home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

Реннер рассказал Тамаре все, что знал о смерти Келси. Пока он говорил, она хотела переодеться, но вдруг застеснялась, спросила:

— Куда мы отправляемся?

— Не знаю, — ответил Реннер. — Но мне все это не нравится. Кто- то кому-то плетет сети, а козлами отпущения останемся мы.

— Полиция ищет и тебя?

— Ищет каждый полицейский в Южной Калифорнии. Мне пришлось расправиться с Причардом и выбраться из тюрьмы, чтобы добраться сюда.

— А если полиция найдет нас?

— Нас арестуют и обвинят в убийстве. Послушай, когда Келси ворвался в номер, у него с собой не было чемоданчика, кейса, чего-нибудь, куда могли поместиться восемьдесят тысяч долларов?

— Я ничего не заметила. Пропало столько денег?

— Да.

— Курт, я действительно значу для тебя больше, чем твое поместье, и ты пришел мне об этом сказать, когда нашел Келси?

Да, это так.

Тамара вглядывалась в его лицо.

— Я верю тебе. Я буду готова через минуту, Курт.

Реннер смотрел, как она ушла в спальню, затем повернулся и выглянул в окно. Вчера утром в это же время он думал, как любой ценой сохранить «Эльдорадо». Сейчас ему было совершенно безразлично, что станется с поместьем.

Рассыльный с толстой пачкой газет прошел по улице. Подойдя к дому, остановился и минуту спустя сложенная газета легонько стукнула о дверь квартиры. Тамара вышла из спальни. Она причесалась и подкрасилась, но из одежды на ней были лишь трусики и чулки.

— Кто это? — спросила она.

— Просто принесли утреннюю газету, — ответил Реннер.

Тамара заметила, что он смотрит на ее груди и прикрыла их руками.

Нет, он не осуждал ее. Он только подумал, а будет ли все между ними как прежде? Он открыл дверь, подобрал газету и стал читать в ожидании Тамары.

Подробности происшествия еще не попали в этот выпуск. Было опубликовано лишь небольшое сенсационное сообщение, переданное по телефону, о последних событиях в «Эльдорадо». Мистер Томас Андерс, известный в округе Муриэтта банкир, обнаружил пропажу восьмидесяти тысяч долларов своих наличных денег. Полагают, что его сын Келси Андерс взял деньги, чтобы попытаться произвести впечатление на хорошенькую блондинку, венгерскую беженку, которая лишь несколько часов назад пережила трагическую аварию, унесшую жизнь Джона А. Барона. Упорные поиски полиции молодого Андерса и мисс Дараний продолжаются.

Большая же часть газетной информации касалась жизни, любовных историй и грехов покойного мультимиллионера. Была также помещена эффектная фотография Тамары и Курта под заголовком: «Герой трагедии в обрыве».

Реннер швырнул газету на кушетку и вернулся к окну. Он слишком устал, чтобы думать. Но он обязан был думать. В округе Муриэт- та проживало, по крайней мере, две сотни людей, девушек, женщин и мужчин, которые ненавидели Келси так, что готовы были убить его. Но кто из них убил? И как убийца ухитрился подкараулить тот момент, когда Келси распирало от денег, а вся вина ложилась либо на Тамару, либо на него, Курта?

Реннер обернулся, когда Тамара снова вышла из спальни. Она надела хороший, сшитый по фигуре серый летний костюм, а на плечах красовалась черная меховая накидка.

— Почему мы не можем остаться здесь? — спросила она.

— Потому что твой адрес зарегистрирован в досье Иммиграционного бюро, а это одно из первых мест, куда сделает запрос полиция.

— Я никогда не думала об этом/

Реннер подал ей руку.

— Если нам удастся, мы направимся к одному рыбацкому пирсу. У меня там знакомый — капитан чартерного судна. Он кое-чем мне обязан и, думаю, согласится предоставить нам убежище на несколько дней. Мне кажется, рыбацкий пирс — это последнее место, где нас может искать полиция?

Он открыл дверь и отступил в сторону, пропуская Тамару. Она пошла вниз по лестнице и остановилась на пол пути к холлу. Крепкий парень, который мог быть только переодетым полицейским, разглядывал имена на почтовых ящиках.

Он увидел их, другого пути, кроме как вниз, у них не было.

— Я попытаюсь избавиться от него, — прошептал Реннер. — Если он станет задавать вопросы или же попытается остановить нас, отвлеки его внимание. Я пристукну его.

Он прошел мимо Тамары вниз и потянулся к ручке двери.

— Эй, не так быстро, парень! — окликнул детектив. — Ты Реннер. — Он посмотрел на Тамару. — А вы мисс Дараний. У меня ордер на ваш арест, и я задерживаю вас обоих.

— О; — произнесла Тамара. Она спустилась еще на ступеньку и хлопнула себя'по ноге. — Черт возьми, я так и знала! Опять эта подвязка… Одну минутку, пожалуйста. "

Она отвернулась к стене, но так, чтоб детектив увидел, как она задирает юбку, чтобы добраться до воображаемой подвязки.

Ему не было чуждо ничто человеческое, и он смотрел на ее ноги. Реннер, улучив момент, ударил его сзади в левое ухо. Полицейский отшатнулся к почтовым ящикам, а затем сполз по стене на пол холла.

Реннер открыл входную дверь и повел Тамару вдоль улицы к машине Табора.

— Где ты всему этому научилась?

— В Венгрии. Это один из приемов, которым учили деятели подпольного движения. Молоденькая хорошенькая девушка могла запросто сбить с толку даже самих русских. Однажды в Будапеште во время облавы мне пришлось продемонстрировать свою нескромность, чтобы спасти одного юного борца за свободу. Его преследовал полковник НКВД. Потом целых шесть месяцев я скрывалась, надеясь, что этот полковник забудет меня, но у него оказалась цепкая память. Это явилось одной из причин, из-за которой родители отослали меня в эту страну.

Руки у Реннера стали такими влажными и скользкими от пота, что ему с трудом удавалось удерживать руль. Надежда не оставляла его: «Скоро этот кошмар кончится, — думал он, — и снова можно будет почувствовать наконец себя человеком». Да, он помешал детективу забрать Тамару. Но это лишь временная передышка. Как только тот придет в себя, то, конечно, позвонит в свою контору, и охота за ними начнется снова.

Тамара заметила, что правая рука Курта сильно распухла.

— Ты повредил ее, когда ударил того человека?

— О, нет! Это Билл Причард.

— Что с рукой?

— Думаю, там перелом, — ответил Реннер.

Корабль длиной в тридцать восемь футов приводился в движение дизельным мотором с двумя винтами. Гостевая кабина, отделанная под «люкс», могла сойти за хороший двойной номер в отеле: подсобное помещение с душем, всюду нержавеющая сталь на кухоньке, бар, две просторные, встроенные в стену, койки. Владельцем и капитаном корабля был маленький энергичный человек с усиками ниточкой. Он редко сдавал судно в аренду для туристических поездок меньше чем на две недели. Он плавал, главным образом, между Марибу и рыбными банками[1] неподалеку от Акапулько. Капитан Йенсен искренне обрадовался, что сможет отплатить за услугу, оказанную ему когда- то Реннером. Это была существенная услуга. Когда Реннер еще служил главным распорядителем в одном из лучших прибрежных отелей, капитан Йенсен оказался связанным с шайкой профессиональных игроков. Рыболовное судно стоимостью в сорок пять тысяч долларов, оборудованное новейшими электронными устройствами, представлялось им весьма лакомым кусочком. Лишь благодаря своевременному вмешательству Реннера капитану удалось убраться восвояси, не потеряв судна, с целыми зубами.

— Конечно, — сказал Йенсен. — Буду рад отплатить хоть частично за то, что ты сделал для меня, Курт. Мисс Дараний, располагайтесь. Он перелистал настенный календарь. — Никто и не подумает искать вас здесь. А я не начну очередной чартерный рейс раньше, чем через четыре дня. Затем подберу двух голливудских деятелей с их подружками, которые рыбачат в море. — И добавил со смешком: — Не думаю, чтобы они наловили слишком много рыбы.

— А куд^ отправляешься ты сам?

Йенсен ухмыльнулся.

— У меня небольшое дело в Санта-Монике. Я давно собирался туда наведаться со стюардессой. А вечером заскочу посмотреть, как вы тут поживаете. И ни о чем не беспокойтесь. На случай, если вдруг кто-то видёл, как вы поднимались на борт, я дал команду своим ребятам. Если дело коснется полиции, никто из них ничего не знает. Верь мне.

Реннер поверил. Капитаны чартерных судов и рыбацких шхун представляли собой спаянную общину и жили по своим собственным законам. Большинство из них не ответит полицейскому, который час, особенно, когда дело касается кого-то из их братии.

Восходящее солнце поднялось хоть и не очень высоко, но уже нагревало каюту. Чувствовалось, к полудню будет жарко. Когда Йенсен ушел, Реннер снял пальто и посмотрел в иллюминатор. Суда, уходящие на целый день или на полдня рыбачить, уже готовились отшвартовываться от ближайшего рыболовного пирса. Началась обычная в таких случаях суматоха, когда опаздывающие члены экипажа несутся со своими снастями по пирсу и протискиваются на судно. Поэтому Курт склонялся к мысли, что вряд ли кто-нибудь из них видел, какой и Тамара поднимались на борт катера.

Реннер отошел от иллюминатора и сел на койку у правого борта, испытывая удовольствие от легкой качки пришвартованного корабля, легкого шуршания борта о стенку причала и поскрипывания натянутых тросов.

— Ты не подвержена морской болезни? — спросил он Тамару.

Она положила меховую накидку на другую койку. -

— Не знаю. Я впервые на борту маленького судна. Как долго мы собираемся здесь пробыть?

Реннер подвинул подушку к изголовью и лег на спину.

— Не имею ни малейшего понятия. Ну, уж, конечно, не раньше, чем я придумаю, что делать дальше, или пока Йенсен не выдворит нас.

Он снял галстук и расстегнул две верхние гГуговицы рубашки, в раздумье проговорил:

— Может быть, надо было сдаться этому детективу? Но дело в том, что у меня аллергия на тюрьму. Мне довелось побывать в одной. Кроме того, нам с тобой придется хорошенько подумать и вычислить, кто ограбил и убил Келси. Прежде всего нам нужно стряхнуть со своей спины полицию.

— Здесь жарко, — пожаловалась Тамара.

Реннер открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, снял рубашку.

Тамара стояла, прижавшись аккуратной кругленькой попкой к комбинации бара и кухоньки из нержавеющей стали.

— Рука сильно болит?

— Не сильно. Но как-то онемела.

— Ты очень устал, не так ли?

— Да, — согласился Реннер. — Я устал. Я не спал и двух часов с самого утра того дня, когда Барон чуть не сбросил тебя в пропасть.

— Ты слишком устал, чтобы немного поговорить?-

— О чем?

— О нас, — она всплеснула руками. — Я не хочу быть просто вежливой с тобой. Не хочу испытывать стеснения, когда ты смотришь на мое тело. — Она отошла от бара и села на край койки, на которой он лежал. — Между нами многое произошло. Ты значишь для меня слишком много, чтобы все продолжалось так, как сейчас. После того, что произошло в «Эльдорадо», мне казалось, что я никогда больше не захочу видеть тебя. Думала, что ненавижу. Но как только ты вошел в мою квартиру сегодня утром, я стала понимать себя лучше.

Реннер пытался взять ее за руку, но она ее отдернула.

— Нет, пожалуйста. Не сейчас. Мне нужно во всем быть уверенной. Ты любишь меня?

— Да, люблю.

— И ты действительно передумал? Ты не хотел, чтобы Келси использовал меня?

— Клянусь тебе.

— Ты очень устал?

— Нет, не очень.

— Ты правду говоришь?

— Я вполне уверен.

— Когда вернется этот капитан Йенсен?

— Не раньше вечера.

— До тех пор мы будем одни?

Да.

— И дверь каюты заперта?

— Да.

Тамара обладала весьма практичным умом.

— Тогда почему бы, Курт, не подумать обо мне? Ведь если мы по- прежнему любим друг друга, между нами должен быть секс.

— Я знаю.

Тамара встала, расстегнула кофточку и сняла бюстгальтер.

— Помоги мне. Дай мне снова почувствовать себя чистой. Делай со мной все, что хочешь.

Ее Юбка и трусики последовали на пол следом за кофточкой.

— Делай со мной все, что делал он, но с любовью, с нежностью, потому что ты любишь меня.

— Ты действительно хочешь этого? — неуверенно спросил Реннер.

Тамара легла на койку рядом с ним.

— Да. — Она пыталась объяснить ему, что она чувствовала. — Я не хочу, чтобы секс был для меня чем-то грязным, Курт. Не хочу испытывать чувство стыда, когда ложусь в постель. Помоги мне преодолеть это.

Реннер попытался, но был так возбужден, так измотан за день, что у него ничего не получилось. Во второй раз ему все удалось. И после этого было хорошо. Воспоминания о Келси испарились. Исчезла полиция, туристский комплекс, этот пирс и даже то, неясная перспектива того, что их ожидает. Все ушло. Они были одни в царстве любви, нежно вздымаясь и опускаясь, в такт движению пришвартованного корабля.

После полудня они немного поспали.


Глава 10 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 12