home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 14

Утром, вместе с восходом солнца, возвратилась и жара. На Коллинз-авеню, самой оживленной улице, толпились студенты и туристы с севера. Большинство женщин надели купальные костюмы номера на два меньше, чем следовало бы. На мужчинах были спортивные рубашки, хлопчатобумажные брюки или шорты.

Туристов от местных жителей отличить очень легко, подумала Эмили. Местные ходили по теневым сторонам улиц и носили шляпы. Она медленно вела машину, стараясь ничем не привлекать внимания.

Вскоре она отыскала пирс, где Том Дойль швартовал свою яхту. Это было на южном конце пляжа. Оставив машину, она проверила, все ли документы при ней. Дэн сказал, что лучше продать машину, чем давать Дойлю. чек, и она сочла это разумным. В этом случае полиция не сразу наткнется на ее след: кто знает, кому и когда продана машина. Если же ее чек попадет в банк, то об этом в ближайшее время станет известно и в Хевйтте.

Почти вся рыболовецкая флотилия, за исключением нескольких лодок, находилась в гавани. Капитаны и матросы нежились на солнце, поглядывая на туристов. Эмили чувствовала, что ее. провожают восхищенными глазами, когда она спускалась к судну Дойля. Она даже улыбнулась при мысли, что мужчины вряд ли любуются расцветкой ее юбки. — их восхищенные взоры предназначались ей самой. А вот гордилась ли она сознанием своей женственности или нет, Эмили как-то не думала.

Дойль, еще крепкий мужчина лет пятидесяти, с коротко подстриженными седыми волосами и худым обветренным лицом, сидел в качалке на палубе. Одежда его состояла лишь из шапки, грязных парусиновых сапог и рваных сатиновых штанов. Он являл собой резкий контраст со своей элегантной моторной яхтой и теперь наслаждался пивом, пытаясь погасить жажду бурно проведенной ночи.

Увидев Эмили, бывший контрабандист сдвинул свою капитанскую шапочку на затылок и поставил ноги на ящик с рыбой.

— Кого я вижу! — приветствовал он ее. — Маленькую Эмили Хе- витт, которая уже успела стать взрослой и похорошеть как ангел небесный. Что тебя сюда привело, малышка, к. нам, в Майами?

— Разыскиваю тебя, — ответила она. — Можно войти на борт?

Было время отлива, и. палуба находилась ниже пирсов. Дойль встал, и помог Эмили спрыгнуть на нее.

— Только не говори, пожалуйста, что тебе хочется отправиться на рыбалку.

— Нет, — ответила Эмили. — Но я хочу с тобой поговорить. Могу я нанять твою яхту?

Дойль почесал живот.

— На какой срок?

— Я хотела бы добраться до Гаваны.

Дойль тихо присвистнул.

— Совсем одна?

— Нет, — ответила она, заметив группу туристов, которые любовались строгими линиями «Эстреллиты», и добавила тише: — Надеюсь, у тебя найдется укромное местечко, где можно поговорить наедине?

Том указал на открытую’дверь каюты.

— Конечно. Проходи.

Каюта оказалась просторной и удивительно чистой. Повсюду были разложены снасти, и создавалось впечатление, что Дойль, когда она ' пришла, как раз их чинил. Предложив Эмили сесть на одну из ввинченных в переборку коек, он извинился:

— Только вчера, вернулся в гавань и еще не успел все разложить по местам. Итак, почему тебе вдруг захотелось в Гавану?

Эмили села, сложив руки на коленях.

— Просто захотелось, и все. И мне хочется арендовать твою яхту. Том был явно удивлен.

— Ты что, шутишь? Это же слишком опасно.

— Знаю.

— Сколько человек поедет?

— Только двое.

— Понятно, — спокойно буркнул он. И внезапно вспомнил, что оставил свое пиво на палубе. Он быстро сходил за ним. — Ты, а еще кто?

Эмили мгновение колебалась.

— Только я и мой супруг.

Дойль улыбнулся.

• — Вот как? Твой супруг? Значит, Хй Тайер все-таки добился своего. Один ноль в его пользу. Но почему Хи именно сейчас, в свой медовый месяц, хочет отправиться путешествовать? После того, что, я прочел в газетах, мне кажется, у него забот полон рот. На его шее висит беглый преступник, ограбление банка, а теперь еще и линчевание Сэма Харриса. И все это только • за одну неделю. — Дойль снял шапку и почесал затылок. Потом глотнул пива. — Я чуть не умер, когда прочел об ограблении банка. * Если бы только знать, что там восемьдесят тысяч долларов, я бы сам провернул такое дельце…

Эмили комкала в руках носовой платок.

— Я вышла замуж не за Хи Тайера, Том, — сказала она.

— Не за Хи? А за кого же? Я его знаю?

— Нет. — Эмили долго молчала, прежде чем решиться продолжать говорить дальше. Когда она уезжала из мотеля, они с Дэном договорились не обманывать Тома. Он сам слишком долго жил в конфликте с законом и замешан в разных, историях, чтобы не почувствовать, чем здесь попахивает. Поэтому более чем бессмысленно сочинять для него историю. Кроме того, она была уверена, он узнает Дэна Морана, несмотря на его перекрашенные волосы. Фото в газетах было достаточно. четким. Поэтому-то им ничего другого не оставалось, как довериться ему и надеяться, что за определенную сумму он будет держать язык за зубами.

— Я немного покривила душой, Том, — призналась Эмили.

— Я так и предполагал.

— Я не замужем за человеком, который сопровождает меня в Гавану.

— Что ж, тут уж ничего не поделаешь.

— Но там мы поженимся. Сколько ты потребуешь за переезд?

— Все зависит от обстоятельств.

— Каких?

— Самых разнообразных. Почему вы, например, действуете столь таинственно?

Эмили глубоко вздохнула, прежде чем ответить.

— Потому что его могут узнать.

— Кто?

— Полицейские, которые встретятся на пути.

— О, твой рассказ становится все более интересным! — К этому моменту Дойль уже решил, что пиво в данных обстоятельствах слишком слабый напиток, и достал бутылку рома. — В таких случаях плата за транспорт бывает очень высокой.

— Так мы и думали, — сказала Эмили. — Но сколько именно?

Том открыл бутылку и налил себе рому.

— Тебе налить?

— Нет, спасибо. Так сколько ты возьмешь?

— Все зависит от обстоятельств, как я уже сказал. У него земля горит под ногами?

— Да, но какое тебе, собственно, до-этого всего дело? — ответила она вопросом на вопрос.

— А как же иначе? Я должен знать, насколько велик риск, Прежде чем назвать цену. Кто он вообще? Как его зовут?

У Эмили не оставалось выбора.

— Моран, — сказала она. — Дэн Моран.

Дойль чуть не поперхнулся ромом.

— Уж не этот ли «золотой мальчик»? — изумленно воскликнул он.

— Кое-какие газеты его так называют.

Дойль выплюнул сигарету и произнес проклятье, инстинктивно закрыв дверь каюты.

— Если вы, маленькие и бедненькие девочки с большими деньгами, хотите повеселиться, то делаете это основательно, не так ли?.. Ты это всерьез, Эмили, действительно связалась с Мораном, насильником, преступником и убийцей, которого разыскивает полиция четырех штатов?

— Он не убийца! — взволнованно ответила та.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Дойль и сам ответил на свой вопрос: — А, понятно, он тебе это сказал!

— Он поклялся мне, что не имеет никакого отношения к смерти Мэрфи и Джека Хайеса. И я знаю, что он не мог убить Тейлора.

— Только не говори, что ты помогла ему бежать из тюрьмы.

— Нет, но я знаю, что он никого не убивал.

— В газетах пишут иначе. И, видимо, у них есть масса улик против него.

— Мне безразлично, что пишут газеты. Дэн — не убийца. И убежал он только потому, что не хотел отсиживать срок, неправильно присужденный ему. А я только спрятала его и попыталась ему помочь.

Она покраснела, заметив на себе внимательный взгляд Тома.

— Да, конечно, все понятно, — бросил он с саркастической усмешкой. — Чисто платонический интерес.

Взгляд Дойля ей не понравился. Показалось, что такое признание сделало ее в глазах Тома просто дичью.

Отведя от нее глаза, он снова налил рому и заткнул бутылку пробкой.

— Ну, хорошо, — наконец сказал он. — Теперь мы знаем, от чего отталкиваемся. Перейдем к делу. Скажу откровенно, Эмили, если бы. мои дела не шли сейчас так плохо, если бы на мне не висело несколько счетов, по которым я никак не могу расплатиться, я бы попросил тебя — и, причем, сразу — не вмешивать меня в это дело. Ты сама-то хоть понимаешь, чего хочешь? Ведь я пойду на огромный риск, если соглашусь на твое предложение.

Эмили все еще теребила платок.

— Я все понимаю, Том.

— Дважды я попадался, третий раз для меня будет последним.

Но ее не интересовали его проблемы.

— Сколько ты хочешь?

— А что вы будете делать в Гаване?

— Это наше дело.

— Тоже верно. Сколько ты предлагаешь?

— Как ты смотришь на две тысячи?

— Не пойдет.

— Ну, хорошо, три.

Дойль опять покачал головой.

— Тоже не пойдет. Меньше чем за пять я к этому не притронусь. Но даже и за такую сумму я не рад буду пускаться в авантюру.

Дверь в каюту была закрыта, а утренний палящий зной все сильнее нагревал крышу. В каюте стало нестерпимо жарко. У Эмили разболелась голова. Тем не менее ей не понравился пристальный взгляд Дойля.

— Хорошо, пусть будет пять.

— И никаких чеков. Только наличными.

— О’кей! Наличными так наличными.

Она открыла сумочку и пересчитала деньги. Сто долларов она отложила на расходы, а две сотни вручила Тому.

— Вот тебе две сотни в качестве аванса, остальные получишь приблизительно через час.

Том заинтересовался последней фразой.

— Каким образом ты рассчитаешься и как намерена достать такую сумму сразу, не предъявляя чека в банк и не оставляя там след?

— Продам свою машину.

— Какой марки?

— «Кадиллак», новейшая модель.

— Что ж, такой вариант возможен.

— Значит, во второй половине дня сегодня мы можем отплыть?

— Нет, — лаконично ответил Дойль. — Я же сказал, что только сегодня вернулся. Надо заправиться горючим и запастись продуктами. Кроме того, если я сразу выйду в море, ничего не сказав другим мальчикам, все капитаны в порту проявят к этому нездоровый интерес. А он может оказаться похуже иных бабьих сплетен. Лучше всего отплывать на зарЛ, вместе с другими. За это время успею сочинить какую-нибудь сказку относительно двух голубков, ищущих уединения. Тогда мальчики не будут себе ломать попусту головы. Иногда на нашем пути встречаются такие парочки, — пояснил он и сделал соответствующий жест. — Знаешь, которые хотят испробовать, как это будет на волне, при качке…

Эмили почувствовала, как у нее в желудке образовался какой-то ком. Наверное, Дэн сможет по-настоящему оценить все, что она для него сделала. До того, как она рассказала Тому о Дэне, Дойль никогда бы не решился говорить с ней в таком тоне. Она опять почувствовала себя по уши в грязи, как в ту, последнюю ночь.

— Тебе виднее, — холодно ответила она. — Когда ты сможешь отплыть?

— Когда ты рассчитаешься.

— Мы не опоздаем. — Она намеренно подчеркнуто произнесла слово «мы».

Дойль открыл дверь.

— Моран хоть изменил Свою внешность?

На солнце было жарко, но все же лучше, чем в каюте.

— Изменил, и довольно удачно, — ответила Эмили. — Отрастил усы, выкрасил волосы в темный цвет и вдобавок носит военную форму.

Дойль покачал головой.

— Нет, про форму лучше забыть. Мне хватает неприятностей с береговой полицией. А тут может вмешаться и военная, которая поже-. лает проверить документы. Скажи ему, чтобы он оделся как турист. Широкополая соломенная шляпа, броская спортивная рубашка, модные брюки. И не забудь темные очки.

— Хорошо.

— А как обстоит дело с тобой? Полиция знает что-нибудь? Тебя-то ищут?

— Я сама еще точно не знаю, — призналась Эмили. — Но; думаю, не ищут. Правда, у Хи могли появиться подозрения после того, как он расспросил прислугу в доме. Поэтому я и пытаюсь побыстрее провернуть это дело.

— Понятно, — Дойль проводил ее до пирса. — Не — забудь: я жду остальные деньги в течение двух часов. Иначе сделка не состоится.

— Я вернусь, как только продам машину.

Был отлив, и палуба опустилась еще ниже.

— Вот сюда! — сказал Дойль. — Делай большой шаг. Я тебе помогу.

Эмили вздрогнула, но ничего не сказала, когда мощные руки схватили ее за бедра и подняли над палубой довольно бесцеремонно. В другое время она бы его одернула,* но сейчас лишь с горечью подумала; что женщина сама творец своей репутации. Она могла разыгрывать из себя недотрогу раньше, а теперь, после признания Дойлю, это было уже невозможно.

В машине у Эмили по-прежнему болела голова. Будто у нее и без того не существовало неприятностей! А тут еще новый поворот дела! Как только завтра утром они окажутся в море, она и Дэн будут целиком во власти Дойля. В отношении же последнего трудно предугадать, что он любит больше: деньги или женщин.

Возможно, он запросит и больше пяти тысяч. И Эмили, поддавшись внезапной панике, спросила себя, а сможет ли она заплатить такую сумму?

Все было слишком трудным для нее. Впрочем, теперь ей стало понятно, как далеко может зайти женщина в своих чувствах к любимому человеку.


Глава 13 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 15