home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава тридцать вторая. Выход за рамки

– Унт уро фи? – моё внимание привлёк слабый неуверенный голос, я оторвался от изучения электрощитовой панели и обернулся.

Минн-О Ла-Фин пришла в себя и сейчас озиралась, изучая незнакомую обстановку одного из внутренних технических помещений парома. Никаких иллюминаторов тут не было и в помине, так что единственным источником освещения в кромешной тьме служил фонарик в моих руках. Кстати, бывший фонарик самой Минн-О Ла-Фин, которым я воспользовался, так как свой потерял ещё на базе реликтов в процессе уничтожения дрона.

Девушка прищурилась от яркого направленного на неё луча света, затем присмотрелась внимательнее, встретилась со мной взглядом и испуганно вздрогнула, разом всё вспомнив.

– Комар?! Что есть быть? Что ты делать я? – растянутая на полу в виде морской звезды обнажённая пленница сперва замерла, словно прислушиваясь к своим ощущениям, затем начала интенсивно дёргаться, пробуя путы на прочность.

Причин утаивать правду от связанной девушки я не видел, да и совершенно ничего секретного в произошедшем не было, а потому я подробно рассказал Минн-О Ла-Фин о случившемся:

– Пока ты минировала паром, я включил систему уничтожения грызунов и заполнил трюм ядовитым газом. Потом вынес твоё бесчувственное тело наверх и, пока ты находилась без сознания, связал и разоружил тебя. Но поскольку шкала здоровья у тебя балансировала на грани, я опасался, что ты «отбросишь коньки» и лишишь меня самого очевидного доказательства твоего присутствия на борту. Поэтому я запустил сканирование с использованием инструмента Изыскателя, чтобы получить… как тебе объяснить… нечто вроде трёхмерной очень чёткой компьютерной схемы, на которой отражены все живые и неживые предметы.

– Ты есть наглец зарисовал голая я? – из всей моей речи девушка вычленила именно эту деталь и сразу же начала возмущаться.

«И даже больше»! – мысленно усмехнулся я, хотя вслух ничего комментировать не стал.

В настройках при сканировании уклон я делал именно на органику, так что все живые существа и трупы получились на схеме очень даже детализированными и реалистичными, со всей структурой костей и внутренних органов, хоть сразу анатомию людей и гэкхо изучай. Кстати, у Минн-О Ла-Фин обнаружился сросшийся перелом лучевой кости на левой руке, а в правом плече застряла свинцовая дробина, скорее всего из моего дробовика.

С дробиной было вполне объяснимо, хотя скорость заживления раны впечатляла и даже пугала – за какой-то час на коже девушки осталась лишь едва заметная отметина. Да и с переломом я, признаться, серьёзно «завис». При воскрешении все травмы и переломы пропадали, а всего лишь позавчера утром в Скалах Гарпий я отправил девушку на перерождение. Получается, за прошедшее с тех пор время Минн-О Ла-Фин успела где-то сломать руку и вылечить перелом! Фантастика! То ли жители альтернативной Земли обладали удивительной регенерацией тканей, то ли уровень их медицинских технологий просто на порядок превосходил наш.

Прочие физиологические подробности женского тела жительницы альтернативной Земли я тоже с интересом изучил, но у меня всё же хватило такта не обсуждать это с «владелицей» этого самого тела.

– Совершенно неважно, что там нарисовалось. Главное, я действительно получил неопровержимое доказательство наличия других людей и двух человеческих трупов на пароме, вот только побочным эффектом сканирования стало то, что на пароме «отрубилась» вся электроника. К тому же выяснилось, что спешил я совершенно напрасно – у тебя высокий показатель Телосложения и хорошая регенерация тканей, так что и пулевая рана затянулась, и от яда ты оклемалась.

– Лучше бы я умирать, чем унижайся голый пленный у ты! – зло крикнула девушка и снова принялась трепыхаться и проверять путы на прочность.

Вовсе не желание оскорбить и унизить девушку двигало мной, когда я раздевал и связывал её. Не зафиксировать жёстко верёвками или оставить одежду пленнику в виртуальной игре, где смерть с дальнейшим возрождением в безопасном месте являлась наиболее напрашивающимся способом освобождения, было откровенно глупо. Технологии Тёмной Фракции находились на очень высоком уровне, и любое спрятанное в одежде миниатюрное оружие или срабатывающая по сигнальному слову капсула с взрывчаткой, контактным ядом или антиматерией могли помешать доставке врага на допрос.

И я совершенно не переживал, что пленница может освободится, так как крепко привязал ей запястья и голени туго натянутыми верёвками, зацепив другие концы за прочные металлические конструкции в этой комнате. В общем, действовал по примеру бойцов Второго Легиона, которые именно так фиксировали пойманных врагов, разве что уложил лицом вверх, глаза не завязывал, и рот кляпом не затыкал.

Посмотрев какое-то время на судорожно дёргающуюся пленницу и убедившись в надёжности пут, я потерял к ней интерес и вернулся к электрощитку, изучая жгуты проводов, пробуя многочисленные рубильники с переключателями и пытаясь понять причину отсутствия освещения. В тишине было хорошо слышно, как тяжёлые волны бьют о борт дрейфующего парома, и как пыхтит Минн-О Ла-Фин, пытаясь вывернуть руки или ноги из верёвочных петель. Я старался не обращать внимания на все эти посторонние звуки, поглощённый непростой работой.

Но через несколько минут из темноты до меня донёсся обиженный и требовательный голос представительницы Тёмной Фракции:

– Комар, ты нельзя так делать! Развязать быстро-быстро! Я благородность принцесса и нельзя быть такой срамной вид!

– Что, прям настоящая благородная принцесса? С интимной стрижкой и крашенными сосками? – насмешливо ответил я, не прекращая своей работы. – Кстати, когда тебя в первый раз поймали на территории нашей ноды, всего этого я что-то не припомню. Ты специально готовилась к новой встрече со мной? Или для гарпии так старалась?

Из темноты раздалось возмущённое сипение, затем прозвучало несколько длинных крайне эмоциональных фраз на непонятном мне языке, наверняка с использованием многочисленных нецензурных слов и эпитетов. Но я никак не реагировал на праведное возмущение Минн-О Ла-Фин, чем ещё сильнее выводил девушку из себя.


Навык Космолингвистика повышен до тридцать пятого уровня!

В эмоциональной речи Минн-О Ла-Фин вдруг проскользнула понятная фраза «сало с задницы кобеля», как-то увязанная в контексте с моим именем «Комар», но больше в потоке гневных слов я различить ничего не смог.

Наконец, пленница выговорилась и успокоилась, сменила тон на нормальный деловой и перешла на мой язык:

– Комар, ты не быть правый. Нельзя оскорбляй я. И подходить я просить близко. Предлагать переговоришь. Я страшно один быть темнота.

Минн-О Ла-Фин боится темноты? Странно было слышать такое от безжалостной расчётливой воительницы, с лёгкостью отдавшей своим миньонам приказ перерезать глотки четырём гэкхо, а то и вовсе лично поучаствовавшей в этом кровавом убийстве. Тем не менее, я всё же подошёл ближе к пленнице и присел рядом на какой-то ящик.

– Не смотри свой наглый глаза! – возмутилась обнажённая пленница, проследив за моим взглядом.

Однако заметив, что все истерики, попытки командовать или отсылки к благородности её происхождения не имеют никакого отклика, девушка-картограф перешла к делу: – Я хотеть узнавай цена мой выкуп. Три тысячи кристаллов быть хорошо?

Тут я даже рассмеялся, настолько нелепым выглядело данное предложение:

– Твой дед за пять тысяч выкупил у меня свою кривую палку, неужели ты ценишь себя меньше неодушевлённого предмета?! Но вопрос сейчас не в сумме, не собираюсь я тебя выпускать ни за какие деньги. Во-первых, меня самого за такое руководство фракции порвёт на мелкие кусочки. Во-вторых, хватит уже, жалели тебя раньше и отпускали, как внучку уважаемого лэнга, но те уроки не пошли тебе впрок. Так что побудешь пленницей на общих основаниях, может и наберёшься уму-разуму.

– Я не есть обычный пленник! Меня нельзя так относишься! – снова завела Минн-О Ла-Фин старую пластинку, но я привычно проигнорировал все эти причитания и продолжил:

– Ты очень много знаешь и представляешь большую ценность для моей фракции, так что я отдам тебя следователям для проведения самого досконального допроса. Информация в твоей голове стоит дорого, куда как больше жалких трёх тысяч кристаллов!

Девушка снова принялась пробовать путы на прочность и даже попыталась сильно стукнуться затылком о металлический пол. Я запоздало сообразил, зачем Второй Легион привязывал пленников именно лицом вниз – чтобы они не смогли убить себя, проломив затылок о твёрдый предмет. Перевязывать буйную девушку-картографа было уже поздно, да и опасно, так что я просто подстелил ей под голову снятое ранее с самой же пленницы нижнее бельё и пригрозил:

– Убить себя ты всё равно не сможешь – у меня имеется аптечка, так что я тебя вылечу. А если не прекратишь дёргаться или попытаешься откусить себе язык, всуну тебе в рот кляп из твоих же ажурных трусиков. Ну что, сделать это? Или ты пообещаешь вести себя смирно?

Минн-О Ла-Финн молчала и лишь гневно зыркала на меня, но когда я потянулся за её одеждой и принялся скручивать кляп из ткани, всполошилась и быстро затараторила:

– Хорошо, Комар, я обещать не вырывайся, не калека и не убивайся. Слово принцесса!

Я отставил приготовления и отсел обратно на ящик, поправив покатившийся фонарик. Так уж совершенно случайно вышло, что яркий луч направился совсем на другую часть женского тела. Девушка безуспешно попыталась свести ноги, а затем на пепельно-серых щеках Минн-О проступил румянец стыдливости и смущения.

– Комар, зачем ты позорить я? Военный секрет я не знать, ценный большой только как принцесса. Если внучка будет стыд позор то Тумор-Анху Ла-Фин лишай я титул. И нет больше ценность.

Это было справедливым замечанием, да и не собирался я насмехаться над пленницей, лишь слегка поддразнивал за совершенно неуместную в её ситуации напыщенность. Поэтому я отвёл луч фонаря в сторону и даже предложил девушке вернуть ей нижнее бельё и вообще развязать, вместо этого оставив скованные за спиной наручниками запястья.

– Просто так? За бесплатно? Не за много тысяча кристаллы? – Минн-О Ла-Фин крайне удивилась моей неожиданной уступке, но отказываться конечно же не стала.

– Комар, ты поступай благородно. А рассказай, какой у ты есть титул у себя дом? Или ты звание старший военный?

Странный вопрос, я даже усмехнулся про себя. Неужели Минн-О Ла-Фин считает, что для проявления элементарной вежливости обязательно необходимо благородное происхождение или офицерское звание? Я честно ответил, что у меня на родине уже давно нет разделения на сословия и, хотя военная служба у нас в чести, но сам я пошёл скорее по научной части.

– Как же так быть? – искренне удивилась моя собеседница. – А я слышать от лэнг Тумор-Анху, что ты есть участник много-много военный турниры и побеждай всегда!

Откуда она могла это знать?! Далеко не все во фракции H3 знали о моём прошлом, так что услышать об этом от явного врага было крайне неожиданным. У меня сердце тревожно запрыгало в груди, но не от ощущения опасности, а скорее от предчувствия чего-то важного. Кажется, Минн-О Ла-Фин несколько увлеклась и проговорилась, выдав секретную информацию.

Но я постарался сделать вид, что ничего серьёзного не произошло, и сперва сменил тему разговора, а потом и вовсе попросил пленницу немного помолчать, так как мне нужно было сосредоточиться на работе. И вот длинноногая красавица со скованными за спиной руками молча сидела на ящике, зябко ёжась от холода в тонком нижнем белье, я же продолжал копаться в электрощитке.

Наконец, мне удалось найти нужное положение рубильников, и по всему парому загорелся свет.


Навык Электроника повышен до двадцать второго уровня!


Навык Электроника повышен до двадцать третьего уровня!

Отлично! Теперь можно было завести двигатели парома и продолжить путь к берегу. В этот момент пленница поинтересовалась, что я собираюсь дальше делать, и в частности конкретно с ней?

– Как подойдём ближе к берегу, я вызову по рации помощь. На берегу передам тебя руководству фракции для допроса, а потом уже дипломаты будут решать твою судьбу. Может, твой дед тебя снова выкупит, если договорится с моим начальством о цене. Но если не договорятся, тебя передадут гэкхо для дачи показаний о четырёх убийствах на пароме. У наших общих сюзеренов наверняка возникнет масса вопросов к твоей фракции, так что я даже не представляю, как вы будете выкручиваться…

Минн-О Ла-Фин резко вскочила с ящика и, повысив голос фактически до крика, принялась яростно доказывать:

– Мой народ тут не быть причастный! Это предложить мой лично слуга! Только он виноватый! Только он гэкхо наказать!

– Ага, так тебе и поверили! – откровенно не согласился я. – Соверши убийства сюзеренов два никому не известных бойца, все претензии гэкхо были бы только к ним, вашу фракцию задело бы лишь постольку-поскольку. Но так как во всём оказалась активно замешана «принцесса», причём родная внучка соправителя твоего народа, то не остаётся никаких сомнений, что это была спланированная и согласованная с твоим дедом операция.

– Нет! Не так! Лэнг Тумор-Анху Ла-Фин не участвовать! Это мой раб слуга предлагать хозяйка план мстить Комар, а я соглашаться! Ты был раньше позоришь благородный девушка, и я нужно быть мстить Комар по законы мой народ для сохранить честь!

– И что, отомстила? – усмехнулся я насмешливо. – У меня в инвентаре уже не помещаются раз за разом отбираемые у тебя предметы, а ты всё мстишь да мстишь… Думаешь, твой дед будет рад очередной «мести»? А на этот раз ты ещё и выставила уважаемого лэнга Тумора-Анху Ла-Фина пустозвоном, нарушившим своё слово.

– Как? Нет такого быть! – вот сейчас девушка-картограф реально испугалась, видимо даже угроза допроса людьми или гэкхо не страшила её настолько сильно, как возможный гнев сурового Мага-Псионика.

– Лэнг Тумор-Анху Ла-Фин в весьма пафосных словах и в присутствии большого количества гэкхо пообещал, что никто из вашей фракции не станет подстерегать меня на выходе из космопорта. Но за мной не просто следили, но даже проникли на паром и попытались так жестоко подставить перед сюзеренами. Чего тогда вообще стоят обещания лэнга твоей фракции, если им нельзя верить?! Когда гэкхо об этом узнают, репутация твоего деда просядет в их глазах очень и очень сильно…

Такого неприкрытого неподдельного ужаса в глазах Минн-О Ла-Фин я не видел ни разу, даже когда её атаковала похотливая гарпия. Девушка-картограф просто затряслась и произнесла с обречённостью в голосе:

– Когда дед авторитет пострадать, гнев старик быть ужасный… Я есть мог даже лишайся титул. Это позор хуже смерть.

Но тут я решил проявить великодушие и поспешил успокоить красивую благородную девушку, пусть даже и представительницу враждебной фракции:

– Минн-О, лично я поднимать эту тему в разговорах с гэкхо не собираюсь, так что, если ты сама не проболтаешься, ничего плохого с твоим титулом не случится. Мне ведь даже в какой-то мере приятно, что противостоит мне не простая воительница, а представительница правящей семьи… или кто уж ты там в вашей иерархии.

– Комар, – девушка аж задохнулась от переполняющих её эмоций и даже не сразу подобрала нужные слова, – я есть ненавидеть тебя сильно-сильно, как и столько же восхищайся ты благородство. Когда твой фракция скоро проиграть войну, я замолвить словечко за ты, чтобы взять к наша сторона! Твой сияй синий глаза быть красиво очень, ты быстро-быстро находить девушки моя родина и жить счастливый у наша!

Наверное, сама Минн-О Ла-Фин полагала, что говорит сейчас мне комплимент, хотя мне решительно не понравилась убеждённость собеседницы в скорой победе над моей фракцией.

– Ну уж нет, такому не бывать никогда! – я сделался максимально серьёзным и проговорил жёстко со сталью в голосе, глядя прямо в глаза красавице: – Минн-О, я приложу максимум усилий, чтобы моя фракция разгромила вас. Клянусь! Что же касательно тебя… – тут я решительно шагнул к красавице и, пользуясь тем, что руки принцессы были скованны за спиной наручниками, совершенно беспардонно обнял девушку и поцеловал прямо в губы.

От такой моей неслыханной наглости Минн-О Ла-Фин откровенно опешила и на несколько секунд просто замерла, не препятствуя моим действиям. Впрочем, совсем ненадолго.


Навык Ощущение Опасности повышен до девятого уровня!

Я с лёгкостью увернулся от удара коленом в пах и, довольно улыбаясь, отстранился от испуганной девушки:

– Это просто задаток. Просто каждая наша встреча обязательно заканчивается твоим полным или частичным раздеванием, это повторяется уже трижды и навевает на определённые мысли. И если такая твоя весьма своеобразная «месть» не прекратится, буду считать, что ты нарочно ищешь этих встреч, не зря красишь груди и делаешь интимную стрижку. Поняла? Вот и отлично. А сейчас пойдём наверх – покажешь мне, как включаются двигатели парома.


Глава тридцать первая. Битва за корабль | Циклы романов "Зашита периметра"-"Искажающие реальность"- Тёмный травник". Компиляция. Книги 1-14 | Глава тридцать третья. Лэнг Радугин