home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Микеланджело Буонаротти. Он мог все

Масштаб личности Микеланджело Буонаротти с веками становится все крупнее. Четыре Музы склонились у его колыбели, когда он родился – музы архитектуры, скульптуры, живописи и поэзии. И все четыре таланта он реализовал в своей жизни. Потому его и называют порой супергением. Он сопоставим лишь с Леонардо. И они друг друга по этой причине недолюбливали.

Микеланджело – титан Ренессанса. Создать бессмертные скульптуры Давида и Пиеты в соборе Святого Петра в Риме, фрески «Страшного суда» – это что-то невероятное. Но он и прожил почти 90 лет – с 1475 по 1564 год. Это почти все итальянское Возрождение, и Микеланджело менялся вместе с эпохой. Если в начале своего творчества он очень хорошо вписан в культуру своего времени и еще не слишком оригинален, то поздний, зрелый, он совершенно самобытен.

При жизни Микеланджело были написаны две его биографии; их авторы – Асканио Кондиви и Джорджо Вазари. Известнейший труд Вазари называется «Жизнеописание наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих». Автор слегка подражает греческим и римским биографам. Но рассказывает он не о правителях государств, а о тех, кто правил умами в эпоху Возрождения.

Кроме того, мы знаем Микеланджело по очень важному источнику – его письмам. Когда читаешь подлинное письмо, личность раскрывается очень глубоко. Микеланджело писал друзьям, знакомым, любимому племяннику, римским папам, своему гениальному современнику Бенвенуто Челлини, тому же Джорджо Вазари.

Еще один источник – стихи. У Микеланджело немалое поэтическое наследие. В стихах личность раскрывается не буквально, не прямолинейно, зато там можно ощутить такие движения души, что-то такое потаенное, что не раскроется ни в одном другом тексте.

Микеланджело родился 6 марта 1475 года в горах Тосканы – это средняя Италия, в городке Капрезе. Его отец, Лодовико – отпрыск благородной фамилии Буонаротти, был подеста – городским правителем и судьей, избираемым городским населением. В итальянских городах вокруг этой должности всегда шла борьба. В XII веке Фридрих I, король, а потом император Священной Римской империи, пытался ввести принцип назначения подеста. Но это стоило ему битвы при Леньяно и поражения, точнее – полного разгрома. Так что отец Микеланджело был подеста избранный. А значит, он был уважаемым человеком.

Уже в зрелые годы Микеланджело на некоторое время занялся поиском своих более знатных предков. Искал среди графов Каносса – это центральная Италия. Зачем ему это было нужно, трудно сказать. Но понятно, что тогда он не до конца еще осознал, что его имя будет звучать более гордо, чем имена любых графов и даже королей.

А назван он был в честь архангела Михаила. Выбирая это имя, родители удивительно точно предугадали характер сына. Архангел Михаил славен суровостью, он поборник справедливости, с мечом в руке. Строгим борцом за правду стал с годами и Микеланджело.

Мать, Франческа Нери ди Миниато дел Сера, умерла, когда сыну было шесть лет. Мальчик воспитывался у кормилицы, в семье каменотесов в деревне Сеттиньяно. Там же у его родителей было небольшое поместье. Ребенок рос под звуки, с которыми рубят, пилят камни. Позже он писал в стихах, что с молоком кормилицы впитал любовь к своему будущему главному ремеслу, ибо скульптор – это каменотес, тот, кто высекает из камня.

Отец Микеланджело всю жизнь был озабочен тем, чтобы семье хватало денег. Отслужив свой срок на должности подеста, он вернулся во Флоренцию. Известно высказывание Александра Дюма: у отцов бывает особенный талант толкать своих сыновей к ненавистному им занятию. Например, Бенвенуто Челлини говорил о «проклятой флейте», которую ненавидел все свое детство. Челлини – гениальный ваятель и ювелир. А его заставляли играть на флейте.

У отца Микеланджело тоже была своя родительская мечта. Когда его сын, воспитывавшийся до десяти лет вне дома, вернулся в семью, Лодовико решил заняться его будущим.


Все герои мировой истории

Даниэле да Вольтерра.

Портрет Микеладжело Буонарроти. 1500е.


Мотивация вполне понятна. Сам отец был малограмотным, едва умел читать и писать. Всегда хочется дать сыну то, чего у тебя не случилось. Кроме того, это был разгар эпохи Возрождения, когда в моде все античное, и прежде всего античная грамотность. Так что отец отдает сына в грамматическую школу, замечательную, высокого уровня, где тот должен освоить латынь, греческий, стихосложение, как все лучшие люди его времени. А у Микеланджело ко всему этому неприязнь, как у Челлини к флейте. Он рисует в тетрадках, рисует на стене дома, за что отец его поколачивает. У отца была тяжелая рука.

Лодовико был убежден, что действует во благо сына, нашел для него перспективное занятие. Как часто и сегодня люди не понимают, что вопреки собственным склонностям нет смысла осваивать никакое ремесло – все равно это не даст тебе будущего.

Модное занятие XV века – копировать так называемые антики, произведения античных авторов. Этим занимались, в частности, ученики художника Доменико Гирландайо, чья мастерская находилась по соседству. И Микеланджело тоже стал участвовать в этом копировании. Гирландайо заметил способности тринадцатилетнего мальчика и пошел к его отцу. Лодовико совершенно не понимал изменений, которые несло будущее, – он жил старыми представлениями о ремесле художника и скульптора как маляра и каменотеса. И он не хотел, чтобы их род был связан с этими профессиями. Его сын должен был стать поэтом, философом, мыслителем – вписаться в этот прекрасный ряд. Тогда еще не было столь очевидно, что Микеланджело ни в какой ряд не вписывается.

Гирландайо сказал отцу одаренного мальчика: отдайте его мне, я хочу сделать из вашего сына прекрасного художника. Вот текст договора, который отец скрепя сердце подписал: «1488 года, апреля первого дня. Я, Лодовико, сын Леонардо ди Буонаротти, помещаю своего сына Микеланджело к Доминико и Давиду Гирландайо на 3 года от сего дня на следующих условиях. Названный Микеланджело остается у своих учителей эти 3 года, как ученик, для упражнения в живописи, и должен, кроме того, исполнять все, что ему хозяева прикажут».

Микеланджело с радостью покинул школу грамматики и начал работать и учиться в художественной мастерской. И хотя он должен был выполнять любые приказания, нет сведений о том, чтобы его угнетали и мучили. Скорее он обрел себя.

Но следующий момент его жизни оказался еще более прекрасным и счастливым. Должно же и гениям когда-нибудь очень повезти! Юный Микеланджело был замечен Лоренцо Великолепным – просвещенным правителем Флоренции, обладателем множества достоинств. Он часто ходил по городу без охраны и однажды застал подростка Микеланджело за работой. Он занимался копированием античной скульптуры Фавна в садах Медичи, где реставрировали памятники и отделывали очередную виллу. Микеланджело копировал – творчески. Голова Фавна получилась у него старой, но смеющейся. Это и увидел случайно проходивший мимо Лоренцо и спросил: «Ты что, изобразил очень веселого Фавна?» – «Да, – сказал мальчик. – А что, этого не видно?» – «Это видно. Но где ты видел, чтобы у старых людей все зубы были на месте?» – заметил Лоренцо и, смеясь, удалился. Микеланджело, пылкий по натуре, схватил резец и выбил Фавну два зуба. Эта скульптура и сейчас находится во Флоренции с выбитыми зубами.

Когда же наутро юноша пришел к своему произведению, его не было на месте.

Слуги Лоренцо пригласили Микеланджело во дворец, где скульптура уже стояла на высокой консоли. Медичи были великими меценатами – они вложили много золота в покупку произведений искусства. Эта скульптура находится сегодня во Флоренции в знаменитой галерее Уффици.

В доме Лоренцо Великолепного была школа для одаренных детей, хотя тогда их так не называли. Просто они жили там, вместе творили, вместе обедали. Им создавали все условия для работы. Интересно, что за стол садились не по чинам, а в зависимости от того, кто раньше придет. Поэтому Микеланджело мог не раз обедать вместе с самим Лоренцо.

Медичи пригласил отца Микеланджело, объяснил, что надо разорвать контракт с Гирландайо, что было сделано без труда, и даже предложил Лодовико какую-нибудь должность. Тот, подумав, попросил достаточно скромную должность на таможне. Лоренцо расхохотался и сказал: «Ты никогда не будешь богатым».

Благодушное отношение Лоренцо, его искреннее расположение наложили отпечаток на этот, счастливейший период жизни Микеланджело. Никогда не было ему так спокойно и радостно. Круг его общения – это первые гуманисты эпохи. Среди них философ Марсилио Фичино – глава Платоновской академии, где ежегодно праздновали день рождения Платона и слагали стихи. Под его влиянием Микеланджело вскоре узнал «Божественную комедию» Данте. Знаком он и с поэтом и филологом Анжело Полициано, а также с графом Пико делла Мирандола, комментатором Данте.

Скульптуре и ваянию Микеланджело учится у Бертольда ди Джованни, ученика Донателло и большого поклонника античного искусства. И хотя он наверняка сам пришел к преклонению перед антиками, влияние учителя было очень важно.

Мастерство Микеланджело было поразительно. «Он может все», – сказал о нем позже Бенвенуто Челлини. В юности художнику не раз хотелось проверить свои способности: точность рук, верность глаза. И однажды в 1490-х годах, когда его попросили сделать очередную копию, он не только сделал ее изумительно, но и «состарил» листочек, а потом вернул копию вместо оригинала, причем владелец ничего не заподозрил: рисунки были идентичны.

Микеланджело исполнилось 17 лет, когда в 1492 году скончался его благодетель. Лоренцо Медичи уходил из этого мира в здравом уме, собрав вокруг себя семью и пытаясь дать родным последние наставления. А в одной из соседних комнат горько рыдал юный Микеланджело.

После смерти Лоренцо он вернулся в дом отца. Лодовико тревожился: сможет ли сын обеспечивать свою жизнь? Но Микеланджело уже верил, что сможет.

В этот период он выполняет гигантскую статую Геркулеса, больше человеческого роста. Эта статуя подтвердила его мастерство, и он получил некие деньги. Еще в XVII веке она была цела и стояла в садах Фонтенбло. Но потом исчезла. И это не единственная загадка, связанная с наследием Микеланджело.

К власти во Флоренции тем временем пришел сын и недостойный преемник великого Лоренцо – Пьеро Медичи. Два года он не вспоминал о Микеланджело. И вдруг вспомнил. Во Флоренции выпало много снега, и у Пьеро появилась фантазия сделать снежную скульптуру. Микеланджело, с горечью сознавая, что скульптура обречена, тем не менее изготовил ее. Это стало поводом вернуть его ко двору.


Все герои мировой истории

Микеланджело Буонаротти.

Аллегорическая фигура. 1530 г.


Однако двор был совсем не тот, что прежде. Пьеро хвастался, что у него есть конюх, которого не обгонишь на коне, и Микеланджело, который может вылепить, изваять все что угодно. Он уже понял, что это выдающийся человек, но равнял его с конюхом, а не с античными скульпторами.

В 1490-х годах во Флоренции появился Савонарола – страстный проповедник благороднейших идей христианства, равенства, борец с коррупцией и всякой несправедливостью, но вместе с тем человек фанатичный, аскетичный – и потому враг искусства. У Микеланджело сложилось к нему противоречивое отношение. Он тоже был всей душой за справедливость и не одобрял жадности толстосумов. Но он не мог быть против всех богатых людей, потому что видел среди них истинных меценатов. И он, конечно, не мог согласиться с тем, что любое произведение искусства объявляли развратом.

В те же годы гениальный художник Сандро Боттичелли поддался проповедям Савонаролы и собственными руками бросил несколько своих картин в так называемые «костры покаяния». Савонарола заставлял людей бросать в огонь произведения искусства и драгоценности. Он страшно воздействовал на молодежь.

Видя происходящее, Микеланджело бежал в Болонью. Это древний, прекрасный, самобытный город. Но именно там его приняли плохо. Знатная семья Альдовранди отнеслась к нему хорошо, поселила в своем доме. Но болонские мастера встретили Микеланджело в штыки. Это понятно: они сразу поняли, что он получит множество заказов и лишит их работы. В одном из писем Микеланджело говорит, что в Болонье ему грозили смертью. Началось то, что будет сопровождать его всю оставшуюся жизнь. С одной стороны, интересы искусства, с другой – что-то мирское, политическое, враждебное. Жить беспечно, как в садах Медичи, ему больше уже не придется. К тому же такое возможно только в юные годы.

Микеланджело был глубоко предан своей семье. Он содержал отца и братьев, видя в этом свой долг. Но в характере его уже проступило нечто такое, что создавало сложности для общения. Он несколько замкнутый, нелюдимый, у него нет собственной семьи, он не бывает на пирушках, праздниках, карнавалах. Ему это чуждо.

Известен его разговор с Рафаэлем. Увидев на улице Рафаэля с учениками, Микеланджело сказал: «Что это ты, Рафаэль, всегда окружен людьми, как вельможа?» А Рафаэль ответил: «А вы одиноки, как палач».


Все герои мировой истории

Микеланджело Буонарроти.

Гробница Медичи, ок. 1520 Базилика Сан-Лоренцо, Флоренция


Микеланджело не был добр к окружающим, привык над всеми насмехаться. И это стоило ему сломанного носа. На поздних портретах кривой нос очень хорошо виден. Это результат удара, который нанес Микеланджело молодой художник Пьетро Торриджано, обидевшись на едкое замечание по поводу своего рисунка.

В 1496 году Микеланджело покинул Болонью и вернулся во Флоренцию. Там ему пришлось нелегко. Он писал: «Я взялся сделать статую для Пьеро Медичи и купил мрамор. Но даже не начал еще работу над ним, потому что он не выполнил то, что обещал мне. Я предоставлен сам себе и делаю статую для своего удовольствия».

Во Флоренции Микеланджело создал оригинальную скульптуру – «Спящий Амур». Это его собственный сюжет, его идея, возникшая под влиянием античного искусства.

К этому времени народ изгнал Медичи из Флоренции. Но некоторые возвращались, сменив имя. Один из родственников покойного Лоренцо Великолепного, тоже Лоренцо, назвался Пополане— «Народный». Именно он посоветовал Микеланджело «состарить» скульптуру, чтобы поднять ее стоимость. Пусть она выглядит так, будто бы пролежала несколько веков в земле. А ведь в XV веке из земли извлекли многие великие античные скульптуры. Микеланджело последовал совету, и «состаренная» скульптура была продана в Рим кардиналу Риарио.

Кардинал восхитился и заплатил большие деньги, из которых Микеланджело получил очень мало: все досталось посреднику. Но слухи о том, что это творение современного скульптора, поползли. И любознательный и неглупый кардинал Риарио послал своего человека во Флоренцию выяснить правду. Тот нашел Микеланджело, который сам назвал в числе своих произведений «Спящего Амура». Он не делал из этого тайны – он доказывал, что может все. И тут же получил приглашение в Рим. Потому что такие золотые руки нужнее всего там.

В Риме Микеланджело увидел столько античных работ, сколько и представить себе не мог во Флоренции. Но он не получал заказов.

Зато когда заказ наконец появился, он оказался просто потрясающим. По инициативе и при поручительстве банкира Якоба Галло поступил заказ от настоятеля аббатства Сен-Дени, приближенного французского короля Карла VIII. Аббат решил оставить Риму выдающееся произведение искусства. И нашелся банкир по имени Якоб Галло, любитель античности, понимавший, что у его имени мало шансов остаться в истории. Его обессмертили такие строки: «Я ручаюсь, что названный Микеланджело закончит названную вещь «Скорбящая Мадонна» в течение года. И это будет лучшим мраморным изваянием, которое Рим сможет показать в настоящее время. И ни один художник в наши дни не сможет сделать чего-то более совершенного». Удивительный банкир! Удивительный поступок!

Якоб Галло не ошибся. Знаменитая «Пиета», изготовленная за 450 папских дукатов, – мраморная группа в человеческий рост, изображающая Деву Марию с мертвым Христом на руках, – и сегодня производит ошеломительное впечатление. Скульптура стоит в соборе Святого Петра. У Девы Марии крупное тело и совсем юное, хрупкое, страдающее лицо. Искусствовед В.Н. Лазарев отметил, что в этой скульптуре отражено не горе Марии, а горе всего человечества. А в это время автору всего 23 года…

Кто-то спросил у Микеланджело: почему же такая юная Мадонна? Он сказал, что целомудренные женщины не стареют. Но важнее, наверное, то, что это не бытовая сцена, а символ. Символ нашего мира, убивающего все самое чистое и возвышенное. «Пиета» – единственная скульптура, которую Микеланджело подписал. Единственный его автограф. Может быть, он тогда уже догадывался, что это гениальнейшая работа.

Вот две строчки из его стихов: «Когда скалу мой жесткий молоток в обличия людей преображает, без мастера, который направляет его удар, он делу б не помог». Он узнал себе цену.

Начался зенит гения. Гения, не узнавшего заката. Микеланджело был во власти своей очевидной гениальности, с одной стороны, и во власти реальных правителей, светских и церковных, с другой. Каждый из сменявшихся на святом престоле римских пап хотел иметь при себе Микеланджело.

В 26 лет, через три года после «Пиеты», Микеланджело получил новый крупный заказ, который добыл его благодетель банкир Галло. Пятнадцать мраморных фигур для алтаря в городе Сиене. Он с радостью принимает этот заказ – и тут же получает еще один, от родной Флоренции, которая предлагает ему высечь «Гиганта». Именно так он называется в тексте договора. Скульптура на тему Давида и Голиафа. В библейском предании юноша Давид победил, метнув камень из пращи в великана Голиафа. Цель «Гиганта», как его называют в документе, – воспеть республиканские идеи Флоренции, показать, что такое человек, готовый отдать жизнь за свободу.

Скульптора вдохновило и то, что его пригласили в родной город, и то, что высечь фигуру предложили из огромной глыбы мрамора, которая ждала своего часа не один десяток лет. Несколько мастеров прежде брались за нее, но у них ничего не получалось.

В общем-то, мрамор был испорчен. Даже деньги, потраченные на эту глыбу, были давно списаны, но Микеланджело за нее взялся.

Последним толчком к такому решению стало то, что предложение сделали и Леонардо да Винчи, тоже великому художнику, на 20 лет старше Микеланджело. Единственный, с кем он готов был соперничать и мысленно соперничал, – это Леонардо. От предложения флорентийцев Леонардо мягко уклонился. Микеланджело же охватил юношеский задор: «А я смогу!»

Следуют два года адской работы. Микеланджело еще очень молод и трудится довольно быстро. И шедевр изготовлен. Когда пришли смотреть статую, правитель Флоренции Содерини, большим умом не отличавшийся, сказал: «А мне кажется, что нос надо подправить». К изумлению окружающих, Микеланджело с покорным видом полез на леса с резцом. Но многие увидели, что в мешочке у него мраморная пыль. Он забрался наверх, сделал вид, будто работает резцом и сыплет эту мраморную пыль. Потом спустился и спросил: «Ну как?» – «О! Теперь совсем другое дело», – сказал правитель Флоренции.

Всем же остальным и так было ясно, что перед ними шедевр. На плече Давид держит пращу, в правой руке – камень. Его лицо передает удивительное состояние готовности к подвигу.

До Микеланджело Давида изобразил Донателло, отлив его в бронзе. Это юноша, попирающий ногой голову Голиафа. Совершенно стандартно. Микеланджело же создал образ вне стандарта.

Сегодня скульптура стоит в здании Академии во Флоренции. На темени Давида по сей день есть следы чужого резца. И на спине не хватило нескольких миллиметров мрамора, чтобы довершить строгую округлость мышц. Ведь это был испорченный камень.

В январе 1504 года специальная комиссия решала, где установить шедевр. В состав ее входили Сандро Боттичелли, Давид Гирландайо, Филиппо Липпи, Леонардо да Винчи. Во время заседания комиссии Микеланджело, как обычно, сильно повздорил с Леонардо. Сошлись на том, что скульптура должна стоять около Дворца Республики. Сорок человек четыре дня волокли подвешенного гиганта на специальной станине. Они преодолевали расстояние, которое можно пройти за 10 минут.

Установка Давида стала общеитальянским событием. Италия в то время страдала от разобщенности. Маленькие города-государства делались добычей бесконечных завоевателей. Идея отстоять свободу, свой путь в истории, так потрясающе переданная в Давиде, произвела впечатление на всю страну.

И Микеланджело получил новый заказ. Правитель Флоренции Содерини захотел, чтобы новый зал Большого совета расписали два гения: одну стену – Микеланджело, а другую – Леонардо. Художникам поручили осветить что-нибудь из ярких эпизодов прошлого Флоренции. И оба согласились. Правда, они не должны были работать прямо напротив друг друга в зале – они готовили картоны, чтобы потом перевести их в роспись. Леонардо избрал в качестве сюжета битву под Ангиари 1440 года, Микеланджело – битву при Кашине 1364 года. Картоны были написаны. Это были два шедевра, судьба которых оказалась грустной. Картон Микеланджело не сохранился.

Известно, что Микеланджело, чтобы делать все не так, как Леонардо, избрал для своего произведения не сам момент сражения. На его картине купались, отдыхали флорентинцы, не зная, что противник близко. И вдруг на них налетели враги. Он показал, как люди, обнаженные, вылезают из озера и хватаются за оружие. Они пойдут в бой без одежды.

Изваяв статую Давида для Флоренции и написав картон для зала Большого совета, Микеланджело до конца своей жизни оказался во власти римских пап. Его призвал Папа Юлий II. Это яркая, заметная фигура. Он двадцать лет, будучи кардиналом, ждал папской тиары, пережил трех предшественников и в 64 года наконец с трудом занял этот престол. Будучи крепким и боевым стариком, он лелеял честолюбивые замыслы. Прежде всего – объединить Италию, но только под властью Папы. В процессе этого объединения он готов был сражаться с врагами Италии.

Некоторые итальянские авторы пишут, что Юлий II был склонен к мании величия. Призвав Микеланджело в 1506 или 1507 году, он первым делом захотел соорудить себе гробницу на манер египетских фараонов. И чтобы по масштабу она была не мельче. По его приказу Микеланджело запланировал более 40 фигур. Они должны были олицетворять Землю, Небо, Космос и Искусство, которые стали пленниками смерти. Проект очень понравился Папе.

Работа давала простор фантазии Микеланджело, его великолепному резцу. Художник с радостью отправился в горную Тоскану, в Каррару, руководить добычей мрамора и самому рубить в каменоломне. Он провел там восемь месяцев в суровых условиях (в этих краях холодные зимы). Очень счастливый, он отправлял партиями в Рим великолепный мрамор. Когда вернулся, увидел, что большая часть площади Святого Петра завалена горами мрамора. Картина радовала глаз.

И вдруг Микеланджело столкнулся с трудностями при оплате последней партии камня. До этого Юлий II всегда говорил: «Заходи прямо ко мне, подписывать бумаги буду я». Теперь же Микеланджело не мог попасть к нему день, другой, третий. А потом охранники сказали ему, что именно его не велено принимать. Для Микеланджело, гордого, знающего себе цену, это был такой удар, что он вернулся домой и немедленно, ничего толком не собрав, уехал из Рима. Он не мог вынести такого оскорбления.

Папа тут же отправил за ним посланников. Но Микеланджело не возвращался. Это был настоящий бунт. Юлий II стал писать во Флоренцию, чтобы ему вернули Микеланджело. Власти города стали опасаться ссоры с Папой.

Наконец Юлий II прибыл по своим делам в Болонью и затребовал, чтобы туда приехал Микеланджело. Доброжелатели объяснили художнику, что не откликаться нельзя – его жизнь в опасности. Встреча состоялась в 1507 году. Папа сварливо сказал: «Что это такое? Я за тобой сюда прибыл!» Но простил Микеланджело и срочно заказал ему статую.

А почему же раньше, в Риме, его перестали принимать? Причиной тому интриги. Интриги главного соперника и завистника, хотя и талантливого архитектора Донато Браманте. Он опасался, что, пока изготавливается гробница, все деньги пойдут Микеланджело. Кроме того, Браманте умело злоупотреблял средствами, отпущенными для строительства. Микеланджело же никогда этого не делал. Браманте сделал все, чтобы отговорить Папу от строительства гробницы. Он сказал, что нужно сначала перестроить собор, а потом заниматься всем остальным, и намекнул, что это дурная примета – строить себе гробницу при жизни. Юлий II собирался жить долго. Он испугался и решил все отсрочить. Причем в такой оскорбительной форме.

Итак, в Болонье состоялось примирение и тут же поступил заказ – отлить фигуру Юлия II в бронзе. Свободолюбивая Болонья всегда была в конфликте с папством. Юлий II решил в наущение жителям города поставить свою бронзовую фигуру на фасаде главного собора.

Микеланджело очень быстро ее изготовил. Это большая фигура, высотой четыре метра в сидячем положении. В левой руке Папа держит ключи – символ своей власти. Юлий II, разглядывая статую, спросил Микеланджело: «А что это я делаю правой рукой?» – «Благословляете и немножко грозите».

Конечно, Болонье эта скульптура не понравилась. О ее художественных достоинствах мы судить не можем: через четыре года она была сброшена с крыши собора во время очередного мятежа и разбилась. Враг Юлия II герцог Феррарский закупил сохранившиеся фрагменты и приказал отлить из них пушку. И в насмешку над Папой назвал эту пушку Джулия.

А у Микеланджело было впереди новое выдающееся деяние – роспись Сикстинской капеллы в Риме. Он получил такой заказ, потому что его недруг Браманте попытался продолжить интриги. Он сказал Папе: «А пусть Микеланджело делает росписи», надеясь, что Микеланджело не художник и с кистью не в такой дружбе, как с резцом. Но завистник ошибся.

Опять последовали годы безумно тяжелой работы. Микеланджело расписал громадную галерею – 600 квадратных метров. Он четыре года провел на лесах, чаще всего там и спал, то есть жил совершенным отшельником, фанатично исполняющим свою работу.

С Юлием II у него не раз возникали конфликты, потому что тот хотел контролировать, как идет работа. Говорят, что Микеланджело иногда специально сбрасывал с лесов какие-то мелкие доски, чтобы Папа испугался и больше не приходил.

Но когда работа была открыта, Юлий II взглянул и сказал, что эти росписи, эти библейские сюжеты из простой жизни прекрасны, но бедновато выглядят. Надо было пройтись золотом. Микеланджело ответил, что те, кто здесь изображен, тоже были бедноваты. И ничего исправлять не стал.

Этот шедевр поднял его имя в Италии и во всей Европе на невиданную высоту.

В 1513 году Юлий II умер. Как выяснилось потом, Микеланджело после его смерти продолжал работать над егогробницей и частично этот заказ выполнил. Величайшая скульптура Моисея и некоторые фигуры рабов делались именно для этой гробницы. Эти потрясающие скульптуры свидетельствуют о том, что Микеланджело испытывал симпатию к Юлию II, который, наряду с невероятной гордостью, имел благородные идеи и художественный вкус.

Следующие Папы были хуже.

В 1523 году престол занял Климент VII – родственник Медичи, великого благодетеля Микеланджело. Незаконный сын брата Лоренцо Великолепного. Как и другие властители, он захотел иметь при себе Микеланджело и дал большой заказ – изваять усыпальницу дома Медичи.

Микеланджело сам сделал пристройку к церкви во Флоренции и создал проект, опять колоссальный, который в основном выполнен. Фигура Лоренцо в римском костюме, в доспехах, фигура его брата, Джулиано, коварно убитого заговорщиками, величайшие символические фигуры Ночь, День, Утро, Вечер.

В зените славы Микеланджело трудился безостановочно, без отдыха. Леонардо, всегда элегантный, очень модно или необычно одетый, упрекал его в том, что он выглядит и ведет себя как ремесленник, как каменотес, как рабочий. Но это была просто совершенно особенная натура. Работа поглощала его.

Была ли в его жизни любовь? Есть предположение, основание для которого дают его стихи, что в 1508 году, покидая Болонью, он скорбно прощался с некой златовласой красавицей. Из поэтических текстов мы знаем, что она украшала волосы цветами, что у нее тонкая талия, перетянутая пояском. Микеланджело пишет: «Что же теперь будут обнимать мои руки?»

А потом была любовь, очевидно платоническая, в возрасте 60 лет. Некая Витториа Колонна, очень знатная дама, маркиза, вдова, рано потерявшая мужа. Она жила при монастыре, не будучи монахиней. Женщина, которая поклонялась гуманистам, восхищалась стихами и терпимо относилась к Реформации. Витториа была известна прелестной внешностью и праведной жизнью. Судьба свела их, и Микеланджело отправлял ей стихи, посылал рисунки, сравнивал ее с Богоматерью. По его словам, больше всего в жизни он скорбел о том, что, прощаясь с ней, умершей, поцеловал ее руку, а не лоб. Это было чувство очень высокое. А в его замкнутой душе нашлось место нежности.

Была в его натуре и доброта. Он очень заботился о родных, содержал их всех, раздавал деньги, подарки и всегда понимал, что он – главная опора семьи. Вот строчки из письма к обожаемому племяннику по имени Леонардо: «Хочу, чтобы 46 эскудо ты раздал беднякам. Постарайся выведать о ком-нибудь, кто нуждается особо, и дай ему тайно эти деньги, дабы не знали, от кого они». Он был искренним христианином.


Все герои мировой истории

Микеланджело Буонарроти.

Мадонна Медичи, ок. 1521–1534.

Капелла Медичи, Флоренция


Наверное, поэтому ему так трудно давалась фреска «Страшный суд», на которую ушло шесть лет жизни. Интересно, что среди грешников Микеланджело поместил вполне узнаваемый портрет римского Папы Павла III, известного тем, что он продавал церковные должности, а также изображение некоего церемониймейстера Бьяджо да Чезена. За то, что Чезена выступал против обнаженных фигур, считая их непристойными, Микеланджело нарисовал его в виде беса с ослиными ушами.

Кстати, когда Чезена побежал жаловаться, Папа ответил ему: «Ничем не могу помочь. Если бы Микеланджело изобразил тебя в чистилище, я бы постарался тебя вытащить, но в аду… это не мой департамент». Так что у Павла III явно было чувство юмора, хотя в целом это мрачная фигура. Именно он собрал в 1545 году знаменитый Тридентский собор, который разработал план суровой войны против Реформации. За этим последовали индексы запрещенных книг, усиление работы инквизиции, многочисленные костры.

И отдельным решением Собора было такое – одеть персонажей фрески «Страшный суд». Но Микеланджело ответил: «Передайте Папе, что это дело маленькое и уладить его легко. Пусть он мир приведет в пристойный вид, а с картинами я сделаю это быстрее». И опять отказался что-либо переделывать. Драпировки пририсовал один из его учеников.

И сейчас в Сикстинской капелле можно видеть эту великую работу Микеланджело. Изображенный им ад находится как раз на уровне пола, по которому идут орды туристов. Они шумят, акустика потрясающая, в зале стоит гул. И ты вдруг ясно ощущаешь, что находишься в аду. И твой рост не позволяет тебе подняться даже в чистилище.

«Страшный суд» – это еще не конец жизни Микеланджело. Он прожил еще 20 лет, был свидетелем того, как его фрески хулили за непристойность и «одевали». Это тоже надо было пережить.

И потом не раз творения Микеланджело становились жертвами человеческого лицемерия, ханжества и безумия. Его замечательная картина «Леда и лебедь» была сожжена по приказу французской королевы, жены Людовика XIII, за неприличность содержания. Очень многие из его шедевров пропали, были разрушены.

Микеланджело работал до последнего дня. Приглашенный главным архитектором собора Святого Петра, он продолжал в основном воплощать замысел уже покойного Браманте. Он сохранил идею центричности великолепного здания и усовершенствовал ее в соответствии с возможностями своего уже зрелого блистательного гения.

Приладив свечу на голову, по ночам рубил мрамор. И продолжал писать стихи, заявляя: «Пусть говорят, что я впал в детство. Писал стихи и писать буду!» Вот его строки в переводе А.Б. Махова:

Сколь смел бы ни был замысел творца,

Он в грубом камне заключен в избытке,

И мысль в нем отразится без ошибки,

Коль движет ум работою резца.

Микеланджело был одарен почти фантастически. Не получив, в сущности, никакого специального образования, он всему научился сам, включая анатомию и инженерное дело. Какое-то особое зрение позволяло ему видеть, что скрыто в глыбе мрамора. Однажды в горах Каррары он увидел скалу и сказал, что, если ее обработать резцом, получится потрясающая скульптура, неотделимая от живой природы. Была в нем такая космичность.

Он знал, что гениален, был добр к людям, допускал ошибки, но злодейств не совершал и при жизни был назван божественным. Счастливая судьба.


Карл I Стюарт. Репрессированный монарх | Все герои мировой истории | Игнатий Лойола. Генерал ордена Иисуса