home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА XXXVI


Хотя о задержании Молодой Выдры и о причине его задержания давно уже было сообщено Злой Змее, но проходила неделя за неделей, а старый вождь не выказывал намерения вызволить своего посланца, вернув Персиваля его родителям. Установлено было только, что индейцы могли отомстить на Персивале смерть своего собрата.

Под конец лета на ферме были получены письма из Англии и из Монреаля, а также и английские газеты, которые читались с радостью.

Между прочим, в газетах они прочли, что мистер Дуглас Кемпбель во время охоты при переправе через ручей упал с лошади, и падение это было довольно серьезное, но теперь он уже поправляется. Письма же из Монреаля извещали, что четыре семьи переселенцев, согласившиеся на условия мистера Кемпбеля, отправляются на его ферму немедленно вслед за письмом.

Теперь приходилось спешно позаботиться о помещении для новых переселенцев; поэтому мистер Кемпбель написал полковнику Форстеру, прося его прислать солдат для постройки четырех бревенчатых изб для переселенцев, и одолжил на время четыре шатра, где бы они приютились пока, до окончания постройки.

По прошествии всего нескольких дней комендант форта прислал и людей, и палатки. Жилища будущих соседей должны были находиться приблизительно на расстоянии полумили от главных строений фермы; места для них были выбраны, и приступили к постройке. Спустя две недели приехали и переселенцы, и временно расположились в шатрах, приготовленных для них. Понятно, что и они принялись за работу, и таким образом, постройка их будущих жилищ подвигалась быстро и успешно. Между тем подошло время сенокоса, и хозяева фермы при содействии части солдат занялись покосом и уборкой сена, а затем и уборкой хлеба.

Мы уже говорили, что на ферму прибыло четыре семейства переселенцев, а теперь постараемся ознакомить с ними наших читателей.

Первая семья, состоящая из мужа, жены, двух сыновей, 14 и 15 лет, и дочери, девушки 18 лет, носила фамилию Гарвей. Глава этой семьи был на родине мелким фермером, честно зарабатывавшим себе хлеб и отложившим даже небольшую сумму денег на черный день. Но его старший сын, парень лет двадцати, попал в дурную компанию, стал пить и играть и, наконец, сделавшись участником в грабежах и разбоях, был уличен, осужден и сослан на пожизненную каторгу. Отец не мог снести этого позора и, распродав все свое имущество, покинул страну, решив начать новую жизнь в стране, где никому не было известно об его позоре.

Вторая семья, по фамилии Гревс, состояла из мужа, жены и единственного сына, взрослого и здорового молодого человека; с ними были еще две сестры г-жи Гревс, тоже рослые и здоровые девушки; все они раньше служили на большой молочной ферме в Букингаме и мечтали теперь зажить собственным хозяйством, на своей земле.

Третья семья, Джаксоны, была чрезвычайно многочисленная, — у супругов Джаксон было семь человек детей: девушка 18 лет и мальчики 12 и 14 лет, а затем три маленьких девочки и мальчик, еще грудной. У Джаксона было достаточно денег, чтобы сразу купить себе землю и основаться на ней, но как человек осторожный, он опасался, что ему может не сразу повезти в хозяйстве на новом месте, и потому он предпочел воспользоваться предложением мистера Кемпбеля и поселиться сначала на его земле.

Наконец, четвертая семья состояла из мужа и жены — молодоженов, пока еще бездетных, по фамилии Мередит. Он был младшим сыном небогатого фермера в Шропшире, недавно умершего, оставившего свою ферму своим трем сыновьям; двое старших продолжали хозяйство, а младшему выплатили его долю деньгами. Получив деньги, этот предприимчивый молодой человек решил попытать счастья в Канаде. Перед отъездом он женился на благовоспитанной, умной и привлекательной молодой особе и вскоре по прибытии в Монреаль узнал о предложении мистера Кемпбеля и воспользовался им.

Еще до уборки хлеба все коттеджи были отстроены, и переселенцы усердно принялись запасать дрова на зиму и расчищать небольшие участки под огороды и картофель на будущую весну, а когда жатва поспела, работы хватило на всех. По воскресным дням мистер Кемпбель совершал богослужение, и все переселенцы собирались в его доме на общую молитву. В будние дни одни охотились и доставляли мясо, другие ловили рыбу и засаливали ее впрок на зиму.

Хотя все в доме были, по-видимому, счастливы и довольны теперь, четверо из живущих на ферме находились в беспрерывной тревоге. Это были Малачи, Мартын, Альфред и Цвет Земляники, которым было известно, что Персиваль жив. Их тревожило то, что Злая Змея ничего решительно не предпринимал.

Подходила зима, и оставить мальчика в руках индейца еще на одну зиму казалось опасным; с другой стороны, сообщить об этом родителям, когда Злая Змея из одного чувства мести мог убить мальчика, значило причинить новую рану родительскому сердцу, едва успевшему примириться с утратой. Трудно было решить, как поступить в данном случае, как вдруг новая неожиданная выходка Злой Змеи разрешила их сомнения.

Однажды утром Мэри пошла на болото собирать бруснику для заготовок на зиму; ее сопровождала одна из девочек-эмигранток, Марта Джаксон. Когда они набрали полную корзину, то Мэри отослала ее с девочкой домой, приказав последней тотчас же вернуться. Девочка так и сделала, но, вернувшись, не нашла мисс Мэри; она стала звать ее по имени, но никто ей не откликался. Корзиночка же, в которую Мэри собирала бруснику, лежала опрокинутая на земле, и ягоды были рассыпаны. Девочка побежала в дом и рассказала там о случившемся. Мартын и Альфред в это время были на мельнице, но Малачи, к счастью, был дома. Цвет Земляники передала ему слова девочки и, многозначительно взглянув на старика, она сказала: Злая Змея.

— Да, — подтвердил Малачи, — только никому ни слова! Поди и скажи хозяевам, что я пошел на болото. Пусть никого больше не посылают, а сама прибеги ко мне скорее: мне нужны будут твои зоркие глаза!

Захватив ружье, Малачи быстро направился к болоту, а Цвет Земляники, исполнив поручение, побежала к Малачи.

— Прежде всего, мы должны узнать, сколько их было и в каком направлении они увели ее!

— Вот! — сказала Цвет Земляники, указав на едва приметно примятое место в траве.

— Да, это их след, а вот еще и еще! Пойдем по ним, сколько можно. А это ее след: след башмака яснее виден на траве, чем след мокасина! И Малачи с Цветом Земляники подвигались шаг за шагом до подножья маленького холма, на расстоянии приблизительно ста шагов от того места, где лежала опрокинутая корзиночка.

Здесь отыскивать след становилось труднее, так как след Мэри исчез; ее, очевидно, подняли на руки и унесли. У подножья холма следы мокасин отпечатались явственно и, тщательно измерив два следа, Малачи убедился, что они были разной величины и ширины, следовательно, принадлежали не одному человеку. Идя дальше по следу, они дошли до леса, который находился на расстоянии четверти мили от болота. Здесь они услышали голоса Альфреда и Мартына, окликавших их. Малачи отозвался, и спустя несколько минут те присоединились к ним.

— Что же нам теперь делать? — спросил Альфред.

— Всего лучше, сэр, предоставить мне с Цветом Земляники выследить негодяя и постараться разузнать все, что можно, а затем собрать надежный отряд и преследовать его, чтобы отбить у него мисс Мэри и мистера Персиваля!

— Но что же мне делать, пока вы отыскиваете след? — спросил Альфред.

— Снаряжайте отряд; надо, чтобы все были готовы тронуться в путь не позже, как через три часа!

— Хорошо! Надо будет предупредить Сенклера: он захочет отправиться с нами. Если его не взять, он совсем обезумеет от отчаяния; быть может, попросить и несколько солдат?

— Да, если у них найдутся человека два привычных охотника; они бы нам не помешали; нам надо превосходить численностью нашего противника. В его отряде 6 человек, насколько нам известно, а нас — вы, сэр, Мартын и я, трое; капитан и двое солдат — это будет шестеро, да Мередит и молодой Гревс, вот восьмеро. Этого вполне достаточно: мистер Генри и Джон, вероятно, не успеют вернуться до нашего ухода, а ждать нам нельзя: жаль, что мальчика не будет со мной: он мог бы нам пригодиться…

— Ну, что же делать?! Я сейчас поскачу в форт и постараюсь вернуться с Сенклером и солдатами как можно скорее! — сказал Альфред.

— А Мартын тем временем приготовит все, что нам будет нужно! Помните одно, сэр, что по возможности нам не следует прибегать к оружию. Это повлечет за собою нежелательные последствия.

Альфред и Мартын поспешили в дом, а Малачи со своей спутницей пошли дальше по следу, в самую глушь чащи. В одном месте они увидели выжженное место от костра; вся трава кругом была вытоптана.

— Здесь держался все время весь выводок! — сказал Малачи.

— А вот след ее ноги! — воскликнула Цвет Земляники.

— Теперь все ясно: двое из них схватили ее и принесли сюда, где их ждали остальные, а отсюда они уже все вместе отправились дальше! — заметил Малачи.

— Смотри! — указала Цвет Земляники. — Это мокасин сквау!

— Верно! Тем лучше для нас: если она с ними, она может нам пригодиться и помочь, если захочет!


ГЛАВА XXXV | Избранное. Компиляция. Романы 1-23 | ГЛАВА XXXVII