home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

Часа два спустя толпа на мосту стала заметно редеть. От ненависти и насилия, буквально разрывавших ее совсем недавно, остался, пожалуй, лишь обрезанный кусок веревки, раскачивающийся на ветру в ночи. Бросив в окно взгляд и удостоверившись, что подъезды к мосту свобод- ны, Эмили мгновение помедлила, а потом распахнула дверь в спальню.

Моран занимался упаковкой вещей.

— В чем дело? — нетерпеливо спросил он. — Давай поспешим, пока город еще спит и никого нет на улицах.

Эмили провела пальцем по его груди.

— Как я стыжусь себя… Ведь не только это связывает нас друг с другом, скажи? А, Дэн?

Моран поцеловал ее в кончик носа.

— Утенок…

— Я нужна тебе не только для удовлетворения желаний?

— Конечно нет.

— И ты меня любишь?.

— Конечно.

— И мы поженимся в Гаване?

’ — Если доберемся до нее.

Эмили вздохнула и открыла входную дверь. Провожая его в неизвестность, она должна была бы казаться взволнованной, но почему-то не чувствовала ничего подобного. Только усталость и печаль. Вся история оказалась много сложнее, чем представлялась раньше. Спрятать беглеца не так-то просто. А сейчас ей самой уже предстоит включиться в игру с полицией, очень напоминающую «кошки-мышки».

По дороге из Хевитта в Чарлстон могло произойти все, что угодно. Да и на пути в Майами, из Майами в Гавану, из Гаваны — в Южную Америку тоже. Она не только ставила на карту свою репутацию, но и рисковала собственной свободой. Ведь если ее увидят в машине вместе с ним, то и деньги не спасут. Ее просто объявят его соучастницей, причем, соучастницей в преступлениях, и бросят в тюрьму.

— Быстрее! Быстрее! — торопил тем временем Моран. — Надо сматываться. Я вздохну свободно только тогда, когда мы будем отсюда уже милях в двухстах.

— Конечно, — согласилась Эмили. — Извини меня. Я только немножко…

— Боишься?

— Да.

Она вернулась к письменному столу и вытащила из нижнего ящика бумажник с документами Эверетта. Правда, они были трехлетней давности, но не очень тщательную проверку наверняка выдержат. Эмили подала бумажник Морану, застегнула на нем военный китель, попросила:

— А теперь подожди меня на веранде.

— Зачем? Что ты еще хочешь?

— Сказать Бесси, что мы уезжаем.

— Это обязательно?

— Если она завтра обнаружит мое отсутствие, то сразу сообщит об этом в полицию.

Моран выключил настольную лампу и пошел к двери.

— Умница ты у меня! Но на твоем месте я не стал бы говорить, куда мы едем.

— Почему?

— Твой любопытный дружок наверняка вскоре явится сюда, чтобы узнать твое впечатление от суда Линча. И когда Бесси скажет ему, что ты уехала в Чарлстон, он сложит два плюс два — и в результате окажется, что у нас на хвосте будет столько копов, что мы вряд ли сумеем всех перестрелять.

— Ты не должен так говорить, Дэн.

— Я, в отличие от тебя, просто трезво смотрю на вещи.

Эмили прошла на кухню. Бесси еще не спала и сидела на стуле, уткнувшись в свою Библию. Увидев Эмили, тотчас в недоумении вскочила.

— Что означает все это… когда люди должны спать?

Эмили сделала глубокий вздох и такой же медленный выдох.

— Перевезу мистера Морана в другой тайник.

— Ты хочешь сказать, что он отсюда навсегда исчезнет?

— Да.

Бесси перевернула Библию и положила ее на стул.

— О, Боже мой! В который раз я убедилась, как помогают человеку молитвы. И куда же ты его отвозишь?

— Этого тебе лучше не знать.

— Все еще не доверяешь?

— Доверяю. Но если случитЪя так, что тебя будет допрашивать полиция или Хи, ты сможешь, не кривя душой, сказать правду, что не знаешь, куда я поехала. Скажи просто, что мне захотелось прогуляться после… ночного спектакля… посмотреть мост…

— Ты видела, детка, как его линчевали?

При этом напоминании Эмили покраснела.

— Да, видела.

— И долго ты будешь отсутствовать?

— Сама не знаю.

Бесси недоверчиво посмотрела на нее.

— Надеюсь, ты уже как следует разобралась в этом резвом парне?

Терпению Эмили пришел конец: почему Бесси обращается с ней, как с ребенком?!

— Послушай, Бесси! — резко возразила она. — Верю, что ты желаешь мне добра. Но ведь я — взрослая женщина и знаю, что делаю… Кстати, у меня к тебе поручение…

— Да, мэм?

— Как только мы уедем, сожги, пожалуйста, все тряпки, которые были на нем. Уничтожь пластырь, бинты, вату… короче, все, что свидетельствовало бы о присутствии Морана здесь. И приведи в порядок обе спальни.

— Как угодно, — буркнула Бесси. Она немного помедлила и добавила: — Не хочу тебя сердить, но одно запомни, Эмили: ты женщина.

— Да неужели?

Бесси начал раздражать ее тон, ее легкомыслие.

— Не забывай, что этот парень должен дать тебе еще кое-что, кроме любовных утех. Пока ласки — это хорошо. Но без хлеба и масла на столе все эти ласки быстро остывают.

— У меня хватит денег для нас обоих… Ну, ты все сказала?

Бесси пожала плечами.

— Я могла бы вразумлять тебя целую ночь напролет, но ты все равно не хочешь понимать ни одного слова.

Ведь и ты тоже не желаешь меня понять,"Бесси. Я люблю Дэна.

— Это не любовь. Это — слепая страсть.

Эмили ничего не ответила, повернулась и быстро вышла из кухни. Ее машина стояла на обочине дороги, но Морана нигде не было видно. Лишь спустя несколько минут она обнаружила его в кустах виноградника.

— Что ты там делаешь? — тихо окликнула она Дэна.

Он вытащил из углубления под толстыми корнями винограда какой-то пакет и сунул его в мешок.

— Нужно было взять кое-что, — прошептал он, затягивая веревку на мешке, и пошел к машине. — Ну… вещи, которые были со мной в тюрьме.

— А что именно? — проявила любопытство Эмили.

— Да так, пустяки, пару книжек, письма, всякие записи. Знаешь, что обычно берешь с собой…

— Ах, книги… — удивилась Эмили. Она с нежностью посмотрела на него. Оказывается, Дэн боялся потерять духовную связь с внешним миром. — Ты куда сядешь?

Моран осмотрел машину.

— В багажник. Вместе с мешком. По крайней мере, на ближайшие несколько миль. После сегодняшнего эксцесса с Харрисом копы наверняка будут патрулировать по шоссе.

— Как хочешь. Тебе виднее.

Моран заключил ее в объятия и поцеловал. Эмили горячо ответила на поцелуй, поймав себя на мысли, что Бесси в чем-то все-таки не права. Так хотелось-надеяться, что их с Дэном связывает не только физическое влечение. Она и в самом деле любила его, а он — ее. И она была для него не только утехой в постели. Не такой он человек…

— Скажи, что любишь меня, — тихо попросила она.

И Моран ответил то, что она хотела услышать:

— Я люблю тебя.

Только собрав всю свою волю, Эмили смогла проехать через мост. При виде куска веревки, все еше свешивающегося с опоры моста, ей чуть не стало дурно. Утром у жителей Хевитта будет достаточно времени для обдумывания того, в чем они принимали участие ночью. Кое- кто из них наверняка будет мучиться угрызениями совести или просто стыдом и страхом. И как бы они ни уговаривали себя в своей правоте и справедливости совершенного, суд Линча минувшей ночью все-таки явился настоящим убийством.

Было еще слишком рано, и главная улица города, к счастью, оказалась пустынной и безлюдной. Правда, на втором этаже здания суда все еще горел свет, и, проезжая мимо, Эмили мельком успела заметить работавшего за письменным столом Хи. Лучше бы ей не видеть его перед отъездом! Даже сейчас, глубоко увязнув в афере с Дэном Мораном, она чувствовала, что ее по-прежнему тянуло к Тайеру. Он всегда был таким симпатичным, таким заботливым и понимающим.

Наконец в последний раз мелькнули уличные фонари, и машина выехала на открытое пространство, где дорогу освещали только луна и звезды.

Милях в пяти от Хевитта с проселочной дороги вынырнула вдруг дежурная полицейская машина. Сверкая красным фонарем на крыше, с воющей сиреной, она прижала большую машину Эмили к обочине. Подошел полицейский, держа в руке пистолет.

Эмили постаралась говорить как можно спокойнее:

— В чем дело?

Дежурный посветил ей фонариком в лицо, потом перевел луч на заднее сиденье.

— Обычный контроль, мисс, — сказал он. — В Хевитте этой ночью кого-то линчевали, и мы перекрыли все дороги. Вы из города?

— Да. А что? Я там живу.

Полицейский еще раз скользнул по ее лицу лучом фонарика.

— А, ну конечно! Теперь я вас узнал. Вы — Эмили Хевитг, невеста областного прокурора. — Он сунул револьвер в кобуру. — Мне вас, мисс, довольно часто показывали. Мои коллеги. Ну, когда вы ехали в машине…

Эмили не знала, как себя с ним вести. А тот оперся на открытую дверцу ее автомобиля.

— Поздненько вы, однако, гуляете, мисс Хевитт…

Эмили надеялась, что ей удастся выжать из себя лучистую улыбку.

— Возможно, — призналась она. — Собственно, я хотела съездить в соседний город, но после того, что увидела на мосту, просто не могла заснуть. Вот и отправилась в путь сейчас. Немного проветриться.

— Понятно. Вы присутствовали на линчевании?

— Нет. Видела из окна доча.

Коп кивнул.

— Могу представить, что творилось у вас на душе! Мы опоздали, и, когда приехали, зрелище, честно говоря*, было не из приятных.

— Ужасно! Вы закрыли дороги из города? Я вас правильно поняла?

— В известной степени, мисс, да. Хотим завтра допросить всех участников…

— Вы имеете в виду мужчин, которые были ночью на мосту?

— Совершенно верно, мисс.

— И что с ними будет теперь?

— Совершенно не представляю… — признался коп. — Но будет…

— А если Харрис был виноват в ограблении банка и смерти мистера Миллера?

— Даже и в этом случае. Он имел право на то, чтобы его судили по закону.

— Да, конечно…

— Я', например, не могу поверить, чтобы Сэм Харрис был способен на такое, даже если учесть все, что нашли на бензоколонке. Я заправлялся у него в течение пятнадцати лет и покупал новые покрышки, и он всегда имел первоклассную репутацию. Все-таки люди, мисс, в одну ночь не становятся грабителями и убийцами.

— Но ведь у него нашли пять с половиной тысяч из украденных денег, — возразила Эмили. — И, кроме того, я как раз была в кабинете областного прокурора, когда пришел ответ эксперта по баллистике.

— Это нам сообщили, — кивнул полицейский.

Эмили снова попыталась изобразить улыбку на лице.

— Очень была рада побеседовать с вами. Надеюсь, теперь я могу следовать дальше?

— Конечно. Прошу извинить меня за задержку. Счастливого пути!

— Спасибо.

Эмили была рада, что ее машина управлялась автоматически, поскольку сомневалась, нашлись бы у нее силы, чтобы нажать на сцепление или переключатель скоростей. Руки и ноги дрожали, и вся она была в холодном поту. Ведь копу достаточно было сунуться в багажник, и все полетело бы к чертям. Внезапная мысль заставила ее снова похолодеть: ведь дело могло дойти и до перестрелки — несмотря на ее уговоры, Дэн все-таки забрал пистолет Эверетта.

Она проехала еще пять миль по ночной дороге. Потом, так и не сумев унять дрожи и заметив, что машина почему-то идет зигзагами, остановилась на обочине.

— Все в порядке, Дэн? — окликнула она.

— Все о’кей! — глухо донесся голос из багажника. — Но, ради Бога, выпусти меня, здесь хуже, чем в карцере.

Эмили открыла багажник. Моран, кряхтя, выбрался.

Все идет как по маслу, крошка! — подмигнул он весело. — Здо-. рово ты его надула, сказав, что едешь в соседний город. Даже если твой экс-приятель забьет тревогу, у нас останется пара дней форы. А теперь давай сматываться, пока не наткнулись еще на какую-нибудь птичку. Езжай на полной-скорости, но с шоссе не сворачивай. — Он испытующе поглядел на нее и понял, что она на грани нервного срыва. — Нет, лучше я сам поведу машину. Ты вся дрожишь. Садись-ка лучше рядом.

Эмили в нерешительности спросила:

— А это не опасно? Ведь Хевитт пока еще рядом.

Но Моран уже взялся за руль, поставив на педали свои длинные ноги.

. — Почему ты считаешь, что опасно? — Он лихо сдвинул набекрень военную фуражку и сунул в рот помятую сигарету. — Ведь они ищут Дэна Морана. А я — лейтенант Эверетт Хаббард, офицер. У меня же есть документы.

Эмили все еще находилась в шоке и ничего не ответила. Наконец выдавила из себя:

— Если ты считаешь, что так лучше…

— Лучше! — Моран усмехнулся. — Так может сказать только какая- нибудь забитая до смерти добренькая овечка, которая встаёт чуть свет каждое утро, бежит на работу, весь день вкалывает не покладая рук, а вечером возвращается домой, еле доползая др постели. А на следующее утро проклятый будильник снова звенит, и все повторяется сначала…, '

Эмили прикусила задрожавшую было нижнюю губу.

— В твоих устах это звучит ужасно.

— Большинство браков увы таково, крошка.

Моран вел машину небрежно, так'же, как и говорил, спокойно и независимо, — вел очень быстро. Эмили видела, как стрелка спидометра медленно переползает с семидесяти на девяносто.

— Может, лучше сбавить скорость? — в раздумье произнесла она.

— Зачем?

— Нас могут остановить за превышение. Ведь тот полицейский не единственный в районе*.

Моран отнесся к ее словам терпеливо, даже великодушно.

— Да что ты говоришь!.. Слушай меня внимательно, моя сладкая! Начиная с этого момента, здесь я босс. И не пытайся мне противоречить. Имея такую машину, я обгоню любой полицейский драндулет. А если ко мне кто-нибудь пристанет… с тем я расправлюсь с помощью пистолета.

Внезапно Эмили почувствовала неприятное ощущение в желудке. Она медленно повернула голову и посмотрела на Дэна. И не узнала его. Дело было вовсе не в перекрашенных волосах. Нет, изменились черты его лица. Сейчас он выглядел постаревшим, суровым и в то же время казался совсем еще незрелым мальчишкой. Короче, на глазах он превратился совсем в другого человека. Самоуверенного до наглости. Если раньше он был благодарным и предупредительным по отношению к ней, то теперь стал вести себя так, словно не она, а он ее спаситель.

Мысленно она произносила слова молитвы и с тоской надеялась, что не совершила ошибки.

Но если даже ошибка совершена, исправить ее уже невозможно.


Глава 9 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 12