home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



2. Величества бывают разные

Мы шли вдоль африканского побережья, и иногда видели то берег Африки на востоке, то силуэты островов на западе – это были Канары. Была мысль проведать последние, но мы решили, что в другой раз – тем более, что в отличие от Островов Зеленого Мыса, жгучего интереса к этим островам у нас не было. Работорговцы ходят намного южнее – в Северной Африке нет источника чёрных рабов, а белых невольников, коими кишат арабские города в Северной Африке, в Америку не возят. Пока не возят – вскоре англичане начнут продавать своих диссидентов и ирландских повстанцев в рабство на острова Карибского моря, где большинство из них помрет. Или не начнут – основной рынок белых рабов в будущем, Барбадос, должен в ближайшее время стать нашим.

Нам оставалось не более чем полдня пути до Кадиса, когда мы увидели, как испанский галеон обстреливают два корабля под черным флагом – в бинокль была видна арабская вязь на флагах, а на жертве обстрела не хватало грот-мачты, отчего корабль был почти неподвижен.

Ваня врубил полный ход, и вскоре мы уже приблизились к арабским пиратам (а никем другим эти два корабля быть не могли) на расстояние в несколько сот метров. В бинокль были хорошо видны арабы с саблями и пистолетами, толпящиеся на палубе. Один из кораблей выстрелил по нам всеми пушками с правого борта – почти все из них не долетели до «Победы», и лишь одно ядро несильно тюкнулось, как назло, в мой иллюминатор. Заговорили зенитные автоматы – опыт такого рода сражений у нас уже был. Палубу сначала одного, потом другого парусника вымело начисто, рухнули мачты вместе с арабской тряпкой. Мы пока еще не стреляли по пушечной палубе, но обстрел вдруг резко прекратился, и на палубу с поднятыми руками высыпала куча пиратов.

От нас к ним полетели шлюпки, в каждой из которой было по двадцать «идальго» при полном снаряжении. Один араб неожиданно вскинул пистолет, но хватило одной автоматной очереди, и он и несколько других его «коллег» повалились на палубу.

Вскоре наши «группы захвата» радировали: «Корабль под нашим контролем, потерь нет». Оказалось, что кораблей изначально было пять. Три из них были потоплены испанцами; впрочем, и два из трех испанских галеонов тоже покоились на дне морском. Другие же два пиратских корабля – «Борода Пророка» и «Сабля Ислама» – стали нашей добычей. Командовал ими Али Битчин – венецианец по фамилии Пиччини, принявший ислам и превратившийся в алжирского пирата. Он был известен своими мужеством и жестокостью. Был – потому что труп Али был привязан к мачте «Бороды Пророка». Прочих же убитых пиратов без затей выбросили в море.

А в трюмах мы нашли не только хорошую добычу, но и полные трюмы с пленниками, которых пираты везли, кого на продажу, кого для выкупа. Женщин мы передали Ренате, мужчин – ее санитарам мужского пола. Иначе было нельзя. Пиратов же заперли туда, где недавно пребывали работорговцы.

Оба корабля были подняты на палубу «Победы» – к доу, захваченной нами у Зеленого Мыса. Затем мы подошли к «Санта Эулалии», галеону, который на немногих уцелевших парусах пытался продолжать свой путь в Кадис.

На этот раз, я присоединился к нашим «идальго». Наша шлюпка подошла к галеону, откуда скинули шторм-трап, и мы с десятком ребят забрались на корабль.

Там нас ждал перепуганный капитан.

– Князь Алесео де Николаевка, министр иностранных дел Русской Америки, – представился я. – Вы в безопасности, капитан…

– Ваше превосходительство, меня зовут капитан Родриго де Льяно, – сказал тот. – Благодарю вас за чудесное избавление от этих мусульманских дьяволов во плоти. Я всю жизнь буду молиться о вас.

– Капитан, мы хотим предложить вам помощь – мы могли бы отбуксировать ваш корабль в гавань Кадиса.

– Ваше превосходительство, я был бы очень благодарен. Но не могли бы вы вместо этого взять на борт вашего корабля моих пассажиров? У меня на борту Её Католическое Величество Маргарита Австрийская и дамы из ее свиты, которые посетили Канарские острова и возвращались домой, когда на нас напали пираты.

– Капитан, мы будем польщены, но мы можем сделать и то, и другое. Давайте мы заберем августейшую особу и ее дам, а вас возьмём на буксир. Тогда в Кадисе мы будем до захода солнца.

– Спасибо, ваше превосходительство. Вас послал нам сам Всевышний!

Я спустился вниз по лестнице и был представлен Ее Католическому Величеству. Я ожидал увидеть чопорную испанку, но августейшая особа оказалась стройной девушкой лет шестнадцати, с милым лицом, обрамлённым каштановыми кудрями. Она была больше похожа на немку, чем на испанку, что было неудивительно, ведь Маргарита родилась в Австрии.

– Ваше Католическое Величество, – сказал я по-немецки с глубоким поклоном. – Меня зовут Алексис, князь фон Николаевка, я министр иностранных дел Русской Америки.

Королева улыбнулась мне и протянула руку для поцелуя, после чего сказала на том же языке:

– Князь, благодарю вас!! Ведь именно вам мы обязаны чудесным спасением от этих нелюдей.

– Я рад, Ваше Католическое Величество, что нам удалось оказать вам эту небольшую услугу.

– Позвольте мне представить вас своим дамам!

Вероятно, потому, что я был одет в походную одежду – времени наводить марафет у меня не было – большинство её свиты смотрела на меня со смесью чванливости и недоумения; более того, когда я вошёл, одна из них громко осведомилась, что это за простолюдин, посмевший приблизиться к Ее Католическому Величеству. Но когда королева представила меня и присовокупила, что именно меня они должны благодарить за избавление от плена и позора, взгляды потеплели, а та самая дама сделала мне низкий реверанс и извинилась передо мной.

– Ваше Католическое Величество и вы, благородные дамы, капитан де Льяно попросил меня предложить вам наше гостеприимство на борту нашей «Виктории». Там вам будет удобнее, ведь «Санта Эулалия» получила сильные повреждения от пушек неверных, и, в частности, сильно пострадали ваши каюты.

– Мы с радостью примем ваше предложение, – ответила за всех королева. – Ведите нас!

Когда дамы увидели «Победу», она же «Виктория», у них полезли глаза на лоб – как только дозорные узрели сарацинов, всех дам отвели во внутреннее помещение, где я их и нашёл, и где они сидели, дрожа от страха; боя они не видели, и о его благополучном исходе они узнали от посланного к ним офицера.

Каюты на «Победе» дамам, как ни странно, понравились, несмотря на их нехитрое убранство. А наши девочки с кухни смогли им устроить такое угощение, что даже королева была в полном восторге. И когда одна из грандесс позволила себе нелестное замечание об Эсмеральде – мол, что делает эта индейская мартышка в нашем обществе – Маргарита ее не только весьма деликатно и решительно заткнула, но и заставила лично извиниться перед моей подругой.

В Кадис мы пришли к закату, и я лично сопроводил Ее Величество на берег в первой шлюпке. Я успел рассказать ей, что у меня есть рекомендательные письма к Его Католическому Величеству, на что она сказала:

– Дон Алесео, вы теперь всегда желанный гость у нас в Эскориале. Послезавтра мы туда отправимся, и я была бы весьма польщена, если вы и ваши идальго составите нам компанию в этой поездке. И особенно, если ваши люди помогут нас охранять – а то и у нас развелись разбойники, и недавно на одну графиню даже напали по дороге в Кадис.

– Ваше величество, – сказал я с глубоким поклоном, – благодарю вас. Для нас путешествовать вместе с вами – большая честь, и мои люди сделают всё, чтобы обеспечить вашу безопасность.

– Вот и прекрасно. А пока будьте моим гостем – я прикажу, чтобы в кадисском королевском дворце приготовили покои для вас и для самых родовитых ваших людей. А для ваших идальго найдутся помещения в соседних корпусах.


1.  Ну и Африка! | О дивный Новый Свет! | 3.  Где Кадис, там и Херес…