home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава восьмая. Большое интервью

Признаться, общение с руководством оставило у меня больше вопросов, чем ответов. Все эти меры — назначение награды за головы Тумора-Анху Ла-Фина и его внучки, спонтанное решение о продаже платины на миллионы кристаллов через едва знакомых гэкхо, отказ от изучения оборудования Тёмной Фракции ради технологий более развитых космических рас и ставка на закупку вооружения, а не на собственное производство — выглядели скорее, как шаги отчаяния, чем серьёзно просчитанные действия.

У меня даже сложилось впечатление, что начальство само находилось в некоторой растерянности и не знало, какие коррективы вносить в стратегию развития фракции, но при этом понимало, что перемены жизненно необходимы. Недавнее боестолкновение с Тёмной Фракцией показало всю шаткость наших позиций и ограниченность ресурсов как человеческих, так и материальных. Да, фракции тогда повезло, и удалось сохранить ноду «Восточное Болото». Но без нефтедобычи эта непригодная для сельского хозяйства болотистая территория сама по себе не имела особого смысла. Восстановить добычу и переработку нефти, насколько я понял, было очень непросто, раз уж фракция тратила жутко дефицитную валюту на закупку и доставку какого-то оборудования. И если речь шла о пароме гэкхо, а не доставку своими силами, это значило, что солярки для «Пересветов» не хватало, а возможно и сами грузовики получили серьёзные повреждения и находились в ремонте.

В общем, пребывал я в глубокой задумчивости, хотя данные лично мне поручения не выглядели такими уж сложными. Капитан Ураз Тухш явно заинтересуется возможностью выгодно перепродать платину, в этом я нисколько не сомневался. А уж просканировать с помощью Сканера Изыскателя пару-тройку звездолётов, пролетающих в туннеле пиратской станции — вообще плёвая задача, разве что нужно будет предупредить экипаж «Шиамиру» и заранее отключить электронику.

Я был настолько задумавшимся, что не сразу даже обратил внимание на то, что за время моей беседы с руководством под Куполом стало темно. Работало лишь ночное освещение, по пустынным дорожкам парка двигалась поливальная машина. Сперва друзья привели меня к медицинскому блоку, где Иришка сама пинцетом сняла у меня с носа медицинские скобки и продезинфицировала оставшиеся крохотные ранки. Вся операция заняла максимум две минуты, и про сломанный ещё три дня назад нос больше ничего не напоминало.

Затем друзья в сопровождении группы телохранителей повели меня к отдельно расположенному жилому корпусу, скрытому от посторонних глаз за теннисным кортом и густыми деревьями искусственного парка. У входа стояла пара крепких охранников, но нашу группу они без проблем пропустили внутрь. Дежурившая симпатичная ночная дежурная улыбнулась мне, показав безупречно ровные жемчужные зубы, и указала на лифт:

— Герд Комар, поднимайтесь на второй этаж, коридор направо. Ваш номер там единственный, не ошибётесь.

Я поблагодарил девушку за информацию и прошёл в кабину лифта. Второй этаж, короткий коридор влево и вправо, две внешне одинаковые двери. Кто являлся моим соседом по этажу, я понятия не имел. Вполне возможно, что другой номер просто пустовал.

Входная дверь открывалась той же картой, которая использовалась для заказа товаров под Куполом. Свет автоматически зажегся, стоило нам войти, и я не удержался, присвистнув от удивления. Обстановка решительно отличалась от той поистине спартанской комнаты, где я до этого проживал вместе с тремя другими отчисленными студентами. Вычурная мебель, дорогие ковры, хрустальные люстры и лепнина на потолке… всё вокруг просто кричало о роскоши. А ещё при входе у двери стояло электрическое передвижное кресло и костыли. Вот за эту заботу отдельное спасибо!

— Завтрак, обед и ужин можно заказать прямо в номер, — уже виденная мною девушка не стала подниматься на лифте вместе с остальными, а прошла по лестнице и теперь показывала мне комнаты.

Шикарная ванная. Большой холл, на стене терминал для заказа всего необходимого. Бар с набором всяческого алкоголя. Рядом встроенный холодильник, отнюдь не пустой. Спальня с огромной кроватью, на которой поместился бы и десяток человек. Много всякой электроники, от музыкального центра и игровой приставки до громадного телевизионного экрана едва ли не во всю стену. В общем, новое жильё мне решительно нравилось.

Ночная дежурная снова привлекла моё внимание и сообщила:

— Меня зовут Аня, мою дневную сменщицу тоже Аня, так что легко запомнить. Герд Комар, к завтрашнему утру от вас будет нужен список друзей, чтобы передать его охране. Никто, кроме указанных в списке лиц, не сможет проходить в этот охраняемый корпус. Жалюзи на окнах закрываются с пульта. Сменное бельё в том шкафу, грязную одежду бросайте в эту корзину. Если понадобится что-то ещё, звоните с терминала в любое время суток.

Едва за Аней закрылась дверь, мои друзья тоже неожиданно стали прощаться. Как так? Я-то надеялся посидеть вместе, поболтать об игре и жизни, может даже проинспектировать бар и отметить моё новоселье…

Имран на все мои уговоры лишь разочарованно развёл руками:

— Извини, Комар. Алкоголь я не пью, хотя посидел бы за компанию с удовольствием. Вот только второй час ночи, а нам с Иришкой уже через четыре часа входить в игру на патрулирование «Жёлтых Гор» во вторую смену. Может, завтра вечером отметим? С нами и Маша тогда придёт, и другие ребята.

Иришка, как мне показалось, сперва заколебалась и даже подумывала остаться, но в итоге тоже вслед за Имраном сослалась на поздний час и утреннюю работу.

— Комар, я тоже спать, — извинился и Дмитрий Желтов. — На звездолёте я уже полтора суток без сна, так как не отдыхал, а выходил в реал под Купол и общался с руководством. Завтра вечером присоединюсь к вашему веселью, если ты не против.

Дверь за друзьями закрылась, и я совершенно неожиданно для самого себя остался один. Было даже непривычно. Все последние дни вокруг меня кипела жизнь, происходили какие-то события, так что я даже не знал, что делать с выпавшим свободным временем.

Опробовал электрическое инвалидное кресло в качестве способа передвижения. Изучил комнаты, перекусил сооружёнными на скорую руку бутербродами. Включил музыку фоном, чтобы не сидеть в тишине. Начал было набирать ванну, но посмотрел на загипсованную ногу и отказался от этой затеи, ограничившись просто умыванием и сменой белья. Спать совершенно не хотелось, несмотря на глубокую ночь. Вот только чем заняться?

И тут, словно отвечая на мой невысказанный вопрос, раздался стук в дверь. Кого это несёт глухой ночью? В любом случае, кто бы ни пришёл, хоть какое-то развлечение. Я лихо подкатил к входной двери на кресле, едва не перевернувшись при резком повороте, и открыл замок. На пороге стояла незнакомая девушка. Приятное лицо, подведённые косметикой глаза, каштановые слегка вьющиеся волосы до середины спины, стройная фигура. Девушка была очень высокого роста, за метр девяносто, и с офигенно длинными ногами. Судя по одежде, пришла она с теннисного корта — кепка на голове, спортивная сумка через плечо, безрукавка с номером «1555», короткие шорты, гольфы и спортивные ботинки.

— Раз вижу синие глаза, значит я не ошиблась, и ты Комар. В смысле, Кирилл, — вместо приветствия проговорила незнакомка и, не спрашивая моего разрешения, бесцеремонно обогнула кресло и прошла внутрь номера. — Ух ты! А неплохо у нас живут «статусные» игроки. Совсем неплохо! Стану гердом, потребую себе номер не хуже твоего. Кстати, если ты не в курсе, я Лидия Вертячих, официальная журналистка фракции.

Я уже и сам догадался к этому моменту, кто посетил меня глубокой ночью, но признание девушки окончательно убрало последние элементы сомнения. Лидия скинула ботинки, устало плюхнулась в кресло и вытянула свои ноги.

— Только-только вернулась из «Карелии», где начато строительство форта. Шестнадцать километров пешком в каждую сторону, так как никакой транспорт в «Карелию» сейчас не ходит. И хоть материал для моих репортажей получился отменным, но если бы ты знал, Кирилл, как я задолбалась за этот бесконечный день! И не успела выйти из вирткапсулы, как меня вызывают к руководству фракции и дают срочное задание взять интервью у герд Комара! Ладно бы ещё в игре, я с этого хоть навыки Журналистки прокачиваю и уровни получаю, но в реале… Признаться, хотелось послать всех к чёрту и идти отдыхать. Был бы вместо тебя кто другой, я бы так и сделала. Но ты же вообще неуловимый — в игре тебя не найти, да и под Куполом застать тоже непросто…

Лидия закончила свою эмоциональную речь, заложила ногу за ногу и бегло осмотрела холл. Взгляд журналистки остановился на мини-баре и холодильнике.

— Мартини со льдом и апельсиновым соком, плюс что-нибудь на перекуску вроде фруктов или пирожных, и я приду в себя… — девушка резко замолчала, скептически посмотрела на мою инвалидную коляску и загипсованную ногу. — Ладно, сама себя обслужу. И тебе могу налить, Комар, что скажешь. Но прежде, чем начнём беседу, мне бы всё же принять душ. Днём меня срочно сдёрнули в игру с теннисного корта, и я прямо чувствую сейчас исходящий от меня запах пота.

Что же, насчёт теннисной формы я не ошибся. Указав девушке на дверь в ванную, я пообещал сам разлить вино и нарезать фрукты, пока она моется. Ждать девушку пришлось долго, минут сорок. Если бы не звук льющейся воды и изредка доносящееся из ванной пение, я бы решил, что Лидия там уснула. Наконец, дверь открылась, и моя новая знакомая вышла в тёплых тапочках на босу ногу, банном халате и полотенце, замотанным на голову в виде тюрбана.

— Ух, хорошо-то как! Словно заново родилась! До этого еле доползла до тебя, каждая мышца ныла от боли и усталости.

— Знакомое ощущение, — усмехнулся я. — Сам в первые дни игры после выхода из вирткапсулы перемещаться мог едва ли на четвереньках.

— О! Ты уже всё разложил на столе! Предлагаю тогда совместить интервью с поздним ужином. И для начала давай первый тост — за наше знакомство!

Мы выпили, после чего Лидия достала из сумки блокнот, ручку и диктофон. Раскрыла блокнот, поставила дату, после чего задумалась… и отложила ручку в сторону.

— Признаюсь, Комар, мне совершенно неинтересно и невыгодно задавать вопросы тут в реале. Я с этого ничего не получаю, и если бы не прямой приказ руководства, то отложила бы все вопросы до нашей встречи в игре. С другой стороны, это нужно тебе, чтобы фракция больше узнала о твоих свершениях… Поэтому предлагаю сыграть в небольшую игру. Будем подбрасывать монетку — если выпадет орёл, я задаю вопрос, ты отвечаешь. Если же выпадает решка… решка… что бы такое придумать, чтобы у тебя интерес сохранялся? Ну, скажем, я снимаю один элемент своей одежды!

Что?! Мои брови полезли наверх от удивления. У меня в жизни пару раз брали интервью, но никогда на таких необычных и интригующих условиях. Лидия же уточнила, пока я не успел ни согласиться, ни отказаться:

— Бросаем монетку десять раз, не больше. На мне сейчас пять деталей одежды, включая это полотенце на голове, так что вполне возможна ситуация, что моя одежда кончится, а броски монетки ещё останутся. Что же, мы оба не маленькие, так что легко договоримся, как мне расплатиться. На мой взгляд, всё честно — может получиться как большое интервью из десяти вопросов, так и интересное времяпровождение.


К шестому часу утра закончилась вторая бутылка «Мартини», весь сок и даже большой набор шоколадных конфет с ликёром, который я заказал с терминала в третьем часу ночи со срочной доставкой. Счёт бросков монетки к этому моменту был четыре-четыре, и изрядно раскрасневшаяся и хихикающая Лидия сидела у меня на коленках в одних лишь полупрозрачных трусиках. Диктофон и блокнот давно уже были убраны в сумку, однако, как это ни удивительно, интервью продолжалось, и журналистка задавала мне вопросы о приключениях Комара, внимательно выслушивая ответы. Пьяной полуголая девица вовсе не была и вполне контролировала происходящее, хотя пила вино наравне со мной. Видимо, сказывался опыт студенческих вечеринок, да и миниатюрной мою высоченную собеседницу назвать бы не повернулся язык, так что доза алкоголя ей требовалась не меньшая, чем мне самому.

— Но-но, не шали! А то снова отсяду от тебя на диван! Комар, ты ещё не выиграл право лапать меня! — в очередной раз Лидия хлопнула меня по рукам, потянувшимся было к её колышущимся прямо на уровне моих глаз грудям. — Не путай раскрепощённость и распутство!

Это было любимой темой для самой Лидии, и она уже минимум трижды за эту ночь просветила меня в различиях этих терминов. По словам девушки, раскрепощённость — весьма полезная черта для журналистки, позволяющая чувствовать себя комфортно в любом коллективе. И потому в том, что она сидела тут в полуголом виде на коленях у мужчины ночью в его номере, ничего зазорного журналистка не видела, так как считала, что именно такое её поведение сняло с меня стеснительность и позволило поговорить по душам. Но вот перейти определённую границу в вольностях собеседница всё же мне не позволяла.

Всё это было интересно и даже выглядело достоверно… вот только ещё пару часов назад, после очередного тоста на брудершафт, я встретился с Лидией взглядом и считал её мысли. А потому знал, что девушка в целом не против близости и, собственно, ради этого и пришла ко мне в номер. Знал, что в сумочке у моей хитрющей собеседницы находятся две выданных ей «особистом» внешне одинаковых монетки, вот только одна из них всегда падала решкой вверх, а другая вверх орлом.

Любовью тут, естественно, и не пахло, а был голый (во всех смыслах этого слова) расчёт. Выполняя задание руководства фракции, Журналистка рассчитывала занять вакантное место подруги новоиспечённого герд Комара, получив буст Известности в виртуальной игре и солидные материальные выгоды в реальном мире. Сам Комар взамен получал целую серию красочных репортажей о своих подвигах и полностью лояльную Журналистку, с помощью которой возможно было исправить негативное отношение коллектива. А ещё руководство, а конкретно Александр Антипов, с помощью появившейся подруги хотел укрепить тот поводок, который связывал Комара с фракцией H3.

Признаться, от таких знаний мне стало очень грустно. Ведь одно дело ухаживать за симпатичной девушкой, искать к ней подходы, переживать за исход каждого свидания… и совсем другое знать всё заранее. Совсем не те эмоции. А ещё я не ощущал от Лидии никаких тёплых чувств ко мне, да и сам совершенно не видел её в качестве своей постоянной девушки. Но конечно же я и не думал прогонять свою ночную посетительницу — всё-таки держащим обет целомудрия монахом я вовсе не являлся, и от хорошего секса с красивой девушкой никогда не отказывался. Так что в определённый период времени цели мои и фракции совпадали, и я готов был подыгрывать Лидии.

— Давай снова подкинем монетку! — предложила Журналистка, бросила мелкую монетку в пустой фужер, потрясла его и перевернула над столом.

Мне даже не нужно было смотреть на монетку, чтобы знать результат, его я и так предвидел заранее. Чтобы Журналистке довести своё «ночное интервью» до логического конца и сблизиться со мной, оба следующих раза должна была выпасть решка. И действительно, весёлый крик Лидии огласил комнату:

— Решка! А тебе везёт, Комар! Снимешь с меня трусики, или мне самой это сделать?

Раскрасневшаяся от алкоголя девушка с хитрым прищуром улыбалась и смотрела мне прямо в глаза. Кстати, зря она это делала… Отмечая краем сознания, как мои руки начали стягивать последний элемент одежды с кажущихся бесконечно длинными ног девушки, я сосредоточился совсем на другом:

«Ну вот затянувшаяся прелюдия почти закончена, а этот дурачок так и не догадался. Всё на самом деле складывается замечательно, зря я так переживала. Ошиблась изначально с определением его психотипа, чуть не отпугнула парня своим поведением. Вовремя перестроилась. Очень повезло, что он не сорвался. Хотя, если действительно правда, что у Комара уже десять дней не было девушки, никуда бы он от меня не делся. В таком состоянии он и на резиновую куклу возбудился бы! Даже сквозь брюки чувствуется его интерес. Наверное, десятый бросок кубика будет уже лишним, нужно действовать прямо сейчас. А то загадает ещё в качестве желания какую-нибудь ерунду вроде станцевать голой на столе. С этого простачка станется. Нет, нужно самой брать инициативу в свои руки и демонстрировать Комару, насколько я хороша в постели. Или не стоит тащить в постель, всё-таки нога сломана у него? Тогда лучше прямо тут в кресле? Главное во время секса договориться о том, чтобы я осталась в этой комнате отдыхать и отсыпаться, Комар точно не откажет. А после отдыха ещё пару раз закрепить результат, и тогда можно уже будет переселиться сюда навсегда. И потом рассказать всей фракции, что отныне я — подруга герд Комара, рост Известности будет…»

— И что тут у нас происходит, сосед?!

Раздавшийся над самым ухом недовольный голос самым грубейшим образом вырвал меня из сосредоточенного состояния считывания мыслей. Я испуганно вздрогнул и потерял концентрацию, а вместе с ней выронил тонкие белые трусики, которые до этого благополучно стянул-таки со своей гостьи и ловко крутил на пальце правой руки. Герд Тамара?! Что эта девчонка делает у меня в номере?! Как вошла? Неужели после курьера с шоколадом мы с Лидией двери забыли закрыть?

По закону подлости предмет нижнего белья улетел как раз в сторону нового действующего лица, и лидер Второго Легиона с выражением крайней брезгливости двумя пальцами сняла со своего плеча чужие трусики, швырнув их прямо в лицо Лидии.

— У тебя пятнадцать секунд на то, чтобы одеться и покинуть чужой номер! — произнесла суровая паладинша своим знаменитым пробирающим до костей властным голосом, после чего обернулась к застывшим в дверях сопровождающим своего лидера бойцам. — Ребята, помогите заблудившейся Журналистке добраться до её комнаты. Если не успеет одеться, тащите её прямо так голой!

Лидия Вертячих не стала искушать судьбу и перечить грозной паладинше. Запахнувшись в наброшенный на плечи банный халат и кое-как побросав свои вещи в сумку, моя ночная гостья бегом поспешила на выход прямо так босиком. Я же, признаться, на какое-то время потерял дар речи от нереальности происходящего и потому даже не вмешивался.

Но когда за Лидией и бойцами Второго Легиона закрылась дверь, и в комнате осталась только Тамара, я набросился на неё с упрёками. Какого хрена она тут командует?! Я взрослый человек, и в своём номере имею право принимать кого захочу, и когда захочу! И вообще, что она сама тут делает, если я её не приглашал?!

Я ожидал от соседки по этажу споров, криков, бурного скандала. Но меньше всего был готов к тому, что в ответ на мои упрёки суровая вызывающая ужас в стане врагов герд Тамара… закроет лицо руками и разревётся!

— Я… не знаю, что на меня нашло! Прости, Комар, ты верно сказал… Я не должна была так поступать… Не сдержалась. Нервы сдали. Просто я с ночной смены в «Карелии», а там трудно! Топлива нет, техники нет, людей не хватает. Да ещё гигантский удав-людоед нападает из темноты, похищает и пожирает караульных… Бойцы психуют, приходится мне постоянно вмешиваться и споры улаживать. Мой авторитет лидера трещит по швам… Вышла отдыхать, а тут на этаже, где ранее только я жила, дверь приоткрыта. Не удержалась и подошла, посмотрела… А потом какое-то помутнение нашло, как увидела это непотребство… Не должен герд так себя вести, как поступал ты! Герд должен быть примером для игроков фракции, на него равняются все остальные… А ты… ты…

Тамара ещё сильнее разрыдалась, растирая обильно текущие слёзы по своим щекам. Я слегка остыл и немедленно придушить Тамару уже не желал, но всё равно был весьма и весьма раздражён случившимся, а потому бестактен:

— Твоё поведение больше похоже на истерику ревнивой малолетней дуры, чем на заботу о репутации герда. Сдаётся мне, что ты многое недоговариваешь. Ты обломала мне свидание, я страшно зол на тебя и имею право узнать причину! Подойди ближе и пристально посмотри мне в глаза!

Девушка испуганно замотала головой и отказалась подчиняться. Когда же я в раздражении повысил голос и даже, не сдержавшись, грубо прикрикнул на неё, Тамара развернулась и выбежала из моего номера. Вот же стерва! Злющий как чёрт я подъехал к входной двери и, встав с кресла, подобрал стоящие в углу костыли.

Ох, ё! Я едва не упал от резкой боли, когда излишне нагрузил больную правую ногу. Перед глазами заплясали цветные круги, я почувствовал солоноватый вкус крови на прокушенной нижней губе. Кое-как переставляя костыли, я вышел в коридор и увидел двух бойцов Второго Легиона, приданных мне Тамарой в качестве телохранителей. Оба охранника выглядели откровенно растерянными и вопросительно смотрели на меня в надежде получить какое-то объяснение произошедшему — явно паническое бегство сперва Журналистки фракции, а затем и лидера их Легиона озадачило бойцов.

— Бабы достали, собачатся между собой прямо у меня в номере… Помогите мне добраться до вирткапсулы, а то сам я на четырнадцатый этаж не заберусь со своей сломанной ногой. Всё равно уснуть сейчас не смогу, так хоть поработаю с пользой для всех…

Путь до пятнадцатой «кукурузины» и подъём как-то прошли мимо моего сознания. Я всё ещё был на эмоциях, снова и снова прокручивая в голове недавние события и кляня на чём свет стоит свою несдержанную соседку по этажу. Да и сломанная нога ныла просто зверски, я едва сдерживался, чтобы не выть от боли. Наконец, моё рабочее место!

Поблагодарив игроков Второго Легиона за помощь, я оставил костыли лежать тут же на этаже, сам же устроившись в вирткапсуле и задвинув крышку. Скорее в игру! К таким спокойным и предсказуемым гэкхо, к звездолётам, к полётам в далёкий космос. А то реальный мир и его обитатели сведут меня с ума!

Вот только сегодня у меня в календаре был день жестоких обломов. Прогрузившись в игру, я даже не сразу узнал помещение, из которого совсем недавно выходил в реальный мир. Какой-то громадный тёмный зал, лишь у дальней стены слегка пульсировало силовое поле, отделявшее ангар от вертикального колодца космической станции. Я всмотрелся повнимательнее. Вскоре сомнений не осталось, это был именно тот самый знакомый ангар, из которого я рассматривал проплывающие за силовым полем звездолёты. Вот только «Шиамиру» тут не было! Гэкхо не стали дожидаться моего возвращения в игру и улетели без меня!


Глава седьмая. Претензия на уникальность | Циклы романов "Зашита периметра"-"Искажающие реальность"- Тёмный травник". Компиляция. Книги 1-14 | Глава девятая. Игра соло