home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Смерть на палубе

Солнце поднималось все выше, вместе с этим усиливалась и жара. Небольшие отдельные грибы водяного пара повисли над грязными лужами, которые образовались в низинах за ночь.

Когда Кейд подошел к обочине, Мими положила пальчики на его руку и подняла голову, глядя ему в лицо.

– Как вы говорите по-английски «дафисид»? – спросила она.

– Ты имеешь в виду «трудно»?

– Да... – ее огромные глаза изучали его лицо. – Мне трудно просить, но...

– Что но?

Острые коготки впились в ее руку. Это уселся на Мими дикий попугайчик. Она вскрикнула и снова посмотрела на Кейда.

– Если вы будете так добры и отвезете меня в Нью-Орлеан, я буду вам бесконечно благодарна. Кроме того, вам хорошо заплатят.

– Кто? – холодно проронил он.

– Джим. Мой муж. Он с вами расплатится.

«Лучше бы она не касалась меня своими ручками», – возбужденно подумал Кейд.

– Почему ты просишь именно меня?

– Потому что я тут чужая. Потому что вы единственный человек, которого я знаю. Потому что вы до сих пор были ко мне так добры.

Кейд хотел забыть о своей жене и о Моране, поэтому он резко оборвал девушку:

– Заткнись!

Она недоуменно покачала головой.

– Этого слова я не знаю.

Раздражение Кейда усилилось.

– Не имеет значения, пустяки.

Он намеревался рассказать ей о других «миссис Моран», но не нашел сил это сделать. Мими все же была хорошей девочкой. И не ее вина, что такой мерзавец, как Моран, воспользовался ее неопытностью и доверчивостью и нарушил данное ей обещание. Возможно, мисс Спенс ошибалась. Да и помимо всего этого, в данной ситуации ему не хватало лишь женской истерики, чтобы усугубить тот Кошмар, в который он грохнулся с момента возвращения в Бэй Пэриш.

Мими вцепилась в его руку.

– Пожалуйста...

Видя, что прохожие наблюдают за ними, Кейд нервно закурил.

– С чего ты взяла, что Моран захочет тебя видеть? Ведь он не отвечал на твои письма в течение года.

– Не знаю, – потупилась Мими.

– С чего ты взяла, что он заплатит мне хотя бы за горючее, которое я потрачу, чтобы доставить тебя туда?

На глазах девушки появились слезы.

– Этого я тоже не знаю.

– Послушай, детка, боюсь, что ты допускаешь ошибку. Самое лучшее для тебя – повидаться с человеком, ведающим иммиграцией, и сообщить ему, что ты въехала сюда нелегально и попросить его связать тебя с консулом. Самое скверное, что может случиться после этого, это то, что тебя отправят обратно в Каракас.

Она энергично затрясла головой.

– Нет!

– Почему нет?

– Я не желаю возвращаться в Каракас, я хочу поехать в Нью-Орлеан. Я же объяснила все вчера вечером – моя семья не примет меня. Ни за что не примет...

От жары и разговоров с Токо и мисс Спенс у него разболелась голова. Ему было очень жаль Мими, потому что у них оказались схожие судьбы. Она влюбилась в негодяя, а он был женат, пусть даже в прошлом, на авантюристке. Кейд ни за что не собирался уступать ее просьбам и везти в Нью-Орлеан. Сейчас ему нужно было выяснить отношения с Джо Лейвелом. Затем вопрос с горючим. Он пощупал единственный пятидолларовый билет в кармане. До Нью-Орлеана он, конечно, доберется на том горючем, которое осталось в баках, но назад ему не на чем будет возвращаться.

– Я сделал для тебя все что мог, а дальше тебе придется действовать самостоятельно.

– Отсюда есть дорога туда?

– Нечто похожее, но я не советую тебе ею пользоваться.

– Мне нельзя идти пешком?

– Да.

– А почему?

– Дорога проходит по гористой местности. Кроме того, ты слишком красива, чтобы расхаживать в одиночку по дорогам, в особенности в таком наряде.

– Почему?

– Ты прекрасно знаешь почему.

Мими опустила голову, из ее глаз выкатилось несколько слезинок. Она сердито вытерла их рукой.

– Тогда почему вы не хотите отвезти меня туда?

Ее грудь поднималась так бурно, что Кейд всерьез переполошился, как бы не отлетели не слишком крепко пришитые пуговицы на его рубашке.

– Я уже сказал тебе почему. И кроме того, верь мне или нет, но я всего лишь человек, к тому же мужчина. И я сомневаюсь, что в моем обществе ты будешь в большей безопасности нежели на горной дороге, – он покачал головой. – Нет! Самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать, это связаться с иммиграционным чиновником и заставить его отправить тебя к консулу.

Кейд резко развернулся и быстро зашагал по улице. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким негодяем, но у него самого имелись крупные проблемы. Кейд не желал иметь ничего общего с Мими, которую наверняка выдворят в Каракас. Она не дитя и должна все понимать. И она знала на что идет, когда пускалась в подобную авантюру. Подумать только, забраться под брезент и прятаться в спасательной шлюпке на протяжении шести дней ради того, чтобы найти какого-то ублюдка. Он дал ей разумный совет. Самое лучшее, что она может сделать, это связаться с консулом Венесуэлы.

Через некоторое время он развернулся и, подойдя к девушке, протянул ей пять долларов. Она недоверчиво уставилась на деньги.

– За что?

– Потому что я считаю тебя милой девочкой. И жалею тебя...

Она сунула банкноту в бюстгальтер.

– Спасибо.

Мими отвернулась и стала смотреть на реку. Кейд пожал плечами и направился к зданию суда. Это была древняя постройка из белого камня. Комнаты и коридоры с высокими потолками создавали иллюзию прохлады. Девушка, сидевшая за перегородкой, не была знакома Кейду. 12 лет назад она была еще ребенком. Он объяснил ей, что ему надо выяснить, и она быстро нашла нужные документы. Токо сказал правду: продажа дома и участка земли была оформлена соответствующим образом.

Кейд попросил у девушки кусочек бумаги и записал на нем дату продажи, чтобы сопоставить ее с датой свидетельства о разводе, которое ожидало его в Токио. Если Джанис ухитрилась продать все до того, как перестала быть миссис Кейн, то эта сделка была вполне законной, хотя и подлой с человеческой точки зрения. Наверное, он ничего не сможет сделать, чтобы вернуть свою собственность. Хотя почему? Джанис наверняка обязана выплатить ему компенсацию. Но если сделка состоялась уже после того, как решение о разводе было вынесено, тогда суд окажется на его стороне и ему вернут дом и землю.

Кейд ничего не понимал в законах, но ему казалось, что рассуждает он правильно. Он сунул бумажку в карман рубашки. Участок земли его ни капельки не интересовал – он был слишком отдаленным и изолированным, чтобы иметь какую-то цену. Земля была заброшенной с тех пор, как его пра-прадед приобрел ее для какой-то цели. Другое дело дом: он имел и сентиментальную, и денежную стоимость. Он родился в этом доме и предполагал, что в нем будут воспитываться его дети.

Пистолет натер ему ягодицу, а стекавший пот разъедал это место. Он немного постоял на ступеньках суда, раздумывая, что же делать дальше. Вообще-то, единственное, что он мог предпринять, это вернуться на судно и ждать. Было уже десять, и предназначенная ему в полдень кончина наступит лишь через два часа. Он зашагал по дамбе назад по тенистой улице. Эта улочка ничем не отличалась от Мейн-стрит. Просто улыбающиеся лица были потемнее, приветствия пошумнее и пронизанные благодарностью Всевышнему за то, что он возвратился домой.

В Кейде росло возмущение. Это был его родной город и он любил его, а Бэй Пэриш отвечал взаимностью. Если бы не Джанис, Токо и Лейвел – это было бы чудесное возвращение домой. Он повернулся, чтобы ответить на вопрос одного из своих почитателей и, увидел Мими. Она хмуро шла следом за ним. Черная грязь покрывала ее изящные ножки, но все равно они оставались очаровательными. Он дождался, когда она поравнялась с ним и осведомился:

– Что теперь? Почему ты преследуешь меня?

Она было вздернула свой маленький подбородок, но он у нее предательски задрожал.

– Потому что я не знаю, что мне делать. Я не поеду назад в Каракас, ни за что не вернусь туда.

Кейд попытался обдумать, что же ей ответить, но ничего путного в голову не приходило. Что, собственно, он мог ей сказать? Поскольку она твердо решила разбить свое сердце, то он, возможно, мог одолжить у кого-нибудь денег, чтобы приобрести ей платье и кустарную обувь местного производства, а также купить билет до Нью-Орлеана на поезд, автобус или самолет.

Он растерянно зашагал рядом с ней к судну.

– Я приношу тебе кучу хлопот, да? – тоненьким голоском спросила она.

– Да.

Она еле слышно продолжала:

– Мне очень жаль. Просто вы очень добры, и потом, тут нет никого, кому бы я могла доверять.

Кейд снова разозлился.

– Ладно, прекрати кричать о моей доброте.

Она вытерла мокрые щечки ладонью.

– Я вовсе не кричу, а тихонечко плачу.

Кейд страшно хотел, чтобы ее слабый голосок, вид ее маленькой фигурки с такими плавными линиями не делал с ним то, против чего он не в силах был бороться. Ну сколько человек может сдерживаться!

– Ты все еще намерена найти Морана? – грубо спросил он.

Не поворачивая головы, он посмотрела на него уголком глаза.

– Поэтому я и приехала сюда.

– Ты не поедешь домой?

– Не могу.

– Почему?

– Я уже говорила вам. Моя семья...

– Знаю! – прервал ее он, и сам закончил за нее фразу: – Ваше семейство очень старинное и очень гордое. И они были сильно раздражены тем, что ты вышла замуж за Морана. Сколько времени ты была знакома с этим человеком?

– Неделю.

– И вы провели ее вместе?

– Да.

– Жили как муж с женой?

– Да.

– У тебя был от него ребенок? Остался у тебя в Каракасе от него малыш?

– Нет, – вспыхнула она.

– Потом, проведя с тобой неделю, он совершенно позабыл о тебе, уехал прочь и ты не получала от него никаких известий, так?

– Да.

– Но ты продолжаешь любить этого типа?

Мими следила за грязью, которая выдавливалась при ходьбе между пальчиками ее босых ножек.

– Не знаю.

– Что значит «не знаю»?

– Именно то, что сказала. В моей душе, когда я думала, как это хорошо быть замужем. Но я – как бы это выразиться? – не слишком опытна в подобных делах. С раннего детства меня воспитывали в большой строгости, и Джим был первым мужчиной, с которым я была одна... – Мими искоса взглянула на него и прибавила: – Пока не повстречала вас.

– Так... – произнес он, а про себя подумал: «Негодяй! Ирландская собака! Соблазнить Мими было так же просто, как подобрать созревший плод папайи».

Поросший травой склон дамбы был крутым и весьма скользким. Он помог Мими подняться наверх, ее тело было мягким и теплым под его руками. Кейду безумно нравилась эта девушка. Ни разу еще ему никто так сильно не нравился после столь непродолжительного знакомства. Мими попала в скверное положение, но вела себя как настоящая леди. Ее никак нельзя было назвать дешевкой или шлюхой. Одно было ясно. Легко ли было Морану соблазнить Мими или нет, но он не смог добиться своего, пока не прошел через определенную церемонию, и не исключено, что они совершенно законно обвенчаны. А теперь Моран заимел Джанис.

Когда они добрались до вершины дамбы, Мими спросила:

– Что вы собираетесь со мной делать?

– Пока не знаю, – признался Кейд.

Он зашагал по дамбе в направлении «Морской птицы», а Мими, разумеется, бежала рядом с ним.

– Но одно я знаю точно. Я не хочу везти тебя в Нью-Орлеан, но, возможно, мне удастся одолжить достаточно денег, чтобы одеть тебя и заплатить за твой проезд.

– Одеть?

– Купить тебе платье и обувь.

– Одолжить?

Кейд порылся в своем довольно скудном запасе слов, и не найдя нужного, спросил у нее:

– Что ты делаешь, когда у тебя нет денег?

Теперь они находились уже на пирсе. Мими достала банкноту из своего соблазнительного тайника.

– Это все деньги, которые у вас есть?

– Верно.

Голос у нее был такой же мягкий и приятный, как и ее бесподобное тело.

– И вы отдали их мне...

Он был довольно резок:

– Ну и что?

Ее пальчики сжали его руку.

– Вы джентльмен... Вы симпатичный, милый человек.

Кейд растерялся.

– Прекрати! Этим ты ничего не добьешься, – он соскочил на кокпит лодки и помог Мими спуститься. – Сейчас мы выпьем по чашечке кофе, только на этот раз варить его буду я. Ты же должна твердо уяснить одно.

– Да?

– Я не повезу тебя в Нью-Орлеан. Не надейся и не жди.

Голос девушки был еле слышен в плеске волн:

– Это решать только вам.

Кейд проверил, чтобы судно не терлось о пирс и чтобы оно прочно сидело на якоре, прежде чем открыть дверь кабины. Затем он вошел в переднюю кабину.

Сперва, пока его глаза все еще были ослеплены светом улицы и не адаптировались к царившему здесь полумраку, он подумал, что угодил в ловушку, что лежащий на койке человек пьян и поджидает его. Кейд лихорадочно выхватил из кармана пистолет. Потом он сообразил, что человек мертв. Рубашка на Лейвеле пропиталась спереди кровью. Он лежал на спине и одна из его рук безвольно свисала вниз. После смерти шериф еще больше стал походить на ласку, чем при жизни. Он умер всего несколько минут назад. Кейд ухватился за край правого борта, чтобы не упасть самому. Мертвый Джо Лейвел находился на его судне, а он грозился прикончить его. Накануне вечером в заведении Сэла, в присутствии двух десятков свидетелей, когда он боролся со Сквидом, он заорал:

– Ты ублюдок! У меня есть пистолет и я убью вас обоих!

Мими, стоявшая позади него и ничего не видевшая из-за его спины, поинтересовалась:

– Что случилось? На что это вы глядите?

От запаха крови, капавшей на пол, Кейда замутило. Он слишком много нанюхался крови, да и сам потерял ее немало. Попятившись, он вышел из кабины, тщательно закрыл за собой дверь и опустился вниз, прислонившись к двери спиной и шумно дыша открытым ртом. На его лбу выступил холодный пот. У него было ощущение, что его должно вырвать, но не получается.

Мими вытащила рубашку из брюк и использовала это в качестве носового платка, чтобы вытереть ему лоб.

– В чем дело? Что случилось, Кейд?

Мими впервые назвала его по имени, и это прозвучало у нее как-то по-особенному.

Он дважды открывал рот, прежде чем ему удалось произнести:

– Там мертвый человек.

– Кто?

– Некто Лейвел, местный шериф.

– Вы уверены в его смерти?

– Да.

– Как он умер?

– Выстрел в сердце.

– Кто?

– Не знаю.

– Но почему кто-то убил его на вашем судне.

Кейд опасался, что знает ответ на данный вопрос. Токо его всегда ненавидел, еще с мальчишеских пор, когда он не позволял ему помыкать собой. Сейчас, после того, как Токо переспал с Джанис и отнял у него собственность, которой владела семья Кейнов в течение ста лет, у него были основания опасаться Кейда до такой степени, что он подбросил ему на судно покойника. Осуждение за убийство будет куда более надежным, чем приказы покинуть город. Да, Кейд угрожал расправиться с шерифом. Теперь Лейвел мертв, а его единственным алиби на время убийства было то, что он разгуливал по дамбе с хорошенькой девушкой, которая находилась в стране нелегально и провела у него предыдущую ночь.

Подобный ход мыслей мог придти в голову одному Токо Калавитчу. Но с другой стороны, Джо был правой рукой Токо и ему будет не так-то просто подыскать другого человека, который согласится выполнять всю ту грязную работу, которой занимался Джо.

– Заправь рубашку в брюки! – приказал он Мими.

Кейд осмотрелся по сторонам. Мими села подремать на полуденном солнышке. Единственным звуком был звон корабельных склянок где-то на середине реки, да гудение самолета, поднимающегося с маленького аэродрома на дальнем конце города. Стекла в окнах старого дома действовали как многочисленные рефлекторы, ослепляя его. А единственным движущимся объектом, который он рассмотрел на большом расстоянии, были два человека, только что вышедшие на поросшую сорняками дорогу, ведущую в деловой квартал.

Кейд схватил бинокль, находившийся на полочке возле рулевого колеса, и направил его на них. Человеком в белом костюме оказался Токо. Физиономия второго была незнакома Кейду, но он был в форме службы иммиграции. Они могли направляться в одно единственное место. Он положил бинокль на место и взглянул на Мими.

Моран работал у Токо. Мужчина типа Морана обожает хвастать победами. Вне всякого сомнения, Токо были известны все подробности романа Морана в Каракасе. И Мими понадобилась ему самому. Токо желал переспать с каждой привлекательной женщиной, попадавшейся ему на глаза. Югослав коллекционировал ночные крики страсти, как некоторые люди коллекционируют марки.

Холодный гнев сменил недавнее недомогание Кейда. Возможно, Токо и удалось бы возложить на него ответственность за смерть Лейвела, но не наверняка. Решать будет жюри... Скорее всего, Токо собирался достичь другого: чтобы его задержали до суда, и в этом случае Мими оказалась бы совершенно беззащитной. Живой ум Кейда подсказывал ход рассуждений противника. Мими находилась в стране нелегально. После «обнаружения» трупа Лейвела естественным ходом Токо будет убедить иммиграционные власти забрать девушку в тюрьму в качестве главного свидетеля. На реке Токо был всемогущ: крупный собственник, известная фигура. Он знал, к кому обратиться и что сказать. Можно было не сомневаться, что иммиграционные власти послушаются его, в особенности, если он пожелает внести залог за Мими. Ну а Токо, разумеется, пожелает. За возможность позабавиться в постели с Мими он не пожалеет никаких денег. Подобные мысли о девушке еще больше возбудили Кейда. В конце концов, он голодал два года!

Мими покраснела, заметив выражение его глаз, и поспешила застегнуть все пуговицы на рубашке, не считаясь с жарой.

– Пожалуйста, Кейд, – укоризненно промолвила она. – Почему вы на меня так смотрите?

– Просто обмозговал и подумал, как бы это было здорово! – не задумываясь ответил он.

Потом он завел левый и правый моторы на судне. Последний работал с перебоями. Пришлось с ним повозиться. Он промок до пота к тому времени, как устранил неполадки и вернулся к рулевому колесу.

Токо и незнакомец теперь бежали, выкрикивая что-то неразличимое сквозь стук моторов. Кейд пренебрежительно махнул им рукой и очень быстро повел лодку в открытую воду. Ее мощные двойные винты подняли со дна черную полосу грязи и ила. Ему необходимо было выиграть время, чтобы обдумать, как отделаться от трупа Лейвела.

Мими стояла на палубе, широко расставив босые ножки, чтобы сохранить равновесие, попеременно глядя то на черный кильватер за судном, то на кричащих людей на пирсе. Затем, ухватившись одной рукой за спинку стула, она прижала большой палец руки к носу и весьма выразительно покачала остальными пальчиками.

– Что это означает по-английски?

Кейд прибавил газу, круто поворачивая руль и направляя судно вверх по реке.

– То, что мы направляемся в Нью-Орлеан.

С минуту она поразмышляла, потом спокойно сказала:

– Благодарю вас. Вы, как мы говорили, мой прекрасный кабальеро. С вами мне тоже было бы здорово!

Кейд резко втянул в себя воздух, выразительно поглядев на девушку. В ней в равной степени смешались наивность и поразительное самообладание редкое сочетание для такого юного существа. Например, ее последняя фраза была всего лишь констатацией факта, заявлением, а вовсе не приглашением к своему телу.

Чтобы не натворить глупостей, Кейд заставил себя неотрывно смотреть на приборы. Баки были полны лишь на четверть. Если он не позабыл русло, если не напорется на какой-нибудь подводный предмет, если администратор из иммиграционного отдела не позвонит в Береговую Охрану и не прикажет их остановить, то они должны добраться до нижней гавани сразу после шести часов. Чем больше он думал о поездке в Нью-Орлеан, тем больше ему нравилась эта идея. Ему очень захотелось повстречаться с «мужем» Мими. Хотелось потолковать с Джанис. Возможно, кто-то из них сможет объяснить, чем вызвана охота на него.


Поиски зла | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | “Ройал Крессент"