home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 31

«…я сегодня кого-то порву…»

Ричард Томпсон. «Мне так хорошо»

Ты ведешь угнанную машину по заранее заданному маршруту.

Из динамика айфона звучит механический женский голос:

– Через пятьдесят футов… поверните налево.

Из семи остановок, зафиксированных в памяти телефона, пять пришлись на заправочные станции на развязках вблизи Кольцевой дороги.

Шестым оказался адрес того самого дома, который Кондор и Фэй взяли штурмом и от которого он угнал машину, на которой сейчас ехал.

Того самого, где они нашли Мерль.

По седьмому адресу, вероятно, располагалось то, что сейчас искал Кондор.

Знакомые улицы.

Кондор не мог вспомнить, когда он здесь бывал и бывал ли на самом деле – или ему довелось так много поколесить по американским городам и пригородам, что теперь все их улицы казались похожими друг на друга. Во всяком случае, ни пейзаж, ни строения за окном машины не имели ярко выраженных индивидуальных черт, благодаря которым можно было бы твердо сказать, что, к примеру, эта дорога ведет к штаб-квартире ЦРУ, Агентству национальной безопасности, ФБР, в комплекс «Z» или в Пентагон.

Где-то справа промелькнула железнодорожная насыпь – Кондору даже показалось, что он услышал вдали гудок и стук колес поезда.

Хватит воспоминаний и галлюцинаций.

Вернись в реальность.

Следуя указаниям механического женского голоса, он обогнул территорию кладбища.

В салоне угнанной машины сильно пахло бензином.

Думай, думай, думай.

Он ехал мимо скопищ домов – старых, заметно обветшавших и совсем новых, недавно построенных. Мимо пустых детских игровых площадок. Дома отделяли от дороги и друг от друга большие лужайки. В таких местах невозможно услышать, что происходит в доме напротив, справа или слева.

Вскоре после того как он миновал жилой комплекс со светло-зелеными оштукатуренными стенами, который когда-то явно был придорожным мотелем, механический голос навигатора произнес:

– Место назначения находится в ста футах с левой стороны.

Он проехал мимо объекта и остановил машину у обочины на противоположной стороне улицы, в полуквартале от него.

Здание было довольно внушительным. Два этажа, на втором, по всей видимости, три спальни, внизу – столовая, кабинет, гостиная, кухня, ванная. Наверняка имелся и подвал, где располагался котел отопления. Или что-нибудь еще.

Поначалу дом казался вполне обычным. Однако внимательный взгляд быстро обнаруживал некоторые необычные детали. Участок по площади был раза в два больше остальных и обнесен черным железным забором высотой не до бедер, как остальные жилые строения в районе, а в рост человека. Ограда надежно закрывала участок от любопытных взглядов соседей и могла стать достаточно серьезным препятствиям для тех, кто захотел бы навестить хозяев без приглашения. Белая краска, которой был выкрашен дом, местами немного облупилась, так что казалось, будто ее было бы неплохо освежить. Однако при тщательном осмотре можно было заметить, что стены здания слегка поблескивают на солнце – их покрывал особый светоотражающий лак, который невозможно купить ни в одном магазине. Окна первого этажа тоже были особенными. Стекла с голубоватым оттенком прекрасно пропускали свет, но при этом не позволяли разглядеть сквозь них хоть что-нибудь внутри. К тому же они были настолько толстыми и прочными, что им не причинил бы ни малейшего вреда не только камень, брошенный каким-нибудь хулиганом, но даже пуля. Двойные двери парадного входа тоже выглядели вполне обычно для Америки, в которой преступность давно стала одной из весьма острых проблем, – но только на вид…

Налицо были и другие признаки того, что навигатор не ошибся и привел Кондора именно туда, куда нужно. На довольно большом расстоянии от дома стояло похожее на гараж отдельное строение, которое легко вместило бы два коричневых фургона службы доставки вроде того, который утром Кондор использовал при подготовке к штурму здания на окраине города. Хотя кабелей, соединяющих дом и строение, защищенное от удара молнии мощным громоотводом с заземлением, не было видно, Кондор не сомневался: внутри находится мощный резервный электрогенератор, соединенный с подземным хранилищем горючего. Знал он и то, что прямоугольные стеклянные панели на крыше дома – их мешали как следует разглядеть весьма продуманно высаженные на участке деревья – не что иное как батареи, преобразующие солнечную энергию в электрическую. Имелось и еще одно свидетельство того, что никакой ошибки нет – пожалуй, наиболее убедительное: сразу три спутниковые тарелки, установленные на крыше дома.

На посыпанной гравием подъездной дорожке, ведущей к дому, стоял далеко не новый, выпущенный девять лет назад, потрепанный американский седан с несколькими вмятинами на корпусе.

Словно кинорежиссер на съемочной площадке, Кондор тихо скомандовал сам себе: «Начали».

Открыв дверь, он выбрался из машины на тротуар и направился к дому. Он понимал, что прекрасно виден на мониторах камер наблюдения, но сейчас это его не волновало – при желании его могли бы убить прямо в машине, как только он подъехал.

«Можно побиться об заклад, что сейчас всех полицейских и спецназовцев отправили как можно дальше от этого места», – подумал он.

Тем не менее, открыв задвижку и распахнув калитку в черном металлическом заборе, он, с хрустом шагая по гравию дорожки к парадному крыльцу, достал из кобуры пистолет сорок пятого калибра.

Пальцы левой руки сжали ручку алюминиевой наружной двери.

Электрического разряда не последовало. Под ногами не открылся люк, увлекая Кондора в бездну. Сирена сигнала тревоги тоже не взревела.

Алюминиевая дверь заскрипела, когда он открыл ее.

Кондор нажал свободной левой рукой на медную ручку внутренней двери. Ручка подалась вниз, дверь приоткрылась. Сквозь образовавшуюся щель пахнуло резким запахом бензина.

Со всей быстротой, на которую он был способен, Кондор, усталый мужчина шестидесяти с лишним лет с обритой наголо головой, шагнул через порог, спиной захлопнул внутреннюю дверь и бросился в дом, направляя ствол пистолета то прямо по ходу движения, то вправо, то влево. Добравшись до лестницы, ведущей на второй этаж, он взял под прицел оба пролета и осмотрелся.

На вешалке в холле висели дождевик, теплая парка, застиранная коричневая куртка с коричневым (не розовым) капюшоном и сшитое по эскизу какого-то нью-йоркского дизайнера недлинное, выше колен, пальто из дорогой коричневой кожи.

Объектив ближайшей камеры наблюдения был направлен прямо на Кондора, который с оружием в руках стоял в напряженной позе, слегка присев, и вертел головой во все стороны.

У стены в холле он увидел две красные пластиковые пятигаллонные канистры, на которых было написано: «БЕНЗИН».

Бесшумно ступая, Кондор, не опуская пистолет, прошел в глубь холла.

На темно-коричневом истертом паркете, покрывавшем полы, не было ни пылинки. Ничего удивительного: в доме регулярно проводили уборку люди из клининговой службы Агентства национальной безопасности, штаб-квартира которого находилась в Форт-Миде. Уборщики не понимали, с какой стати им приходится мотаться в федеральный округ Колумбия в машинах, раскрашенных для маскировки точно так же, как автомобили фирмы «Работы по дому», чтобы навести чистоту в каком-то частном жилище. Однако их предупредили, что любые разговоры с кем-либо об этой странной работе будут приравнены к распространению секретных сведений и грозят им тюрьмой, так что недовольство и удивление они держали при себе.

Стены в доме были выкрашены в успокаивающий цвет слоновой кости.

Прямо перед Кондором, по другую сторону просторного холла, там, где начиналась ведущая на второй этаж лестница, потолки дома уходили вверх высокими арками. В обычном доме под их сводами справа и слева располагались бы большая гостиная, столовая, малая гостиная, но здесь все было иначе.

Кондор, прижимаясь к стене, прошел вдоль холла и быстро осмотрел помещения.

В большой комнате справа он увидел белую школьную доску, чисто вытертую, без каких-либо надписей. Еще там были файловые шкафы с выдвижными ящиками, полки с компьютерными дисками и несколько огромных серверов. Рядом с серверами стояли две пятигаллонные, старого образца металлические канистры для бензина – такие были в ходу во времена вьетнамской войны.

Кондор взялся за рукоятку своего тяжелого пистолета двумя руками и направил ствол оружия в потолок. Ноздри его уловили исходящий от пистолета запах оружейного масла и сгоревшего пороха. Палец Кондора, лежащий на спусковом крючке, напрягся.

Теперь или никогда.

Броском преодолев десяток футов, он, держа пистолет перед собой на вытянутых руках, ворвался в помещение, которое могло бы быть гостиной.

Прямо перед ним за огибавшим ее полукруглым столом сидела она.

Стол представлял собой огромную сенсорную панель, поверхность которой была чуть наклонена в ее сторону. Кондор обратил внимание на покрытые ярко-красным лаком ногти, довольно коротко остриженные, как у людей, которым приходится много работать на клавиатуре компьютера. Сенсорная панель, находившаяся в неактивном режиме, была прозрачной, и Кондор легко разглядел на почти пустой поверхности обоюдоострый кинжал.

Нож для вскрытия писем на столе, где нет ни одного листка бумаги.

В ее волосах цвета ржавчины виднелись серебряные нити. На фоне рыжих волос кожа лица казалась бледной. На женщине было синее деловое платье с открытым воротом, приталенное, длиной чуть выше колен, плотно облегавшее ноги в черных колготках. Стоя у аркообразной двери, Кондор держал женщину под прицелом и никак не мог определить, есть ли у нее на лице, как раньше, веснушки. В остальном она была такой же, как прежде – высокие скулы, ярко-синие глаза. Разве что мимические морщинки у глаз обозначились резче. На тонких, накрашенных ярко-красной помадой губах играла улыбка.

Похоже, она специально принарядилась для этого случая.

Для тебя.

Правильная стратегия всегда начинается с отвлечения внимания.

У нее был высокий, сильный, выразительный голос.

«Ты могла бы стать звездой рок-н-ролла», – сказал он ей когда-то. Тогда она только улыбнулась в ответ.

– Тебе всегда хотелось иметь большой пистолет, – произнесла она.

– Что хотел, то и получил.

– Надеюсь, теперь ты счастлив.

На столе у нее нет ничего, кроме кинжала, который находится как минимум в шести дюймах от ее руки. Кондор, продолжая держать женщину на мушке, боковым зрением обшарил комнату, но ничего похожего на оружие не обнаружил. На книжных полках стояли книги и предметы искусства.

Взгляд его на секунду задержался на канистрах с бензином, стоявших у окна с дымчатыми голубоватыми стеклами.

– Значит, вот как ты теперь выглядишь. Постарел. Я думала, ты сохранишь свою шевелюру, – сказала она.

– Время идет, что-то уходит.

– А кое-что возвращается.

Поворот влево, поворот вправо. Разворот, чтобы увидеть, что происходит за спиной. И вот она снова на мушке. За несколько мгновений, пока Кондор на всякий случай осматривался, она не шелохнулась. Ее взгляд по-прежнему был устремлен на него.

– Здесь только ты и я, мальчик.

– Я уже давно не мальчик.

– Значит, ты решил уйти и взвалить всю ответственность на меня? Весь такой взрослый? Такой… психически здоровый?

– Сейчас мое состояние гораздо лучше.

– И что? Это станет проблемой?

– Это ты так считаешь, – ответил Кондор. – Именно поэтому ты и пыталась меня убить.

– Будь справедлив: изначально задачей оперативников было запереть тебя где-нибудь, где ты находился бы в безопасности и не подвергался стрессу. Где бы о тебе заботились. Решение убить тебя было принято только после того, как ты пошел против программы. Скажи честно, тебе никогда не приходилось совершать ошибок?

Кондор, не отвечая, несколько секунд смотрел на нее. Потом опустил пистолет и убрал его в кобуру, чувствуя, как гулко и часто колотится сердце.

– Значит, ты пришел не для того, чтобы меня убить, – сказала она.

– Но и не для того, чтобы здесь умереть.

– Тогда зачем?

– Ты ведь знала, что я сюда направляюсь.

– Ты засветился в компьютерных системах.

– Нет, ты еще до этого знала, что я приду, – возразил Кондор. – Поэтому присвоила мне как цели высший приоритет.

– Учитывая, что ты появился здесь, можно сказать, что я была права.

– Похоже, мы имеем дело с самореализующимся предсказанием.

– Если человек сам не может реализовать собственное предсказание, никто не сделает это за него.

– Я не понимаю одного, – нахмурился Кондор. – Ты действительно мразь, готовая на все ради власти, или просто в какой-то момент сошла с ума? Или, может быть, система проглотила и переварила тебя, как и многих других?

– Какая тебе разница. Кстати, должна признать – на мониторах камер наблюдения ты выглядел неплохо. Я не о твоей лысине – вообще, в целом. – Кроваво-красные губы растянулись в улыбке. – Женщина по имени Мерль – это что, моя замена?

– Она никогда не была для меня коллегой с протекцией. Мы с ней никогда не конкурировали и не конфликтовали. Были просто сослуживцами – и все.

– Она, однако, пошла на сотрудничество с тобой. Видно, ты был ей небезразличен, если она не смогла тебе отказать. Я не посмотрела – она мертва?

– Не на что там смотреть.

– Ну а ты? – спросила женщина с холодной улыбкой.

По этой улыбке понятно, что она очень хорошо тебя знает.

Точнее, знала.

Кондор чуть сместился влево, чтобы лучше видеть ее правую руку – она была правшой. Но рука по-прежнему неподвижно лежала на столе на расстоянии нескольких дюймов от кинжала.

– Почему ты не сбежала? – поинтересовался Кондор. – Десяток нажатий на клавиши клавиатуры – и ты могла бы исчезнуть, превратившись в богатую вдову, живущую где-нибудь на берегу теплого моря.

– Зачем мне бежать куда-то, если я могу находиться где угодно, будучи здесь? Время и пространство – всего лишь иллюзия. Все зависит от того, сколько информации в твоем распоряжении. Кроме того, возможно, я ждала тебя.

– Зачем?

– Любому нужен кто-то, с кем можно поговорить. Вся жизнь – это своеобразный разговор. Люди задают вопросы и получают ответы.

– И именно этого ты хочешь от меня сейчас. Ответа.

– Я хочу получить все, что могу. И так или иначе, я получу от тебя все, что мне нужно.

– А как быть с этим? – Кондор кивнул на стоявший перед ней гигантский тачскрин в виде стола.

– То, что я получу – точнее, мы получим, – станет платой, которая всех устроит.

– А что, люди начинают нервничать? Им становится не по душе работать на систему? Вероятно, именно потому я внезапно и стал угрозой – по той причине, что ко мне начал возвращаться разум?

– Люди всегда нервничают. Именно поэтому у них появилась я. И ты. – Женщина пожала плечами. – Контроль всегда был слишком сложной задачей для одного человека. Мы заставили систему работать. И вот теперь мы снова вместе. Новые мы – это может быть очень занятно. И конечно, жизненно важно.

– А для чего здесь канистры с бензином?

– Я женщина осторожная.

– А если ты не сможешь осуществлять функцию контроля…

– Ты хочешь сказать, почему бы не передать ее кому-то еще?

– Только не мне.

– Тогда, может быть, нам? – улыбнулась женщина. – Или еще вариант: нам, но лишь на некоторое время. Чтобы у тебя был выбор. Возможность осуществить перезагрузку. Дело в том, что я привыкла заниматься серьезными делами, тем, что действительно важно, а не какой-то ерундой.

– Значит, тот агент, которого распяли на моем…

– Он был некомпетентным сотрудником и пьяницей. Хуже того – он продавал источники и методику работы нашей разведки частному заказчику. Этот болван думал, что он получает деньги, рассекречивая то, что все равно будет доступно частным охранным организациям через каких-нибудь пять лет. Он не понимал, что его клиенты – всего лишь ширма и что на самом деле он сливает информацию террористам.

– Значит, ты разделалась с ним и заодно подставила меня. Убила двух зайцев одним выстрелом. А как быть с этим парнем, Крисом, которого тоже убили? А с Мерль? С Фэй?

– Они не просто имена.

– Вот именно. Они люди.

– Они – массивы данных. Возможно, при оценке возможных угроз система и вышла немного из-под контроля, но кто в этом виноват?

– Тот, кто превратил этих людей в цели, – сказал Кондор и покачал головой. – И это был не я.

– Правда? А может, то, что случилось с ними, – лишь последствия того, что ты создал? Чего-то, что ты сделал?

– Всем руководила ты.

– Я взяла на себя контроль, когда ты вышел из строя. Ты сам усадил меня в это кресло. И тебе прекрасно известно: то, чем я занимаюсь, чем занимается система, то, чем занимался ты, – необходимо. Если мы не станем этого делать, значит, контроль захватит кто-то другой. Наша задача – останавливать зло еще до того, как оно стало реальностью. Я делаю то, что ты и хотел, и мне это нравится.

Кондор стал медленно обходить стол. Женщина продолжала сидеть, напряженно глядя на него.

Канистры с бензином, огнестрельное оружие, нож для разрезания бумаги, который больше похож на кинжал. Наверное, у нее под рукой есть какие-то кнопки. Чем она воспользуется?

– И вот теперь ты здесь, – снова заговорила женщина. – И ведешь себя не как псих, который задает себе только один вопрос: «А что, если?» При том, что мы оба знаем, что ты и есть именно такой псих. Нет, ты, как и предвидела программа, ведешь себя иначе. Похоже, на этот раз ты в самом деле можешь все деактивировать и уничтожить, то есть сделать то, что в прошлый раз тебе не удалось – тогда, когда ты слетел с катушек. Сейчас ты тоже сумасшедший?

– Кто знает. А ты?

– Кого это волнует? Я женщина одинокая. И тебе это известно. Именно поэтому ты меня в свое время и привлек.

– Нет, – возразил Кондор. – Просто ты была лучшей среди женщин, работавших в аналитическом отделе ЦРУ. И после того как стала работать со мной, ты сумела вычислить Бен Ладена.

– Может, и так. – Женщина скрестила ноги. При этом движении платье поползло вверх, обнажив край черного кружевного белья. «О боже, – подумал Кондор, – на ней не колготки. На ней чулки и пояс с резинками». – Ты все время делал вид, что не обращаешь внимания на мои ноги. Это было так… трогательно.

Обойдя вокруг стола, Кондор остановился справа от женщины и достаточно близко от нее. Расстояние, во всяком случае, позволяло атаковать. Взгляд ее был устремлен прямо вперед. Однако она, хотя и не смотрела на Кондора, боковым зрением следила за каждым его движением.

Кинжал по-прежнему лежал рядом с ней на огромной сенсорной панели в виде стола. Осторожно протянув руку вперед, Кондор провел пальцами по сверкающему клинку. Ее рука, которая была всего в шести дюймах от ножа, чуть дрогнула. Кондор почувствовал свежий цветочный запах ее духов.

– И что же нам теперь делать? – спросил он и, переместившись вперед и влево, оказался за спинкой ее кресла.

Теперь его ноздри уловили запах ее волос, чуть подкрашенных у корней. На шее у женщины висела тонкая золотая цепочка, конец которой скрывался в V-образном вырезе платья. Кондор знал, что она носит на цепочке амулет, подаренный ей террористкой, схваченной и перевербованной в лагере беженцев в Дарфуре.

Когда-то она рассказывала Кондору эту историю, и в глазах у нее стояли слезы, но она так и не заплакала.

Нас объединяют песни нашей молодости.

Он навис над женщиной, сидящей за громадным, выполненным в форме стола тачскрином, подобного которому налогоплательщики, купившие его, не видели никогда в жизни. Она не смотрела на Кондора и держалась как ни в чем не бывало, словно ничего необычного не происходило.

Наконец она подняла голову и взглянула на него снизу вверх синими глазами. На губах у нее появилась улыбка-приглашение.

– Такое ощущение, что мы всегда на шаг отстаем от жизни, – сказал Кондор.

Она поняла, что он говорит о сенсорной панели.

– Мне тоже так кажется. Хотя я находилась здесь и пользовалась всем этим несколько дольше, чем ты.

Женщина запрокинула лицо, медленно подняла левую руку и отвела в сторону прядь рыжих волос, упавшую ей на глаза.

– С годами жизнь становится все интереснее. Я рада, что ты никогда не комплексовал по поводу своего возраста, – сказала она.

Кондор поднял правую руку и поднес ладонь к поверхности сенсорной панели.

– Так правильно? – спросил он и увидел, как, уловив тепло его руки, тачскрин засветился.

Он осторожно взял женщину ладонью за подбородок и еще больше запрокинул ей голову, не сводя глаз с ее лица. Тело ее напряглось, но больше она ничего не успела сделать.

Ребром ладони Кондор резко ударил ее по горлу.

Голова женщины, скользнув по спинке кресла, свесилась набок.

Возьми ее покрепче за затылок и за подбородок и резко дерни голову в сторону!

Кондор услышал хруст ломающихся позвонков и, пошатываясь, шагнул назад.

Он убил ее своими руками. Это не было приказом системы. У него был выбор, и он его сделал. Ему хватило для этого характера.

Кондор снова попятился и уперся спиной в стену. Кобура с пистолетом вдруг показалась ему невыносимо тяжелой. Левой ногой он задел что-то твердое и услышал гулкий звук. Посмотрев вниз, Кондор увидел пятигаллонную канистру с бензином.

Он вспомнил, что такими канистрами начинен сверху донизу весь дом. И еще – что он приехал сюда на машине, припаркованной неподалеку от дома на другой стороне улицы. Проделав все необходимые манипуляции, словно автомат, он покинул дом и направился к автомобилю.

Из окон дома вырвались оранжевые клубы пламени. Через долю секунды после этого оглушительно ухнул взрыв. Пламя принялось пожирать обломки здания, пряча свою разрушительную работу за плотными клубами черного дыма.

Сидя в машине и глядя на эту картину в зеркало заднего вида, Кондор неожиданно для самого себя осознал, что в руке у него снова оказался пистолет.

С удивлением глядя на оружие, он вдруг услышал, как кто-то спросил: «Ну и в кого ты теперь собираешься стрелять?»


Глава 30 | Сборник шпионских романов (Кондор) | Глава 32