home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

Отключив зазвонивший будильник, который она купила еще в Люцерне, Кара поднялась с постели и прошла в ванную комнату. Было восемь утра. Позевывая, она через голову сняла с себя ночную рубашку и подумала, что с удовольствием поспала бы еще. Перед тем как лечь в кровать, она чувствовала себя очень уставшей и заснула, едва коснувшись головой подушки.

"Не успела красиво пожить и немного подзаработать, как за все это приходится платить”, — подумала девушка, включив в ванной душ. Вчера поздно ночью она настояла, чтобы Джек не поднимался к ней в номер, а ехал к себе. Так что при расставании они ограничились лишь прощальным поцелуем. После всех событий последних дней она могла уверенно утверждать, что жизнь ее не была монотонной.

Отрегулировав температуру, Кара сначала постояла под горячей водой, потом под холодной. Выйдя из-под душа, она почистила зубы, обмоталась большим банным полотенцем наподобие сари и прошла в спальню. Причесав перед туалетным столиком волосы, девушка наложила на лицо косметику.

Она была совершенно уверена в том, что мистер Хафиз, попытавшийся обвинить Мэллоу в причастности к убийству Родригеса, просто сошел с ума. Тогда, в мотеле, Джек сказал ей, что руководство “Консолидейтед ойл” косо смотрит, когда их пилоты оказываются вовлеченными в дела, напрямую их не касающиеся. Тем более в международные. Джек из-за нее уже засветился в полиции, где его расспрашивали по просьбе сотрудников ЦРУ. А ведь он так боится, что его отлучат от полетов, отберут лицензию на управление самолетом. И это все потому, что не хочет остаться без любимой работы. Тогда все его мечты на будущее рассыплются, словно карточный домик. У себя в Джорджии он уже надумал, чем будет заниматься, — опрыскивать поля ядохимикатами и удобрениями.

"Да, а что мы, собственно говоря, могли бы сообщить полиции, прибывшей на место убийства? — подумала Кара. — Джека в тот момент рядом не было, он ходил за хот-догами и пивом, я же слушала Родригеса не больше минуты, а когда повернулась, в него уже выстрелили. Кто это сделал, я не видела”.

Девушка перебрала в шкафу небольшой комплект верхней одежды, которую привезла с собой, выбрала платье в бело-синюю полоску с вырезом каре на шее. Оно не совсем подходило для работы в офисе, но до прибытия машины с ее остальными вещами ей пришлось остановиться на нем. А кого она в этом платье здесь на отдыхе могла шокировать? Да никого.

Кому какое дело, в чем она появится на работе? Здесь, в Майами-Бич, одеваются и более экстравагантно.

Надев через голову платье, Кара вышла на балкон. Океан и вид внизу были все такими же восхитительными. Даже в столь ранний час возле бассейна уже прохаживались заступившие на дежурство спасатели. Несколько любителей утреннего купания плавали, другие расположились возле бортика бассейна. Глядя на них, Кара твердо решила, что днем, закончив работу в офисе, после встречи с мистером Флетчером, если, конечно, его отыщет, она обязательно искупается в этом чудесном водоеме. У нее к старшему управляющему “Отель Интернэшнл” уже накопился ряд вопросов.

Еще немного полюбовавшись полной безмятежности картиной внизу, девушка открыла дверь своего номера и, выйдя в коридор, чуть было не поддела ногой лежавшую на полу пухлую воскресную газету. Это была еще одна из ненавязчивых услуг, бесплатно предлагаемых гостиницей.

Поначалу она даже не смогла сообразить, какой сегодня день. Так… Вчера была суббота, значит, сегодня наступило воскресенье.

Девушка быстро нагнулась, подобрала с пола газету и, вернувшись в номер, положила ее на столик в гостиной. “Похоже, что не только Хассан Хафиз сошел с ума, но и я тоже, — подумала Кара. — С того самого момента, как в мой офис в Стамбуле вошел Джек Мэллоу, я перестала задумываться над тем, что делаю”.

Тогда, в “Хилтоне”, пилот с улыбкой обратился к ней: “Простите, мисс. Вы могли бы напечатать для меня несколько писем?"

Напечатать всего несколько писем? Конечно, это для нее сущий пустяк!

Кара задумалась, лечь ей снова в постель или не стоит. Спать вроде бы не хотелось, к тому же она уже успела одеться. Девушка спустилась на лифте в вестибюль и прошла в основной зал ресторана.

В начале девятого, а точнее, в восемь двадцать две завтракающих было немного — заняты были только два столика, остальные пока оставались свободными. Метрдотель, чеканя шаг словно на военном параде, проводил Кару к столику у окна. Проходя мимо стола, за которым сидел священник, девушка машинально поздоровалась с ним:

— Доброе утро, святой отец.

— Доброе, доброе, дитя мое, — улыбнувшись, ответил ей отец Динант. — Сегодня действительно отличное утро! Приятного вам дня.

— И вам того же, святой отец.

От краткого обмена приветствиями с этим на вид добрым священнослужителем на душе у девушки сразу стало тепло и приятно. Одновременно она почувствовала и легкое угрызение совести. Кара давно уже намеревалась сходить в церковь и исповедаться. Собиралась, ничего не скрывая, рассказать все, что так мучило ее в последнее время. Перед алтарем, общаясь со Всевышним, она ничего бы не утаила. Даже изложила бы свои любовные истории с мистером Оливером и Джеком Мэллоу. А Джека Мэллоу она уже по-настоящему любила. Во всяком случае, ей так казалось.

Однако в ее жизни был один случай, о котором она предпочитала даже не вспоминать, не то что рассказывать кому-то. Даже на смертном одре. Кара имела в виду знакомство с тремя лейтенантами в Рабате и то, во что это знакомство вылилось. В том своем грехе девушка не призналась бы даже Богу. С нее было достаточно того, что она сама помнила о нем постоянно. На следующий день после группового секса, когда опьянение от араки прошло, Кара была настолько ошеломлена и подавлена, что не знала, на что ей решиться. Тогда она ощущала такой стыд, какой никогда в жизни еще не испытывала.

Метрдотель, отодвинувший для нее кресло, все еще держал руку на его спинке. Кара стала усаживаться и тут за столиком неподалеку от себя увидела мистера Флетчера. Извинившись перед метрдотелем, девушка подошла к управляющему и спросила, не может ли она с ним переговорить после завтрака.

— А почему не сейчас, дорогая? — спросил он ее, поднялся и, выдвигая для девушки кресло, представил ее своей миловидной супруге, сидевшей за тем же столиком: — Флора, это мисс Кара О'Хара, наша новая секретарь-машинистка, которая знает уйму языков. Кара, рад вам представить миссис Флетчер, мою супругу.

— Рада с вами познакомиться, Кара, — с улыбкой произнесла миссис Флетчер. — Могу с уверенностью сказать, что не каждая женщина решится сесть с вами за один стол. Ну-ну, не хмурьтесь, это я пошутила. Вы же не виноваты, что так молоды и обворожительны. Да, а мои годы уже прошли. Теперь мне, женщине, прожившей сорок лет с бывшим чечеточником, страшно смотреть на себя в зеркало, но я все еще надеюсь, что вот-вот позвонят с киностудии “MGM” и пригласят меня на съемки очередного ремейка “Клеопатры”.

— Жди, жди. Обязательно позвонят! — поддержал шутку жены мистер Флетчер.

Каре понравилась эта супружеская пара. С ними она почувствовала себя как дома, и чем дольше они беседовали, завтракая, тем больше они ей нравились. Правду ли говорил управляющий или нет, когда рассказывал ей о звонке от председателя совета директоров, якобы просившего предоставить новой секретарше очень дорогой номер, что само по себе необычно. Кара не знала. Во всяком случае, мистер Флетчер заверил ее, что это была не его инициатива, и действовал он согласно инструкциям, полученным из Вашингтона. По его словам, перед ее приездом все места в “Отель Интернэшнл” были заняты и только номер 623-й “А” пустовал. Так что ему, управляющему, ничего не оставалось, как поселить мисс О'Хара в этом номере.

«Скорее всего, так оно и было, — думала девушка. — Он же знал, что я всего лишь бедная секретарь-машинистка. Не мог же мистер Флетчер предоставить мне шикарный номер и помещение под офис, преследуя корыстные цели!»

— Почему вы так волнуетесь? — удивился управляющий. — За тем звонком из главной конторы в Вашингтоне последует еще один. Так почему бы вам и дальше не жить как принцесса? Если же окажется, что наш самый большой босс что-то напутал, это будет полный абзац.

— Абзац? — не поняв, что это означало, удивленно переспросила Кара.

— Он хотел сказать “полный аншлаг”, — пояснила миссис Флетчер и коснулась руки девушки. — Видите ли, дорогая, мы когда-то выступали с ним в песенно-танцевальном дуэте. И было это ох как давно. Знаете, вот уже сколько лет прошло, а он все еще не отказался от актерского жаргона. Нет, дух шоу-бизнеса мне из него никогда не выветрить! А может быть, именно этот дух и помогает ему так успешно управлять такой большой гостиницей.

По поводу наглого поведения пергидролевой девицы мистер Флетчер тоже дал свои объяснения. Конни Шварц, как сказал он, проработала в “Отель Интернэшнл” несколько лет, и никто ее увольнять не собирался.

Однако за последние несколько месяцев девушка резко изменилась к худшему — это проявлялось и в поведении, и манере одеваться, что для служащей такой респектабельной гостиницы, как “Отель Интернэшнл”, просто недопустимо. Она не только стала внешне похожей на уличную проститутку, но и начала дерзить самым выгодным для гостиницы постояльцам, когда те обращались к ней с просьбой выполнить для них машинописные работы. Поэтому еще перед тем, как пригласили Кару, он решил временно переселить Конни из офиса, в котором та работала, в помещение, где бы она была поменьше на виду у постояльцев отеля. До того времени, пока девушка не решит свои личные проблемы.

— А кроме того, Конни Шварц не владеет ни одним иностранным языком, — с улыбкой произнес мистер Флетчер. — Не понимаю, о чем думали, когда принимали ее на работу? А вот о вас, хоть вы только начали работать, я уже успел получить самые лестные отзывы. Гости говорят, что вы очень опытная секретарь-машинистка.

— Спасибо, сэр, — поблагодарила его Кара.

Ей показалось, что управляющий лукавит, но даже лесть из уст этого милого человека Каре была приятна.

Она опасалась, что из-за истории, в которую она попала не по своей воле, ее положение может круто измениться. Кара понимала, что над ней навис дамоклов меч, который может очень скоро опуститься на голову. Но пока он не опустился, ей лучше и дальше чувствовать себя Золушкой на балу. А почему бы и нет? Ведь и мистер Флетчер предложил ей то же самое.

Наконец Кара задала управляющему свой последний вопрос: может ли она пользоваться бассейном?

— Конечно же, дорогая, — ответил мистер Флетчер. — Все, чем располагает “Отель Интернэшнл”, к вашим услугам.

Допив кофе, девушка подумала, а не подняться ли ей сейчас в свой номер, чтобы примерить бикини, купленное в Каннах, которое так ни разу она и не решилась надеть. Кара не успела подняться из-за стола, когда в ресторан бодрой походкой вошел еврейского вида мужчина, тот самый постоялец, которому она в первый день работы в отеле напечатала письмо. Когда он диктовал текст письма, голос его был спокойным и вкрадчивым, однако в это утро мужчина явно выглядел возбужденным.

— Нет-нет, Жюль, сегодня не здесь! — резко возразил он, отвергая предложение метрдотеля занять небольшой столик. — Мне нужен стол на шестерых. Видишь ли, сегодня ко мне присоединятся миссис Харрис, моя жена, и четверо наших детей.

— Да, сэр. Конечно, сэр, — ответил метрдотель и посмотрел на мистера Флетчера.

— Ну вот, опять началось, — тихо сказал управляющий.

— Да, но это невозможно, — изумилась Кара. — Я имею в виду то, что сказал сейчас мистер Харрис. Я только вчера напечатала для него на немецком такое милое письмо, полное любви и нежности, и адресовано оно было его семье в Западный Берлин. В нем мистер Харрис просил их приехать к нему в Майами-Бич. Прошел всего один день, и миссис Харрис еще не успела его получить.

— Нет, конечно же нет! — сказал мистер Флетчер и, поднявшись из-за стола, пододвинул стоявший на столике телефонный аппарат своей жене. — Пожалуйста, Флора, позвони доктору Торпу. Передай ему, чтобы он поднимался в 421-й, а я пока попытаюсь объяснить мистеру Харрису, что такие мероприятия, как встреча семьи, лучше всего организовывать в своем номере.

— Хорошо, я позвоню, — ответила мужу Флора Флетчер и, сняв с аппарата телефонную трубку, стала набирать номер доктора Торпа.

Кара наблюдала за управляющим, который, широко улыбаясь, подошел к мистеру Харрису и стоявшему рядом метрдотелю. Мистер Харрис запротестовал было, но мистер Флетчер что-то сказал ему, тот просиял, взял управляющего под руку, и они оба удалились из ресторана.

— Что произошло? — удивленно спросила Кара миссис Флетчер. — Правда, это не мое дело…

Стареющая, с остатками былой красоты женщина задумчиво повертела на пальце обручальное кольцо.

— Иногда, раз в несколько лет, это случается с мистером Харрисом. От перенапряжения. Наверное, когда он устает ждать. Видите ли, супруга и дети мистера Харриса никогда не приедут к нему. И не только в Майами-Бич. Он их уже никогда не увидит. Я слышала, что мистер Харрис был весьма преуспевающим промышленником, одним из ведущих в Германии. Имел отделения своей фирмы в нескольких странах. В то время, когда он был в командировке в Штатах, у них в фашистской Германии начался холокост, и члены его семьи стали первыми его жертвами. Их отравили в газовых камерах Дахау и сожгли.

— Несчастный человек!

— Думаю, мало кто из нас знает, как нам повезло. Не могу себе представить, что бы со мной стало, если бы эти сорок лет я не видела своего Джима.

Кара попробовала представить себя стареющей женщиной, прожившей с одним мужем целых сорок лет.

— Вы очень счастливы с ним. Не так ли?

— Еще как! — ответила жена управляющего.


Глава 12 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 14