home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 15

— Что, нравится? — спросил Кару пилот.

— Не то слово, — сухо ответила ему девушка. Обычно, наблюдая за этой игрой, она испытывала большое удовольствие. Работая в Мадриде, Кара частенько посещала площадки для игры в джай-алай. В нее играли на огороженном стенами корте, а от ее участников требовались большая маневренность, выносливость, сила и ловкость. Игроки, за которыми они с Мэллоу сейчас наблюдали, всем этим требованиям вполне отвечали. Однако на сей раз Кара от игры удовольствия не получала — девушке просто было не до нее. В этот вечер каждый глухой удар пелоты о стенку болью отзывался в ее, голове.

Кара рассеянно смотрела на бегающих по площадке игроков. “Господи, как бы дожить мне до завтрашнего утра”, — думала она. Минувшее воскресенье оказалось для нее неудачным. Первым, кто испортил его, был конечно же отец Ясмин. Кроме того, у нее перед глазами то и дело мелькали лица демонстрантов, от которых ей все еще было не по себе. И с двумя спасателями ей на автогонки ехать не следовало.

С Флипом Андерсом все было в порядке — парень делал все, чтобы она осталась довольна. А вот Рене Дюпре очень высокого о себе мнения, но ведет себя как грязный подонок: то и дело распускает руки. Каре даже показалось, что их у него не меньше, чем у Шивы. Кроме того, если он за три часа их поездки и произнес хоть одну фразу, не имевшую сексуального подтекста, то, значит, она ее просто не расслышала.

Следующей неприятностью для нее явилось общение с полицией. Чтобы не сидеть на коленях у Рене, Кара вызвалась сесть за руль. Естественно, о чем она пожалела, — это о том, что вела машину на высокой скорости, — при скорости менее пятидесяти миль в час мотор автомобиля просто бы заглох. В результате полицейские их остановили и всех троих доставили в Майами в свой центральный участок. Ей предъявили обвинение по двум пунктам: отсутствие действующих на территории США водительских прав и превышение скорости. Если бы ее оштрафовали, предупредили или велели прийти на комиссию по разбору дорожных нарушений, это можно было бы считать нормальным исходом.

Однако после того, как девушка предъявила одному из задержавших их полицейских стопку своих водительских прав, выданных в Англии, Франции и Турции, а он, развернув их по очереди, вслух прочитал ее имя и фамилию, дежуривший сержант тотчас позвонил начальству и сообщил, что задержана мисс Кара О'Хара. Плотнее прижав трубку к уху, он молча выслушал ответ своего начальника, затем отвел полицейского, продолжавшего держать водительские права девушки, в соседнюю комнату и несколько минут разговаривал с ним наедине. Когда же полицейский вернулся, он, подойдя к задержанной, вернул ей документы и произнес:

— Извините, мисс, произошло маленькое недоразумение. Я уверен, что вы сами не знали, что превышаете скорость. Так что примите наши извинения за доставленные вам неприятности.

Кара обомлела. Несмотря на работавшие в полицейском участке кондиционеры, ее бросило в жар, и она почувствовала, как у нее между грудями пробежала капелька пота.

Девушка сдунула со лба непокорную прядь волос и попыталась осмыслить, что же в конце концов произошло.

Что, развив скорость в шестьдесят две мили в час на участке, где разрешено не более двадцати пяти, она допустила незначительную оплошность? И сам начальник полицейского участка просил извинить их за задержание. Да такое не может произойти ни в Майами, ни в Лондоне, ни даже в Каире — ни в одном городе мира, за исключением, пожалуй, Парижа.

Теперь девушке стало окончательно ясно, что она втянута в какое-то очень важное дело, из-за которого все лезут из кожи вон, чтобы, не дай Бог, не причинить ей, мисс О'Хара, каких-либо неприятностей. Даже незначительных.

Кара смотрела на игровую площадку и ничего не видела.

Получалось, что Хассан Хафиз не единственный, кто заинтересован в непонятном для нее деле, он всего лишь первый, кто обратился к ней за помощью, пообещав большое вознаграждение. Тогда, на катере, он упомянул еще Центральное разведывательное управление, “любимого братца” и фирму “Консолидейтед ойл”, которые непременно должны обратиться к ней за информацией, касающейся покойной мисс Бревар и ее сына.

Девушка краем глаза посмотрела на сидевшего рядом с ней в кресле пилота. Высокий, и какое мощное телосложение! С самого начала их знакомства она поражалась, насколько Джек Мэллоу не правдоподобно хорош. Значит, в этом спектакле, неизвестно кем задуманном, Каре отводилось роль птички, а ему, Джеку Мэллоу, роль охотника? Ну что ж, отлично! Красавец пилот-блондин получит от нее то, что заслужил, и ей его будет вовсе не жалко.

При этих мыслях девушка почувствовала себя так, будто на ее голову вылили ведро с помоями. Теперь ей все стало ясно: началом этого грязного спектакля, несомненно, явилось их знакомство в Стамбуле, а в Майами-Бич последовало продолжение. В тот роковой для мистера Гонсалеса день Джек Мэллоу явился к ней в офис с единственной целью — сопроводить ее на встречу со своей будущей жертвой. То, что сыщика убил именно он. Кара теперь уже не сомневалась: ведь не зря же Хассан Хафиз задал Мэллоу вопрос, почему тот так поспешно увез ее с места преступления, еще до приезда полиции.

Заметив, что девушка пристально на него смотрит, Джек спросил:

— Э, почему такой хмурый взгляд? Что еще я должен сделать, чтобы глаза твои снова потеплели?

— Ничего, — не желая здесь же, на трибуне, выяснять отношения с пилотом, тихо ответила Кара. — Не возражаешь, если мы отсюда уедем? Ты вроде собирался пропустить пару стаканчиков.

— Как скажешь, дорогая. Твое желание для меня закон, — улыбаясь, ответил Мэллоу.

В Каре все клокотало от злобы на него. Не утихла она и к тому моменту, когда они, выйдя из спортзала, прошли на стоянку, где он галантно распахнул перед ней дверцу взятой напрокат машины.

У нее было два варианта дальнейшего поведения с ним. Первый — прямо здесь же, в машине, бросить ему в лицо обвинение в том, что он ее использовал. И второй — повременить с ним. Она приняла второй и решила не торопиться…

Настроение у Джека было прекрасным. “Радуется, что так удачно справляется с заданием”, — глядя на пилота, не без злости подумала девушка.

Достаточно изучив Мэллоу, она знала, что после спиртного он непременно предложит ей по дороге в “Отель Интернэшнл” ненадолго заехать к нему. Кара согласится. Она откажется там, в его номере. Когда, сгорая от желания, Джек попытается затащить ее в постель, Кара скажет пилоту все, что она о нем думает.

Хотя посещение его номера и не входило в ее первоначальные планы, однако сценарий событий, по которому Кара теперь решила действовать, — распалить Мэллоу, а потом, отказав в близости, бросить ему в лицо слова обвинения, — устраивал ее больше. В любом случае ей сегодня предстояло расстаться с ним навсегда. “Так что все кончено, мой дорогой пилот. Adieu! Единственное, что могу показать вам на прощанье, мистер Мэллоу, так это мою столь любимую вами попку. Но только через платье!"

— Ты сегодня выглядишь как прокисшее молоко, — заметил Мэллоу, ведя машину по дороге, ведущей к клубу, в который решил заехать выпить. — Кто тебя уговорил ехать на автогонки с этими спасателями?

— Никто. Сама захотела, — ответила Кара. Джек покачал головой:

— Хоть я и очень тревожусь, когда тебя нет рядом, ты вправе делать то, что тебе хочется, и поступать так всегда. Понимаешь, что я имею в виду. Полную свободу, дорогая.

— Хорошо, я попытаюсь, — сухо кивнула Кара.

— Судя по твоим рассказам, автомобиль у парней оказался совсем некудышным.

Несмотря на все возрастающую злость, которую она испытывала с того самого момента, когда поняла, кто он есть на самом деле, ее новый друг, девушка не переставала удивляться его выдержке.

— Да, я бы сказала, что он у них сделан на базе старого “линкольна” с корпусом от “понтиака” и будто разрисован самим Дали. Однако парни им гордятся, словно это новый “Экскали-бар SS”.

— Э, да я смотрю, ты и в машинах разбираешься, — весело сказал Мэллоу. — Каждый раз, общаясь с тобой, я узнаю что-то новенькое.

— Я некоторое время увлекалась автомобилями.

— Отлично. Когда мне выделят поле под обработку, ты станешь моим главным механиком.

— Где? В Талапалузе, штат Джорджия?

— Да, верно. Я целыми днями думаю о нас с тобой и пришел к выводу, что там, у меня дома, нам будет лучше всего. Да, но, если хочешь, я могу и остаться в “Консолидейтед ойл”. На жизнь нам хватит, правда не на шикарную. Да кроме того, какой жене понравится, что ее муж постоянно мотается по свету?

— Конечно же никакой, — бросила в ответ девушка, которой разговоры об их предстоящем браке порядком поднадоели.

— Но мы можем и неплохо зажить, — с энтузиазмом продолжал пилот. — Я в состоянии заработать достаточно денег, так что ты будешь довольна. Из меня получится отличный предприниматель. Ты даже не представляешь себе, сколько на полях Джорджии долгоносиков и прочих насекомых-вредителей. Там их целая прорва! Я знаю одного парня, который после возвращения из Кореи занялся точно таким же бизнесом. Так он за это время успел сколотить два миллиона!

Кара не переставала удивляться ему: неужели он все это говорит всерьез?

— Да, но не кажется ли тебе, Джек, что ты кое о чем подзабыл? — спросила она.

Пилот, не отрывая глаз от дороги, слегка повернул голову в ее сторону:

— Ты имеешь в виду белый коттедж на вершине холма, покрытого утренней росой и поросшего кустами магнолии, под которыми бегают маленькие Мэллоу? Нет, я ничего не забыл, дорогая. Разве о таком можно забыть! Это же самое лучшее из того, что нас ждет.

Кара ехала в машине с чопорным видом, зажав сложенные ладони между своими коленями. В эту минуту она могла сказать о Мэллоу только одно — его слова звучали более чем убедительно.

Интерьер коктейль-бара, в который привез ее Джек, выглядел так, словно был из другого мира. Точно такое же впечатление произвел на девушку и старший официант, проводивший их к столику. Присев на стул. Кара незаметно для пилота исподлобья посмотрела на него. Неужели она когда-то лежала с ним в одной ванне? Ей даже показалось, что этого просто не могло быть.

— Знаешь, Кара, ты самое удивительное, потрясающее существо, которое я, большой и старый мальчик из Джорджии, когда-либо встречал, — подняв стакан с коктейлем, сказал Мэллоу. — Знаешь, я расшибусь, но со временем принесу тебе тот миллион долларов, о котором ты так мечтаешь. Пусть даже для этого мне придется вручную опылять в штате Джорджия каждого долгоносика.

Кара почувствовала себя страшно усталой. Ей все теперь было противно, все раздражало. Хотелось как можно быстрее вернуться к себе в номер и заняться более серьезным делом, чем разговоры об этих проклятых долгоносиках. Если бы она восстановила в памяти еще такую же часть письма, которую уже вспомнила, то пятьдесят тысяч уже были бы у нее в кармане. По логике вещей, если ей удалось вспомнить начало письма, то не значит ли, что она еще может вспомнить и весь текст? Ради такой огромной суммы можно и постараться!

После того как официантка принесла им по второму бокалу коктейля, Кара спросила пилота:

— Джек, а что ты собираешься делать после бара?

— Если ты не против, моя дорогая, я хотел бы, чтобы мы ненадолго заехали ко мне, а потом я отвезу тебя в “Отель Интернэшнл”, — вкрадчиво произнес Мэллоу.

— Заехать к тебе, чтобы повторить то, что мы делали в маленьком отеле на берегу Босфора, и в моем номере, и вчера днем в мотеле? — отхлебнув немного джулепа [Джулеп — напиток из коньяка или виски с водой, сахаром, льдом и мятой], спросила Кара. — Ты, должно быть, от меня просто без ума, мой дорогой любовник.

Впервые, если не считать того короткого периода в ее жизни, когда она была замужем за Сеслом, девушка увидела перед собой смутившегося откровенным упоминанием о сексе мужчину.

— Нет…, то есть да, если ты так это называешь, — запинаясь произнес Мэллоу, который не мог понять, почему она так сказала. — Впрочем, мы не дети, мы любим друг друга. Так не будем стесняться в выражениях и…

Кара резко отодвинула от себя стакан с недопитым коктейлем.

— Да хватит, Джек! — прервала его девушка. — Хватит притворяться! Я же знаю, почему ты со мной познакомился и так часто встречаешься. Еще знаю, почему ты не хочешь, чтобы я получила от Хассана Хафиза вознаграждение. Он же твой противник? Ну, признайся! Ты постоянно вьешься возле меня, надеясь, что мне все же удастся вспомнить имя и фамилию того, кому предназначалось письмо, посланное Анжеликой Бревар…

Она замолчала и стала ждать, что скажет на это Мэллоу. Но тот в ответ не проронил ни слова. Тогда Кара взяла со стола свои перчатки и вечернюю сумочку.

— Хорошо, — решительно произнесла она, — в таком случае, чтобы все закончить красиво, давай прежде, чем ты отвезешь меня в отель, заглянем к тебе и сделаем это в последний раз. Так сказать, на дорожку. — Ей очень хотелось перед тем, как навсегда расстаться с Джеком, нанести ему последний, самый болезненный удар. — Знаешь, а ты в постели очень даже хорош, — продолжала девушка. — Почти такой же, как тот археолог, с которым я познакомилась в Каире, и намного лучше одного парижского художника.

Кара обратила внимание на то, что Джек выглядел очень растерянным. Точно таким же, как юноша в джинсах и курточке в полоску, который, забрав ее и пилота возле публичной библиотеки, неожиданно привез их к заливу, поросшему водяными гиацинтами.

Мэллоу долго смотрел на Кару, потом, не сказав ни слова, поднялся, выложил на столик ключи от своей машины и десять долларов и, широко ступая, вышел из бара.

Девушка инстинктивно встала вслед за ним из-за стола и уже протянула было руку, чтобы задержать его, но опоздала. Что бы ей ни казалось, но она не располагала уликами, напрямую подтверждавшими виновность пилота, и теперь Кара была готова поверить, что Джек стал ее любовником совсем не из-за корыстных побуждений. Ведь с ним ей было так хорошо и уютно, и даже от одного сознания, что он есть, Кара чувствовала себя в полной безопасности. Даже если она и собиралась выйти замуж за миллионера, то могла бы поискать богатого жениха и после Талапалузы или даже Тимбуки.

Поняв, что за их столиком что-то произошло, к Каре поспешно подошла встревоженная официантка и участливо спросила:

— Неприятности, мисс?

— Да, — ответила ей Кара, — но помочь мне, увы, уже никто не может.


Глава 14 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Штат Огайо, Акрон, улица Бичтри-Лейн, 203