home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава XXXVI

Я доказал законность завещания майора, что стоило мне немалых хлопот.

Дом майора был хорошо отделан снаружи и меблирован внутри. Живя с ним вместе, я занимал нижний этаж, а он — верхний. Общая комната у нас была одна столовая, в которой, впрочем, мы очень редко вместе обедали. В подвале дома находились лавки, которые были отдаваемы внаем за сто фунтов в год. Не имея нужды жить пышно и занимать оба этажа, я отдал второй за шестьдесят фунтов.

Продав все ненужное из имения Карбонеля и заплатив тысячу фунтов лорду Виндермиру, я остался обладателем трех тысяч фунтов наличными деньгами, с которыми я не знал на что решиться, представляя себе бездну восторженных планов. Я попросил в этом совета у Мастертона и рассказал ему, что у нас случилось с госпожой Мельстром. Это его очень рассмешило.

— Ну, мистер Ньюланд, у вас странный род помешательства. Одержимый желанием отыскать отца, вы принялись за лорда Виндермира, потом за епископа и, наконец, за вдовствующую супругу лорда. Надобно сознаться, что жизнь ваша оригинальна, и счастье покровительствует вам не на шутку. Вы, не сделавшись подобием майора в таких летах, составили уже себе большой круг знакомств; вы вступили в свет, не имея ничего, а теперь владеете состоянием, которое делает вас независимым, и успели уже в короткое время уплатить тысячу ливров, которых от вас не требовали… Одно мне только не нравится, что вы вступили в свет, покрыв себя мишурой, то есть заставив думать всех, что вы богаты, когда на деле совсем наоборот.

— Этого я не утверждал положительно.

— Согласен; но и не противоречили этому из выгод или из своей цели, что все равно. Хотите ли вы, чтобы мнение о вашем богатстве еще более распространилось?

— Я не знаю, что и сказать; если бы я стал уверять, что у меня ничего нет, то подумали бы, что майор разорил меня, между тем как все, что имею, я получил от него.

— Это, может быть, и очень справедливо, по если вы попали под мою и лорда Виндермира протекцию, то я непременно хотел бы, чтобы вы сделались честным человеком вполне. Готовы ли вы снять вашу маску и явиться перед светом в настоящем виде?

— Одна причина заставляет меня оставлять свет в заблуждении. Я хочу быть в хорошем обществе, думая тут найти моего отца.

— Но неужели вы более повредите себе, если каждый из ваших знакомых и незнакомых будет знать, что вы — найденное дитя? Поверьте, если положение ваше будет всем известно, то внимание ваших родителей, если они только живы и желают вас отыскать, обратится весьма естественно на вас и… скажу еще, что мало родителей, которые не желали бы вас иметь своим сыном. Притом, это для вас будет покойнее, нежели бросаться первому встречному на шею и кричать, и уверять, что он вам отец. Далее вы будете иметь протекцию лорда Виндермира, которая всегда пробьет вам дорогу в свете. Но я должен вам сказать, что такие дома, как, например, леди Мельстром, будут для вас закрыты. Сверх того, вы узнаете настоящих ваших друзей, которые будут поддерживать вас в неудачах.

— Вы меня убедили, мистер Мастертон, и я думаю принять ваш совет.

— Дайте мне руку, добрый молодой человек. Но уверены ли вы во мне?

— Если бы вы были моим отцом!..

— Благодарю вас за желание, потому что это мне похвала… Но что вы намерены делать теперь?

— Я обещал Гаркуру ехать к его отцу. — И потом?..

— Потом, приехав, расскажу ему все.

— Вы сделаете прекрасно и узнаете, истинный ли он друг вам, и из числа ли тех, которые основывают дружбу свою на десяти тысячах фунтов годового дохода. Я все это время думал о вашем деле и нашел, что мы ничего не сделаем путного до тех пор, пока не обнародуем настоящего вашего положения. Вы не слишком огорчайтесь, если после этого многие отвернутся от вас… Это обнаружит ваших ложных друзей, и вы тогда увидите, что честность есть лучшая политика в светской жизни. Все мы, адвокаты, умеем хорошо хранить чужие секреты и знаем их много, а потому я поговорю со своей братией откровенно о вашем деле, и может быть, кто-нибудь из них поможет нам… Приходите ко мне как можно чаще, дверь моя никогда не будет для вас заперта. Во мне вы найдете вашего друга и брата.

Таков был результат моего обеда у Мастертона, и только что я пришел домой, сейчас передал все Тимофею.

— Кажется, Иафет, вы нашли в нем истинного друга, и я очень рад, что вы решились последовать его совету.

— Да, я в настоящем моем положении и не желаю ничего лучшего.

Исполняя свои обещания, я на другой же день отправился к Гаркуру и объявил ему, что намерен уехать дня на два за город к Флите, которая поручена мне, и потом сказал ему:

— Гаркур, в то время, когда мы вместе были в обществе, я не считал нужным разуверять вас в том, в чем и сам майор Карбонель обманывался, и невольно обманул весь свет. Но теперь, когда вы хотите познакомить меня с вашим семейством, я не могу и не должен оставить вас в прежнем заблуждении. Все думают, что я наследник огромного и богатого имения, в распоряжение которым вступлю, достигнув положенного возраста. А я, напротив, имею едва достаточные средства поддерживать скудную жизнь, и только дружба и расположение лорда Виндермира помогают мне. Вы видите во мне сироту, оставленного своими родителями, сироту, у которого одна мысль — отыскать свое родство. Но я имею причины предполагать, что я не низкого происхождения. Я должен был это сказать вам, чтобы вы обдумали ваше приглашение.

Гаркур некоторое время молчал

— Вы меня очень удивили, Ньюланд. Но, — продолжал он, протягивая мне свою руку, — я вас почитаю и люблю еще более, нежели прежде. С десятью тысячами годового дохода вы были выше моего состояния, а теперь мы равны. Будучи младшим братом, я тоже имею только средства к скромному существованию; все имение моего отца назначено старшему брату, который должен поддерживать свой титул и большое семейство, почему он и не может мне уделять много. Без сомнения, вы желаете, чтобы сказанное осталось между нами тайной?

— Напротив, я желаю, чтобы все это знали.

— Очень рад. Я сначала скажу отцу о вас, как о человеке очень богатом, а потом передам ему все, что вы говорили мне теперь. Вы, верно, еще более понравитесь ему в настоящем положении, нежели в мнимом богатстве.

— Благодарю, Гаркур, когда-нибудь я вам расскажу все подробности моей жизни. Но я не должен, однако, надеяться, чтобы все поступали со мною так благородно, как вы.

— Может быть; но не в этом дело. Следующую пятницу мы едем?

— Очень хорошо, — ответил я, пожав ему руку, и мы расстались.


Глава XXXV | Избранное. Компиляция. Романы 1-23 | Глава XXXVII