home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Разговоры в городе

На небе были одни лишь звезды, без луны. Прошло 12 лет с тех пор, как Кейд плавал по реке в ночное время. Некоторые ориентиры на берегах изменились. Было сложно идти без огней... И опасно. Один раз он чуть не напоролся на бревно, которое несло в залив течением. В другой раз ему чудом удалось увернуться от торгового судна, которое по известной только ему одному причине отклонилось от курса. Миновав скопление огней на западном берегу, которое, как надеялся Кейд, было Бенисом, он приглушил моторы до такой степени, что судно практически несло одним течением, и принялся размышлять о наиболее разумном следующем шаге.

Он мог бы прямиком добраться до места назначения, свернув в мало используемый проход, начинающийся южнее Бениса и заканчивающийся в Вест Бэй. Это сократило бы им дорогу и сэкономило топливо. Кейд мог бы остановиться в Бэй Пэриш и попытаться заполнить баки для длительного перехода до Гранд Айлз. Он мог бы также разобраться, каково его положение с точки зрения закона, выяснить, что предпринял Токо по поводу исчезновения Джо Лейвела и его собственного поспешного отплытия с Мими на борту.

Кейд едва различал в темноте лицо девушки, стоящей рядом с ним. Чтобы уберечь ее новое платье, босоножки и колготки, она снова переоделась в его брюки и рубашку. Держалась Мими превосходно. Чем ближе узнавал ее Кейд, тем больше она ему нравилась. В ней все было естественно, никакого притворства или позерства.

Она была страшно расстроена неудачей в Нью-Орлеане, но отказалась от привычных женских слез. Мими ни разу не застонала, ни охнула и не крикнула во время опасной поездки на реке. Она не задавала глупых вопросов. Когда он ей сказал, что намерен направиться в Баратория Бэй и объясниться начистоту с Мораном и Джанис, она приняла его решение без колебаний и сомнений. У нее на родине было принято подчиняться мужчинам, для нее это было естественно.

– Я пытаюсь решить, – наконец, произнес Кейд, – стоит ли мне делать остановку в Бэй Пэриш, чтобы пополнить запасы горючего.

– А у нас его не хватит до этой самой Баратории?

– Хватит, если мы не попадем в заварушку.

– Заварушку?

– В шторм.

– Надвигается шторм, да?

– Не знаю, – устало ответил Кейд. – В этот сезон они часто бывают в наших краях, но еще слишком темно, чтобы заметить, выставлены ли штормовые предупреждения для небольших судов, а при сложившихся обстоятельствах неразумно находиться на глазах у Береговой Охраны.

Мими тут же доказала, что она самый обыкновенный человек, задав свой первый глупый вопрос:

– Почему?

– По двум причинам, – добродушно объяснил он. – Первая: ты в стране нелегально. Помнишь эту мелкую деталь? Вторая: существует небольшое дельце о человеке, сброшенном в воду. Насколько я понимаю, меня могут запросто обвинить в убийстве.

И все же он решил остановиться в Бэй Пэриш и увеличил скорость. Он не ошибся в отношении огней – они указывали Восточный Бенис на западном берегу. Вскоре показались огни Бэй Пэриш. Кейд подобрался к берегу настолько близко, насколько осмеливался, и бросил якорь. Судно медленно закачалось на одном месте и замерло, повернувшись носом по течению, поднимаясь и опускаясь на волнах.

– Отсюда я доберусь вплавь, – пояснил он девушке. – Ты не побоишься остаться на судне одна?

– Да. Мне было очень страшно всю обратную дорогу, но это не имеет значения. Вы – капитан... И я останусь там, где вы мне прикажете.

Кейд ласково потрепал ее по плечу и тут же пожалел об этом неразумном поступке.

Ее тело притягивало его сильнейшим магнитом. До Баратория Бэй был еще долгий путь, чертовски долгий. Он надеялся, что сумеет держать себя в руках. В общем, время покажет. Кейд завернул пистолет в промасленный шелк и сунул его в боковой карман брюк.

– Я не должен там слишком долго задерживаться. Вернусь сразу, как только выясню обстановку и получу горючее.

Вода выглядела черной, маслянистой и почему-то зловещей. Кейд понял, как чувствовала себя Мими, плывя к берегу. К тому же она направлялась к берегу из самой стремнины.

“Какое счастье, если тебя любит девушка подобная Мими", – подумал он. В последний миг он протянул ей фонарик.

– Если я не смогу отыскать тебя в темноте, мне придется окликнуть тебя. Тогда мигни фонариком, направив луч на воду в сторону берега, но мигни всего раз. Ясно?

– Сделаю все, что прикажете, – шепнула она, приподнялась на цыпочках и поцеловала его легко и без страсти. – На счастье...

Кейд прижал ее к себе крепче и дольше, чем было необходимо. Это было самой настоящей сладостной пыткой, а также частью его грез. Только в его сладких снах девушкой была Джанис, а его потребность была удовлетворена сейчас другой, но частично... Мими деликатно высвободилась из его объятий.

– Мне не следовало этого делать.

Он стоял, борясь с собой, но не опасаясь ее ножа. Кейд мог бы вышвырнуть его за борт, а Мими лежала бы на спине, прежде чем смогла бы моргнуть. Он бы взял ее на одной из коек прямо на палубе или прижав ее к борту – стоя. В любом месте она дала бы ему то облегчение, которое было так ему необходимо, однако, это было бы нарушением данной им себе клятвы. Мими доверяла ему и он ей нравился. Он был «капитаном». Старое армейское правило: если чин давал какие-либо привилегии, он одновременно налагал и обязанности. Офицер и джентльмен не мог делать кое-каких вещей. И до тех пор, пока эта очаровательная брюнетка полагала, что она замужем за Мораном, это было бы поспешной и бессмысленной встречей двух тел. Но ни в коем случае той грезой, которая ему снилась. Уж если ему требовалось одно только тело, он мог бы остановиться в любом из тех бесчисленных мест в Нью-Орлеане, где за пять долларов получил бы желаемое.

– Я сожалею, очень сожалею, – повторила она.

Кейд перешагнул через борт и почти бесшумно вошел в воду. Холодная вода показалась ему приятной, но даже в такой близи от берега течение было сильным. Он преодолел последние футы мощным кролем, пробиваясь сквозь заросли водорослей, затем забрался на дамбу и остановился, восстанавливая дыхание.

Судно потерялось во мрачной темноте реки, но с того места, где он находился, ему был виден деловой квартал Бэй Пэриш и новая неоновая вывеска Сэла. Звуки музыки оттуда доносились даже сюда. Он приметил место, где он вышел на берег, и запомнил его. Достав пистолет, Кейд зашагал к красной неоновой надписи. Сэл мог рассказать ему все... За исключением освещенных окон, на боковых улочках городка было также темно, как и на реке. Кое-где он решительно проходил или мимо него проходили цветные мужчины и женщины. Он шел совершенно открыто и не пытался спрятаться. Его долгие годы службы летчиком, когда он видел, как рядом умирали люди, а он оставался целым и невредимым, поселили в нем уверенность в своей судьбе. Когда придет твой час, ты умрешь. Не раньше и не позже... А до того колесо судьбы может вращаться с бешеной скоростью, и с тобой ничего не случится, разве что продаст неверная жена и ты встретишь девушку, к которой не посмеешь прикоснуться.

Комбинация бара с рестораном М.Н.Сэла помещалась в изолированном здании с двумя пустыми участками с одной стороны и апельсиновой рощей – с другой.

Кейд заглянул в одно из раскрытых окон. В баре как всегда торчали завсегдатаи. Токо сидел в кабине со Сквидом и с человеком лет тридцати с бронзовым лицом. Тяжеловес-югослав слегка постукивал по столу кулаком, но, кажется, это производило впечатление лишь на Сквида. Кейд решил, что незнакомец может быть либо летчиком, либо моряком с документами своего хозяина. Такой уж у него был вид.

Кейд направился вокруг здания к черному ходу. Дверь была распахнута, чтобы помещение хоть немного проветривалось. Через занавеску он мог видеть Мамму Салватор, хлопотавшую у плиты. Иногда Мамма останавливалась, чтобы освежиться стаканчиком апельсинового вина с плавающим в нем льдом.

Кейд тихонько постучал.

– Мамма! Мамма Салватор! – окликнул он толстуху шепотом.

Она подхватила свой стакан и неторопливо двинулась к двери, как будто хотела подышать свежим воздухом. Между глотками вина они стали тихо переговариваться. Мамма прошептала:

– Не входи и говори потише.

– Почему?

– В баре Токо и Сквид.

– Знаю, я их видел.

– А у тебя большие неприятности.

– Большие?

– Огромные! Тебя разыскивает закон. Токо добился ордера на твой арест, обвинив тебя в том, что ты прикончил эту собаку... Джо Лейвела.

Он открыл было рот, но тут же прикрыл его, ощутив подступающую к горлу тошноту. Справившись с приступом, он осведомился:

– Откуда Токо узнал, что Джо умер?

– Сегодня его выловил охотник за акулами во второй половине дня, – Мамма сияла от удовольствия. – Это ты его прикончил, Кейд?

– Нет.

– А кто?

– Думаю, что Токо сделал это сам или приказал его убить. Я обнаружил утром Лейвела на своем судне. Только Калавитч мог подложить мне такую свинью!

Мамма покачала головой.

– Нет. Если бы дело обстояло подобным образом, Токо бы так не взбесился. Нет, Джо был для него слишком ценной фигурой. Теперь у него нет никого, кто бы стал выполнять для него всю грязную работу.

– У него есть Сквид.

– У которого на плечах кочан капусты.

– Тогда кто же убил Джо?

Толстуха сделала приличный глоток апельсинового вина.

– Кто может это сказать... Джо давно надо было убить, – она захихикала. – Но у тебя, однако, на судне девушка.

– А она тут при чем?

– Токо донес на нее сразу после того, как я видела тебя утром возле почты. Токо позвонил в иммиграцию и сообщил им, что жена-иностранка одного из его бывших служащих нелегально пробралась в страну, но он с удовольствием заплатит штраф, если они выпустят ее под залог с тем, что она будет находиться в его доме, пока не разыщет мужа.

– Я так все и понял, когда увидел, что Токо спешит ко мне с человеком из иммиграции.

– Она хороша? – подмигнула Мамма.

– Не могу знать, – покачал головой Кейд.

Мамма прыснула, прикрыв рот толстой рукой:

– Ха!

– Я говорю правду.

Мамма сразу посерьезнела.

– В таком случае, ты глупец. Для этого и существуют молодые женщины. Этим занимался Токо с твоей женой, и Моран тоже. Весь город говорил об этом.

Кейд мгновенно вспотел.

– Ты знаешь это наверняка, Мамма?

Толстуха покачала головой.

– В постели я их не видела. Но я женщина и тоже когда-то была молодой. Это я запросто могу определить. У тебя не будет черных кругов под глазами от того, что ты жаришь рыбу, но что делаешь здесь ты? Мы с Сэлом надеялись, что к этому времени ты будешь очень далеко от нас.

У Кейда сразу все заболело. «Полный покой», так приказали ему медики.

– Я бросил якорь в реке, – объяснил он ей. – Сейчас направляюсь в Бараторий Бэй, и мне нужно горючее.

– Обожди, – спокойно сказала она. – Жди здесь, я пришлю Сэла.

Кейд наблюдал, как толстуха, переваливаясь как утка, пересекла кухню и исчезла за вращающейся дверью. Салваторы были полуграмотными, невежественными людьми, но для него они были «своими». В их дружбе не было расчетов и меркантилизма. Уж если ты к ним хорошо относишься, то и они платят тебе той же монетой. Шарканье чьих-то ног по траве привлекло внимание Кейда, и он быстро попятился в густую тень подальше от света, струящегося из открытой кухонной двери.

Смехотворно маленькая головка Сквида нелепо тряслась, когда он вглядывался в темноту, подкрадываясь вдоль боковой стенки старого ресторана. Кейда вновь замутило, когда он вытаскивал пистолет. Сквид уже сворачивал за угол, принюхиваясь вроде охотничьего пса, выслеживающего дичь... Кейд попытался углубиться в тень еще дальше, но сделал неловкое движение и ударился правой ногой о ящик с пустыми бутылками. Пытаясь не упасть, он сбил всю пирамиду, которая со звоном и грохотом обрушилась вниз.

Сквид змеей проскользнул на звук.

– Эй, кто это там скрывается?

Ладони Кейда стали мокрыми от пота. Ему ничего не стоило прикончить Сквида, но что потом? Еще неизвестно, удастся ли Токо приклеить ему убийство Лейвела, но в отношении Сквида никаких сомнений не будет. Хладнокровное убийство Сквида могло означать только одно... Сквид сделал еще один шаг вперед. Когда он опознал Кейда, в уголках его рта показалась слюна.

– Так ты вернулся? Токо догадлив... Иди посмотри, чего это так Мамма волнуется, сказал он мне, и вот ты здесь, – он протянул к Кейду свою огромную лапу. – Тебе несдобровать, Кейд, тебе не следовало этого делать. Не следовало убивать Джо. Токо сказал мне, что если я тебя найду, то могу позабавиться на всю катушку без ограничений и фантазии. – Глаза гиганта зловеще поблескивали при свете звезд. – Ударь... Ударь меня пистолетом, тогда я ударю тебя в ответ. – Корявые пальцы Сквида почти ласково дотронулись до его лица – настойчивые, молящие, требующие. – Ну, давай же! Ударь меня!

Кейд поднял было пистолет, но в это время Сэл открыл дверь кухни и подошел к тому месту, где стояли они со Сквидом. Пожилой португалец был такого же роста, что и Сквид, но потяжелее фунтов на пятьдесят. Он схватил Сквида за плечо и повернул к себе лицом с такой же легкостью, как он вращал стаканы под краном мойки в своем баре.

Если Сэл был возбужден, он не разделял слова, выпаливая их на одном дыхании:

– Проклятый-всюду-сующий-нос-мошенник! – бочкообразная грудь Сэла наступала на противника. – Твой-сукин-сын-Токо-и-ты! – он передохнул и продолжил уже спокойнее: – Токо заметил, что Мамма мне что-то шепнула. Он сразу догадался, что меня кто-то вызывает, и отправил разнюхать в чем дело, так?

У Сквида был такой вид, будто он вот-вот расплачется.

– Не лезь в это дело, Сэл.

– Никак ты собрался меня учить, подонок!

Сэл сжал пальцы в кулак и двинул его вперед, скорее толкнул, нежели ударил Сквида. Послышался глухой звук, когда его кулак пришел в соприкосновение с челюстью Сквида. Несколько секунд тот удерживался на ногах, после чего рухнул на землю.

Сэл извиняющемся тоном заметил:

– Старею... Было время, когда я сворачивал челюсть одним мизинцем.

Веселье в баре продолжалось. Кейд с наслаждением вдыхал запах апельсиновых деревьев, к которому примешивался запах чеснока и оливкового масла с кухни. Звезды вроде бы заблестели еще ярче. На дальнем берегу реки появились первые белые лучи луны над устричными отмелями. Он сунул пистолет в карман.

– Спасибо.

– Ерунда! – отмахнулся Сэл. Затем его гудящий бас снизился до шепота: – Мамма говорит, что тебе нужен бензин. У меня его сколько угодно. Бери сколько нужно и даром. – Он снял свой белый фартук, залитый пивом, и бросил его на пустые ящики. – Ты наш друг. Сейчас я пригоню свою лодку и скажу тебе, где она. – Потом он сунул Кейду бутылку апельсинового вина. – Но сперва разделайся с бутылочкой. Мамма утверждает, что тебе надо выпить.

Бутылка была ледяной. Кейду захотелось одновременно и прослезиться, и засмеяться. Ему казалось, что с его плеч свалилась непосильная тяжесть. Открыв бутылку, он с наслаждением сделал из нее приличный глоток.

– Это за тебя и за Мамму!

– Твое здоровье, – церемонно ответил Сэл.


Деловые партнеры | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Дитя воды