home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Был уже час дня, когда Карсон закончил просматривать последний альбом с фотографиями. Перед этим ему пришлось долго ждать, сперва в госпитале, затем в архиве. Потом вместо того чтобы показать ему лишь несколько фотографий, как этого хотел Филипс, Уэнси продемонстрировал ему всех подозреваемых, которые проходили по разным делам в Лос-Анджелесе и его окрестностях. Потом ему показали еще несколько снимков из отдела, занимавшегося малолетними преступниками.

Два или три раза Карсону показалось, что он опознал молодых преступников, и он останавливался на фотографиях, похожих на тех типов, которые увезли Шеннон. Но, к сожалению, оказалось, что один из них убит во время драки между двумя бандами на юге Лос-Анджелеса, что же касается двух других, то, достигнув совершеннолетия, они отбывали наказание в тюрьме Сен-Квентина.

В довершение всех бед Карсона погода изменилась. Стало очень жарко и сухо. Карсону казалось, что его одежда села, высыхая. Раненую руку дергало. Прошло больше суток его вынужденного бодрствования.

Карсон старался сосредоточиться на фотографиях, но это ему плохо удавалось. В его глазах все молодые преступники походили один на другого. Карсон никогда не думал, что слишком длинные волосы, причесанные на манер утиного хвоста, блузы из черной кожи и белые облегающие трико могут служить чем-то вроде формы. Он закрыл последний альбом и отодвинул его от себя, протирая глаза.

— Будет лучше, если я прекращу это, — заявил он. — Они у меня все перепутались.

— В таком случае, конечно, лучше прекратить, — согласился Уэнси. — Но вы уверены, что узнаете их, если столкнетесь с ними лицом к лицу?

— Я никогда не забуду их гнусных физиономий.

Уэнси проводил Карсона к лифту, потом к гаражу полицейских машин.

— Вы голодны? — спросил Карсона помощник шерифа.

— Нет, — качнул головой Карсон.

Немного спустя они отправились позавтракать. Но Карсон сумел проглотить только чашку кофе. Он сомневался, чтобы завтрак принес ему больше пользы, чем отдых. Больше всего он ощущал настоятельную потребность в стакане виски. Но он воздержался от подобной просьбы.

— Никаких новостей от Шеннон?

— Никаких, — насупился Уэнси.

Пока они ехали в Редондо, Карсон пытался рассуждать, но все его мысли вертелись только в одном направлении, и он не мог себе представить, чем же он сможет помочь полиции в поисках жены. Чуть позже девяти он позвонил по телефону вице-президенту компании в Эль Секундо и как можно короче изложил ему происшедшие события. Томсон был весьма любезен. Когда он пришел в себя после рассказа Карсона, то объявил ему, что тот может располагать всем своим временем и не беспокоиться о работе. Один из его коллег займется его делом. Кроме того, компания предлагает ему свои услуги, если ему что-либо понадобиться. Это был единственный светлый луч в этом кошмаре. Теперь Карсон пожалел, что послушался Шеннон, которая и слышать не хотела о приеме гостей. Она мечтала, чтобы их свадьба произошла тихо и без свидетелей. Но после всего того хорошего, что для Карсона сделала компания, было необходимо, конечно, организовать небольшой прием с шампанским, пригласить мистера Томсона, мистера Горса, не считая Тони, Джо и других коллег. Но нет! Им понадобилось немедленно пуститься в путь, таща за собой этот мерзкий трейлер, чтобы провести с неудобствами пятнадцать дней в заполненном людьми кемпинге. И вот к чему это привело… Что касается Шеннон…

— Я забыл вас спросить, что вам сегодня утром сказали врачи? — поинтересовался Уэнси.

— Мне сообщили, что я скоро поправлюсь, — хмуро ответил Карсон. — Всего несколько ссадин и контузия. И теперь я совершенно уверен, что дубинки этих двух ублюдков были сделаны ими самими. Они их наполнили песком. Если бы там находилась дробь, то я был бы трупом.

— Возможно, — проворчал Уэнси. — Лица, которые вы видели на фотографиях, вам действительно незнакомы?

— Я вам это уже сказал.

— Да, конечно, как и про тех парней, которых, как вам показалось, вы опознали.

Карсон не мог больше выносить присутствия Уэнси. Без всякой на то причины помощник шерифа, казалось, все время старался поиздеваться над ним. Так продолжалось все утро. Карсону казалось, что он понимает, почему Уэнси смешивает его с дерьмом.

— Послушайте, — с яростью заговорил он, — я уже достаточно пережил и без ваших издевок. Я ошибся, сознаюсь. Я должен был драться этой ночью с самой первой минуты. Теперь-то мне все ясно, но тогда я думал лишь о Шеннон.

— Естественно, — согласился Уэнси. — Если бы мы так хорошо рассуждали до происшествия, как после него, мы все бы стали миллиардерами.

Но Карсон крепко ухватился за свою мысль. Он настаивал:

— Если вы считаете, что я трус, то немедленно остановите машину на обочине. Я готов драться с вами на кулаках, ножах или револьверах, на всем, на чем вам будет угодно.

— Нет, я знаю, что вы не трус. Вы нам об этом сказали. У вас есть медаль за храбрость и следы раны, чтобы подтвердить ваши слова. Но сражаясь с вами на кулаках, мы не продвинем дело вперед. Это я приехал к вам, когда вы призвали полицию на помощь. Помните?

— В таком случае, оставьте меня в покое, — проворчал Карсон.

Он с облегчением вздохнул, когда полицейская машина остановилась перед его домом. Здесь, по крайней мере, он находился в знакомой обстановке. Дом, который он занимал, был в один этаж, подобно многим другим, принадлежавшим одному хозяину. Дома здесь хорошо содержались, и лужайки перед ними были зелеными и отлично ухоженными. Они располагались на вершине холма, в двух кварталах от пляжа. В хорошую погоду удавалось видеть берег, который тянулся на сорок миль от Дюмы до высот Палас Верда. Даже из подъездной аллеи вид был восхитительным.

— Вы живете в хороших условиях, — констатировал Уэнси. — Миссис Карсон наверняка нравится эта панорама.

— Да, нравилась, — согласился Карсон, который не мог себе представить, что Шеннон мертва.

Он был вынужден пригласить полицейского выпить стаканчик вина, хотя и был по горло сыт его присутствием.

— Когда полиция найдет жену, меня информируют? — обратился Карсон к Уэнси.

— Вас обязательно известят, — ответил Уэнси с непроницаемым видом.

Аллея поднималась к площадке. Карсону было трудно подняться на несколько ступенек, и ему пришлось собрать все силы, чтобы подняться по лестнице в первый этаж, где находились его комнаты. Окна не раскрывались в течение нескольких недель. Внутри было жарко, пахло затхлостью. Его первым желанием было открыть ящик комода и посмотреть, там ли находится револьвер. Так он и поступил, но оружия на месте не оказалось. Револьвер, который обнаружил Уэнси в ящике для перчаток в машине, действительно принадлежал ему.

Карсон открыл несколько окон, а также дверь на балкон, с которого виднелось море. Он постоял там несколько минут, вспоминая слова Шеннон, когда она впервые любовалась этим видом: «Это прекрасно, Джеймс! — сказала тогда она. — Кажется, что ты на небе и смотришь оттуда на землю. Здесь я буду счастлива!»

А теперь Шеннон исчезла и, может, уже мертва. Карсон много бы дал за возможность заплакать. Его горе было настолько глубоким, что сдавливало ему грудь. И всюду, куда бы он ни смотрел, он видел Шеннон. Кресло, где она сидела, когда смотрела телевизор. Диван, на котором он в первый раз познал ее. Спальня… Кухня, где она выказывала свои кулинарные способности. Карсон взял большой стакан, наполнил его наполовину виски и залпом выпил. Алкоголь мало помог ему. Потом он освободился от пиджака и рубашки, испачканных кровью и засохшей грязью, и бросил все это на пол. Потом, чтобы сделать что-нибудь, он опять позвонил в нефтяную компанию и вызвал начальника гаража, которого попросил прислать ему одну из машин и поставить ее перед дверью его дома.

Затем Карсон повесил трубку и направился в ванную, где побрился и наполнил ванну водой. Рассматривая свои увечья, он удивился, что на нем осталось так мало следов происшествия. Он никогда не был тем человеком, которого называют «красивым парнем». Черты его лица были резкими и мужественными. Ему было тридцать шесть лет, и на лице его начали появляться морщины, а волосы стали редеть. Но несмотря на пять лет, проведенных им за канцелярским столом, он сумел сохранить физическую форму. Его восемьдесят килограммов были чистыми мускулами. В тот день, когда он вновь окажется лицом к лицу с негодяями, ему не потребуется ничья помощь, чтобы разделаться с ними.

Побрившись, Карсон принял ванну и переоделся во все чистое. На комоде стояла увеличенная фотография Шеннон на пляже, и он смотрел на нее, пока застегивал пуговицы рубашки. В купальном костюме молодая женщина казалась семнадцатилетней девушкой: ей никто бы не дал двадцати лет. Только высокая грудь и пышная прическа из каштановых волос, немного вышедшая из моды, делали ее взрослой.

Эта фотография напомнила ему разговор с Гидашем. Был один шанс на тысячу, что, если негодяи направились на юг и если Шеннон удалось высвободиться от них, она может попытаться увидеться с сестрой. Но тут Карсон вспомнил, что не знает ни адреса, ни номера ее телефона. Он знал о ней только то, что она живет в отеле поблизости от бара, в котором выступает в качестве певицы. Но Шеннон никогда не называла этого бара.

Потом он вспомнил о бумагах, которые доверила ему Шеннон одновременно с брачным свидетельством и чековой книжкой.

«Мы теперь муж и жена, — заявила она. — Так как у меня нет другого дома, возьми мои бумаги и положи их в свой сейф в банке».

Это произошло в утро их свадьбы. Он спросил ее, есть ли в конверте деньги, и поскольку она ответила, что нет, то он, чтобы не задержать их отъезда, сунул конверт в маленький сейф, в котором держал не очень ценные бумаги. Карсон достал конверт. У Шеннон было восемьсот шестьдесят долларов на счету в южном агентстве Сити Националь банка и чековая книжка, но на счетах везде стояло лишь ее имя. Неожиданно он обнаружил бумажку, прикрепленную к чековой книжке, — завещательное распоряжение, в котором говорилось, что некая Чирли Гри получит сумму в тысячу сто долларов, если Шеннон умрет.

Чирли Гри проживала в Крещенс Арм отеле на Лонг-Бич. И никакого номера телефона. Карсон нашел его вместе с адресом отеля в справочной книге. Предстоящая миссия не сулила ничего приятного, но он был обязан увидеться с Чирли. Карсон воспользовался тем, что держал в руке истрепанный справочник. Он нашел номер телефона комиссариата и немедленно позвонил туда. Он назвал свое имя дежурному и объяснил причину звонка. О Шеннон до сих пор не было никаких известий, но он попросил: в случае, если ее найдут в то время, как он будет у Чирли, пусть ему позвонят по телефону «ЖЕНЕВА 9-33-27».

— Ясно, — ответил полицейский. — Если у нас появятся новости, мы позвоним вам туда.

Карсон повесил трубку и взглянул в окно. Начальник гаража компании сдержал слово. У тротуара стояла машина, последняя модель «форда», белая, на дверце которой золотыми буквами было написано: «Нефтяная компания Эль Секундо».

Карсон сунул в карман бумажник, который вытащил из брюк, валявшихся на полу, и вдруг вспомнил, что у него нет ни цента. Прежде чем отправиться в Лонг-Бич, ему придется заехать в банк и взять там несколько сотен долларов. Они могли ему понадобиться.

Крещенс Арм отель находился в окружении зданий. Отель не был ни шикарным, ни дорогим. Это был тот род жилья, где могла проживать певица из бара невысокого пошиба. Холл был украшен искусственными растениями и обыкновенными креслами из дешевой кожи. Служащий в приемной читал отчет о результате бегов в Голливуд-парке в последнем номере спортивного «Миррор Ньюс».

— Комната четыреста пятнадцать, — пробурчал он, отвечая Карсону и не отрывая глаз от журнала. — Четвертый этаж… во дворе… в глубине коридора…

Карсон собирался попросить служащего позвонить миссис Гри, чтобы предупредить ее о визите, но тут его взгляд упал на первую страницу журнала. У него перехватило дыхание…

Крупным шрифтом было напечатано:

«ДВА МОЛОДЫХ ХУЛИГАНА ИЗНАСИЛОВАЛИ НОВОБРАЧНУЮ, А ПОТОМ УВЕЗЛИ ЕЕ С СОБОЙ».

«ПРЕСТУПНИКИ НАХОДИЛИСЬ ПОД ВОЗДЕЙСТВИЕМ НАРКОТИКОВ»

И тут же, почти таким же крупным шрифтом было напечатано:

«МУЖ, КОТОРОМУ УГРОЖАЛИ НОЖОМ, ВЫНУЖДЕН БЫЛ ПРИСУТСТВОВАТЬ ПРИ ЭТОМ И ВИДЕЛ, КАК ИЗНАСИЛОВАЛИ ТУ, КОТОРАЯ БЫЛА ЕГО ЖЕНОЙ ВСЕГО ЛИШЬ ДВЕ НЕДЕЛИ».

Фотография Карсона, которого репортер умудрился снять через стекло дверцы автомобиля инспектора Филипса, завершала это сообщение. Карсон обнаружил, что вцепился обеими руками в стойку. Служащий положил свою газету и внимательно посмотрел на Карсона.

— Что-то не так, мистер? — с беспокойством осведомился он.

— Нет, нет, все в порядке, — поспешил уверить его Карсон.

— Когда я прочел это, — служащий ткнул пальцами в газету, — это произвело на меня такое же впечатление, как и на вас. Это ужасно, да?

— Ужасно… — подтвердил Карсон.

— Трудно себе представить, что за тип этот муж, который выдержал это зрелище не шевелясь. С другой стороны, — философствовал служащий, — он был хитер, и его нельзя упрекать. Что такое женщина? Ее можно возместить, в женщинах нет недостатка. Но когда вы мертвы, то это надолго.

На столике лежало несколько газет. Карсон бросил монетку и взял одну из них. Затем он направился к лифту и поднялся на четвертый этаж. Может, газета смягчит удар, который он собирался нанести Чирли, а может, наоборот. Все зависело от личности Чирли.

Он тихонько постучал в дверь комнаты, но не получил ответа. Постучал сильнее. Женский голос, похожий на голос Шеннон, но более резкий, ответил:

— Убирайтесь! Оставьте меня в покое! Я не просила будить меня в четыре утра.

Карсон постучал в дверь в третий раз.

— Извините меня, мисс Гри. Но мне обязательно надо вас увидеть. Это крайне необходимо.

Послышался скрип мебели в дальнем конце комнаты, затем Карсон услышал шлепанье босых ног по полу и блондинка, одетая в короткую распашонку, открыла дверь. Она внимательно уставилась на Карсона, молча жуя резинку.

— Откуда вы выскочили? — наконец спросила она. — Я вам что-то должна? Что вы хотите получить? Если мою машину, то вы ошибаетесь: я отправила по почте требуемые документы вчера вечером.

Карсон намеревался объяснить ей, кто он, но воздержался. От девицы несло виски. Она легла спать, не сняв грима, и это придавало ей неприятный и неряшливый вид. Но, несмотря на светлые волосы и на размазанную помаду своих слишком красных губ, она удивительно походила на Шеннон.

— Ну вот, вы все-таки добились своего — вы меня разбудили, — угрюмо продолжала она. — Не стойте истуканом! Говорите… Чего вам от меня надо?

— Я — Карсон, Джеймс Карсон. Я хотел бы зайти к вам на минутку, если позволите.

Имя Карсона не вызвало у девицы никаких эмоций. Она резко возразила:

— Вы не первый. Открою вам один секрет, парень. Ни мой номер в кабаре, ни моя распашонка не должны вызывать в вас надежд на что-то большее. Когда мне нравится какой-нибудь тип, я говорю прямо. Но не за деньги. Дошло? Итак, если вы ищете большого и светлого чувства, то вы ошиблись адресом. Я не позволю использовать себя для своих удовольствий первому встречному. Идите и стучите в комнату триста шесть. Там живет одна рыженькая, которая будет в восторге оказать вам эту услугу.

— Вы меня не поняли. Я — Джеймс Карсон, — повторил он.

На этот раз его имя что-то пробудило в мозгу девицы и она удивленно воскликнула:

— Глупец, который женился на моей сестренке Шеннон?

— Да.

Блондинка сделала шаг в сторону и раскрыла перед ним дверь.

— В таком случае, почему вы там стоите? Заходите! Мужья Шеннон — мои друзья.

Окна закрывали старомодные зеленые шторы. В комнате стоял запах сна и дешевых духов. Верх комода заполняли фотографии артистов и куклы, которых выигрывают в тире. На единственном стуле лежало нижнее белье весьма сомнительной свежести.

Карсон повернулся и взглянул на девицу. Она заперла дверь и прислонилась к косяку, не отдавая себе отчета в том, что ее короткая и прозрачная ночная рубашка поднялась слишком высоко — так, что Карсон понял, что имеет дело с настоящей блондинкой.

Чирли цинично спросила:

— Итак, что же произошло со святой недотрогой? Вы же пришли сюда не для того, чтобы сообщить мне, что она собирается родить и пригласить меня на крестины?

— Нет.

Еще никогда в жизни Карсон не испытывал подобного стыда. Несмотря на беспокойство, которое внушала ему судьба Шеннон, он с трудом, чисто по-мужски, болезненно реагировал на присутствие Чирли, может быть, из-за сходства между сестрами. С другим цветом волос и более резким голосом, Чирли походила на Шеннон, но была более взрослой и знающей жизнь. У Карсона осталось лишь одно желание: чтобы она побыстрее надела на себя хоть какой-то пеньюар или что-нибудь в этом духе.

Как будто прочитав его мысли, блондинка подобрала какое-то платье, валявшееся в ногах кровати.

— Простите меня, Джеймс, что я так плохо приняла вас, — произнесла она, натягивая платье. — Но я провела ужасную ночь, и мне кажется, что у меня до сих пор сухая глотка. — Слегка шатающейся походкой она приблизилась к комоду, взяла бутылку и налила себе приличную порцию спиртного. — Но ведь не каждый же день моя сестра выходит замуж за типа, у которого такое хорошее место в нефтяной компании. — Свой диалог она продолжила после того, как проглотила виски, скорчив гримасу. — В сущности, с тех пор как вы поженились, я праздновала это каждый вечер. Вы не желаете последовать моему примеру?

— Нет, благодарю.

Чирли легко приняла его отказ разделить компанию.

— Не извиняйтесь… Существует множество мужчин, которые чувствовали бы себя значительно лучше, если бы поступали подобно вам. — Она снова наполнила стакан и уселась на кровать. — А чем я вам обязана? Этот ваш визит… И почему вместе с вами не пришла Шеннон?

Карсон мучительно размышлял, как ему следует ввести ее в курс дела, но ничего не придумал.

— Ну, не стойте истуканом, — проговорила она и переложила нижнее белье со стула на кровать. — Садитесь.

Чирли взбила подушку и удобно устроилась в кровати, уставившись на Карсона поверх стакана, который держала на полусогнутом колене.

— Итак, вы Джеймс Карсон. Должна признаться, что моя сестра выбрала себе хорошего парня. Святоша, недотрога; такая, как она, могла выбрать и слюнтяя. Но вы кажетесь мне мужчиной, настоящим мужчиной. Ничего удивительного в том, что малышка была так довольна.

Она обследовала кучу беспорядочно лежащих на ночном столике бумаг и, продолжив свои поиски, нашла среди пачек писем то, что искала. Это оказалась почтовая открытка, на которой был изображен кемпинг с пляжем, где они провели свой медовый месяц.

— Послушайте-ка! — повелительным тоном произнесла она, надевая очки:

«Моя дорогая Чирли!

На этой открытке изображен пляж, на котором мы проводим наш медовый месяц. Нашего трейлера нет среди тех, которые видны на этой карточке, но он совершенно похож на тот, который находится справа…

Я тебя очень прошу, Чирли, не будем больше ссориться. Мой Джеймс настолько хорош со мной, настолько великодушен, что я даже не знаю, о чем бы я могла еще мечтать.

Твоя очень счастливая Шеннон».

И так как Карсон не отреагировал, Чирли посмотрела на него поверх очков.

— Но что же с вами случилось? Вы не хотите быть друзьями?

Карсон развернул газету.

— Вы не читали вечерней газеты? — осведомился он.

Ответ был заранее известен, но Чирли нужен был повод, и она выпила еще глоток.

— Даже утренних… — заявила она. Потом она сняла очки и, наморщив брови, выпрямилась. — Скажите же наконец! — воскликнула она. — Для молодожена вы ведете себя довольно странно. С Шеннон ничего не случилось? Я знаю, она немного презирала меня, и вполне возможно… — Чирли спустила ноги на пол, и голос ее зазвучал еще резче: — Но послушайте, что я вам скажу, Карсон! Если вы причинили Шеннон зло, я вырву все ваши волосы!

Карсон ограничился тем, что протянул ей газету. Чирли потратила немного времени на то, чтобы прочитать необходимое.

— О, нет! Только не Шеннон! Только не моя младшая сестренка!


Глава 2 | Избранные детективные романы. Компиляция. Книги 1-24, Романы 1-27 | Глава 4