home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

На востоке собирались тучи. Временами слышались даже раскаты грома, но солнце продолжало жечь с интенсивностью паяльной лампы. Каждый раз, когда взгляд Феррона падал на непристойности, нацарапанные на «ягуаре», его начинал душить воротничок рубашки. На машину он потратил больше двух тысяч долларов. Иногда даже приходила мысль: «Если не удастся добыть денег, надо поехать в Новый Орлеан и продать машину, за любую цену. Машина практически новая. Можно выручить за нее восемьсот или тысячу долларов чистыми. Выплата восьмисот или тысячи долларов временно удовлетворила бы банк. Теперь и этот вариант отпал. Покраска машины обойдется в двести долларов и отнимет по крайней мере неделю. И даже в этом случае автомобиль не будет выглядеть новым и, соответственно, при продаже потеряет в цене.

Если Марва и заметила непристойные рисунки на машине, то все равно ничего не сказала. Она молча сидела на краю сиденья и наблюдала за проносящимися мимо пейзажами.

Ребятишки по-прежнему играли во дворе дома Бемиса. Сам он все так же сидел на крыльце и ремонтировал стиральную машину. Женщина с плоской грудью, в бесформенном хлопчатобумажном платье, стояла в дверях дома. Все семейство, увидев машину, бросило свои дела и проводило ее взглядами в тупом молчании.

Феррон попытался завязать разговор с Марвой:

— Твои соседи, по-видимому, не очень-то жалуют нас.,

— Это не мои соседи, — сказала Марва. — Как только я выкарабкаюсь из этой передряги, на первом же поезде уеду в Нью-Йорк.

— А что будет с домом?

— Пускай сгорит или сгниет, мне нет дела.

. — Думаешь, тебе удастся сразу найти новую работу?

— Понятия не имею. — Марва взяла пачку сигарет с сиденья. — У меня, конечно, может быть, есть и другая профессия. Представляешь, какие можно накопить деньги при тарифе' от ста до пятисот долларов за ночь? Разумеется, если есть желание много работать.

Феррон посмотрел на ее руки, она снова надела кольца. Если это фальшивые камни, то подделка выглядит отлично. Некоторые искусственные камни сверкали лучше настоящих бриллиантов.

— Не говори так. Я же признаю, что был виноват.

— Да, признаешь, — ответила Марва и снова ловернулась к окну.

Феррон внимательно следил за дорогой. Вдруг у него возникло смутнбе чувство. Ему необходимо что-то вспомнить, что-то восстановить в памяти. Дорожный ресторанчик при въезде в город по-прежнему оживленно работал. Теперь здесь стояло немного больше машин, чем раньше. Из-за ночных событий Феррон боялся: люди в машинах, набравшись джина, могут привязаться клим. Но никто не сказал ни слова при виде проезжающего «ягуара».

Въехав в город, Феррон снизил скорость, соблюдая ограничения. Такая предосторожность показалась ему смешной. Возможно, скоро ему придется предстать перед судом по обвинению в убийстве старика, которого никогда не видел, а он боится штрафа за нарушение правил дорожного движения.

Когда они въехали в деловой квартал, Марва сказала:

— Если не трудно, остановись возле морга. Мне нужно сделать кое- какие распоряжения.

— А где поворот?

— Налево, за углом банка.

На улице было мало машин и еше меньше пешеходов. Работали два магазина и одно кафе. Небольшие группы подростков толпились перед входом в кинотеатры. Несколько ребят засвистели вслед Марве, а девчонки захихикали. Кровь бросилась Марве в лицо, но она ничего не сказала.

Дом Байнарда оказался старым особняком на боковой улице. Возле него стояла карета «Скорой помощи». Сам дом и окружающие строения походили на дом Миллера, только поновее. Маленький пухлый человек подал Марве руку.

— Я надеялся, что ты приедешь, дорогая. Я собирался сам поехать и привезти тебя. Миссис Байнард и я очень беспокоились, что ты осталась там одна.

Марва посмотрела ему в лицо:

— Значит, вы не верите, что я убила дядю Мэтта?

Маленький владелец похоронного бюро похлопал Марву по руке:

— Не говори глупостей, Марва. Мы с Мейбл зцаем, что ты этого не могла сделать. Я так и сказал шерифу Филлмору, Хи Тэйеру и Хэлу.

— Кто это — Хэл?

— Мистер Оппенхайм, — ответила Марва и представила мужчин Друг другу: — Мистер Байнард — это мистер Феррон. Мистер Феррон — мистер Байнард.

— Здравствуйте! — кивнул Байнард.

— Рад познакомиться! — И тут Феррон заметил, что они говорят шепотом и подумал: «Почему люди всегда говорят шепотом в морге? Ведь покойников все равно уже не потревожишь».

Мистер Байнард продолжал:

— А что касается фотографии, которую опубликовал Джон, то я сказал ему: «Это самая грязная фальшивка, какую я когда-либо видел в газете». Надеюсь, Марва, ты подашь на него в суд и потребуешь компенсацию с издательства «Пикайун»;

У девушки задрожали губы, она с трудом удержалась от слез.

— Почему вы вступились за меня?

— Потому что знаю тебя, видел, как ты росла. Потому что я знаю, какая ты/хорошая девушка. И в городе много людей, которые относятся к тебе так же.

Марва, успокоившись, сказала:

— Я рада узнать это, мистер Байнард. Теперь хотела бы попрощаться с дядей Мэттом и сделать некоторые финансовые распоряжения.

Байнард провел их через фойе в одну из маленьких комнат.

— Мы только что отнесли Мэтта наверх. Я подумал, поскольку сегодня воскресенье, некоторые из его старых друзей, может, захотят зайти вечером. Что касается оплаты расходов, то для этого будет достаточно времени, милая.

Феррон вошел вместе с Марвой в комнату, где лежал в гробу полковник Миллер. Это был человек лет шестидесяти пяти. Черты его лица чем-то напоминали Марву. В былые времена, пока бутылка не доконала его, он, вероятно, выглядел бравым молодцом.

Байнард сказал извиняющимся тоном:

— Пока еще не все устроено. Многие друзья пришлют цветы. Как офицер Легиона в прошлом, Миллер имеет право на почетный караул. Гроб покроют знаменем. Но все это, разумеется, будет только завтра.

Феррон не интересовался подробностями похоронного ритуала. Оставив Марву наедине с покойным дядей, он увлек маленького человека в фойе.

— Произвели вскрытие? Что оно показало?

Байнард заговорил еще более извиняющимся тоном:

— Да, конечно, но вскрытие было очень поверхностным. Джим ограничился тем, что констатировал наступление смерти в результате пролома черепа, непосредственно вызванного одним или несколькими ударами по голове каким-то твердым предметом, по всей вероятности, набалдашником трости. И еще он обнаружил, что затылочная кость сломана.

— А каково заключение о времени смерти? Установил точное время смерти?

— Довольно'неточно. Час до и после шести тридцати. Доктор Мэ- зон утверждает, что точнее невозможно, так как нет смысла проводить анализ содержимого органов пищеварения покойного.

— Почему?

— Потому что анализировать было нечего. Осмотр показал: перед смертью Мэтт ничего не ел, по крайней мере последние три дня, а существование поддерживал исключительно одним алкоголем.

В фойе вышла Марва.

— Большое спасибо, мистер Байнард. Спасибо также за вашу поддержку. — Я была очень подавлена, когда приехала сюда, теперь немного легче.

Маленький человек погладил ее по щеке.

— Не надо отчаиваться. Мейбл просила передать, что приглашает тебя пожить у нас, сколько захочешь.

— Спасибо. Поблагодарите миссис Байнард. Но мистер Феррон договорился, что я поселюсь в трейлере с одной из женщин с аттракционов. Многие в городе, по-видимому, полагают, что Эд и я как-то причастны к смерти дяди Мэтта, поэтому нам лучше держаться вместе. Может, придется предпринять что-нибудь.

Байнард проводил их к двери.

— Решай сама, дорогая. Но помни, у тебя гораздо больше друзей, чем ты думаешь.

— Приятно слышать, — сказала Марва.

В дверях Феррон спросил:

— Что вы скажете об Оппенхайме? Я имею в виду отца. Прошлой ночью он устроил нам скандал. Не хочет ли он бросить нас с Марвой на съедение волкам, чтобы прикрыть какие-то свои тёмные дела?

Владелец похоронного бюро покачал головой:

— Нет, решительно нет. Хэл жестокий человек с манией величия, но он абсолютно справедлив и честен.

Надевая шляпу, Феррон повторил слова Марвы.

— Приятно слышать. Видно, ваш маленький городок не миновала Божья благодать.

Он помог Марве сесть в машину и поехал обратно на главную улицу. Ни он, ни она не промолвили ни слова, пока не доехали до угла банка. Закурив сигарету, Феррон сказал сквозь клубы табачного дыма:

— Итак, это решает дело.

— Что именно?

— Пьяница доктор либо не смог, либо не захотел установить точное время смерти твоего дяди. Он указал час до и час после шести тридцати. Это означает, что у нас была возможность сделать это.

Марва возразила:

— Но ястребы…

— Сомневаюсь, что их пригласят дать показания в суде. Сейчас мне кажется: мы на крючке.

Он проехал квартал по главной улице и остановился против здания издательства «Пикайун». Улица была пустынна. На ней раздавалось лишь ритмическое шлепанье печатного станка. Феррон открыл дверцу машины.

— Подожди здесь.

— Куда ты? — спросила Марва.

— Зайду внутрь, хочу поговорить с тем, кто управляет станком, — ответил Феррон.

Главные ворота были закрыты. Феррон прошел узким проходом к задней части здания. Здесь открывался, широкий проезд к разгрузочному помещению. Большие ворота помещения были распахнуты. Феррон вскарабкался на платформу и увидел высокого человека в-квадратной фуражке, который закладывал в печатный станок рекламные объявления.

Увидев его, наборщик закричал:

— Извините! Мы закрыты по воскресеньям! — Затем, видимо, узнав Феррона, выключил станок и ухмыльнулся — А, человек с аттракционов. Я так и предполагал, что ты здесь появишься.

— Почему?

Он продолжал усмехаться. Это был черноволосый, неряшливо одетый, невероятно тощий человек.

— Просто я думал, что ты можешь сюда заглянуть. Меня зовут Ярнелл. А ты, полагаю, Феррон?

Феррон сел на рулон газетной бумаги.

— Точно так.

— Чем могу быть полезен?

Феррон изучал лицо этого человека. Ему казалось, что он не похож на жителя Бэй-Байу.

— Ты не местный, правда?

Тот широко улыбнулся:

— Нет, черт побери. Я приехал сюда шесть месяцев тому назад. А теперь готов двинуться дальше.

— Почему?

— Почему цыпленок норовит перебежать дорогу? Почему некоторые парни подражают цыпленку? Может, мне не нравится местное виски. А может, у меня кончились средства. — Он нахлобучил бумажную кепку пониже на лоб. — Поверь мне, причин великое множество.

Феррону показалось: этот человек насмехается над ним.

— Какой тираж газеты?

— Это не «Чикаго трибюн».

— В каких информационных агентствах абонирован мистер Робертс?

Ярнелла это насмешило:

— Ну, ты чудак. Здесь в «Пикайун» все, включая зарубежную информацию, заимствуют из газеты того же названия, которая печатается в Новом Орлеане. Впрочем, наш старик не слишком строг. Иногда он заполняет пустые места сообщениями, почерпнутыми из других газет, даже выпускаемых в Атланте.^

— Зачем же ему платить огромные деньги за информационное обслуживание Ассошиэйтед Пресс Телефото?

Ярнелл перестал ухмыляться.

— Я так и знал, что ты дойдешь до этого. Кто это там' сказал — то ли Линкольн, то ли Рита Хэйуорт: «Вы можете обманывать весь народ какое-то время; вы можете обманывать часть народа все время, но ребята с аттракционов слишком хитры».

— Я задал тебе вопрос.

— А почему бы тебе не подсластить вопрос?

Феррон вынул из кармана тощую пачку банкнот и положил двадцатидолларовую бумажку на плоскую станину печатного станка.

Ярнелл сунул деньги в карман рубахи.

— У нас нет оборудования для приема информации Ассошиэйтед Пресс Телефото Сервис. Но у старика есть договоренность с одной газетой в Батон-Руж, которая имеет такое оборудование. — Он подобрал с заваленного бумагой пола комнаты коричневый почтовый конверт и передал его Феррону.

— Наш материал приходит к нам в таком виде.

Феррон перевернул конверт. Он был адресован издательству «Бэй- Байу Пикайун». В левой стороне конверта четким шрифтом было напечатано:

СРОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Почтовое отправление первого класса.

Не мять, не перегибать.

В этом пакете содержится только предназначенный для печати информационный материал.

Пакет был закрыт медной скрепкой, но не заклеен., Феррон уронил конверт на пол.

— Значит, доставляется по почте?

— Обычной, если это рядовой материал, авиапочтой — срочный.

— У издательства «Пикайун» есть собственный почтовый ящик?

— Да, большой.

— Кто получает почту?

Ярнелл вновь начал ухмыляться.

— Иногда я, иногда мистер Робертс или кто-то из девочек, работающих в офисе. Ну, по правде говоря, любой, кто оказывается в почтовой конторе и направляется сюда.

— И код, конечно, знает весь город?

— Это не секрет. — Ярнелл перестал улыбаться, и у него на лице выступили капли пота. — Ну, хорошо, Феррон, давай бросим пустые разговоры. Ты попал в скверный переплет. Убит старый пьяница и пропали восемнадцать тысяч долларов. Теперь, после смерти, те люди, которые при жизни и плюнуть на него брезговали, тем более угостить выпивкой, когда он изнывал от жажды, повсюду восхваляют его: «Какой чудесный старик». Они хотели линчевать тебя прошлой ночью.* Они могут попытаться повторить это снова. Одно совершенно ясно — это сведения их первых рук — завтра в два часа пять минут пополудни будет вынесено решение задержать тебя и мисс Миллер и передать суду по обвинению в убийстве ее дяди.

— Похоже, ты уверен в том, что говоришь?

— Уверен. Так получилось, я оказался вблизи от источника информации.

— Итак?

— Во сколько ты оцениваешь мои сведения?

— Я уже дал тебе двадцать долларов.

— Слушай, давай не будем мелочиться. Если я взорву город, то хотел бы покинуть его первым классом. Что скажешь насчет пятисот долларов?

— Скажу, что это куча денег.

— Прекрасно. Возможно, у тебя их нет в кармане. Но на твоем месте я бы их наскреб. Найдешь меня у Келли — это дорожный кабачок на реке, сегодня в девять часов.

— Откуда я знаю, что твои сведения стоят пятьсот долларов?

Ярнелл криво улыбнулся:

— Сам решай. Мисс Миллер скажет тебе, где находится ресторан. Келли, в свое время она там пела.

— Может, согласишься за двести долларов? — спросил Феррон.

Ярнелл покачал головой и включил станок.

— Не слышу ни слова! — прокричал он.

Феррон мицуту еще посидел, наблюдая за'ним, затем вышел на улицу.

В церквях закончилась утренняя служба, и плотный поток машин заполнил проезжую часть. Посередине двигался желтый «Линкольн Капри». Ханна Мерри любезно кивнула ему. Молодой Оппенхайм смотрел прямо перёд собой.

Дождавшись просвета в потоке машин, Феррон перешел улицу к своему «ягуару» и облокотился на дверцу, глядя на Марву.

— Ну, — спросила она.

— Наше дело плохо, детка. Один парень утверждает, что располагает информацией: завтра после полудня нас задержат. Тебе знакома фотография, которую показывал мистер Робертс прошлой ночью?

А что? — глаза Марвы сузились.

— Ты узнала ее?

Конечно. Это один из снимков, сделанных корреспондентами разных газет, когда я в первый раз пела в клубе.

— Ты когда-нибудь посылала эту фотографию дяде?

— Не помню, вряд ли. — Марва прикусила нижнюю губу. — Я посылала один снимок Джилу.

— Зачем?

— Затем же, что и купила э-пькольца. — Она подняла руку. — Хотела похвастаться, какой я стала крупной величиной.

— Понятно!

Феррон сел в машину и проехал четверть мили до площадки аттракционов. Док Хэнли в светлом летнем костюме с черным гластуком-ленточкой и в широкополой панаме стоял перед каруселью и разговаривал с Горэмом. Феррон помог Марве выйти из машины.

— Вы уже встречались с Доком. А это Джэк Горэм, главный над палатками, его обычно зовут Балл, — пояснил Феррон. — Мисс Миллер остановится у Иды до завтрашнего расследования.

Хэнли снял свою панаму.

— Рад видеть вас у нас в гостях, дорогая.

— Приятно познакомиться, — сказал Горэм.

Феррон обошел машину, чтобы взять багаж.

— Иди прямо, найди тенистое место. Я сейчас приду.

Марва неуверенно улыбнулась и медленно пошла по дорожке.

Хэнли указал пальцем на непристойный рисунок, выцарапанный на борту машины:

— Ты вроде немного перезрел для таких вешей, Эд.

— Это не смешно, — ответил Феррон. — Как у тебя с деньгами, Док?

Хэнли снова надел свою шляпу.

— Думаю, у Зары есть немного в заначке. А что?

— Я поговорю с тобой, как только устрою Марву. А вы оба скажите ребятам, что сегодня вечером может быть налет на аттракционы.

— Откуда тебе это известно?^

— Узнал от одного типа из местной газеты.

Хэнли криво улыбнулся.

— Я не сказал бы, что это меня удивляет. Я почуял неладное сегодня утром в церкви. Добрые христиане БэйгБайу обращались со мной и Зарой так, как будто она Гоммора, а я Содом. Я чуть было не вспылил, но потом решил: черт с ними.

— Нужно предупредить наших, — сказал Горэм. — Эд, где наш грузовик?

Феррон уже двинулся было по дорожке вслед за Марвой, но остановился и повернулся к Горэму.

— Какой грузовик?

— Наш грузовик для оборудования.

— Откуда я знаю.

— Ты уехал на грузовике, понимаешь? Я-еще спросил тебя, не поехать ли с тобой кому-нибудь из ребят, чтобы пригнать его обратно, но ты сказал: нет, твою машину поведет девушка.

— Ах, да. — Феррон совсем забыл про грузовик. Именно это он силился вспомнить дорогой. — Конечно. Грузовик остался там, возле дома Миллера. Скажи, чтобы двое ребят привели его, хорошо, Балл?

— Сделаю.

Феррон пошел вверх по дорожке. За его спиной, в горячей влажной тишине, голоса Горэма и Хэнли слышались громче, чем хотели их владельцы.

— Он тяжко переживает, — сказал Горэм.

— Ив самом деле. — Хэнли все. это не радовало. — Мы здесь во враждебном городе, над нами нависли городские боссы, а он вынужден сохранять бодрость и выкручиваться. -

Феррон поспешил за Марвой.


Глава 10 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 12