home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 6

Утро на заре было влажным, и наступило для Реннера слишком рано. Первые машины с репортерами прибыли незадолго до шести. К восьми они заняли все свободные номера. Повар в ресторане приготовил в одно утро завтраков больше, чем за два с половиной месяца с тех пор, как открылся «Эльдорадо».

По-видимому, Соурира был прав. Джон А. Барон оказался поистине сенсацией.

Дела в баре шли также хорошо, даже слишком. Особенно по части виски. На нем всегда делались приличные деньги. Ближе к десяти Реннер уселся в машину, отправляясь в Мишн-Бей закупить бифштексы, цыплят, креветок и других продуктов, которые, по расчетам повара, потребуются для обеденных и вечерних блюд. Он также должен был выполнить просьбу Тони и пригласить его кузена Мануэля Фреснильо, проводящего каникулы в Мишн-Бей в качестве помощника бармена.

Устраиваясь на сиденье своего нового четырехместного черного «сан- берда», он как никогда прежде ощущал всю значимость своих усилий. Ему доставляло удовольствие думать о своих успехах. Вот таким должен быть бизнес. Таким он и был бы, если бы магистраль открылась для движения.

Он спал меньше двух часов. Воспаленные глаза болели. Ему казалось, что у него начинается лихорадка. Но все это пустяки. Самое важное — это его поместье.

Прошедшей ночью, вернее даже сегодня утром, все было прекрасно. Они с Тамарой знали много чудесных ночей, и он не собирался ее терять.

Реннер промокнул пот с лица платочком из нагрудного кармашка. У них пока не было возможности обсудить дальнейшие планы. Вокруг сновали репортеры, ожидавшие с нетерпением, когда появится Тамара, чтобы взять у нее интервью. Поэтому он не рискнул пройти через центральный выход. Тамара безмятежно спала после того, как он утром отнёс ее к ней в номер. Но, видимо, помня о наставлениях Курта, она вставала, чтобы закрыть дверь, соединяющую их номера.

Реннер завел мотор, но затем выключил зажигание, увидев Нелли Мейсон, выходившую из ресторана с подносом в руках, накрытым салфеткой.

— Куда это вы несете? — спросил он.

Официантка удивилась:

х —.Во второй номер. Для девушки, которая попала в аварию прошлой ночью. Вы же сказали шефу, чтобы кто-нибудь отнес ей завтрак в десять.

Реннер вышел из машины.

— Да, конечно.

Он очень хотел застать Тамару одну. Но и это было неплохо.

— Я пойду с вами.

Дюжина репортеров последовала за ними и, по крайней мере, половина из них нацелили свои фотокамеры, когда Реннер постучал в дверь.

— Мисс Дараний.

Последовала длинная пауза. Тамара спросила сонным голосом:

— Да? Кто там?

— Это официантка с вашим завтраком, — ответил Курт, — и с ней мистер Реннер.

Тамара открыла. Ее волосы были взъерошены, ночная рубашка доходила до колен, сверху накинут дешевенький нейлоновый халатик.

Тамара продемонстрировала соответствующее моменту смущение, когда протянула Реннеру руку:

— О, да. Я запомнила ваше лицо. Позвольте поблагодарить вас, мистер Реннер, вы спасли мне жизнь.

Пока он пожимал ей руку, полдюжины фотографов запечатлели эту сцену для потомков.

Тамара улыбнулась официантке.

— Входите, пожалуйста.

Репортеры попытались прорваться за ними, но Реннер закрыл дверь и привалился к ней спиной.

Нелли поставила поднос на стол.

— Я слышала, что вы хорошенькая, но они к вам не вполне справедливы, мисс Дараний.

— Спасибо, — улыбнулась Тамара. Она облизнула губы кончиком языка и искоса взглянула на Реннера, как бы ожидая дальнейших указаний.

— Шериф Причард, — начал он, — сказал мне прошлой ночью, вернее, сегодня утром, что вы направлялись сюда, когда произошло это несчастье. Он также не постеснялся обследовать ваш бумажник и нашел вырезку с объявлением, которое я поместил в «Таймсе». Полагаю, вы имели дело с эстрадой.

— Да, имела.

— Вы играете на фортепьяно?

— Да, а также и пою. И как значилось в объявлении, я говорю по- венгерски, а также по-немецки и по-словацки.

— Хорошо, — одобрил Ренер. — Возможно, вы та девушка, которая мне нужна. — Он произнес эту фразу, подчеркнуто выделяя. — Я хочу поговорить с вами попозже, потому что сейчас я должен поехать в город на пару часов. А потом, если вы не против, буду рад принять вас.

— Благодарю.

•Реннер опасался, что в беседе с репортерами Тамара может сболтнуть лишнее и вызвать подозрение у прессы. Если же он вообще откажет им в возможности поговорить с ней, то это будет выглядеть неестественно. Но, с другой стороны, она не должна ничего болтать, кроме как придерживаться своей версии о газетном объявлении: мол приехала сюда в надежде получить работу эстрадной певицы.

Он улыбнулся:

— В то же время, мисс, я не хочу держать вас здесь взаперти. После того как доктор Фландерс побывает у вас с утренним визитом и решит, что все в порядке, почему бы вам не встретиться с представителями прессы. Расскажите им, чем вы занимались и какие у вас надежды на будущее. Кажется, тот человек, который вез вас прошлой ночью, был крупной фигурой, но с плохой репутацией. А доброжелательная пресса никогда не вредила эстрадным певцам. Это могло бы помочь и моему делу, если я найму вас.

— Я сделаю все, что вы скажете, — ответила Тамара.

— Ну, я теперь вы можете позавтракать в спокойной обстановке.

Как только они вышли из номера, их сразу же обступили репортеры и принялись задавать вопросы. Он выдал им сущую правду: ему нечего сказать, помимо того, что они уже сами знают. Но если доктор Фландерс осмотрит девушку сегодня утром и даст свое согласие, то мисс Дараний поговорит с ними лично.

Реннер ехал по полупустынным улицам, и ему казалось, что никто не проявляет к нему интереса. В то же время он мог поклясться, что кто-то наблюдает за ним, кто-то всерьез ненавидящий его. Он чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Но, с другой стороны, у него могли разыграться нервы или же возникнуть чувство собственной вины. Как ни крути, но его план не назовешь планом порядочного человека.

Он отправился к поставщику и закупил все по списку, который дал ему повар. Быстропортящиеся продукты, запакованные вместе с сухим льдом, порубленное на куски мясо, разделанные цыплята — все было погружено в машину. Процедура эта заняло около часа.,

После того как покупки были сделаны, он проехал мимо церковной миссии и соседнего с ней одноэтажного здания из серого кирпича, в котором располагалась местная тюрьма и офис шерифа, а затем отправился на стоянку у местного банка.

Насколько понял Реннер, просматривая страховой полис на купленный им тягач, на полную стоимость была застрахована не только сама машина: в страховку входила оплата всех нанятых им служащих для управления машиной на общую сумму в пятьдесят тысяч долларов. Это была единственная хорошая новость за последние часы. По крайней мере, он не сидел на крючке по делу Эйнджела. Компания, конечно, попытается как-то утрясти дело с вдовой покойного, чтобы заплатить как можно меньше, но это уже его не касалось.

Андерс-старший только входил в банк.

— Доброе утро, — отрывисто произнес он.

Сколько Реннер его помнил, старый банкир, чтобы внушить больше доверия своим вкладчикам, носил простую одежду и черную шляпу с опущенными полями, какие носили шахтеры, населявшие эту часть района. Курт коротко кивнул в ответ и направился к двери. Мистер Андерс остановил его.

— Мой парень говорил, что прошлой ночью у вас там произошли какие-то события?

— Да, это так.

— Он говорил, что вы спасли жизнь хЬрошенькой девушке.

— Да, мне это удалось. <

— Певичка? Кажется, она направлялась к вам, чтобы получить работу, когда ее чуть не укокошил этот Барон. Если не ошибаюсь, девушка из беженок. Вы собираетесь нанять ее?

Реннеру не терпелось встретиться с Мануэлем и поскорее вернуться домой.

— Почему это вас так интересует?

Банкир оперся локтями о мраморную стойку.

— Я скажу вам почему' Потому что я думал о вашей просьбе по поводу займа. Я вряд ли одолжу вам денег, но у меня есть к вам предложение.

Вы знаете так же хорошо, как и я, что вы, Реннер, не протянете с вашим предприятием девять месяцев. Даже если наймете десять певичек и заставите вертеть их своими хорошенькими задницами и исполнять «Рамону» на аккордеоне. Но я готов рискнуть. Я дам вам пятнадцать тысяч долларов за ваше имущество и приму на себя все ваши обязательства.

Внезапно Реннер схватил банкира за лацканы пиджака и вытянул его из-за стойки.

— Послушай, старый дурак с вонючим ртом! Если бы ты не был таким дряхлым, я бы набил тебе морду за твою подлость. Лишь одна земля стоит там вдвое дороже, чем ты предлагаешь. Не считая сорока тысяч наличныьш, которые я вложил в строительство и оборудование.

— Принимай это или нет — дело твое, — , как ни в чем не бывало ответил банкир.

— Я не принимаю, — отчеканил Реннер и направился к автостоянке.

Если он и нуждался в чем-либо, что могло укрепить его решимость в отношении Келси-младшего, то сейчас он это получил. Как. плохо, оказывается, Андерс думает о нем! Реннер готов был распять его «мальчика» на кресте, если бы потребовалось. Это им не Джина Гонзалес. На этот раз вся округа и три четверти городских газет в штате встанут на сторону Тамары, и Андерс старший заплатит за все сполна, сделает это с радостью.

— Ощущение того, что за ним кто-то наблюдает, раздражало Реннера. Он направил машину к повороту и остановился, чтобы оглянуться назад. Единственными живыми существами на улице были две мексиканки с корзинами для провизии и Билл Причард, беседующий с отцом Себастьяном на тротуаре между церковью и офисом шерифа. Причард заметил, что Реннер смотрит на них, и поднял руку в знак приветствия. Затем отвернулся и продолжил беседу со священником.

Курт пожал плечами и поехал дальше. У него болела голова. Было жарко, и он чувствовал себя так, будто у него вот-вот начнется лихорадка. Лихорадка стоимостью в сорок тысяч долларов! Реннер мысленно довел сумму до пятидесяти.

Через два квартала вверх по улице, у салона «Тико Такое», он свернул направо и поехал по грунтовой дороге. Она шла параллельно Южному Тихоокеанскому тракту и вела к старой части Мишн-Бей, известной как Мексиканский город. Дома здесь были маленькие, старые и неухоженные. Около большинства разбиты палисадники. Немногие имели надворные постройки. Мексиканский городок не изменился с тех пор, как Реннер был здесь последний раз. По улицам бродили козы, облезлые собаки, бегали дети, а старики дремали на солнце. Он пытался вспомнить, где жил Фреснильо. Если он не ошибался, то прямо через дорогу от морга Гарсия и по соседству с домом Гонзалеса.

Обычно здесь всегда людно и шумно, но сейчас почему-то стояла тишина. Улица дышала спокойствием. Реннер припарковал машину на пыльной улице около дома Фреснильо и постучал в дверь. Старый пес вылез из-под крыльца и обнюхал отвороты его брюк. Никто не отозвался на его стук. Реннер постучал еще раз, посильнее. Потом вынул свою визитную карточку и хотел было оставить записку. Но тут ему в голову пришла другая мысль. Тони по уши загружен, ему нужен был помощник в баре, и как можно скорее. Реннер взглянул на дом рядом. Пит Гонзалес умер несколько лет назад. Но миссис Гонзалес и двое ее младших девочек все еще жили в Мишн-Бей. Возможно, они знают, где найти Мануэля.

Курт подошел к дому и постучал в деревянную дверь. Потом толкнул ее, вошел в гостиную, и тут услышал голос девушки, крикнувшей «Входите!».

Он уже несколько лет не бывал в таких гостиных. Она напоминала ему дом его родителей, когда он был еще маленьким мальчиком. Диван и кресла обиты красным плюшем. С хрустальной люстры в виде слезинок свисали стекляшки. На стенах картины на религиозные сюжеты. Одну из стен украшал сияющий бронзовый крест. Под ним мраморный столик, на котором лежала довольно потрепанная книга о жизни святых и молитвенник в потертом кожаном переплете.

Он потоптался в нерешительности, и девушка снова крикнула:

— Проходите сюда!

Реннер подошел к двери, из-за которой доносился голос. Выцветшая зеленая занавесь на окне была задернута, но света хватало, и глаза его остановились на черноволосой девушке, лежащей в кровати. Увидев его, она вынула изо рта дымящуюся сигарету, глубоко вздохнула и другой рукой натянула на себя одеяло. Она казалась больше удивленной, чем смущенной.

— Надо же, из всех людей здесь объявился один Курт Реннер! Что вы тут делаете? Экскурсия по трущобам?

Реннер смутился гораздо большее ее.

— Прошу прошения, Джина, — извинился он. — Я даже не знал, что ты в городе. Вот ищу Мануэля Фреснильо и подумал, что, может быть, твоя мать или сестры скажут, где его найти.

Он начал было боком пятиться к двери, но девушка остановила его.

— Подожди, не уходи таким обиженным.

Она вынула сигарету изо рта. Потом спустила ноги на пол, встала и сняла дорогой шелковый халат со спинки стула, но, очевидно, не спешила его надевать.

— О, Боже, уже, должно быть, восемь часов?

— По меньшей мере, — ответил Курт.

Она накинула халат, прошла в гостиную и выглянула на улицу. Вид его машины, стоящей перед домом, казалось, успокоил ее. Когда она обернулась к Курту, на лице ее играла легкая улыбка.

— Теперь я знаю немного о тебе. Думала, ты представляешь собой нечто другое.

Реннер переменил тему:

— Давно ты в городе?

Джина уселась на красный плюшевый диван.

— Сегодня третий день. Стараюсь как можно чаще бывать у моей старушки. И когда Мануэль решил отправиться на каникулы, я пристроилась к нему. Ты ищешь его?

Реннер сел на стул напротив дивана.

— Да, его. Это происшествие на шоссе прошлой ночью несколько оживило наш бизнес. Барон оказался заметной фигурой. И Тони подумал, что Мануэль мог бы помочь нам в баре.

В гостиной было еще жарче, чем на улице. Джина не удосужилась завязать даже пояс на халате. ‘

— Ну, хорошо. Я имею в виду, хорошо, что кто-то занимается делом. А что, если отдохнуть в Лос-Анджелесе и все такое? — Она обмахивалась полой своего халата. — И когда ты снимаешь трубку, то слышишь, что мужик хочет иметь тебя вместе с головой за какие-то пятьдесят баксов.

— Как-то вечером у меня был один парень, — продолжала Джина, — который хотел сделать снимок всего этого. Ты знаешь эти поляроидные камеры. — Она пожала плечами. — Что же, я разрешила ему. Десять долларов здесь, двойная оплата там.

Слова были удивительно знакомыми. Реннер дал девушке сигарету и поднес огонь.

— А где сейчас все?

— На похоронах Эйнджела.

«Ну, конечно», — подумал Реннер. Ему не следовало приходить. Он слишком много должен Эйнджелу. Если бы не он, несчастный, они с Тамарой грохнулись бы вниз вместе с машиной Барона.

Джина произнесла извиняющимся тоном:

— Я хотела бы предложить тебе пива или еще что-нибудь, Курт. — Кольца на ее пальцах, когда она расхаживала по комнате, сверкали. — Но ты сам видишь, как старушка живет. Не то чтобы она швыряла деньги, которые я посылаю ей. В конце концов, и она, и маленькие сестры должны есть.

Реннер попытался как-то выразить свои чувства.

— Сожалею, Джина. Очень.

В этот момент поезд «Дневной свет» из Сан-Франциско прогрохотал на перекрестке Главной улицы и наполнил гостиную ужасным шумом: ему пришлось кричать, чтобы быть услышанным.

— Мне ничего не нужно от тебя, я пришел поговорить о деле.

Джина затянулась сигаретой. Приближающийся поезд сотрясал уже весь дом. Даже крест на стене качался.

•— Прошло уже много времени, Курт. Как говорится, такова жизнь.

Когда поезд прошел, в комнате стало как-то неестественно тихо. Крест вздрогнул в последний раз и замер.

— Да. Такова жизнь, — как эхо, повторила Джина.

— Да, — отозвался Курт, вставая и направляясь к двери. — Когда Мануэль вернется домой, попроси его подъехать ко мне. Скажи, я знаю, что он на каникулах, но я заплачу ему по профсоюзной шкале, к тому же он окажет большую помощь Тони и мне.

Джина проводила его до дверей.

— Хорошо. Я и сама могу приехать с ним. Если не после полудня, то вечером.

— Давай приезжай, контора за все платит.

Он пересек полянку с чахлой травой между двумя домами и открыл, дверцу своей машины. У жизни бывают крутые повороты, — думал он. — Иногда она преподносит страшные вещи. Джина была еще ребенком, когда он покинул Мишн-Бей, чтобы устроиться на работу в отель. С тех пор он редко видел ее, один раз незадолго до того случая с Келси. Они никогда не были близко знакомы, но он слышал о ней только хорошее. Так было до того случая в рыбацком домике, Тот случай совершенно изменил и озлобил ее. Она уже не считала свое тело чем-то святым, недоступным. Стала холодной, прижимистой и расчетливой. Реннер не сомневался, девушка пойдет на все, что угодно, если получит соответствующее финансовое вознаграждение. По дороге домой он раздумывал, кого она ожидала, когда крикнула ему: «Входите»? Он не назвал бы такого бизнесмена в Мишн-Бей, который заплатил бы пятьдесят долларов, чтобы лечь с ней в постель.

В час он вернулся домой. Репортеры продолжали прибывать. Их машины заняли все стоянки перед входом, и все с наклейками представителей прессы на ветровом стекле.

Реннер припарковал свою, машину позади кухни и помог одному из рабочих разгрузить ее. Он уже проходил через заполненный людьми вестибюль, намереваясь поговорить с Тони, как плотный коротко остриженный человек с хриплым голосом и вызывающей манерой разговора преградил ему дорогу.

— Вы Реннер, — утвердительно произнес он. — Вы тот парень, который владеет этим поместьем, тот отчаянный, кто вытащил эту куколку-блондинку и мистера Барона из машины прошлой ночью.

Реннер взглянул на человека, и тот ему сразу не понравился. Он не любил этих заносчивых молодцов, которые разговаривали не разжимая рта и называли незнакомцев «отчаянными головами». Да, это крепкий орешек, но Реннер хорошо знал таких типов и не пасовал перед ними.

— Да, я Реннер, — подтвердил он. — А вы кто такой?

— Хол Мейерс, — представился человек. — У меня агентство в Сан- Франциско.

Вероятно, он ожидал, что имя произведет должное впечатление на Реннера, но оно ничего для него не значило. Он даже никогда раньше не слышал об этом человеке. Курту было жарко, он устал и хотел скорее поговорить с Тамарой.

— Ну, хорошо, — сказал он. — Вы Хол Мейерс. У вас агентство в Сан-Франциско. И что прикажете мне делать?

Репортеры, столпившиеся вокруг, готовы были расхохотаться.

Мейерс побледнел от гнева.

— Думаю, вам полезно будет узнать, что я уполномочен семейством Барона защищать их интересы.

Реннер был искренне озадачен.

— А какое это имеет отношение ко мне?

Мейерс недоверчиво покосился на него:

— Не уверяйте меня, что вы не намерены предъявить иск к наследникам.

Реннер покачал головой.

— Нет. Не намерен. Я немного переволновался, разбил свои часы, порвал костюм и потерял тягач. Но страховая компания возвратит мне стоимость тягача. И все, что я делал, я делал не ради Барона, а ради мисс Дараний.

— А что с этой куколкой?

— Кого вы имеете в виду?

Владелец частного агентства был настроен скептически.

— Не говорите мне, что она та, за кого себя выдает. Чушь, которую она выдала корреспондентам, слишком хороша, чтобы быть правдой. — Он попытался имитировать Тамарин голос и акцент. — «Да, это верно. Мой титул подлинный, хотя и устаревший. Моя семья была уничтожена русскими. Я подумала, что если буду называть себя графиней Дараний, то это окружит меня известным ореолом и поможет найти работу в качестве манекенщицы или певицы в ночном клубе»..*.

Газетчики в вестибюле прекратили шуметь и внимательно прислушивались к разговору.

— А что в этом плохого? — спросил Реннер. — Если малышка говорит, что она настоящая" графиня, вероятно, так оно и есть на самом деле.

О, давайте перейдем к существу вопроса, — ухмыльнулся Мейерс. — Вы же понимаете, что с помощью своего выдуманного титула она собиралась кое-что выжать из вашего поместья. Эта маленькая бродяжка из Лас-Вегаса, рассчитала, что если она получит здесь хоть что-то, то хорошей девочке, графине, заплатят двойную цену.

— Теперь я понимаю, — спокойно сказал Реннер. — Вы хотите показать не без моей помощи, что мисс Дараний обыкновенная бродяжка и что она пыталась изнасиловать Барона. И если я подтвержу эту версию, то вы мне заплатите. Так что ли?

Мейерс приглушил голос, чтобы его не слышали окружившие их репортеры.

— Это не то место, где можно серьезно поговорить. Но я хочу заверить вас, что наследники высоко оценят помощь, которую вы им окажете;

Реннер знал, что последствия этого разговора могут быть чреваты неприятностями. Он понимал, что не следует этого делать, поддаваться импульсу, минутному настроению, но не удержался. Сжал кулаки и изо всей силы, на которую был способен, ударил Мейерса в лицо.


Глава 5 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 7