home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



6. Убийство капитана Рейса

Это было в теплую сырую погоду. Внутри ангара тишина нарушалась лишь стуком металла, да монотонным жужжанием множества насекомых, которые слетелись к яркому свету газовых ламп.

Джеймс и Тони несли караул на горе. Бишопа сопровождали Кредо и Кончита, которые следили за тем, чтобы какой-нибудь любопытный не подошел близко к ангару.

Бишоп не был уверен, что этот эскорт ему нравится. Он не выносил Кредо. Присутствие Кончиты волновало его. Оно напоминало ему другие времена и другие ощущения, которые лучше было забыть.

Обливаясь потом, он закончил сборку мотора, который разобрали братья на мелкие части. Если бы они его не трогали! Они не удосужились даже предохранить детали от пыли, и Бишоп был вынужден сперва протереть каждую, прежде чем собрать агрегат.

Он три ночи работал над самолетом. Почти все время потратил на моторы. Они время от времени продолжали давать осечки, но могли выдержать 50 или 80 часов, прежде чем окончательно выйдут из строя…

Мотор номер один вел себя неважно. Бишоп это и ожидал. Он не собирался пересекать границу Мексики на этом моторе. Он готов был держать пари, что самолет, простоявший столько времени в таких условиях, не сможет долететь дальше Гватемалы. Там Бишоп должен был провести не меньше недели, приводя его в порядок.

Он знал небольшой аэродром в джунглях, который подходил для его целей. На этом аэродроме, управляемом беглым немцем, были всевозможные детали, необходимые Бишопу. Немец был скромен. Он видел своих клиентов, обычно появляющихся из неизвестности и улетающих туда же…

Вставляя очищенную и отремонтированную свечу, Бишоп думал об ответе дона Диего относительно всех тех предметов роскоши и о возможности увезти их отсюда.

Дон Диего заявил:

— Вернувшись после нашего первого этапа, мы возьмем все. По крайней мере, все, что сможет увезти самолет…

Это означало, что сперва они собирались проделать короткое путешествие, вероятно, внутрь страны, чтобы забрать другую группу перонистов, которая оторвалась от основной и у которой также была часть добычи.

Самолет, без сомнения, будет перегружен. Это всегда случается с такси подобного рода. Но ему будет гораздо легче разместить предметы роскоши, чем ящики с минами. Его пассажиры всегда смогут усесться на ящиках и чемоданах, где будут сложены ценности.

Бишоп вытер пот со лба, но лишь больше размазал грязь, покрывшую небритые три дня щеки… Одна мысль заставила его улыбнуться. Люди из его прежней части должны были бы видеть его теперь. Бишоп, который носил блестящие звездочки на эполетах отлично сшитого мундира!

Но его веселье скоро пропало. К сожалению, полковник Бишоп мертв. Все это произошло из-за Тони. Закрыв глаза, он видел ее улыбающейся, соблазнительно обнаженной в жадных объятиях грязного импрессарио, который обещал исполнить ее самое большое желание — устроить выступление на телевидении и в кабаре. Из-за этого контракта она собралась спать с ним и легко было представить ее ярость, когда муж имел неосторожность появиться на три дня раньше намеченного срока.

Бишоп спросил себя, как это он делал уже сотни раз, почему он не убил тогда обоих, повернулся и ушел. Но ответа не находил.

Он сделал усилие, чтобы завернуть свечу, но его пальцы были до того потные, что ключ выскочил из рук и он ободрал кожу о цилиндр. Бишоп стряхнул кровь, которая потекла между пальцами. Кончита, которая старалась быть полезной, забралась на последнюю ступеньку лестницы и протянула ему чистую тряпку.

— Большинство мужчин выругалось бы, — заметила она.

— Я это тоже сделал, но про себя, — ответил Бишоп.

Он предпочел бы, чтобы Кончита спустилась с лестницы и исчезла бы в темноте ангара. Как почти все южноамериканки, она не признавала никаких одежд, стесняющих формы, которыми наградила ее природа. С того места, где он находился, все было отлично видно. Она была исключительно красива. Не надо было делать усилий, чтобы сходить по ней с ума. А между тем, у него не было к тому никакого желания. Теперь, когда он ускользнул от казни, у него было лишь одно желание: вернуться в Соединенные Штаты. Одна женщина уже стоила ему десяти лет жизни, и ему не хотелось, чтобы другая женщина, которая испытала ласки Хуана Перона, испортила ему те годы, которые остались.

— У вас еще много работы? — спросила Кончита.

Бишоп посадил свечу в углубление.

— Нет. Я скоро начну регулировать подачу топлива и опробую моторы. Пожалуйста, скажите Кредо, чтобы он посмотрел, хорошо ли закреплены колеса.

Она спустилась и потерялась в тени.

Бишоп закончил то, чем занимался, и влез на крыло, по которому дошел до пилотской кабины. Он считал, что хорошо поработал. Между Коралио и Жиантлой было немало джунглей. Если самолет разобьется, оставшиеся в живых будут вынуждены продолжать свой путь пешком, и, без малейшего сомнения, никогда не достигнут места назначения. Он убедился, что все готово, потом посмотрел вниз. Колеса не были закреплены. Никаких признаков Кредо.

«Менана! Никогда не делай сегодня то, что можно сделать послезавтра…» — это пословица тропиков.

Он спрыгнул на землю и пошел искать лысого. Конечно, Кредо — хозяин… Он держит в своих руках кошелек. Но Бишоп был командиром на борту самолета. Он отвечал за безопасность пассажиров и, когда он отдавал приказания, то ожидал, что они будут немедленно выполнены.

На земле было еще жарче, чем в самолете. Насколько можно было ориентироваться в темноте, Кредо не было ни в ангаре и даже поблизости. Бишоп закричал:

— Кредо!

Потом не так громко:

— Кончита!

Ему ответил лишь крик какой-то птицы и легкий шум прибоя. Бишоп осторожно сделал несколько шагов в темноте, задыхаясь от зноя.

Кредо высказывал определенный интерес к Кончите, но сейчас не было ни времени, ни места для «любви». По обрывкам разговоров, которые уловил Бишоп, все интересы сосредоточивались на быстрейшем вылете из страны. Он знал, что Кредо так же не любил его, как он — Кредо. Кончита тоже не любила Кредо и это совершенно ясно читалось в ее взгляде, когда она смотрела на него.

Бишоп еще раз позвал Кончиту, потом остановился на пороге ангара, чутко прислушиваясь.

Конечно, он мог сам проверить колеса, но об этом не могло быть и речи. Если он отдает распоряжения относительно «утки из белой жести», они должны быть выполнены. И, может быть, настанет такой момент, когда их жизнь будет зависеть от немедленного послушания и исполнения приказа.

По мере того, как глаза его привыкали к темноте, он стал различать бледный свет, исходивший из барака, служившего им наблюдательным пунктом. Бишоп тихонько направился к нему. В такое время, когда их жизнь висела на волоске, Кредо вообразил, что может себе позволить поиграть с Кончитой. Что касается Бишопа, то воспоминания о выщербленной стене и мерзкой фигуре капитана Рейса были слишком живы, чтобы он мог снисходительно отнестись к капризам человека, позволяющего себе в такое время предаваться страсти.

Он не ошибся. Действительно, в бараке был свет. Бишоп открыл дверь и вошел.

— Послушай, Кредо… — начал он.

Потом замолчал. Человек, который повернулся, чтобы посмотреть на него, не был Кредо. Это был капитан Рейс.

Бишоп почувствовал, как у него забилось сердце. Рейс мог причинить им только неприятности. Его мускулистые плечи были непомерно широки. Выложенная перламутром ручка кольта высовывалась из кобуры, болтающейся на огромной ляжке. Рейс сменил свой мундир на гражданский костюм, а на голове у него было сомбреро, отделанное серебром. Позади него, в разорванной блузке, с огромными от ужаса глазами стояла Кончита, стараясь рукой прикрыть свою наготу.

— Что тут происходит? — спросил Бишоп.

Рейс был совершенно пьян, но пытался держаться непринужденно и совершенно уверенно.

— Я отправляюсь вместе с вами, — заявил он. — Та сумма, которую мне дали за вас, была… как бы сказать, лишь цветочками. С меня хватит быть сторожем тюрьмы в этой дыре. Я знаю, откуда появился сеньор Кредо и остальные жители дома. Знаю и о сокровищах и собираюсь получить свою долю.

— И когда я думаю, — продолжал он, — о превосходном месте, которое я бросаю, и о далеком пути, который поведет нас к границе Северной Америки, я не вижу оснований не воспользоваться женской компанией… — Он дотронулся пальцем до борта своего широкого сомбреро. — Так что, если вы будете настолько любезны и предоставите нам пол, синьор Бишоп, синьорита и я познакомимся поближе…

— Нет, — машинально вырвалось у Бишопа.

Но Рейс реально смотрел на вещи.

— Почему? Почему? — Его толстые губы раздвинулись в подобии улыбки. — Вспомните, что вы мертвый и что дела подобного рода не могут вас интересовать… — Он перестал представляться джентльменом и стал тем диким животным, каким был. — Теперь убирайтесь! Синьорита и я должны кое-что сделать!

Бишоп заколебался. Это дело его не касалось. Капитан Рейс мог причинить немало неприятностей. Было бы глупо подвергнуть опасности собственное существование и спасение других людей, приходя на помощь маленькой девке, которая уже знала жизнь в 16 лет, а может быть и раньше. Но, несмотря на это, верный принципу, что даже шлюха имеет право выбирать себе удовольствие, он обратился к ней с вопросом:

— Вы хотите, чтобы я ушел?

— Нет, — просто ответила она. — Я вас умоляю…

Не слова, но слезы убедили Бишопа. Они скатились с глаз Кончиты и медленно потекли по ее щекам. На ее лице читались только ужас и стыд. Бишоп решился.

— Я сожалею, — сказал он. — Если вы хотите нас сопровождать, этот вопрос вы должны решить с синьором Кредо. Но синьорита имеет право сама выбирать себе друзей. Так что, я думаю, для вас будет лучше уйти отсюда!

— Дурак! — выплюнул Рейс. — Исчадие североамериканской свиньи! Мне стоит только сказать слово и начальство тюрьмы вас…

— Что они мне сделают? Ведь я мертв. Вы это забыли? И это вы командовали взводом. Если я вернусь к жизни, вы, как бы это сказать, очутитесь в очень рискованной ситуации.

Рейс выдал несколько красочных и образных испанских ругательств, и быстро направился к Бишопу.

— Я разобью тебе пасть! — закричал он. — Я верну тебя в могилу!

— Не следует делить шкуру неубитого медведя.

Он не думал, что толстяк воспользуется револьвером. Капитан Рейс, вероятно, уже сжег за собой все мосты. Ему теперь было необходимо покинуть город, и, в таком случае, он нуждался в пилоте, знающем все местные направления, не менее, чем Кредо и его компания. Звук выстрела не прошел бы незамеченным и мог вызвать тревогу.

Рейс подтвердил эту гипотезу тем, что неудачно попытался ударить Бишопа в подбородок. Пилот нагнулся, затем устремился вперед и раздавил лицо капитана двумя кулаками, потом немедленно отступил, не дав тому возможности схватить его руками. Бишоп чувствовал себя уверенно.

Покраснев от злобы, Рейс, как разъяренный бык, наколотый бандерильями, кинулся на своего противника, даже не подумав закрыться.

Что касается Бишопа, тот спокойно ждал его. Но раньше, чем его кулак смог дотронуться до капитана, раздался легкий хлопок из открытой двери. Маленькая точка появилась на лбу Рейса и он умер, не успев даже упасть на пол.

Бишоп повернул голову. На пороге стоял Кредо, а в руке у него был револьвер небольшого калибра с глушителем.

— Прошу прощения, — сказал лысый. — Мне показалось, что я услышал на дороге шум и пошел туда посмотреть, а капитан, видимо, проскользнул в темноте, и я его не заметил.

Он вошел в помещение и носком ботинка коснулся трупа, чтобы еще раз убедиться, что Рейс мертв. Бишоп почувствовал, что весь дрожит.

— Вы не должны были этого делать, — сказал он. — И, во всяком случае, не раньше, чем мы будем готовы к отлету. Рейс был известным типом в Коралио. Когда увидят, что он не возвращается, полиция и армия станут его искать.

Кредо вложил свое оружие в кобуру.

— Верно, — задумчиво согласился он. — В силу этих обстоятельств мы хорошо сделаем, если уедем, как можно быстрее. Что, мотор, над которым вы работали, вертится?

— Я не знаю, — признался Бишоп. — Я послал Кончиту сказать вам, чтобы вы проверили колеса, прежде чем я пущу мотор. Когда увидел, что она не возвращается, отправился на поиски ее и вас и наткнулся на этого типа.

— Я вижу, — сказал Кредо. — Так не вернуться ли нам в ангар? Если мотор будет работать, возможно, сможем уехать завтра утром.

— А труп Рейса?

— Я прикажу Мануэлю и Джеймсу похоронить его до нашего отъезда… — И Кредо заявил после небольшой паузы: — А мы совершим перелет первого этапа.

Бишоп сожалел, что Кредо убил Рейса. Убийство осложняло и без того тяжелое положение группы. Но пришлось сказать не то, что он думал.

— Как хотите… Вы здесь распоряжаетесь.

Бишоп посмотрел на Кончиту впервые после того, как оборвалась жизнь капитана Рейса. Она подобрала с пола остатки своей одежды и, как смогла, прикрыла наготу. При слабом свете фонаря у нее действительно был вид молодой, невинной девушки, а не шлюхи. Можно было подумать, что это влюбленная школьница. Она говорила почти беззвучным голосом:

— Грациас. Я не ошиблась в вас, когда увидела в первый раз. Вы — настоящий джентльмен.

— Так идемте же, опробуем мотор, — сказал Кредо.


6.  Кто же такие, эти «они»? | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | 7.  Совет Бишопу — не заниматься много Кончитой