home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 15

Эмили обещала Дойлю вернуться через два часа, но эти два часа выросли почти в шесть. Виной тому оказалась машина, которую она не смогла сразу продать. Хотя еще два месяца назад авто стоило более восьми тысяч, первый же торговец предложил ей только четыре. Он объяснил это тем, что его клиенты предпочитают маленькие машины иностранного производства. Кроме того, по окончании сезона во Флориде почти ни у крго не было свободных денег, чтобы позволить себе купить «кадиллак».

Второй торговец, к которому она пригнала машину, тоже был согласен уплатить ей четыре тысячи, но поставил два условия. Он хотел, чтобы его механик проверил машину, и собирался связаться с продавцом машин в Хевитте, чтобы удостовериться, что Эмили действительно та, за кого себя выдает.

— Почему бы вам не оставить машину до завтра? — предложил он.

Три следующих торговца вообще не заинтересовались «кадиллаком», поэтому не назначили никакой цены. Еще один предложил в обмен старый «бьюик» и в придачу две тысячи восемьсот.

Лишь в час дня ей удалось наконец получить за машину деньги. К этому времени она так отчаялась, что продала «кадиллак» на пять сотен долларов дешевле, чем было нужно. После того, как все бумажки были подписаны, продавец настоял на том, чтобы она взяла сумму чеком. Значит, ей надо было идти в банк и удостоверить свою личность, чтобы погасить этот чек. И это сводило к нулю всю скрытую сторону продажи машины.

Она находилась в двух кварталах от банка, когда ей пришла в голову мысль, что можно получить недостающую сумму и по личному чеку. Все равно тайны как таковой уже больше не существовало. Кроме того, когда чек доберется до банка в Хевитте, они будут уже в Гаване.

Она поспешила обратно в банк, но оказалось, что уже начало третьего, и он закрылся.

Обливаясь потом, усталая и раздосадованная, она подумала: а не получить ли по чеку в каком-нибудь крупном магазине или универмаге, Где у нее был постоянный счет. Но сразу прогнала эту мысль: там, в магазине, можно было встретить кого-то из знакомых, а она не желала рисковать и обнаруживать свое местопребывание. Но, скорее всего, думала она, Дойль удовлетворится четырьмя с половиной тысячами или примет чек на оставшуюся сумму.

Эмили почувствовала голод, но не хотела тратить времени на обед. Поэтому по пути заскочила в закусочную и заказала сардельки со стаканом молока. Сардельки показались ей невкусными, но молоко приятно освежало.

Поэтому, выпив еще один стакан, она пошла дальше, пока не добралась до магазина мужской одежды. Дойль, конечно, был прав, предложив Дэну снять форму. Поэтому она купила две пары брюк, три рубашки яркой расцветки, пару ботинок на каучуковой подошве и соломенную шляпу. Все это обошлось ей в девяносто три доллара, — намного больше того, чем она ожидала. Еще три доллара ушли на очки, которые она купила в аптеке по соседству. Кончились сто долларов, которые она отложила для себя. Денег оставалось ровно столько, сколько необходимо лишь на то, чтобы оплатить дорогу к мотелю на такси.

А в такси ее словно током пронзило: она внезапно вспомнила, что у нее не осталось даже мелочи, чтобы рассчитаться за пребывание в мотеле. Не говоря уже о Гаване, где они вообще окажутся без единого гроша…

На глаза навернулись слезы. Выписать чек на какие-нибудь благотворительные пожертвования — это занятие теперь казалось ей детской игрой, но самой упомнить каждую деталь — совершенно другое дело. Еще с неделю назад обо всем этом думали за нее другие люди.

В гавани она попросила шофера обождать и пошла по жаре в сторону пирса, где стояла яхта. Многие капитаны и матросы, дремавшие на своих палубах, заметили Эмили.

Взойдя на яхту, она окликнула:

— Том! Капитан Дойль!

Ответом было громкое храпение.

Ориентируясь на этот храп, Эмили пошла в каюту, где побывала несколько часов назад. Дойль в одних штанах, весь потный, спал мертвецким сном. Рядом, возле койки, стояла опорожненная бутылка рома.

Эмили с отвращением посмотрела, на потное тело, но пересилила себя и стала трясти его, чтобы разбудить. Однако сон Тома оказался не таким крепким и глубоким, как она думала при первом взгляде на пьяного. Практически почти тут же он спустил ноги с койки и сел, готовый к самообороне.

— Ах, это ты! — он облегченно вздохнул. Потом, щурясь, посмотрел через иллюминатор на солнце: — Ты же предполагала вернуться через два часа?

Эмили присела на другую койку.

— Оказалось трудно продать машину.

— Но ты получила обещанные мне пять тысяч?

— Почти.

Дойль сполоснул рот глотком рома.

— Как это понимать?

— Я смогла получить только четыре с половиной. И то с трудом. — Она вынула деньги из сумочки и протянула ему. — На остальные триста тебе придется взять чек.

— Триста, говоришь?

— Двести я тебе уже дала.

— Правильно, — Дойль перебирал руками банкноты. — А если я буду настаивать на том, что хочу получить все пять тысяч наличными?

Эмили безнадежно развела руками.

— В таком случае из нашей сделки ничего не получится. Мы и так попадаем на Кубу без гроша в кармане.

— Это ваше дело. Я взялся вас только доставить туда.

— Знаю.

Дойль спрятал деньги в выдвижной ящик под койкой и вытер влажные руки о штаны.

— Ну, ладно, не будем пока об этом. Может быть, по дороге что- нибудь придумаем. — Он сунул ноги в парусиновые туфли и зашнуровал их. — Мне надо сейчас побеспокоиться о горючем и продуктах. — Он поднял голову, добавив: — По правде говоря, я не должен был ввязываться в это дело. Если бы у меня хватило ума, я бы отдал твои деньги назад и предоставил расхлебывать кашу, которую вы сами заварили, тебе и твоему «золотому мальчику».

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты что, не читала дневной выпуск?

— Нет. У меня не было времени.

Дойль поднял с пола газету и протянул ей:

— Вот, прочти.’

Корреспонденция была из Хевитта. Заголовок гласил:

«Золотой юноша» Моран все еще на свободе».

Далее в статье говорилось:

«Местная полиция и прокуратура в настоящее время проверяют гипотезу: не могло ли так случиться, что одна из жительниц Хевитта, а именно мисс Эмили Хевитт, была вынуждена помочь Морану спрятаться и затем бежать из города?.. Допрошенная сегодня утром экономка мисс Хевитт отказалась дать прокурору Тайеру какие-либо объяснения. Полиция предполагает, что мисс Хевитт всю неделю после побега покупала в аптеке большое количество перевязочного материала, а также продукты питания, какие она раньше никогда не приобретала».

Дойль грязно ухмыльнулся.

— Теперь ты понимаешь, что я имею в виду? Если не хочешь выбросить на ветер свои пять тысяч, на твоем месте я давно бы исчез, пока мы еще не отчалили.

— Ну, конечно, — согласилась Эмили и свернула газету. Она хотела взять ее с собой, чтобы показать Дэну.

Дойль поднялся вместе сней, взял за подбородок и поцеловал. Словно разговаривая сам с собой, проговорил:

— Так как теперь вас обоих разыскивает полиция, я бы все-таки попросил тебя найти другого идиота. — Руки его тем временем гладили ее по спине и бедрам. — Правда, душечка, девушки, вроде тебя, всегда были моей слабостью, но тут уж ничего не попишешь…

— Если я расскажу об этом Дэну, он тебя прикончит на месте.

Дойль рассмеялся с довольным видом.

— Сильно сомневаюсь. — Он дотронулся до синяка под ее глазом. — «Золотые мальчики» в этом мире все одинаковы. И в большинстве случаев боятся затевать драки с мужчинами, которые могут ответить ударом на удар. Они, как правило, дамские угодники, которые целуют им ручки, ну… и так далее. Когда, конечно, все идет гладко и согласно их желаниям. Когда же положение становится критическим, они думают только об одном: как спасти собственную шкуру.

— Дэн не такой, — запальчиво воскликнула Эмили. — Ему только надо дать шанс. Он добрый и порядочный. И любит меня.

— Возможно, — спокойно ответил Дойль. Он постучал по газете пальцем. — Но мне кажется, душечка, что ты сделала ставку не на того человека. Я имею в виду того, кто уже понял, какая разыгрывается драма, и тем не менее до сих пор пытается оградить тебя от неприятностей. Газета даже называет его имя — Тайер. — Он легонько шлепнул ее по мягкому месту. — А теперь сматывайся отсюда, иначе я могу передумать, и, кто знает, какие мысли мне еще придут в голову. Но если ты не передумаешь, то позаботься, чтобы твой избранник явился ко мне свеженьким и хорошо одетым… И без опозданий. А в эту ночь вам придется попоститься.

— Мы придем вовремя, — ответила Эмили, почти не разжимая губ.

Кипя от ярости, она выбралась на палубу и схватилась за поручни, чтобы подняться на пирс. Она подумала, что он и на этот раз не откажет себе в удовольствии схватить ее невзначай за бедра. Она хмуро обернулась и с удивлением отметила, что он и шага не сделал за нею следом. Том прислонился к косяку, и на губах его играла саркастическая усмешка.

— Уже начинается прилив, а ты достаточно взрослая, чтобы выбраться на пирс без посторонней помощи, — сказал он насмешливо.

Когда она наконец оказалась на пирсе, порвав чулок, он тихо добавил:

— Да, послушай, Эмили…

Она быстро обернулась.

— Что еще?

— Только на тот случай, если мне это действительно понадобится. Где вы остановились?

Этот вопрос сперва испугал Эмили. Но она только пожала плечами и решила, что теперь может полностью отдаться в руки Дойлю. Она назвала ему мотель, в котором они остановились, а потом отправилась по пирсу к поджидавшему ее такси.

На Коллинз-авеню туристов было больше, чем утром. Эмили позавидовала им. Те нуждались лишь в солнце, отдыхе и любовных утехах. Раза два, когда такси было вынуждено останавливаться на перекрестках, регулировщики бросали на нее беглые взгляды, и каждый раз у нее от этого мурашки пробегали по спине. Очень неприятное возникает у человека чувство, когда его разыскивает полиция…

По дороге она еще раз просмотрела статью.

Да, сомнений больше не было: Хи заставил Бесси заговорить и теперь знал все. Она почувствовала благодарность к нему, но к этой благодарности примешивалась и неприязнь. Он, разумеется, пытался оградить ее от неприятностей, выдвигая соответствующую гипотезу. Но зато все это тоже ложилось на плечи Дэна. Все было так, как он и говорил: если человек однажды поскользнулся, его постараются окончательно вывалять в дерьме.

Снова вспомнилась прошедшая ночь. Она хотела уйти от него и, не проснись он вовремя, возможно, уже снова была бы в Хевитте. Или сидела за решеткой, и ее уже допрашивали бы. Возможно, даже обви- _ нили бы в причастности к побегу «Золотого мальчика».

Ее наполнило вдруг чувство нежности. Дэн хотел пожертвовать;.своей жизнью, чтобы спасти ее. И суждение Дойля о нем было несправедливым. Хи не единственный мужчина, который хотел защитить ее. В этом отношении Дэн даже перещеголял его.

Странно, подумала она, что мужчины действуют очень похоже, в одном ключе, что ли. Может быть, потому что оба любили ее? На какое-то время Эмили охватило чувство самоуспокоения. Но все-таки любовь Дэна, как- ей казалось, была более одухотворенной. Хи Тайер в значительной мере рисковал только карьерой, а Дэн был готов пожертвовать самым ценным для человека — жизнью.

Но возникшее было чувство самоуспокоения исчезало буквально на глазах. История с Сэмом Харрисом оказалась, конечно, просто трагической. И она никогда не простит себе этого. Они с Дэном совершили ошибку. Тогда-то его выводы были весьма логичны. Да и как же он мог знать, что кто-то из местных жителей спрятал деньги и оружие на бензоколонке Сэма? Просто роковое совпадение. Даже если бы она и не предложила сделать обыск у Харриса, то ведь оружие и деньги, рано или поздно, все равно нашли бы.

Внезапно Эмили заметила, что такси остановилось и водитель смотрит на нее каким-то странным' взглядом.

— Вам нехорошо, мисс? — осведомился он.

— Нет, нет, все в порядке, — уверила его Эмили. — А почему вы спрашиваете?

— Вы как-то странно выглядели, — ответил он. — Словно вас хватил солнечный удар. У нас тут это явление не такое уж редкое.

Эмили снова уверила, что с ней все в порядке, и, расплатившись, дала ему полдоллара на чай, свои последние деньги. Уже одно это смешно. Она редко имела на банковском счету меньше пяти тысяч долларов, да еще не менее ста тысяч — в виде акций и ценных бумаг, не считая недвижимого имущества. А сейчас в ее сумочке не оставалось ни цента. Что ж, вся надежда на Дэна: он придумает, как ей раздобыть деньги.

Она вздохнула, входя в домик. Если Дойль думает, что она отдастся ему за недостающие триста долларов, то глубоко заблуждается. От этой мысли Эмили содрогнулась. Она не проститутка. Да и Дэн этого так не оставит, он, конечно, убьет Дойля за домогательства, но тем самым только глубже увязнет в неприятностях.

Ей стало очень обидно. После того как она так долго жила в вакууме, после ее обычной, почти целомудренной жизни с Хи Тайером теперь сразу все мужчины, даже продавец подержанных машин, стали относиться к ней с подозрением. Будто после недели, проведенной с Дэном, от ее тела исходили какие-то особые лучи.

Управляющий мотелем, толстый приземистый мужчина с лысиной, поливал цветочные клумбы. Когда она подошла к нему, он закрыл кран.

— Могу ли я поговорить с вами, миссис Хаббард? — спросил он.

В его тоне ей послышалось что-то зловещее. Эмили подумала, уж не прочитал ли он заметку в газете. Но, насколько ей известно, там не было описания ее внешности, не содержалось и предположения, что они с Дэном скрываются под фамилией Хаббард. Даже Бесси об этом ничего не знала.

— Конечно, можете, — улыбнулась она.

Толстяк откашлялся.

— Речь идет о столике. Горничная сказала, что вы его сломали.

— Ах, вот оно что! — с облегчением вздохнула Эмили. — Я еще утром хотела сообщить вам об этом. Пожалуйста, запишите нам в счет. Лейтенант вчера вечером споткнулся и упал прямо на этот столик.

Управляющий с пониманием кивнул.

— Ясно, миссис Хаббард. Я только хотел напомнить…

Эмили обогнула клумбу и пошла дальше, к домику. Там царил беспорядок. В раковине полно грязной посуды, покрывало на постели скомкано. Но Дэна нигде не было видно. Она — хотела поискать его вблизи домика, в баре, потом случайно взглянула в окно и увидела его, лениво'развалившегося на берегу и флиртующего-с блондинкой в узком бикини.

Она совсем было собралась покричать ему, но передумала. Хотелось хоть немного побыть одной, принять душ, переодеться, хоть отчаста вернуть себе былое самообладание, а потом уже рассказать Дэну о событиях минувшего дня.

Но вымывшись и переодевшись, почему-то почувствовала себя еще более растерянной и одинокой.

Конечно, Дэн мог бы и подождать ее, если принять во внимание, что ради него она все поставила на карту. Несмотря на пылкие заверения минувшей ночью, несмотря на готовность отдаться в руки полиции и пойти на казнь ради ее оправдания в суде, она считала, что он совершенно не ценит сделанное ею для него.

Эмили причесалась, привела в порядок лицо и, закончив туалет, снова выглянула в окно. Дэн все еще беседовал с блондинкой, смеялся и шутил, словно у него не было никаких других забот. А вообще-то почему бы ему и не веселиться? Ведь всю ответственность она взяла на себя, продала элегантную машину… Как права была Бесси, когда говорила, что любящий мужчина должен заботиться о своей подруге.

Она распаковала свои покупки, потом решила сократить их общий дорожный багаж, а все самое необходимое для поездки в Гавану уложить в небольшой чемоданчик. Много не стоит брать с собой. Она открыла пакет и высыпала содержимое на кровать.

Дэн, как и большинство мужчин, был не слишком-то аккуратен и складывал свою одежду как попало. Она отложила чистое белье, затем увидела большой сверток — тот самый, который Дэн прятал в винограднике. Если бы их машину тогда остановили и обыскали, этот сверток сразу выдал бы их. Она не могла понять его поразительного легкомыслия. Все, что он захватил с собой в ночь побега, было завернуто в арестантскую рубашку с отчетливой надписью «Заключенный № 43621».

Она постаралась припомнить, есть ли в мотеле где-нибудь печь для сжигания мусора, но так и не вспомнила. Все равно придется бросить эту рубашку в мусорный ящик. Она положила сверток на кровать и развязала рукава рубашки. Выложила содержимое. И.молча, с ужасом уставилась, словно окаменевшая, на пачки банкнот. На всех было написано одно: «Первый национальный банк. Хевитт».

— С трудом заставила себя обернуться, услышав, как со стуком откры-, лась дверь домика. Послышался шум шагов по гостиной, который замер у двери спальни.

Она увидела в дверяхЩэна, который тут же подскочил к ней и, не раздумывая ни секунды, ударил по лицу.

— Это на тебя похоже, шлюха! Шпионишь? Теперь будешь знать!

Оглушенная, не чувствуя боли, она потрогала холодными как лед пальцами сочившуюся из уголка рта кровь.

— Да, теперь я знаю, — тихо проговорила она.

Слишком поздно открылись у нее глаза. Она поняла, почему Дэн влез в ее дом. Теперь она знала, почему он все это время умело притворялся, лицемерил, лгал. Знала, кто устроил массовый побег заключенных, кто и почему убил Мэрфи. Знала, кто участвовал в убийстве Джека Хайеса и изнасиловал Мей Арнольд, кто убил Тейлора и Гарри Миллера. Она поняла, почему Дэн так настаивал на том, чтобы в ночь перед линчеванием Сэма Харриса она приняла две таблетки снотворного. Теперь она знала, где был Дэн, солгавший, что выходил подышать свежим воздухом…

— Но дальше так дело не пойдет, — усмехнулся он. — Ты все приготовила для поездки в Гавану?

Эмили услышала, как чужой, будто не ее голос ответил ему, но в какой-то момент поняла, что говорила она сама.

— Да. Дойлю я уже заплатила. Завтра на рассвете ты отплываешь.

Моран привлек ее к себе.

— Не надо так говорить, куколка! Ты слишком глубоко влезла в это дело и теперь просто не можешь увильнуть. Завтра мы оба отплываем.

Эмили ничего не соображала. Этот мужчина, которому она отдавалась, вместе с которым в упоении рисовала себе их общее будущее, ради которого бросила родной дом и друзей, был ненормальным.

Сумасшедшим. За его юношеской, почти детской внешностью скрывался безумец, который мог убить походя, мимоходом кого угодно, ему это ничего не стоило, как, впрочем, и лечь в кровать с любой женщиной.

Она теперь все знала про него, но почему-то совсем не боялась. И перестала стыдиться, потому что чувствовала себя окончательно вывалявшейся в грязи.


Глава 14 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 16