home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



5 СЕНТЯБРЯ 1958 ГОДА, 1 ЧАС 30 МИНУТ

Кое-где Харт видел освещенные окна, но в общем, в домах, расположенных на холмах, окна были уже темными. Футах в ста пятидесяти от дома Диринга он остановился и выключил фары автомобиля.

– Ты подождешь здесь? – обратился он к Герте.

Она покачала головой.

– Нет. Ты же понимаешь, что я твоя законная жена, и не могу оставлять тебя одного.

Харт обошел машину и помог ей выйти. От ближайших нескольких минут зависело чрезвычайно много. Прижав на мгновение Герту, он поцеловал ее в кончик носа.

– Я люблю тебя, ненаглядная моя…

Они прошли по слабо освещенной улице вверх по холму, выискивая глазами Келли, Мастерсона и его людей. Оба шли молча, пока не приблизились к большой каменной ограде, окружавшей дом Диринга. Здесь Харт чуть удивился.

– Что-то странно!

Пальцы Герты сжали его руку.

– Что странно?

– Я не вижу машины Келли и вообще не вижу ни одной машины, – он посмотрел на часы. – Он ведь сказал через полчаса.

Харт миновал ворота и посмотрел вверх по подъездной дороге, затененной деревьями. Окна гостиной Диринга были освещены, остальная часть дома находилась в темноте. На дороге стояла машина, но Харт не смог определить ее марки.

– Может быть, они уже вошли в дом и разговаривают с мистером Дирингом? – предположила Герта.

– Вполне возможно.

– Но что будет, если мистер Диринг не скажет правды? Если он вообще откажется говорить? Что тогда?

– Не знаю.

Сейчас Харт не знал, что предпринять дальше. После разговора с адвокатом все прошло так быстро, что у него не оставалось времени на размышления над тем, что сообщил ему Келли. Значит, Джиму Мастерсону удалось выяснить, что Диринг разорил счета своих клиентов… Кроме того, он уже получил деньги от страховой компании за Бонни. Но это еще не доказывает факт гибели Бонни и неизвестно, кто прикончил Пэгги. Сюда же примешивался вопрос законности действий. Разве могли адвокат, частный детектив и обвиняемый ворваться в дом миллионера и требовать от него правды.

– Ты начинаешь беспокоиться, Док?

– Да. Мне это совсем не нравится. Я имею в виду, что тут нет Келли. Так мы можем угодить в новую ловушку.

– Но мистер Келли не мог так поступить!

– Я, действительно, ничего не знаю. Когда задумываешься над тем, какими суммами тут фигурируют и что с нами случилось, я вообще никому не верю, кроме тебя.

– Может быть нам лучше вернуться в магазин?

– Нет.

– Почему?

– Сейчас у меня положение не хуже, чем было раньше. А я все равно хотел видеть Диринга. Ведь единственный шаг вынуть наши головы из петли это заставить говорить наших «друзей».

Харт медленно направился вверх по подъездной дороге. Машина, стоящая рядом с домом, была черным лимузином, на котором уезжал Диринг после процесса над Коттоном. Харт сошел с дороги и прошел по газону до того места, где он смог бы заглянуть в окна гостиной. Там еще не было ни Келли, ни Мастерсона, а Диринг сидел в кресле с высокой спинкой, положив руки на подлокотники. Его тонкие пальцы барабанили по дереву. Насколько Харт понимал, Диринг в комнате был один… и может быть, во всем доме тоже. Он прождал Келли еще несколько минут и вытащил из кармана револьвер.

– Что это за шуточки! – возмутился он. – Начнем сами!

Герта взяла его под локоть.

– А если это ловушка?

Несмотря на обуревающие его сомнения, Харт твердо ответил:

– Все будет хорошо. Кроме того, наша единственная надежда на спасение – это заставить Диринга говорить.

Как можно тише Харт отворил одну из дверей и вошел в гостиную. Диринг сидел спиной к двери. Хотя Харт действовал очень тихо, Диринг все же услышал его.

– Это вы, Луи? Сэм?

Харт прошел мимо моделей кораблей.

– Боюсь, что нет, мистер Диринг. И если вы подразумеваете под Сэмом вашего шофера, то он мертв, так же, как и Луи.

Док обошел кресло и предстал перед Дирингом. За прошедшие три дня тот, казалось, постарел лет на тридцать. Он выглядел очень старым и уставшим человеком.

– О, нет, – прошептал Диринг, – этого не может быть.

Его подбородок неожиданно упал на грудь и тело Диринга потрясло какое-то сухое всхлипывание.

– Что с ним? – изумилась Герта.

Харт хотел что-то ответить на это, но тут понял, почему Диринг не шевелится. Он не мог этого сделать, так как его ноги и руки были привязаны к креслу прочными капроновыми веревками.

– Что случилось? – снова спросила Герта.

– Боюсь, что очень многое, – пробормотал Харт.

Неожиданно из темного коридора послышался резкий голос:

– Совершенно верно! Но не для вас с девушкой, а для нас. Положите оружие на стол! И никаких движений!

– А если я не послушаюсь?

– Мне кажется, что девушка для вас многое значит.

Харт положил револьвер на столик рядом с креслом Диринга.

– Вы глупец, – произнес тот хриплым голосом. – Оба вы сумасшедшие. Теперь они и вас убьют.

Войдя в гостиную, капитан Моралес насмешливо усмехнулся.

– Так вы сказали, что Сэм и Луи мертвы?

– Да.

– Как это случилось?

– Одного из них пристрелила я! – выкрикнула Герта. – А другого выкинул за борт Док. Это произошло после того, как они нас похитили и собирались убить.

Моралес присел на край софы. Оттуда он мог наблюдать за всеми троими и принялся покачивать револьвером.

– Хорошо, хорошо… – он посмотрел на Диринга. – Я же вам говорил, было бы лучше, если бы вы повысили мою долю. Но нет, вы решили разыграть скупца. – Он показал на огромный дипломат, которого Харт до сих пор не видел. – Хотелось заграбастать все одному. И если бы Сэму и Луи удалось прикончить этого цирюльника с подружкой и они вернулись бы в город до нас, то вы втроем сразу же смылись бы.

– Клянусь вам… – захныкал Диринг. Моралес пожал плечами.

– Это вы уже делали. Мы же сказали вам, что не верим ни на цент.

Харт взглянул на дипломат.

– А что в нем такого есть?

– Деньги, – довольно ухмыльнулся Моралес. – Много денег! – несмотря на то, что в комнате работал кондиционер, Моралес вспотел. Он вынул из кармана носовой платок и обтер лицо. – Странно, как иногда распоряжается Господин Случай. Одно время казалось, что все идет вкривь и вкось, а теперь, судя по всему, все будет прекрасно!

Диринг напряг конечности и посмотрел на Харта.

– И во всем – только ваша вина! Ох, если бы вас не было среди присяжных!

– Охотно вам верю, – согласился Харт. – Только не думайте, что все это доставило мне большое удовольствие. А поскольку мы начинаем обретать друг к другу доверие, может быть, вы отечески ответите мне на парочку вопросов?

– Каких? – грубо осведомился Моралес.

– Келли – ваш сообщник? Он предал меня? Позвонил мне, чтобы завлечь в ловушку?

На физиономиях Диринга и Моралеса появилось какое-то глупое выражение.

– Кто такой Келли? – удивленно спросил капитан, но сразу же вспомнил. – Ах, да это ваш адвокат! Удивительный парень! Все время заклинал Гранд-жюри не признавать вас виновным. – Он вытащил из кармана пачку сигарет и поинтересовался: – А что с этим телефонным звонком?

Харт безучастно ответил:

– Это не имеет никакого значения. Меня больше интересует, кто убил Пэгги Коттон?

– Я! – внезапно послышался женский голос.

Герта тяжело вздохнула:

– Она жива!

– Точно! – подтвердила молодая женщина. – Я жива.

Харт повернулся. На бывшей танцовщице ночного клуба было простое, но элегантное белое платье с глубоким вырезом, который позволял видеть большую часть ее груди, а сигарета, зажатая в уголке рта, придавала ей угрюмое и злобное выражение. Де Медоза назвал ее психопаткой и Харт был склонен согласиться с ним. Нормальной она не была.

– Хэлло, Бонни! – небрежно приветствовал он ее. – Поздравляю с возвращением с того света. Вы, наверняка, знаете, что из-за этого вы недалеко уйдете в царстве живых.

Бонни уселась рядом с капитаном.

– Бросьте ваши шуточки, Харт! Я могу делать, что захочу, даже убить вас и вашу маленькую вонючую потаскушку, – эта мысль, казалось, доставила ей удовольствие. – Я ведь мертва. Меня прикончил парень по имени Гарри Коттон. – Заметив, что Диринг уставился на ее ножки, она нахмурилась. – Красивые, не правда ли, папочка? – насмешливо спросила она у него. – Жаль, что ты уже вышел из этого возраста. – Потом Бонни переключила свое внимание на Герту. – Если вы хотите долго жить, милашка, то лучше не связывайтесь со стариками, от них дурно пахнет и они полны дикими идеями. Герта не поняла, что Бонни имела в виду, но, тем не менее, этот совет заставил ее покраснеть.

Надеясь, что Келли и Мастерсон еще появятся, Харт попытался вовлечь Бонни в дискуссию, чтобы выиграть время.

– Вы только что сказали, что убили Пэгги?

– Не отвечай ему, – посоветовал Моралес. – Покончим с делом и исчезнем, тем более, что теперь знаем, что Луи и Сэм не смогут нам препятствовать.

Бонни живо запротестовала:

– Но послушай, дорогой, Харт и его развратная потаскушка – это единственные люди на земле, которым я еще могу рассказать мою историю. Ты же знаешь, что я мертва, – она поднялась и заходила по комнате. – Да, я прикончила жену Коттона! Подушкой! Понимаете, сперва план заключался в том, что я улетаю в Каракас и жду там до тех пор, пока мой милый муженек не получит денежки по страховке и не выкачает деньги из своих клиентов до своего бегства ко мне.

– Заткнись, дура! – буркнул Диринг. «Покойница» не обратила на него ни малейшего внимания.

– Но когда президент Джимми, не помню его фамилии, был выгнан своими подданными из страны, этот план провалился. Я была вынуждена прятаться в другом месте. – Она продолжала каким-то жалобным голоском. – В конце концов, надоедает вечно смотреть в потолок, независимо от того, где этот потолок находится – на яхте, в хижине, в дешевом мотеле или здесь в комнате на втором этаже. Нельзя даже полюбоваться солнечными лучами, нельзя сделать лишнего движения. Вот поэтому-то я и отправилась в Энзенаду, в это дрянное местечко.

– Зачем? – осведомился Харт.

Бонни одарила его таким взглядом, точно он был последним идиотом.

– Чтобы нанести визит вдове Монтес. Правда, она не имела никакого отношения к делу, им занимался лишь ее супруг. Я хотела удостовериться, что он мертв и что он действительно не смог сдержать своего обещания.

– Понимаю…

– И когда я находилась в Энзенаде, именно в это время меня и встретила там эта маленькая ведьма. Как только я ее увидела, то сразу узнала. Она работала в бюро, когда у меня был с ним договор по работе.

– Почему же в таком случае вы так долго ждали случая, чтобы убить ее?

Бонни налила себе воды из графина и продолжила:

– Потому что не знала, какая существует связь между ней и Коттоном. Я не знала об этом буквально до самого последнего дня. Я и Энрико последовали за вами и подслушали ваш разговор.

– Но зачем вы вообще следили за нами?

– Потому что Энрико сказал, что эта девица присутствовала на каждом заседании. Я и сама видела ее несколько раз. Вот у нас и проснулось любопытство.

– Вы бывали на судебных заседаниях? – недоверчиво спросил Бонни Харт.

– Пять раз… И каждый раз мне было так хорошо! Меня охватывало там удивительное чувство. А в ту ночь, когда вы подхватили ее на автобусной остановке, меня словно осенило. Я вспомнила, что Коттон мне говорил, что у него есть жена по имени Пэгги. Затем мы услышали, как она вам говорила: «Бонни жива. Я видела ее четыре месяца назад в Энзенаде. Она выкрасила свои волосы в черный цвет и воспользовались именем сеньоры Альверадо Монтес».

– Вы были в квартире Пэгги? – спросил Харт.

Моралес позабавился этим вопросом, как и Бонни.

– Некоторое время в коридоре, а затем в гостиной. Вам нужно было вести себя поосторожней и запирать за собой дверь.

– Но зачем вам понадобилось ее убивать? Ведь она сама хотела, чтобы ее мужа осудили.

Моралес пожал плечами.

– Мы не могли рисковать – ведь в любую минуту она могла переменить решение. Я хотел прикончить вас обоих, но этому воспротивилась Бонни.

Бонни приблизилась к большим стеклянным дверям и посмотрела на ночное небо.

– Так было лучше, – заявила она, не оборачиваясь. – Мой обожаемый муженек и Сэм были единственными свидетелями, которые видели, как девушка усаживалась в машину Харта. И если утром полиция обнаружит их мертвыми, она подумает… Честно говоря, мне совершенно все равно, что вы подумаете. Скоро я буду далеко-далеко.

Диринг попытался разорвать свои путы.

– Ты не можешь так поступить со мной, Бонни. Ведь, в конце концов, это был мой план.

Бонни продолжала любоваться небом.

– Верно, – проронила она.

Харт положил руку на талию Герты.

Способность Бонни имитировать голоса была потрясающей. Если бы Харт за ней не наблюдал, он бы поклялся, что это говорит сам Диринг.

– Мне не повезло на рынке ценных бумаг, моя милая, и я не хотел, чтобы ты подыхала с голоду. У меня есть отличный план, – Бонни подняла руку и приложила ее тыльной стороной ко лбу. После этого она снова заговорила своим голосом. – И я сделала все, что от меня требовалось. Я позволила себя убить, будучи послушной девочкой, – в этот момент Бонни повысила силу голоса. – И чтобы все выглядело правдоподобно, я трое суток шлялась с этим болваном Коттоном. Правда, это было недурным занятием, парнишка мне даже немного понравился. Он мне признался, что в душе он бездельник. А потом я проползла по этому несчастному проходу между ванными и предоставила Энрико продолжать то, с чего я начала. – Руки ее так сильно дрожали, что ей было трудно прикурить сигарету. – Почти все время я жила в кошмарном страхе. Но мой любимый супруг не учел только одного: я обожаю симпатичных мужчин, а Энрико во всех отношениях был лучше Диринга.

– Заткнись! – заорал Диринг. – Заткнись сейчас же!

Она пригладила платье и огорченно продолжила:

– Дело в том, что я хотела дать тебе шанс. Мне польстило, что такой человек, как ты, женился на такой девушке, как я. И я твердо сказала себе, что буду хорошей женой. Я была ею даже после того, как нашла, что ты не мог быть хорошим супругом. В течение двух лет, кроме двух раз, я напивалась, но снимала платье лишь для тебя. Я хотела быть, черт возьми, настоящей светской дамой, даже если мне пришлось бы для этого погибнуть. Но ты этого не хотел. Вероятно, ты так давно занимался воровством, что это превратилось у тебя в болезнь. Чтобы получить эти проклятые деньги и убежать из страны, ты шел на все, и тебя нисколько не трогало, с каким количеством мужчин мне пришлось переспать. Сам ты довольствовался крохами моих прелестей. – Она ударила ножкой по дипломату. – Что ж, чудесно, я заработала эти деньги! Они теперь у меня и мы отлично заживем с Энрико. – Она повернулась к капитану и осведомилась: – Ты достал билеты на самолет?

– Два билета в Танжер.

Харт взглянул на открытую дверь веранды и вновь попытался обратить внимание Бонни на себя, чтобы выиграть время.

– Выходит, эта связь с Коттоном, встреча в «Циро» и события на яхте были заранее спланированы?

– Да. И там была еще приманка – бриллианты на сумму сто тысяч долларов. Незастрахованные, чтобы страховое общество не могло вмешаться раньше времени.

– А кровь в каюте? Кровь, которая имела такое значение при осуждении Коттона?

Бонни довольно усмехнулась и затянулась сигаретой.

– Кровь действительно моей группы. Ее добыл мой заботливый супруг в одном из донорских пунктов Голливуда. Для него это было парой пустяков. Ведь он был в правлении двух больниц, – Бонни расхохоталась так искренне, что не могла остановиться. От этого смеха у присутствующих пробежали по коже мурашки. – И даже если меня сцапает полиция, то что она с меня возьмет?

Моралес поднялся и вынул из кармана нож.

– Ну, хватит! Харту ты свою историю уже рассказала, так что с театром покончено, – он разрезал веревку на руках Диринга. – Сейчас нам лучше уйти. Полиция ищет не нас, а Харта с подружкой.

Бонни погасила сигарету и схватила дипломат.

– Я готова! Но зачем ты его развязываешь?

Моралес с готовностью объяснил:

– Хочу оставить впечатление, будто он, Харт и девушка имели крупный разговор. Когда их найдет полиция… – он сделал неопределенный жест рукой и замолчал. Ему пришлось потратить довольно много времени, чтобы выпрямиться. Наконец, он это сделал с открытым ртом на ряд дверей, которые выходили на газон. В проеме каждой двери стоял вооруженный человек.

– Продолжайте, продолжайте, сеньор Моралес, – произнес инспектор Гарсиа. – Вы как раз коснулись весьма интересной темы. Я уже давно хотел знать, как организуется двойное и даже тройное убийство. За мои 20 лет службы в полиции мне так и не удалось это узнать. Обычно мне приходилось довольствоваться лишь показаниями свидетелей и косвенными уликами.


5 СЕНТЯБРЯ 1958 ГОДА, 0 ЧАСОВ 12 МИНУТ | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | 5 СЕНТЯБРЯ 1958 ГОДА, 1 ЧАС 55 МИНУТ