home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 34

Карты одна за другой заполняли освещенную свечами комнату.

И опять один стул был свободен. Тот же самый.

Некоторые взглянули на него, но большинство проигнорировало.

– Спасибо за то, что собрались, – начал Джокер, выдвигая свой стул.

Вслед за этим послышался скрип деревянных ножек стульев, которые двигали по бетонному полу.

– Все знают, что Шестерка умер? – задал вопрос Джокер, когда все расселись.

По кругу сидевших прошелестел ропот.

– Это твоих рук дело? – Джокер повернулся к Семерке.

Семерка отрицательно покачал головой.

– Да отвечай же, черт возьми! – прорычал Глава собрания.

– Нет, я еще не успел добраться до него, как…

– И ты не заставлял его есть орехи или что-то в этом роде в качестве наказания за нарушение правил? – спросил Джокер, не уверенный, что Семерка не сделал этого, совершенно не подумав о последствиях.

Семерка отчаянно затряс головой:

– Нет, нет… Я планировал воткнуть ему пару гвоздей в подошву, но не смог выбрать подходящее время.

Да, наказание популярное. Три-четыре гвоздя – и жертва ничего не заметит до тех пор, пока их острые концы не вопьются в пятки под давлением массы собственного тела. Цель была бы достигнута, а виновный получил бы хороший урок.

– Если это сделал ты, – Джокер тяжело вздохнул, – то можешь смело сказать нам об этом. Если твое наказание за нарушение правил сработало не так, как ты рассчитывал, а ты не подумал о его последствиях, то лучше расскажи прямо сейчас. Ты знаешь, что твой секрет будет сохранен. Помнишь Ноя?

Семерка кивнул.

Ной Глесс в середине шестидесятых был Четверкой Пик. Позже стал завучем в закрытой школе для мальчиков в графстве Кент. Пятнадцать лет он растлевал мальчиков, и никто ничего об этом не знал. До тех пор, пока восьмилетний ребенок не рассказал об этом медсестре, когда та бинтовала ему сломанную руку. Признание ребенка вызвало бурю жалоб. И все они были справедливы и совершенно ужасны.

Глесса обвинили в тридцати четырех случаях сексуальных домогательств. Но Пики окружили его непроницаемой защитной стеной. Его адвокат потребовал вынести приговор с оглядкой на ограниченную вменяемость подсудимого, основанную на показаниях под присягой известного психиатра. Ноя приговорили к пяти годам в закрытой психиатрической клинике, затем, после апелляции, срок сократили до трех лет, а на свободу он вышел через год.

– Клянусь, это не я, – заверил всех присутствующих Семерка.

Джокер вгляделся ему в лицо. И поверил.

– Ладно, карты, пусть каждый возьмет свой стакан.

Все взяли короткие стаканы, которые стояли перед ними на столе. В каждом из них было на глоток виски, как было принято в случае смерти одной из карт. Всего один глоток за умершего члена семьи.

– За Шестерку, – провозгласил тост Джокер и выпил виски.

Карты последовали его примеру и поставили пустые стаканы на стол.

Джокер кивнул Королю, сидевшему от него по правую руку, и тот собрал стаканы.

– А теперь давайте поздравим Пятерку, Четверку, Тройку, Двойку и Туза, которые поднимаются на одну ступень. Успехов вам всем, – сказал Джокер, после чего замолчал на несколько секунд, прежде чем продолжить: – Нам надо решить два небольших вопроса, прежде чем мы перейдем к выборам нового Туза. Первый: у Девятки важная баскетбольная игра через две недели. Ему надо тренироваться. Кто возьмется готовить за него домашние задания?

Желающих оказалось мало, руки поднимались медленно, но в конце концов три человека предложили свои услуги.

– Семерка, – решил Джокер. – Возьмешь это на себя.

Семерка молча кивнул.

– Второе: Восьмерку травят его одноклассники за то, что он потерял сознание на уроке биологии, когда они препарировали лягушку.

Первым поднял руку Король, и предводитель собрания кивнул ему:

– Полагаю, что ты дашь правильный совет замешанным в дело сторонам.

Поколебавшись несколько мгновений, Джокер извлек из-под стула пробковую доску с двумя прикрепленными к ней фотографиями формата А4.

– А теперь нам предстоит выбрать нового Туза. Достаньте ваши булавки, – приказал он.

Каждый засунул руку в карман и выудил из него булавку для галстука с эмблемой пиковой масти, которые раньше все носили с гордостью, а теперь прятали в карманах брюк.

По традиции Джокер должен был предложить две кандидатуры и объяснить причины своего решения.

На данный момент в комнате находились два потенциальных атлета мирового уровня, юноша, уже стоявший на пути в медицинскую школу[636], художник, мальчик, присоединившийся к Менсе[637], когда ему не было еще и шести лет, сыновья члена кабинета министров, банкира и двух бизнесменов международного уровня.

– Первую кандидатуру я предлагаю потому, – тут Джокер указал на первую фотографию, – что его отец недавно стал кавалером ордена Британской империи за организацию благотворительной программы образования в Уганде.

Карты кивнули в знак согласия.

Предводитель указал на вторую фотографию:

– Вторую кандидатуру я предлагаю потому, что оба родителя этого мальчика – успешные адвокаты.

Больше никаких объяснений не требовалось. Многие дети учились в тех же учебных заведениях, которые закончили их родители, и точно так же многие из них выбирали в будущем ту же самую карьеру. Так что шанс на то, что второй кандидат выберет юридическую карьеру, был достаточно велик, а это означало, что в будущем он может оказаться полезным обществу.

– Итак, карты, вы знаете, что должны делать. – С этими словами Джокер откинулся на спинку стула.

Король вытянул левую руку и булавкой уколол большой палец. Подождал, пока на нем соберется капля крови, и испачкал ею выбранную фотографию. Процесс шел по кругу и закончился на Валете.

Джокер взглянул на десять кровавых отпечатков на пухлом детском личике.

Выбор должен быть единогласным.

Каковым он и оказался.


* * * | Цмкл "Инспектор полиции Ким Стоун".Компиляция. Романы 1-9 | Глава 35