Флеминга. Есть опасения, что в Швеции может начаться гражданская война, но Столарм надеется на помощь Русской Америки, Дании, и, если у меня все получится, России. Мятежники, вероятно, захотят заручиться помощью Англии, так что нужно будет вовремя взять Гётеборг и договориться с датчанами о непропуске шведских кораблей через проливы, кроме, конечно, тех, у которых будет специальное разрешение лично от Столарма.

Я предложил также постройку русской базы на реке Гёта напротив Гётеборга – мы могли бы разместить там три-четыре парусника с новым вооружением, что дало бы нам полный контроль над Каттегатом и предотвратило бы прорыв англичан на Балтику. Столарм, подумав, согласился – с условием, что эта база была бы временной.

Насчет Ревеля мы решили, что он останется шведским – ну нет у нас людей для контроля над ним – но Россия получит право беспошлинной торговли здесь и в финском Або. Нам передадут остров Ульфсё, на котором будет построена русская фактория, и там постоянно будут дежурить два наших корабля. Кроме того, вместо разрушенной конторы в порту Ревеля мы получим новое здание, причем обязательно с собственным пирсом.

В одиннадцать часов Столарм вернулся на «Васу». Вскоре шлюпка с тремя десятками наших ополченцев полетела к пирсу. К ним присоединились около сотни шведских морских пехотинцев, и сводный отряд пошел в Верхний город. Я же пока остался на «Победе».

Через полчаса загорелся огонек рации.

– Лёха, аврал, – послышался голос Саши Сикоева.

– Что такое? Проблемы?

– Да как сказать… По дороге никакого сопротивления не было. Стража у ворот просто расступилась и широко открыла искомые ворота. Мы пошли к замку – я тут уже бывал, дорогу знаю – и на Rathausplatz – ну на площади перед ратушей… это… в общем…

– Что такое, не томи!

– Так вот, здесь висят наш Карлуша, ребятки, с которыми мы тогда имели дело – губернатор и мэр – и еще несколько местных ви-ай-пи. И все те судьи, которых мы тогда уличили во взятках, тоже там.

– Да, Саша, интересные дела.

– Половина наших вместе с полусотней шведов заняли без боя ратушу, другая половина пока на площади. Хочу оставить с десяток охранять трупы, а с остальными прогуляться-таки во дворец.

– Держи меня в курсе.

Я срочно пошёл на «Васу» с десятком ребят. Столарм ждал новостей и очень удивился, узнав, что я их уже получил. Но когда я ему рассказал о случившемся, он сильно побледнел.

– Да, ваше превосходительство, дела… Значит, будет гражданская война. Давайте обсудим, что нам теперь делать.

– Есть лишь один шанс. Я сегодня же объявлю, что регентом будет Густав. И что, пока он не вернулся в Швецию, я буду исполнять его обязанности. Добавлю, что вернуться он должен осенью.

– А как на это отреагируют другие?

– В Або проблем не вижу – это моя родина. То же, я надеюсь, и на Аландах. Вот в Стокгольме и других городах с той стороны Ботнического залива всяко может быть. Хотя и там немногие будут оплакивать Карла. Но стоит там появиться как можно скорее, иначе и другие могут решить, что чем они хуже? Да и жизнь Иоанна сейчас в опасности. К счастью, он в Уппсале, недалеко от Стокгольма, и часть моих людей сразу отправятся туда.

– Нужно ещё отправить кого-нибудь в Копенгаген и Гётеборг.

– Придётся подождать, пока корабли в Мариехамне и Або выполнят свою миссию. Шесть кораблей для Стокгольмской операции мне еле-еле хватит.

– Тогда давайте сделаем так. Мы возьмём только два корабля, а другие два вы нам построите в течение года. Однотипные с теми, которые мы вам оставим. С тем же вооружением.

– Благодарю вас, ваше превосходительство. Я даже готов предложить вам взамен более современные корабли.

– Оба пойдут в Гётеборг, пока там не успели спохватиться. "Лев" же отправится в Копенгаген, где мой заместитель, граф Виталий Дмитриев, проведёт переговоры с королём Кристианом о закрытии Проливов для шведских кораблей, у которых не будет разрешения от вас. Кстати, на время моих отлучек, именно граф Дмитриев будет меня замещать.

– Очень хорошо, ваше превосходительство.

У меня сложилось впечатление, что Столарм был заинтересован в моём присутствии в Финском заливе, и я добавил:

– Господин адмирал, мне надо будет навестить русского царя Бориса в Москве. Кроме того, нужно будет переговорить с принцем Густавом и отправить его в Швецию. Не бойтесь, граф сможет решить все проблемы даже в моё отсутствие.

Вскоре мы прибыли на площадь перед королевским дворцом, и Столарм вышел на лобное место и объявил о своём регентстве. Народ всячески выражал свою радость, и выглядело это вполне искренне, хотя, конечно, будь на его месте другой, радость была бы примерно такой же. Тем временем, секретарь принёс ему текст новой редакции обязательств Швеции перед Русской Америкой, и он, поставив свою подпись, отдал его мне. Прочитал я его лишь тем же вечером, но, должен заметить, всё, что было обещано не только Столармом, но и другими шведами, содержалось в документе.

Я подошёл к Витале Дмитриеву и объяснил ему цель его похода в Копенгаген, а также его назначение моим заместителем. Конечно, я хотел взять его с собой в Москву, но понял, что здесь он мне будет нужен больше. А через час шведская эскадра, сопровождаемая нашим "Львом", ушла на северо-запад. Столарм решил распределить роли во время похода. Лишь два корабля – «Верблюд» («Kamelen») и «Заяц» («Kaninen») – остались стоять на якоре у Ульфсё. Шведские команды, согласно нашей договорённости, останутся там до тех пор, пока не подойдут наши.

Через полчаса, новоназначенный комендант города, кисло улыбаясь, сообщил мне о местоположении нашей новой конторы, а также о том, что все офицеры из тех, кто вчера напал на старую, арестованы и вскоре будут казнены – суд принял скорое решение о виновность каждого из них. Рядовые же исполнители находятся в одной из тюрем, их черёд настанет завтра. Я хотел было вступиться за них, но, вспомнив рассказ о том, как они отрубили головы несчастным только за то, что те сотрудничали с нами, я решил не вмешиваться.

И, оставив людей для конторы (включая на этот раз и отделение ополченцев), мы ушли обратно на Котлин. Как пел Цой, «девяносто два дня – лето», и нужно было провести его с пользой – а особенно закрепиться у устья Невы и навести наконец контакты с царской властью.


1.  Стальная рука | О дивный Новый Свет! | 3.  Возвращение в Питер