home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

Какие удивительные вещи происходят иногда с людьми, попавшими в экстремальную ситуацию! Какие только подробности того или иного события не всплывают в их разгоряченном мозгу! “Боже, ну сделай же так, чтобы я вспомнила еще хоть что-то”, — лихорадочно думала Кара, ожидая, что Саркати продолжит этот разговор.

Внезапно ее внимание переключилось на сидевшую на подушке красавицу. С того момента, как Кара в сопровождении сотрудников ЦРУ вошла в комнату, она то и дело задавалась вопросом, кем та доводится принцу. Бегумой? Магарани? Или одним из ярких перышек длинного хвоста бесчисленных жен и наложниц, которое Саркати выбрал для своей поездки в Майами-Бич?

Когда Кара жила и работала в Каире, ее знакомый архитектор Рашид как-то заметил, что людям, живущим на Западе, некоторые положения ислама могут показаться чуть ли не дикими. Ведь Магомет, противник неограниченной полигамии, говорил так: “Можешь брать в жены всех понравившихся тебе женщин, но, если боишься, что не сможешь их всех удовлетворить, ограничься одной из них”. Естественно, как тогда подчеркнул в разговоре Рашид, речь не шла о наложницах или женщинах на одну ночь.

Да и чему тут удивляться, если у Кары самой был случай в жизни, когда она, напечатав одному своему клиенту, довольно высокопоставленному чиновнику, несколько писем, едва смогла отбиться от его домогательств — тот вдруг решил непременно на ней жениться, хотя у него уже было несколько жен.

Набрав полные легкие воздуха, Кара сдунула со лба выбившуюся из-под заколки прядь волос и тут вспомнила об отце. Даже этот жутко похотливый мужчина не мог себе позволить иметь сразу несколько жен. Вот уж кому следовало бы жить на Востоке!

Тут девушка внутренне содрогнулась, поняв, что думает о какой-то ерунде. Ей захотелось вновь оказаться в Стамбуле, в гостинице “Хилтон”, и как можно скорее забыть все, что с ней произошло в Майами. Она уже чуть было не решила, что видит кошмарный сон, но, посмотрев на суровые лица агентов ЦРУ, поняла, что не спит. Звуки танцевальной музыки, доносившиеся из ресторанов гостиницы, легкое шуршание сухих листьев пальм на ветру и чуть слышное поскрипывание песка под ногами прогуливавшихся по пляжу отдыхающих окончательно вернули ей ощущение реальности происходящего.

— Понимаете, мисс О'Хара, — произнес принц, продолжая демонстрировать свой оксфордский акцент, — в моей стране лет пять назад впервые за последние несколько столетий прокатились серьезные волнения. Зачинщиком беспорядков, закончившихся кровопролитием, был мой брат Хассан. Зараженный марксистской философией, он хотел свергнуть меня с престола и установить в стране новый режим.

Поднявшись с кресла, Али Саркати принялся медленно расхаживать по комнате.

— Тогда регулярной армии и гвардейцам, охранявшим мой дворец, в результате решительных действий удалось подавить восстание. Но я не уверен, что в следующий раз исход будет таким же удачным, поэтому все, что сейчас желаю сделать, — это Полностью исключить одну из причин недовольства моих подданных.

Принц сделал паузу, а потом продолжил:

— Понимаете, мисс О'Хара, в стране произошло столкновение разных мировоззрений. Старых и современных. Так сказать, началась борьба разных поколений — между теми, кто выступает за сохранение монархической диктатуры, и сторонниками самых идиотских форм, так называемого демократического управления. Я годами, подобно моим отцу и деду, правившим до меня, делал все, чтобы людям жилось легче. Строил плотины, прокладывал дороги, открывал новые школы и больницы. И абсолютно уверен в том, что если бы подданные знали, что у меня есть сын, то они были бы уверены в будущем, надеясь, что, со временем заняв трон, он будет проводить такую же политику, как и я. И они прекратили бы бунтовать.

Али Саркати перестал ходить по комнате и снова сел в кресло.

— К моему глубокому сожалению, у нас в стране еще попадаются отдельные элементы, которые своими лозунгами затуманивают людям мозги и подстрекают их к неповиновению. К несчастью, ни одна из моих теперешних жен так и не родила мне мальчика, так что единственная, от кого у меня есть сын, — это Анжелика Бревар. Поэтому, мисс О'Хара, я годами разыскивал ее и моего, единственного сына, платил за эти поиски, в том числе и мистеру Родригесу, огромные деньги.

Принц подался всем корпусом вперед и замолчал, как бы давая понять, что сейчас сообщит еще что-то очень важное.

— Около трех месяцев назад, поздно ночью, точнее, в три часа в номере отеля, в котором мы с Гамилой остановились по приезде в Ниццу, раздался телефонный звонок. Это была Анжелика. После двадцатилетнего перерыва она дала, наконец, о себе знать. Позвонив из Парижа, она со свойственной француженкам эмоциональностью пьяным голосом прокричала в трубку непотребные слова, обвинив меня в вероломстве. Затем сказала, что поскольку я бросил своего сына, которому уже исполнился двадцать один год, то я просто обязан ему хоть чем-то помочь сейчас.

— А она сказала, что ваш сын живет в США? — спросила Кара.

— Нет. Об этом я узнал позже. В пьяном угаре она, фактически, ничего важного не сообщила, за исключением того, что у меня есть сын и он жив. Когда же я стал ее расспрашивать о нем, она выругалась и бросила трубку.

— Неужели она вам рассказала и про меня? Про то, что я печатала для нее письмо? — удивилась Кара.

— Нет, не она. О вас мы узнали позже. Естественно, я сразу же вылетел в Париж и опять обратился к сыщикам. После нескольких дней поисков одному из них удалось выяснить, где жила Анжелика в течение нескольких лет под фамилией мадам Бушье… Очевидно, это была фамилия мужчины, с которым она жила или за которого вышла замуж после развода со мной.

— Мы же, к сожалению, нашли ее уже мертвой, — сухо добавил Торк.

— Через несколько часов после нашего разговора с ней ее задушили и сбросили в Сену. Однако старая консьержка из того дома, где жила Анжелика, сообщила нам некоторые подробности ее жизни. Оказывается, Анжелика часто то сидела без денег, то бросалась ими направо и налево. Из рассказа консьержки мы также узнали, что мадам Бушье часто посещали мужчины, среди которых был и один мой соотечественник. Консьержка рассказала еще, что мадам Бушье, будучи пьяной, становилась болтливой и часто хвасталась, что когда-то, когда была молодой и красивой, она была замужем за принцем, от которого у нее родился сын. Старушка-то и вспомнила, что года три назад Анжелика посетила секретаря-машинистку, работавшую в “Отель Криллон”, и, вернувшись оттуда в слезах, пожаловалась, что, не имея возможности послать сыну денег по случаю дня рождения, вынуждена была ограничиться лишь поздравительным письмом. Даже всю свою любовь к сыну она не смогла выразить в этом поздравлении сама, поскольку сын мадам Бушье живет в Америке, а она английского не знает. Для этого ей и пришлось обратиться к секретарю-машинистке, которая напечатала письмо на английском.

— Да, я знаю. Это же я напечатала то письмо. Если она его так сильно любила, то почему они жили раздельно: она в Париже, а он в Америке?

— Думаю, что причину этого мы знаем, — сказал Билл Мейерс. — После того как нам стало известно, кем являлась эта выловленная из Сены женщина, мы опросили ее немногочисленных друзей. Одна из подруг Анжелики, приблизительно того же возраста, что и она, но все еще довольно привлекательная кокотка, с которой Анжелика часто и помногу выпивала, сообщила нам: за то, что Анжелика оставила сына в Америке, ей заплатили. Она пристроила его у одной французской пары, с которой работала вместе то ли в театре, то ли в ночном клубе и которая согласилась за небольшую плату стать его приемными родителями.

— Опять же, к сожалению, Анжелика никогда не упоминала фамилии его приемных родителей или хотя бы названия города, где они жили, — сказал Торк. — Та же ее подруга сообщила, что однажды холодной зимней ночью, когда она и Анжелика прогуливались по площади Пигаль в поисках клиентов, та сказала ей, что, пока они мерзнут здесь, в Париже, ее сын нашел работу и теперь все зимы будет нежиться под теплым солнцем в Майами-Бич.

— Теперь мне все понятно, — вздохнула Кара. — По крайней мере, я хоть что-то начинаю понимать. А можно задать вам один вопрос? Почему этим вдруг так заинтересовалось ЦРУ?

— Могу ответить, — сказал принц Али Саркати. — Все очень просто, мисс О'Хара. Видите ли, хотя в вашем госдепартаменте мною не совсем довольны — им не нравится, как я управляю страной, — но меня все же поддерживают. В наше время, когда на Ближнем и Дальнем Востоке появились неспокойные точки и таких точек становится все больше и больше, когда одна страна за другой отгораживаются от Запада железным или, по крайней мере, бамбуковым занавесом, американцы заинтересованы иметь как можно больше союзников. И в госдепартаменте знают, что, пока я у власти, мое государство не спрячется за кашемировой занавеской.

— Тогда ясно, почему вы потратили столько средств на то, чтобы я оказалась в Штатах, — произнесла Кара. — Все из-за того маленького письма.

— Правильно, — согласился Торк. — Деньги заплатил принц Али Саркати, а мы устроили все остальное, включая и шикарный номер, в который вас поместили, и место вашей работы. Так сколько вы хотите за фамилию и адрес на конверте, назовите цену, мисс О'Хара?

— Я не могу.

— Не хотите?

— Нет, просто не могу. Я же повторила вам, черт возьми, уже несколько раз, что не помню адреса, напечатанного на конверте! — забыв, что она благовоспитанная дама, выкрикнула Кара. — Но если вы так уверены, что этот парень работает в Майами-Бич, то почему бы вам не дать объявление в местных газетах?

— Отлично, у вас светлая голова, мисс О'Хара! — иронично воскликнул Торк. — Дать объявление, не зная ни имени, ни фамилии, ни даже каких-то примет, по которым можно узнать, как человек выглядит? Мы не знаем его политических убеждений, не знаем, кто он, битник или, быть может, выпускник престижного колледжа. Какое такое дать объявление? “Разыскивается потерянный много лет назад наследник шаткого трона одной из стран Ближнего Востока. Зарплата и премиальные не фиксированные, но не менее нескольких миллионов долларов в виде налогов с подданных, иностранной помощи плюс собственный гарем. Требования к кандидатам: возраст — 21 год, национальность — наполовину француз. Обращаться: “Отель Интернэшнл”, служебный вход”?… Или что-то в этом роде? Нет уж, спасибо! — потерял терпение Торк. — Мы окажемся в щекотливом положении, даже если и отыщем парня. В любом случае его королевское высочество, понимая, что без нашей помощи он — политический труп, милостиво позволит нам признать или не признать его сына законным наследником трона. По крайней мере, принц — на нашей стороне, но вдруг его сын окажется, к примеру, слабоумным. Тогда получится, что мы работали на Хассана.

Кара поднялась из кресла.

— Похоже, ваша проблема вообще неразрешима. В таком случае мне ничего не остается, как вернуться в свой номер и продолжить наслаждаться сказочно красивой жизнью, пока меня из него не попросят, — сказала девушка, направляясь к выходу.

Но, не дойдя до двери, она обернулась и обвела взглядом мужчин. Все трое с кривой улыбкой смотрели на нее. Кара почувствовала, как кровь прихлынула к ее щекам.

— Неужели никто из вас не поверил, что я и в самом деле не помню? Вы, может быть, считаете меня коммунисткой? Или думаете, что я торгуюсь? — спросила она.

Принц Али Саркати милостиво продолжал исполнять роль корректного хозяина:

— Теперь, когда вы все знаете, мисс О'Хара, почему бы нам на сегодня не закончить беседу, а завтра вечером встретиться вновь? Коль уж за всю историю моего правления в стране не произошло переворота, думаю, что и в ближайшие двадцать четыре часа ничего не случится.

— Это будет лучшее, что мы можем сейчас сделать, — согласился Торк.

— Кто знает, — произнес Али Саркати, пристально глядя на Кару и продолжая улыбаться. — Если мисс О'Хара будет настаивать на том, что не располагает сведениями, которые нам столь необходимы, может быть, мы пойдем другим путем. Если мои жены, жемчужины Востока, не могут подарить мне наследника и рожают одних дочерей и только француженка подарила мне сына, то, вероятно, имеет смысл поискать жену в Европе или Америке? Англичанку, француженку или…, американку? Такой брак может благотворно сказаться на моих генах.

Черноволосая красавица поднялась с подушки, встала рядом с Саркати, и Кара разглядела, что у той под одеждами из тонкой полупрозрачной ткани надет корсет. Теперь, когда девушка и принц стояли рядом, Кара тотчас отметила, что они очень похожи. Сходство было разительным: те же черты лица, тот же высокомерный взгляд и решительный блеск в глазах.

Восточная красавица, давая понять, что встреча закончена, слегка склонила голову и произнесла:

— Джентльмены?…

Торк и Мейерс догнали Кару, когда та уже шла по пальмовой аллее.

— Мы проводим вас в отель.

По дороге все трое молчали.

Несмотря на полуночное время, на улице царило оживление, такое же, как и днем. Мужчины и женщины в вечерних туалетах покидали ночные клубы, а другие только входили в них.

— Ну, до следующего вечера, мисс О'Хара, — сказал Торк, когда Кара остановилась у стойки портье, чтобы взять ключ от номера.

— Вы все еще мне не верите? — с легкой улыбкой ответила девушка.

Агент ЦРУ вытянул из кармана пачку сигарет и предложил ей закурить.

— Честно говоря, Кара, не знаю, что и ответить. — Он затянулся сигаретой. — Хотя мы познакомились недавно, я вас знаю давно, и это дает мне повод обращаться к вам по имени. Уже три месяца я разъезжаю за вами. Я навел о вас справки во всех отелях, где вы работали, и убедился в вашей безукоризненной репутации красивой и деловой женщины. Но странно, что вы не сохранили копию того письма и не зарегистрировали его. Вы были просто обязаны это сделать. Это что — намеренно?

— Почему? Как я могла предполагать, что со временем этим письмом кто-то заинтересуется?

— От немногочисленных друзей Анжелики мы узнали о ней гораздо больше, чем поведали его высочеству. Это письмо было первым и единственным, которое Анжелика осмелилась написать сыну.

— Осмелилась, говорите вы?

— Именно так. Те сотни тысяч франков, которые она получила за сына взамен на обещание забыть о нем, жгли ее совесть, не давали покоя. Она бы не простила себе, если бы хоть раз в жизни не поздравила сына. Вы же помните, в каком состоянии она была, когда пришла к вам в офис, — в стельку пьяной. На грани нервного срыва, полагаю, она должна была вам рассказать о себе гораздо больше, чем вы нам сообщили.

— Извините, — покачав головой, с сожалением ответила Кара, — но я сказала все, что мне известно.

— Ну, смотрите, в конце концов, это ваше дело, — пожал плечами Торк. — Но если вы от нас что-то утаили, то имейте в виду, что долго эту информацию вам сохранить не удастся. Это не детские игры. Здесь замешана большая политика, а наши противники — довольно решительные парни, и их обхождение с вами будет не таким мягким, как наше. То же самое можно ждать и от его королевского высочества. Саркати рожден правителем, и он пойдет на все, чтобы им остаться.

— Спасибо за то, что предупредили, — сказала Кара. — А не смогли бы вы ответить мне на два вопроса?

— Почему бы и нет.

— Мне понятно, для чего Саркати требуется информация от меня, — он хочет найти сына. Но мне непонятно, почему его сводный брат готов так много заплатить за те же данные — фамилию и адрес молодого парня. Хассан разве не понимает, что роет себе могилу?

— Я могу вам ответить, — вступил в разговор Мейерс. — Скорее всего, Хассан желает убрать конкурента. И тут цель оправдывает средства — это одно из основных положений диалектического материализма.

— А ваш второй вопрос? — спросил Торк.

— Кем доводится та черноволосая красавица принцу Саркати?

— Мы который год сами пытаемся это выяснить, — ответил Торк. — Гамила очень привлекательна, не правда ли? Если наши сведения, касающиеся отношений принца с Гамилой, достоверны, то Ясмин — их дочь. Не будь Саркати принцем и не пользуйся он статусом дипломатической неприкосновенности, мы никогда не стали бы поддерживать его. В действительности же нам совсем нетрудно выдворить из страны морально разложившегося типа.

Девушка проводила взглядом удалявшихся агентов ЦРУ, затем, дождавшись, когда те отъедут от отеля, подошла к швейцару, стоявшему у входа, и поинтересовалась, не знает ли он, приезжал ли мистер Мэллоу за своей машиной.

— Да-да, мисс О'Хара, он был здесь, — помявшись, ответил швейцар. — Всего пару минут назад мне позвонил дежурный по гаражу и сообщил, что передал вашу просьбу мистеру Мэллоу, но тот был сильно пьян и заявил, что не желает с вами встречаться, как бы вам этого ни хотелось.


Глава 17 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 19