home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 16

Наследие Теслы

– Осторожно, двери закрываются, – лжебодрым голосом предупредил автоматический диктор. Двери за моей спиной схлопнулись, электропоезд тронулся, заревел и скрылся в тоннеле. Моя голова вызывающе возвышалась почти над всеми прохожими в метро, отчего я сильно ссутулился. Я не любил свой рост.

Со стороны, должно быть, это выглядело самоутвердительно. Будто я втайне упивался собой, с чувством превосходства поглядывая поверх макушек. Но я не желал, чтобы хоть кто-то допустил такую мысль. Мне было бы противно предположить, что некто уличил меня в том, чего я сам так сильно презираю.

А я презирал любые формы самоутверждения. Оно и так было сплошь и рядом, изюминкой, и в чьих-то глазах даже гордостью нашего менталитета, быть небрежной свиньей и давить на слабость тех, кто не желал опускаться до того же уровня. Многие его за собой даже и не замечали… Уязвляли друг друга и считали это чуть ли не проявлением харизмы… Но я не желал с этим мириться, и потому был строг и внимателен как к другим, так и, в первую очередь, к себе. От этих мыслей мне хотелось закурить, но я вспомнил, что уже бросил…

Но с ростом… с ним я ничего не мог поделать, я чувствовал, что приковываю ненужное мне внимание. Я чувствовал, как от рядом стоящих исходило напряжение, будто я в чем-то провинился. Как же хорошо ничем не выделяться… Я проклинал свой рост.

В моей ладони был стиснут новехонький учебник Основы электродинамики – подарок доктора Брозэфа, пошутившего, что мне не мешало бы эту тему на досуге прочесть. Я бы и хоть сейчас начал, но ноги несли меня в институт, где я все еще надеялся сохранить работу. А ведь было время, я состоял в членстве всемирной ассоциации нейробиологов!.. Правда, недолго мне удалось среди них пробыть…

Время было позднее, студентов в институте почти не осталось. Я очень надеялся, что ректор все еще здесь… Да, кожаная дверца в его кабинет была приоткрыта.

– Да-да, входите! А-а…соизволили-таки явиться…

– Уж поверьте, отпуском это нельзя было назвать, – криво улыбнулся я.

– Да, мы разговаривали по этому поводу сегодня, – нетерпеливо кивнул ректор в сторону телефона. – Но и без этого я уже давненько хотел с вами поговорить… Особенно после той выходки с отцом девочки, протоиереем, не только на вас, но и на все учебное заведение поступила жалоба…

– Жалоба на то, что я тут единственный, кто не собирается подыгрывать ему во всей этой религиозной чуши?…

– …нас хотели привлечь к уголовной ответственности за оскорбление чувств верующих! – гневно вскричал ректор.

– Но мой предме…

– …и выписать крупный административный штраф!

Я испуганно прикусил язык. Возмещать штраф мне было нечем. Ректор, глядя на меня тяжелым взглядом, чуть распустил на своей шее галстук.

– Но нам удалось загладить это дело, – его голос стал чуть спокойнее, – сославшись на официально подтвержденный документ о вашей… инвалидности на голову.

Я почувствовал, как к горлу подступает упирающаяся ногами злость.

– Это неправильно… Он ведь остался уверенным в своей правоте… А мы учим детей же… Но зачем, какой тогда смысл в занятиях… Как же так? Но вы-то должны понимать…

– Прикройте дверь, – вдруг попросил ректор, понизив голос. В полном расстройстве чувств, я, не глядя, властно вытянул ладонь в сторону двери. И только спустя секунду, когда ничего не произошло, спохватился, что я уже не в своей сказке. Замаскировав свое движение под желание почесать затылок, я шагнул к двери и исполнил его просьбу вручную.

– Должен ли я это понимать? – переспросил он. – Разумеется, должен. Но я так же понимаю и то, что и вам бы в кои-то века следовало уяснить. Правильно и законно – это далеко не одно и то же. Вам все ясно?

Глядя в его выпученные глаза, я заставил себя кивнуть.

– А еще эти отвратительнейшие слухи… О вашем странном поведении по отношению к некоторым студенткам. Диалоги не учебного формата…

– И кто же распространяет эти слухи? – брюзгливо поинтересовался я.

– У меня есть свои источники, – уклончиво ответил ректор. – Но это правда, да?

– Конечно, нет.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

– Уважаемый… – я громко зашелся кашлем, перекрыв его официальное обращение по имени, – …вы вообще понимаете, что здесь уже не отделаться одним лишь увольнением? Вы вроде умный человек… Так почему же ведете себя как умалишенный?

Мои брови недовольно сошлись на переносице. Выговор и увольнение стерпеть я мог, но вот переход на личности вряд ли…

– Даже если и так… Значит, по-вашему, естественный интерес к противоположному полу, пусть и проявляющийся в ненадлежащем для его возникновения месте, представляет собой нечто неправильное?

– Не неправильное, а незаконное, – напомнил он и, достав из выдвижного ящика стола бумажку, сел и начал на ней что-то писать. – Я не знаю, насколько вы далеко зашли в неформатном общении с учениками, но слышал я достаточно. Каким бы умным не был ваш предмет, каким бы инновационным ваш подход к преподаванию всяким там не казался, правила переживут всех нас и мы должны им подчиняться…

– Но…

– Не задавая вопросов, – не дал мне высказаться ректор, – в противном случае, происходит это.

Он с удовольствием расписался на бумажке. Сощурившись, я разглядел, что это был приказ об увольнении.


Глава 15 Субъект | Субъект. Часть четвертая | * * *