home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

Ночь выдалась мерзкая. Дождь, лившийся весь день, превратился в мелкий колючий снег. Ветер так часто менял свое направление, что над городом разыгрывалась подчас настоящая снежная вьюга. И все же Соммерс не отступил, свою рискованную операцию он начал во втором часу ночи, когда в городе уже установилась тишина, прекратилось движение транспорта, когда люди погрузились в свой крепкий сон. Правда, были и другие, которые по каким-то причинам не спали.

Вернувшись с задания, Нэнси предложила ему план, оказавшийся единственным в данной ситуации, которому он в настоящий момент и следовал. Ему нужно было взобраться на крышу небольшой пристройки, служившей для жильцов дома летней кухней и кладовкой. На трех ее дверях висели огромные замки, что было подходяще для него. Он мог вполне спокойно продвигаться по крыше, не опасаясь, что его услышат. Правда, крыша была покатая. Огромный двор был обнесен когда-то кирпичной стеной, но она развалилась, так что во двор можно было вполне легко проникнуть, минуя ворота. Взобравшись на стену, он без труда достиг крыши пристройки и, распластавшись на ней, ненадолго замер, чуть прислушиваясь к ночной тишине. Крыша была мокрой и скользкой и издавала чуть слышное потрескивание. Вся сложность заключалась в том, что она была пологая, и он боялся, что в такую погоду он мог легко соскользнуть с нее вниз. Надо было во что бы то ни стало добраться до трубы, чтобы привязать себя к ней для дальнейшего продвижения к окну.

– А что, если оно будет заперто? – спросила его Нэнси. – Что ты будешь тогда делать?

– То, что надо в таких случаях… Открыть его, – засмеялся он.

– Не поднимешь ли ты тогда шум?

– Будем надеяться, что этого не случится…

Сейчас он был почти у цели, как вдруг до его слуха донесся откуда-то издалека шум мотора. Соммерс встрепенулся и быстро пополз вверх. Он едва успел добраться до трубы, как в ворота, постоянно раскрытые настежь, с урчанием и повизгиванием шин въезжал огромный автофургон. Из кабины машины вышли два человека, в одном из которых Соммерс мгновенно узнал Фазана. Водитель фургона был ему незнаком. Он был в голубой робе с огромным капюшоном, скрывавшим его лицо, но, судя по его высокому росту и широким плечам, это был крепкий парень с чуть кривоватыми ногами. В руках он держал какие-то бумаги, тогда как Фазан, обогнув машину, стал открывать задние борта.

В то же время скрытая в тени дверь черного хода распахнулась и из нее вышли двое мужчин. Один был в белом халате, другой в морской робе.

А вот и Косолапый, – подумал Эрл, тщательно укрываясь за огромной трубой. Вся компания в сборе. Уверен, что второй – не кто иной, как доктор Грюннер. Что это они затеяли в ночное время? И как некстати все это… У него сильно замерзли руки и ноги. Он едва выдерживал свою позу, ежеминутно опасаясь, как бы не поскользнуться на обледеневшей крыше. Он понимал, что в случае неудачи ему живым отсюда не выбраться.

Ухватившись за трубу, он сел на корточки и снова попытался взглянуть вниз. Очень скоро он заметил фигуру полицейского, который, приложив руку к фуражке, что-то сказал водителю. Тот сунул в руки флика какие-то бумаги и довольно отчетливо сказал:

– Мы привезли новое медицинское оборудование для доктора Грюннера. А вот и он сам…

Эрл услышал эти слова и увидел, как доктор быстрым шагом подошел к копу, протягивая руку для рукопожатия. Он что-то сказал копу, но так тихо, что Соммерс как ни напрягал слух, но так и не услышал, о чем тот говорил. В это время Фазан и Косолапый сгружали с машины какие-то огромные ящики, к которым полицейский, поколебавшись немного, так и не подошел. По всему было видно, что он страшно замерз и устал. Он отдал честь, приподнял воротник форменного пальто, поежился от холода, потоптался на месте и вскоре исчез. Он вспомнил, как Нэнси уверенно утверждала, что за домом не ведется наблюдение, и только один полицейский дежурит у парадных дверей дома.

Значит, он вернулся к центральному входу, и этой шайке никто не помешает обделывать свои делишки, – подумал он с досадой и снова выглянул из-за трубы.

Он заметил, что Фазан и Косолапый уже не выгружают ящики, а, наоборот, выносят из дома другие ящики и погружают их в машину. Все это они проделывали с лихорадочной быстротой, захлопнули задние борта, и громко щелкнул огромный замок.

– К отплытию я приеду, – сказал довольно громко доктор Грюннер и скрылся в помещении.

Он увидел, как Фазан вместе с водителем прыгнули в кабину, и тот дал газ.

Неловкая и неуклюжая на вид громада очень легко развернулась в просторном дворе и стремительно выехала на дорогу. Скорость, с которой она помчалась дальше, поразила Соммерса. Как будто за ними кто-то гонится, подумал он, и в самом деле, секундой двумя спустя, откуда-то из-за угла выскользнула мощная темная машина, скорее всего «мерседес», и помчалась в том же направлении.

В слабом свете фонаря, освещающего дорогу перед домом, он сумел определить, что эта машина вряд ли принадлежит кому-нибудь из работников полицейского управления, скорее всего в дело вмешалось ФБР… Недаром крупный мужчина, сидевший за рулем «мерседеса», показался ему знакомым. Ну, конечно же, как это я сразу его не узнал, – подумал Соммерс. – Это же Мак-Грегор… Марк говорил мне, что он интересуется доктором Грюннером. Значит, они что-то там знают, чего не знаю я… и знают много больше. Не тычутся, как я, вслепую, а действуют… Теперь уже не было никакого сомнения, что «мерседес» преследует фургон, только что отъехавший от дома.

Установившаяся тишина и относительное спокойствие позволили ему продвинуться дальше вверх. Он совсем окоченел, поэтому этот его последний бросок стоил ему немалого труда и терпения. Достигнув окна, он был приятно удивлен тем фактом, что оно не было заперто, и даже немного чуть приоткрыто.

«Ага. Гарри, как видно, тут еще не побывал, иначе он не сделал бы такого просчета!»

Еще мгновение и он благополучно спрыгнул в крохотную кухоньку, примыкавшую к единственной комнате, в которой еще не так давно проживала Дора Флеминг. Он вдруг почувствовал себя так скверно, словно смерть старой женщины была на его совести… Да, он должен был прийти к ней, когда она его так настойчиво просила об этом! Вмешательство в судьбу Люси этого злого гения Леди Джен вновь смешало все карты… Если бы не исчезновение Люси, он бы пришел к старухе вовремя… Впрочем, чего уже теперь об этом… Вынув из кармана фонарик, он осветил себе путь, пробираясь среди мебели, к вожделенному Шкафу.

В темной комнате он показался Соммерсу еще более величественным и громоздким. Окна, выходящие к центральному входу, были неплотно занавешены портьерами, сквозь щели в них пробивался слабый свет от уличных фонарей, и он мог вполне свободно ориентироваться в комнате, не зажигая больше фонаря. Дернув дверцу, он убедился, что шкаф заперт. Он сам накануне запер его, поэтому ему снова пришлось применять отмычку. Дверца слегка поддалась, и он с бьющимся сердцем распахнул ее. Он вздрогнул, увидев одиноко висевшее платье, и почему-то ему стало жутко. Он долго не решался заглянуть внутрь, опасаясь увидеть чего-то сверхъестественное и страшное. Однако время подпирало его. Надо было спешить. До рассвета он должен закончить свое расследование, которое, может быть, вообще ни к чему не приведет, а только еще больше осложнит его положение.

Осветив еще раз внутренность шкафа, он убедился, что тот пуст. Только тогда он решился влезть в него, закрыв за собой дверцу. Очутившись внутри, он понял, что вполне в состоянии стоять во весь рост, шкаф это позволял, а когда он тщательно его осмотрел с помощью того же фонаря, он убедился, что он настолько просторен, что в нем можно было свободно гонять мяч. Шкаф не имел пола и задней стенки… Да, это был камуфляж, и он сразу это понял. Прямо перед собой он увидел подвесное бра. Нащупав кнопку, он решительно щелкнул ею. Ослепительный свет мгновенно осветил все вокруг. Пройдя вдоль стены, он вдруг обнаружил на стене небольшой щит со всевозможными кнопками и рычажками. Неужели загадка кроется в этом щите?

Что будет, если я нажму на одну из этих кнопок или рычажков? Не завоет ли сирена на всю округу? И тогда ему несдобровать. А может быть, откроется какой-нибудь потайной сейф в стене и он обнаружит в нем несметные сокровища? А что, если произойдет взрыв? Или возникнет пожар? Боже, помоги мне… ведь я на «верном пути», как сказала старуха… Как же действует этот механизм? На какую кнопку нажать, чтобы угадать без ошибки? Он машинально взглянул на часы. Третий час. Может быть, лучше уйти, оставив все это на потом? Завтра, вместе с Гарри?

Он долгое время стоял в нерешительности. Нет, он не может отступить. Ему казалось, что за спиной он улавливал чуть слышное дыхание старухи, которая могла бы и не погибнуть, если бы он вовремя пришел к ней. Она взывала к его совести, и он понял, что должен действовать, хотя его лоб и покрылся холодным потом, а пальцы на руках стала сводить судорога. Взглянув еще раз на щиток, он различил между прочими кнопками одну, находившуюся в центре, ярко-красную, и отличающуюся чуть большим размером. Вот на ее-то он и нажал.

Одно мгновение ему показалось, как будто пол дрогнул у него под ногами, а стена как бы раскололась надвое, начала медленно раздвигаться, образуя проход в соседнее помещение. Достиг определенной величины, как раз для того, чтобы мог пролезть человек, отверстие в стене начало опять уменьшаться, стена быстро сомкнулась, и ему показалось, что все это ему просто приснилось, что он бредит. Он был поражен и стоял как вкопанный, не зная, что предпринять.

Но не даром он был судовым механиком во время войны. Ему ничего не стоило немного поманеврировать со щитком, как он все понял. Он достиг желаемого. Стена больше не смыкалась. Теперь оставалось только решить, воспользоваться ли ему возможностью проникнуть на чужую территорию без санкции прокурора. Если зацапают, тюрьмы не избежать… Но время и таинственная воля покойницы толкнули его вперед.

Через минуту он уже очутился в апартаментах «графини».

Темнота поглотила его, он шел осторожно передвигая ногами, и все же на что-то наткнулся и чуть не упал. Предмет, который преградил ему дорогу, оказался обыкновенной передвижной медицинской койкой на колесиках. Он снова воспользовался фонариком и стал медленно водить им вокруг себя. Но его встревожила полная тишина и полумрак. Тогда он решительно вошел в комнату и плотно прикрыл за собой дверь. Ночничок слабо освещал чью-то неподвижную фигуру, лежавшую на кровати и прикрытую белой простыней. Он не сразу определил, что это женщина. Первое, что бросилось ему в глаза, были цепи с браслетами, надетыми на руки и ноги человека.

По длинным черным волосам, разметавшимся на подушке, он понял, что перед ним женщина. Она спала и изредка стонала во сне. Подойдя к ней поближе, он направил на нее луч света и чуть не уронил его от неожиданности: перед ним предстало бледное, измученное лицо Люси Арчибальд!

– Люси! – чуть не выкрикнул он во весь голос. Здесь? В таком виде? Прикованная к кровати? Значит, Байкинс говорил правду, а я-то думал, что он фантазирует от отчаяния.

Надо было что-то делать, и немедленно.

Он стал озираться по сторонам. Дверь! Ее надо закрыть, чтобы его не обнаружили здесь! Он вложил в скважину ключ и быстро повернул его. Но что делать с девушкой? Надо разбудить ее и убедиться, что ее не напичкали наркотиками. Тогда будет беда! Ее надо сейчас же отсюда увести.

– Люси! Люси! Вы слышите меня? Проснитесь же наконец!

Он говорил это вполголоса, опасаясь, чтобы его не услышали. Ее не так-то легко было вывести из состояния гипнотического сна. Она зашевелилась, застонала, но глаз открыть не могла еще долгое время. Он звал ее настойчиво, тормошил, призывал проснуться. В конце концов он достиг своей цели. Девушка вдруг вздрогнула всем телом, дернула руками, отчего цепи громко звякнули и натянулись до предела, вызвав у нее крик боли.

– Тише! Ради бога, Люси! Тише, пожалуйста. Не пугайтесь, это я, Соммерс. Сейчас я вас освобожу, дорогая… Только ничему не удивляйтесь и не пугайтесь.

Люси, широко раскрыв глаза, долгое время смотрела на него, точно не верила своим глазам.

– Мистер Соммерс? Это вы? Боже, как вы здесь очутились? – прошептала она. Глаза у нее повлажнели, но она улыбалась. – Это вы? Неужели?

– Люси, я опять нашел вас! Но сейчас нам с вами будет гораздо труднее выбраться но волю… Вы должны быть мужественной и помочь мне.

– Чем?

– Подчиняться во всем безоговорочно.

– Да, да, конечно.

Соммерс лихорадочно подбирал ключи к браслетам, а когда цепи были сняты с рук и ног, она не смогла скрыть легкого стона. Это была мучительная операция для них обоих, так как требовала большой выдержки и терпения.

Через несколько минут Люси уже находилась в квартире старухи Флеминг. Соммерс на руках донес ее до потайного хода, дальше она пошла сама, неуверенно переставляя свои отекшие ноги.

Он прошел на кухню, открыл окно и выглянул наружу. Крышу под окном так запорошило, что ему только с отчаянием пришлось покачать головой. Вряд ли она сможет спуститься с этой крыши, но пусть попробует, другого выхода нет. Сюда с минуты на минуту может нагрянуть полиция. Гарри Мортон или кто-нибудь другой. Надо было рисковать.

– Люси! Идите сюда! – сказал он, и она сразу же появилась на пороге кухни. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, какой рискованный шаг он затеял.

– Люси, если вы хотите спастись, девочка, вам придется совершить нечто невероятное, на что способен даже не каждый мужчина.

Он поманил ее рукой, открыл широко окно и показал вниз.

– Вам придется через это окно бежать отсюда. Сумеете ли вы сделать это?

Она выглянула из окна и содрогнулась.

– Я должна буду спуститься на эту крышу, а потом спрыгнуть с нее во двор? – спросила взволнованно она.

– Да, Люси.

– Но я в таком виде… Я совершенно же не одета.

– Да, это правда, я об этом не подумал. У меня есть идея. У миссис Флеминг наверняка есть что-то из одежды. Надо найти что-нибудь, верно?

– А где она сама?

– Ее убили, Люси. Убили те же самые люди, которые похитили вас, понимаете?

Она побледнела как смерть. Он подумал, что с ней плохо, и хотел уже поддержать ее, но она стыдливо отстранилась, еще раз выглянула из окна, потом сказала:

– Если я не сломаю себе шею, будет чудо. И все же, мистер Соммерс, я на все готова. Я больше не выдержу того ужаса, что я вытерпела.

Он торопливо набросил на нее кое-что из одежды старухи, на ходу инструктируя ее, как лучше добраться до крыши, а потом спуститься во двор. – Итак, вы уходите, а я еще остаюсь. Так надо. Отправляйтесь на 46-ю улицу к Нэнси и ждите меня там. Вот вам на такси. Садитесь на любой транспорт, на какой вам удастся попасть. Счастливо, Люси, а теперь держитесь за конец вот этой веревки и перебросьте ноги через подоконник. Я начну вас легонько опускать.

Люси так и сделала. Она обмотала вокруг руки несколько раз веревку и стала вылезать из окна.

– Я ухожу, мистер Соммерс, а вы? Как же вы? Я умру от беспокойства!

– Быстрее. Обо мне не беспокойтесь!

– Вы вернетесь туда? А если вас убьют?

– Я должен узнать больше, чем узнал, Люси. Я не успокоюсь, пока не узнаю, кто похитил вас и с какой целью! Так, так, девочка, ложись теперь на живот и сползай вниз только легонько…

– Я готова!

– Будьте осторожны, Люси, крыша сейчас скользкая.

– Да, да, я знаю.

– Ну, счастливо.

Однако он не отошел от окна до тех пор, пока не проследил весь путь, который проделала она. В тусклом свете уличного фонаря, он едва различал ее маленькую фигурку, она сползала с крыши, распластавшись на животе. И только тогда, когда она уже скрылась из глаз, он с глубоким вздохом облегчения сбросил с себя страшное напряжение, в котором находился уже немалое время. Прежде чем возвратиться обратно в апартаменты графини, он с жадностью выкурил подряд три сигареты.

Дойдя до освещенного холла, он осторожно выглянул из-за портьеры. Холл был пуст, но широко раскрытая дверь с двумя створками, ведущая, по-видимому, в гостиную, позволила ему убедиться, что там находятся люди. Он слышал их голоса. Соммерс невольно сжал кулаки: эти люди причинили ему и его близким столько горя и испытания.

Подавив волнение, он еще раз выглянул из-за портьеры и внимательно оглядел помещение. Роскошное убранство холла поразило его. Среди картин висели подлинники известных живописцев. Огромная хрустальная люстра не посрамила бы ни один знаменитый оперный театр, она сверкала всеми цветами радуги, мебель мягкая, современная, пол устлан коврами самых нежных оттенков с длинным ворсом, в них утопала нога по самую щиколотку.

После некоторого колебания он пересек комнату и затаился за одной из створок двери. Теперь голоса говоривших доносились до него более отчетливо. Он услышал, как чей-то низкий хрипловатый мужской голос произнес:

– Я не перестаю вам удивляться, мэм! Вечно вы со своими фантазиями. И зачем вы влезли в это дело, черт возьми?

– Эта девочка так похожа на мою дочь Магду, Луи! Я не дам ее в обиду! Ее следует немедленно отпустить!

– Эта девочка должна была сегодня последовать за всеми остальными, мэм!

– Никогда этого не будет, Луи! Берегитесь! Я ведь еще в состоянии что-то предпринять… Вы это знаете!

– Не говорите вздор! Мы с вами связаны одной веревочкой, и в газовую камеру, в случае чего, пойдем с вами под ручку…

– Даже Паркер признал, что она вылитая Магда! Возможно, она ее дочь, возможно, ваша, Луи! – твердил кто-то старческим надтреснутым голосом. Соммерс понял, что это была сама миссис Милтон, а с ней, по-видимому, говорил сам Луиджи Финелли. Наконец-то. Наконец-то судьба свела меня с этим иродом! – подумал он, невольно ощущая задний карман, на месте ли оружие. Оно было на месте.

– Паркер! Паркер! Сегодня он что-то много болтал!

– За что и поплатился… – услышал он голос Леди Джен. Мурашки поползли у него по спине от такой неожиданности.

– Как это? – спросила испуганная старуха. – Ничего особенного, бабушка… Завтра, вернее сегодня утром вы узнаете из газет, что ваш бывший камердинер в состоянии глубокого опьянения залез на крышу небоскреба и спрыгнул вниз. Мне ничего не стоило внушить ему это. – Соммерс услышал, как Леди Джен рассмеялась. Его схватил ужас, и он еще теснее прижался к стене, стараясь не дышать, но сердце его так колотилось, будто собиралось выпрыгнуть из груди.

– Ты чудовище, Джина! – еле слышно прошептала миссис Милтон. – Паркер был единственным человеком, который связывал меня с моим прошлым… Как ты могла?

– Он слишком много болтал, бабуля… – И она снова беззаботно и весело рассмеялась.

– То же самое ты должна проделать с этой девчонкой, Джина, как только она выйдет отсюда. Слышишь?

– Да, папа.

– Но предварительно ты напичкаешь ее наркотиками. Поняла?

– О'кей, папа.

– Нет, нет, – запричитала графиня.

Он услышал, как она стукнула чем-то об пол, скорее всего палкой, при помощи которой она передвигалась. – Этого не будет! Вы должны хоть раз уступить мне, Луи! Эта девочка останется со мной!

– И при дальнейшей возможности отсюда удерет, мэм. Тогда нам всем несдобровать, как вы этого не понимаете? Где она сейчас?

У Соммерса похолодело внутри. Он так испугался, что чуть не выскочил из своего укрытия. Если они надумают посетить Люси в ее спальне, то слишком быстро обнаружат ее исчезновение, а это не входило в его планы. Он хотел получить более полную информацию: чем же здесь занимаются эти люди?

– Она спит, папа… Билл отлично пристегнул ее к кровати. – И она снова расхохоталась.

В этот момент ему показалось, что возле него раздались чьи-то едва уловимые звуки шагов. Он замер в ожидании. В щель он увидел, как в гостиную робко вошла какая-то женщина.

– Что тебе, Китти? – услышал он голос Финелли.

– Сэр, к вам пришел мистер Грюннер.

– Да, да, Китти. Я давно его жду. Пусть идет сюда!

– Хорошо, сэр.

– Кстати, миссис Милтон давно пора спать. Помогите ей дойти до ее спальни.

– Хорошо, сэр.

Китти вывела миссис Милтон из гостиной, ловко поддерживая ее за талию. Старуха шла неохотно, бормоча что-то себе под нос.

Когда они скрылись из вида, Соммерс услышал, как где-то вдалеке хлопнула дверь.

– Отец, ты собираешься в Филадельфию?

– Я вылетаю сегодня в восемь утра.

– А что мне делать?

– Ты должна немедленно покинуть этот дом. Здесь тебе больше делать нечего.

– А что делать с этой девчонкой? Ты действительно хочешь, чтобы она ушла вслед за Паркером?

– Прежде всего, я хочу, чтобы ты сделала все возможное и невозможное, чтобы старуха навсегда забыла о ней.

– Для меня это пара пустяков, папа, – засмеялась она. – Когда-нибудь я и на тебе попробую силу своего внушения… Не боишься, а?

– Вздор! Вальтер должен немедленно ехать в порт, так что отправляйся к бабке, оставь меня наедине с ним.

– О'кей, папочка.

Она прошла мимо него так близко, что тот почувствовал уже знакомый ему легкий аромат духов. Когда она скрылась за портьерой, он впервые облегченно вздохнул. Только теперь он понял, как она опасна, и не хотел подвергать себя риску встретиться с ней. Уж лучше дюжину Фазанов, чем ее одну!

Вскоре в гостиную проскользнул Вальтер Грюннер. Он услышал, как тот поприветствовал Луиджи Финелли: в его голове было столько подобострастия, что Эрлу стало тошно.

– Все в порядке?

– Да, сэр. Они уже в пути.

– Перед отъездом проверьте еще раз, чтобы никаких улик… чтобы все было уничтожено. Правда, сержант Оллер не решится на вторжение в вашу квартиру, но береженого бог бережет, не так ли Грюннер?

– Должен вас поставить в известность, сэр, что дело старухи Флеминг перешло в ведение Главного управления полиции. Сержант Оллер вынужден был отпустить Соммерса и его дружка в распоряжение капитана О'Лири, а тот не счел нужным их задерживать, несмотря на явные улики.

– Капитан О'Лири? Ну, это наш человек, и все еще поправимо. У Джины есть записная книжка Соммерса… сейчас ее подбросят в квартиру старухи… Этим займется Гобби.

– Гобби вечером сообщил мне, что к ним в бар заходила молодая женщина. Сэмми узнал ее, она работает в «Сфинксе» у Соммерса. Она больше часа крутилась тут поблизости все сегодняшнее, пардон, вчерашнее утро.

– Не исключено, что она что-то вынюхивала.

– Конечно, сэр.

– Не кажется ли вам, Вальтер, что с этими типами пора кончать. Жаль, что я не сделал этого раньше.

– Это рискованно… у них в полиции дружок, Гарри Мортон…

– А-а-а… сержант Мортон? Ну, этот нам не страшен. Он всецело предан капитану, а тот мой личный друг.

– Я ведь вас предупреждал, сэр… уже давно…

– Что у вас еще?

– Тот самый Гарри Мортон ведет теперь расследование по делу Флеминг, сэр.

– Тем лучше. Что еще?

– Но Гарри закадычный дружок Соммерса. Уверен, что сегодня же утром он начнет трясти весь этот дом, а это опасно.

– Вы все время стараетесь запугать меня, Вальтер. Наша миссис Милтон к тому времени будет полностью невменяема, ей отшибет память, а с Китти у них ничего не выйдет… она всего-навсего служанка, а эта порода людей почти всегда «ничего не замечает» и «ничего не видит»… к тому же она слишком щедро от меня получает за свою службу.

Соммерс услышал хриплый смешок Финелли и скривился от отвращения.

– Вы улетаете утром?

– Да, в восемь утра. Вам тоже следует поторопиться, Вальтер. Корабль должен выйти в море не позднее семи часов утра. Да, не забудьте, что Билл отправляется с вами. Если он наследил у Доры Флеминг, ему лучше исчезнуть.

– А Леди Джен? Она летит с вами?

– Она вам нужна?

– Жена просила ей помочь кое в чем… Одна пациентка, которую мы «оперируем», не выносит наркоз.

– Хорошо, я ей передам, чтобы она сегодня зашла к вам, – устало ответил Финелли. Слышно было, как он раскуривал сигару. Из гостиной потянуло табаком.

– Спасибо. Значит, она остается в Нью-Йорке? Не рискованно ли для нее, сэр?

– Нет, на нее не распространяются никакие санкции. Она обладает могущественной силой и в состоянии выйти из любой передряги. Я за нее спокоен.

– Тогда, прощайте, сэр! Я побегу!

– Идите, Вальтер. Скоро уже четыре. Счастливого плавания.

Мимо Соммерса промелькнула фигура доктора, который так спешил, что почти бежал. Соммерс стоял взволнованный только что открывшейся перед ним истиной: это Фазан убил миссис Флеминг. На него самого и на его друзей готовится покушение и, по всей вероятности, орудием их смерти будет зловещая сила гипноза! О! Сегодня он узнал гораздо больше, чем рассчитывал!

Когда доктор Грюннер скрылся из вида, Эрл без колебаний вошел в гостиную. Наступила решающая минута, наконец один на один он встретится со своим тайным врагом, со своим злым гением, главарем целой банды убийц, отъявленных негодяев и головорезов, как и сам он!

Связанного по рукам и ногам шнурами от портьер, Эрл дотащил Финелли до потайной двери на своем горбу. Этот маленький толстячок с коротенькими ручками и ножками и маленькой, как у змейки, головкой не заставил Эрла попотеть. Он легко с ним справился. Правда, Эрлу пришлось несколько раз стукнуть его по голове рукояткой пистолета, прежде чем тот перестал кусаться и царапаться, как кошка, ибо сам по себе, без телохранителей, без оружия, Финелли был беспомощен.

С одной стороны, Эрл был удовлетворен легкой победой, удачно и быстро проведенной операцией, с другой стороны, где-то в глубине души ему было неуютно и совестно.

– Боже, милостивым будь к нам, грешным, – пробормотал он, сбрасывая ношу на пол.

Чем ближе дело продвигалось к развязке, тем более он волновался, трепетал от нетерпения и спешки, руки его дрожали, рубашка на спине пропиталась потом, спирало дыхание… и страшно хотелось курить. Нет, нельзя! Надо заканчивать. Пора выбираться отсюда. Взглянув на часы, он убедился, что времени для благополучного исчезновения отсюда у него почти не оставалось. Шел пятый час.

Внезапно в голову ему пришла мысль. Он усмехнулся и потер руки. В кладовой он видел какие-то ящики, точно такие Фазан и его друзья грузили в фургон. Он не знал, что в них. Однако он все же решился и, вернувшись в захламленный склад, выбрал наиболее вместительный ящик и не без труда втащил его в шкаф. Только теперь он решился закрыть за собой потайной ход. Он обыскал карманы Финелли, вынул довольно пухлый бумажник, связку каких-то бумаг, сложенный вдвое конверт и фото Леди Джен, на которую он не мог смотреть без содрогания.

Потом он приподнял Финелли и опустил в ящик, заткнув рот ему носовым платком, потом опустил крышку.

Выйдя из шкафа, он закрыл его на ключ, постарался ликвидировать следы своего пребывания здесь и двинулся к кухне.


Глава 10 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 12