home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 5

Яркий белый свет прожектора, который поставили люди шерифа в сарае дома Руперта, словно подчеркивал нереальность всего происходящего. Словно все это было игрой, вызванной каким-то фантастическим миром и жизнью. Со своего места Эймс слышал музыкальный автомат в баре Гарри. Наигрывали модную песенку: «Как вам это нравится?»

На лице подозреваемого застыла странная улыбка. «И как тебе, Эймс, все это нравится?» Нет, ему это явно не по вкусу. Ему совсем не нравилось, как с ним обошлись. Ему было неприятно все то, что с ним происходит. Но он ничего не мог изменить.

Сквозь открытые ворота сарая он видел нескончаемый поток машин, мчавшихся по трассе мимо — с самыми разными номерными знаками самых разных штатов. Все это были беззаботные, праздные туристы, они спешили или на собачьи бега, или на другие, не менее увлекательные развлечения.

С берега, в двух сотнях метров от дороги, доносился беззаботный смех, крики, визг купающихся. Светила луна. Мерцали звезды. Молодые люди танцевали и говорили о любви. Там повсюду шла нормальная жизнь с нормальными человеческими отношениями.

А здесь, в сарае, царило холодное недоверие, сопровождаемое резким ярким светом прожектора, недружелюбными лицами, выжидательными взглядами, а в углу, под парусиной, лежало то, что осталось от Элен Камден.

Эймс вытащил из кармана куртки пачку сигарет и закурил, хотя наручники здорово мешали ему. Но ведь человек со временем ко всему привыкает. А может, нет? Труднее всего сохранять. ясность мышления. После многочасового допроса голова была совершенно пустой. И в какой-то момент ему даже захотелось признаться в том, чего они от него требовали, лишь бы его оставили в покое. Он так устал, и ему это так все надоело. Но это было бы трусостью. Последнее, что он помнил, было то, как он пил кофе с миссис Камден на кокпите «Салли»…

Эймс посмотрел на присяжных, которых выбрал судья Джилмор: Мэрфи, владелец аптеки, Джек Хайден и Билл Мейерс, такие же капитаны яхт, как и Эймс; Мак Горе, рыбак, мистер Томсон, владелец отеля «Сиеста». Все они равнодушно взирали на него. Весьма вероятно, каждый из них уже вынес свое решение. Ведь они тоже были обыкновенными людьми, и у них были собственные финансовые заботы. Они, очевидно, все же считали, что он переспал с ней, а потом убил из-за этих злополучных пяти тысяч долларов.

Эймс посмотрел на Мэри Лоу. Почти девять вечера, ей пора отправляться на работу. Она остановилась в дверях. Даже в нарядном вечернем платье выглядела она старше своих лет — он даже не мог представить себе, что она может так выглядеть. Дым колечками поднимался от сигареты, зажатой в ее накрашенных губах, которые он так часто целовал. Мэри Лоу не верила ему, как, впрочем, и все, и это было для него больнее всего.

Послышались шаги. В сарай вошли Хэл Камден и Том Феррис. Оба уже переоделись в легкие светлые летние костюмы и двухцветные спортивные ботинки. Их незагорелые лица сильно выделялись среди смуглых лиц местных жителей.

Джил мор пошел навстречу, чтобы поприветствовать их.

— Мы сразу начнем с идентификации трупа, мистер Камден.

— Последний шанс, Чарли! — Шериф положил руку Эймсу на плечо.

— Вы уже говорили мне это, шериф.

Но Уайт не отставал:

— Она выдала тебе авансы, и ты размяк. Вы выпили, а потом поссорились. Ты не хотел ее убивать, но тут произошел несчастный случай. — Его голос прозвучал заговорщически: — Мы здесь все на твоей стороне, парень. Черт возьми, мы ведь тоже не святые! Наберись мужества и скажи всё как было. Тогда отделаешься десятью — пятнадцатью годами.

Эймс снова посмотрел на Мэри Лоу. Не видеть ее столько лет? Сейчас ему тридцать, когда он выйдет, будет сорок пять. В этом смысле электрический стул даже лучше — быстрый конец.

— Я не говорю вам ничего, кроме правды. И последнее, что я помню…

— Да, да, я знаю: ты только помнишь, как пил с ней кофе на кокпите «Салли»…

— Верно. — Эймс заставил себя улыбнуться. Вы просто обиделись на Камдена за его пренебрежительное отношение к вам?

— Может быть, — нехотя признался Уайт.

Судья Джил мор был одновременно и коронером. Он откинул парусину, которой был накрыт труп, и позвал Камдена. Зрелище открылось не их приятных — труп довольно долго пробыл в воде. Тело набухло и стало бесцветным. От лица женщины почти ничего не осталось. Эймс подавил мгновенно подступивший страх.

Джил мор снова накрыл труп парусиной.

— Выглядит не очень аппетитно, не правда ли, Чарли?

— Угу.

Эймс переводил взгляд с трупа на Мэри Лоу и снова на то, что осталось от миссис Камден, и внезапно почувствовал облегчение. Плевать ему не вещественные доказательства, которые якобы его обличали. Только последний дурак может изменить Мэри Лоу с этой шваброй. Если человек женат на такой очаровательной женщине, как Мэри Лоу, и пускается в любовную авантюру с такой женщиной, как Элен Камден, это значит, что он вполне созрел для психиатрической больницы.

Джилмор тем временем- взглянул на Камдена.

— Ну?

— Это Элен, — ответил тот.

— Вы уверены в этом?

— Да, я узнал ее по волосам, золотому кольцу и некоторым другим приметам на теле. — /Камден нагнулся и попытался снять кольцо с набухшего пальца, но тщетно: оно не поддавалось. — Видимо, придется срезать его с пальца. Только будьте осторожны — кольцо стоит восемнадцать тысяч долларов. — Он посмотрел на Ферриса.

Адвокат вынул из своего бумажника сложенный вчетверо лист бумаги.

— Случайно у меня оказался с собой страховой полис. Может быть, вы захотите сравнить это кольцо с описанием, мистер коронер? — С этими словами он протянул лист Джилмору.

Тот покачал головой.

— Думаю, это лишнее, мистер Феррис.

— Прошу называть меня адвокат Феррис или конселор.

Эймсу даже стало чуть жалко Джилмора и Уайта. Вообще-то почти все богатые северяне, обладатели роскошных вилл на побережье, были людьми достаточно неприятными,' но Камден и Феррис принадлежали, вероятно, к числу наиболее отвратительных человеческих экземпляров. Они воображали о себе Бог весть что, от них за милю несло чванством, и обращались они с шерифом и коронером, как с деревенскими простачками.

У Джилмора даже покраснели уши, пока он изучал листок со списком свидетелей.

— Адвокатом вы будете называться, только когда будете выступать в суде, — сухо ответил он. И снова заглянул в листок: — Миссис Селеста Монтигни, прошу вас!

Француженка вступила в пространство, освещенное прожектором.

— Вы работаете у миссис Камден? — спросил коронер.

Она кивнула несколько раз и сказала по-французски:

— Да, мсье.

Коронер показал на Эймса:

— Вы узнаете этого человека?

— Да, мсье.*

— Вы видели его вчера вечером на борту «Морской птицы» в обществе вашей хозяйки?

— Нет, мсье. Я видела его сегодня утром вскоре после восхода солнца, когда я хотела позвать миссис Камден к телефону. Он был один.

— Где он был в то время, когда вы увидели его?

— На палубе яхты.

— Как он был одет?

Селеста впервые подняла взгляд на Эймса.

— На нем были только штаны и фуражка. Он был босиком.

— Что вы при этом подумали?

Девушка ответила вполне искренне:

— Я подумала, что это милый молодой человек. И как это у вас говорят, кажется… сильный.

Это вызвало громкий смех. Засмеялись даже Камден и Феррис.

Джилмор, поморщившись, призвал всех к порядку.

— Но я сразу же забеспокоилась по поводу миссис Камден, — добавила она.

— Почему?

— Потому что этот молодой человек сказал, что ее нет на яхте. А я знала, что она собиралась ночевать там.

— Откуда вы это знали?

— От нее самой. Она сказала мне, что договорилась встретиться на «Морской птице» с одним очень симпатичным капитаном, и не хотела, чтобы ей мешали.

— Проклятая потаскуха! — невольно вырвалось у Камдена сквозь. зубы.

— Что вы сделали после того, как узнали, что миссис Камден нет на борту? — продолжал допрос Джилмор.

— Я вернулась в дом и сказал об этом Филиппу. Это наш дворецкий. Он тоже забеспокоился. Мы обыскали весь дом, и когда мы уже почти закончили, появился этот человек. Он постучал с черного хода и сказал, что хочет говорить с миссис Камден. Я испугалась.

— Чего вы испугались?

— У него вся рубашка была в крови. Я сказала ему, чтобы он уходил, но он не выполнил моей просьбы. Тогда я схватила револьвер, который лежал на столе, и выстрелила в него. Через дверь.

— А дальше? Что было дальше?

— Потом я позвонила шерифу и рассказала ему все.

— Понятно. Спасибо, мисс Монтигни, это все. — Джилмор повернулся к шерифу: — В котором часу был этот звонок?

— Приблизительно в четверть восьмого.

— И вы тотчас же отправились к дому Камденов?

— Конечно. Когда я туда пришел, девушка обрисовала мне ситуацию приблизительно в тех же словах, что и вам сейчас. После этого я отправился к пирсу, чтобы посмотреть, что делается на яхте миссис Камден.

— Не расскажете ли вы присяжным, что вы там обнаружили?

— Да, конечно. Главная каюта выглядела очень неряшливо. С первого взгляда казалось, что там бурно что-то праздновали. Одна койка была в ужасном беспорядке. Другая — нетронута, и на ней валялись небрежно брошенные белое вечернее платье без плечиков, нейлоновые чулки и трусики с кружевами. На полу между койками валялась пустая бутылка из-под виски, а ковер был пропитан кровью. В умывальной я обнаружил револьвер 32-го калибра с перламутровой рукояткой и двумя пустыми гильзами.

— Вы полагаете, из него стреляли незадолго до этого?

— Да. Всего за несколько часов.

— Как вы поступили дальше, шериф?

— Я попросил девушку сопровождать меня в поисках капитана, которого она видела на борту «Морской птицы». Сначала мы с ней отправились в бар Гарри. Чарли Эймс сидел в самой последней нише, и она тотчас узнала его.

— Он был один?

— Нет, со своей женой.

— Он не отрицал показаний девушки?

Уайт ответил честно:

— Нет, не отрицал. Но он сказал, что не знает, как очутился на борту этой яхты. Последнее, о чем он якобы помнит, это то, что он сидел на кокпите «Салли» и пил кофе с миссис Камден. — Шериф так часто слышал эту фразу, что на сей раз повторил ее, словно отбарабанил чисто механически.

— А как далеко находится место стоянки «Салли» от пирса Кам- денов?

— Метрах в пятистах.

Эймс закрыл лицо руками в наручниках. Его объяснения звучали примитивно и малодостоверно. Люди, должно быть, считают его идиотом. Он не поднимал глаз, пока шериф не продемонстрировал другие вещественные доказательства. Уайт сообщил о деньгах, которые нашел на борту «Салли». Отпечатки пальцев Эймса совпадали с отпечатками на револьвере, а проба на парафин подтвердила, что он недавно стрелял Из огнестрельного оружия. Группа крови на рубашке и ботинках Эймса совпадает с группой крови, следы которой обнаружены на ковре в каюте «Морской птицы».

Под тяжестью приведенных доказательств он чувствовал себя окончательно раздавленным. Эймса бросило в пот. А может быть, он и в самом деле убил ее? Один Бог знает, как он хотел стать владельцем новой яхты. Он всегда просыпался с этой мыслью. Он все считал и высчитывал* представляя себе, как было бы хорошо для Мэри Лоу, если бы она имела попросторнее каюту и побольше комфорта. Но разве возможно такое — убить человека ради собственного благополучия?! Такое можно совершить разве что в пьяном бреду или беспамятстве. Но он ничего не помнил: ни ссоры, ни убийства, ни того, как он выбросил ее за борт. И тем не менее память не могла отказать ему уж до такой степени и стереть все начисто.

Потом Джилмор вызвал последнего свидетеля.

— Мистер Камден, прошу вас.

Тот вынул сигару изо рта.

— Слушаю вас, мистер коронер.

— Вы выслушали показания свидетелей. Я не хотел бы причинять вам дополнительные страдания, мистер Камден, но для расследования этого дела я должен задать вам один существенный вопрос.

— Какой, сэр?

— Считаете ли вы возможным, чтобы миссис Камден пригласила к себе ночью на. яхту практически незнакомого человека?

— К сожалению, я должен ответить на этот вопрос утвердительно. — Камден бросил взгляд на прикрытый парусиной труп. — Элен была очень своевольной и импульсивной женщиной. Она делала все, что хотела, не считаясь с нравственными приличиями. Как я уже говорил Шерифу Уайту, я опасался, что может случиться нечто подобное, когда разрешил ей ехать одной во Флориду.

— Благодарю вас, мистер Камден.

— Рад был ответить на ваши вопросы. — Держа сигару в руке, директор фирмы посмотрел на Эймса. — Я знаю, что сейчас речь идет только об опознании, но, надеюсь, что присяжные признают его виновным, чтобы он получил на суде ту меру наказания, которую заслужил.

Пока коронер Джилмор посвящал присяжных в суть дела, сарай наполнился гулом голосов. Пришедшие сюда обсуждали то, что услышали и увидели. Эймс попытался было вытащить еще одну сигарету, но его руки в наручниках сильно дрожали. Он отказался от этих попыток и взглянул на Мэри Лоу. Он смотрел на нее до тех пор, пока Мэрфи знаком не дал понять, что присяжные пришли к единому решению. В сарае стало тихо. Аптекарь торжественно произнес:

— Мы пришли к выводу, что покойная Элен Камден была убита двумя выстрелами из револьвера и что Чарли Эймс, совершивший это преступление, должен рассматриваться как виновный и предстать перед судом.

Эймс почти не слышал того, что говорили присяжные, не спуская глаз с Мэри Лоу. А она повернулась на Каблуках и вышла из сарая в ночную тьму: Даже не посмотрела на него на прощание. Она предала его. Она не хотела больше ничего знать о нем, потому что поверила всему, в чем его обвинили.


Глава 4 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 6