home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 12

Тихая и жаркая ночь не имела конца. Ветер успокоился, и в камере стало очень душно.

Растянувшись на верхней полке, Хенсон смотрел на лампочку в коридоре, которая никогда не гасилась. Он перебирал в голове все сплетни, которые слышал за двадцать четыре года работы в конторе, все подробности своей многолетней супружеской жизни без любви.

Хенсон закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на прошлом, прогнав мысли о настоящем.

По мере того, как он думал, тени сомнения стали сгущаться за его сомкнутыми глазами, проникать в мозг. В Ольге жило два человека. Иногда, очень редко, ему удавалось разбудить в ней темпераментную женщину, почти такую, какой она была в ту ночь праздника для служащих. Но такие моменты были очень редко. В сущности, она отдавала свое тело, а мысли ее были очень далеко: она думала о новом платье: о меховом пальто или о своем обожаемом сыне, которого, не скрывая этого, предпочитала отцу.

Несмотря на очевидность случившегося, для него было невозможным довести свои подозрения до конца и представить себе жену такой, какой он видел ее в последний раз – лежащей на кровати обнаженной, с нейлоновым чулком, глубоко врезавшимся в шею.

Хенсону было сорок шесть лет. Ольга утверждала, что ей на два года меньше. Но очень редкие женщины сохраняли в сорок четыре года такую молодость. Ее грудь была крепка и упруга. Даже будучи трупом, она выглядела молодой и красивой. У нее была нежная шелковистая кожа, плоский живот и длинные стройные ноги с тонкими щиколотками... Если бы не было известно, что она мать двадцатитрехлетнего сына, ей никто не дал бы больше тридцати пяти лет.

Хенсон выбрал эту произвольную цифру.

– Предположим, тридцать пять, – сказал он себе. – Невозможно. Выходит, ей было двенадцать лет в момент рождения Джима. Даже деревенские девушки с их ранним развитием не могут начать совместное проживание с мужчинами с двенадцати лет... Но вместе с тем это похоже на факт.

Хенсон выпрямился и открыл глаза. Затем он позвал охранника.

– Не можете ли вы вызвать моего адвоката? Мне необходимо ему кое-что сообщить.

Охранник взглянул на часы.

– В три часа ночи? Не выйдет, старина! Лучше постарайтесь уснуть, это для вас необходимо.

«Жизнь мне более необходима, чем сон», – подумал Хенсон.

– Вы увидите своего адвоката днем, во время свидания.

Хенсон растянулся на полке, но заснуть не мог. Он открыл пачку «Кэмела» и закурил.

Он подумал о том, что лучше, пожалуй, сообщить о своих подозрениях лейтенанту Эгану. Полицейский – порядочный и умный человек. Он мог бы провести глубокое расследование, но район его действий ограничен Чикаго. А если люди в деревне не переменились за последнее время, они косо посмотрят на незнакомого полицейского...

Хенсону придется действовать самостоятельно, чтобы узнать то, что его интересовало. Он должен покинуть эту тюрьму и отправиться в город Перу, штат Индиана... Но как это сделать?

Была только одна возможность...

Не в силах заснуть, закуривая одну сигарету от другой, Хенсон обдумывал свой план.

Самое лучшее время для начала выполнения его плана – около двенадцати дня. Пока большие начальники подробно расспросят обо всем, напечатают его признание, потом он его подпишет... Это может занять добрых пять часов. Еще будет день...

Хенсон решил оттянуть время своего признания до пятнадцати часов. Он ждал так долго, подождет еще несколько часов. Но в пятнадцать часов он попросит свидания с помощником прокурора. Приведенный в контору, он сознается в убийстве Коннорса под тем предлогом, что тот вышел из тюрьмы и хотел разлучить его с Вандой, которая к тому времени уже была его любовницей. Если полицейские ему не поверят, им придется обратиться к определенному врачу...

Далее, он признается, что, опасаясь разоблачения в убийстве Коннорса, они с Вандой решили бежать из Чикаго. Но когда он укладывал свой чемодан, его застала Ольга. Они поссорились, и он прикончил ее. Чтобы убийство приписали какому-нибудь бродяге-садисту, он устроил всю эту инсценировку, потом, располагая временем, очистил сейф и убежал с Вандой из Чикаго.

Затем он предложит следователям проводить их к месту, где он зарыл деньги. Возможно, копы клюнут на это, хотя бы для того, чтобы избавиться от жалоб Джека Хелла и заставить замолчать журналистов.

Пока они достигнут места, которое он считал наиболее подходящим для своей цели, наступит ночь.

Хенсон понимал, что он принял опасное решение. Вполне возможно, что полицейские откажутся идти с ним, они могут воспользоваться признанием, подписанным им самим, и отправить его на электрический стул... Если они все же согласятся последовать за ним к месту, где он «зарыл» свою добычу, он будет все время находиться под угрозой дюжины направленных на него пистолетов. А когда он захочет ускользнуть от них, его жизнь будет стоить не дороже пенса. Но, во всяком случае, это хотя бы один шанс на спасение, тогда как, сидя в камере, он вообще ни на что не может рассчитывать.

По мнению адвоката, Хенсон, без сомнения, будет приговорен к смертной казни за убийство Ольги. И в случае, если апелляция отвергнет это обвинение, он немедленно предстанет перед судом за убийство Тома Коннорса и его присудят к каторжным работам. При всех обстоятельствах ему оставалось бы только ждать, когда его осудят за убийство. Не говоря уже о краже.

Его план был рискованным, даже безнадежным, но все-таки это была единственная возможность попытаться спастись.

Хенсону захотелось увидеть Ванду хотя бы на несколько минут, чтобы попросить у нее прощения. Он даже не думал о ней как о любовнице, ему хотелось только обнять ее, поцеловать в закрытые глаза и сказать ей, насколько она дорога ему, и что воспоминание о трех неделях, проведенных с ней, останется самым счастливым воспоминанием его жизни.


Глава 11 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 13