home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


Глава VI

Деловитые часы в холле должным образом зафиксировали, что детектив Барнс пробыл наверху уже пятнадцать или двадцать минут. Мучаясь дурными предчувствиями, я сидел, разглядывая висящую на стене китайскую гравюру. Это была миленькая вещица, представлявшая сцену казни. Я задумался над судьбой главного и жизненно заинтересованного в происходящем участника этого события, которому предстояло, по-видимому, остаться без головы. Был он и в самом деле виновен? Или же он, невинный человек, просто запутался в сети косвенных улик, тогда как истинный преступник остался на свободе? Меня чрезвычайно заинтересовал этот вопрос.

Маленький лысый детектив стал спускаться по лестнице. Лицо у него было суровое, одну руку он держал за спиной. Мэри-Уилл следила за ним, как завороженная, и к моему удивлению он направился прямо к ней.

— Если вы не возражаете, мисс Теллфер, — сказал он, — давайте на минутку вернемся к вашему рассказу.

— Хорошо, — выдохнула Мэри-Уилл, и вся краска схлынула у нее с лица.

— Ваша комната… Это голубая комната слева на втором этаже?

— Да.

— Когда вы отправились за нюхательной солью для миссис Дрю, вы решили на минутку зайти к себе комнату, верно?

— Да… Я зашла…

— Вы хотели что-то спрятать?

— Да.

— То, что подобрали у тела мертвого человека в столовой?

Мэри-Уилл кивнула. Лицо у нее было теперь такого же цвета, как и скатерть, за которую схватился Генри Дрю в последнюю секунду своей жизни.

— Милая девушка, вряд ли вы разбираетесь в таких вещах, — продолжал Барнс. — Разумеется, он оказался у вас под матрасом.

Он вынул руку из-за спины, и когда я увидел то, что он держал, то с трудом удержался от рвавшегося с моих губ вскрика. Детектив держал в руке маленький китайский нож с рукояткой из красноватого нефрита в виде фигурки какого-то языческого божка. Он был совершенно уникален, этот нож. Вряд ли во всем мире найдется ему подобный. Я купил его у торговца где-то в китайской глуши и на борту парохода показал некоторым людям, включая Мэри-Уилл.

— Ничего хуже я не могла сделать, — заплакала Мэри-Уилл. — Но я так разволновалась… У меня не было времени подумать.

В сплошном мраке камышового тумана, ненависти и убийства сверкнула одна ошеломительная вещь. И для меня все остальное потеряло значение. Я был счастлив.

— Вы сделали это ради меня! — воскликнул я. — Мэри-Уилл… вы чудо!

— Значит, это ваш нож? — прервал меня Барнс, поднося нож к моему лицу.

— Безусловно, — ответил я.

— Как вы можете объяснить тот факт, что его нашли у тела убитого?

Я успел вовремя перехватить взгляды, которыми обменялись Паркер и Карлотта Дрю, и страстная ярость наполнила мое сердце.

— Разумеется, его у меня украли, — сказал я.

— Разумеется, — улыбнулся детектив.

— Я его не терял, — продолжал я, — так что, скорее всего, у меня его взяли из багажа сегодня в каюте парохода. Только два человека имели доступ к моим вещам. Один из них — убитый, и он вряд ли стал бы это делать.

— А второй? — неожиданно выкрикнул Марк Дрю.

— А второй, — сказал я, — это доктор Паркер, который утверждает, что в половине восьмого заблудился в тумане.

— Ерунда! — заявил Паркер. — Какой мотив…

— Мотив вполне достаточный! — сердито воскликнул Марк Дрю. — Тайная любовная связь с женой моего отца, которая длилась больше года. Ваша страсть к деньгам, которая известна всем на китайском берегу. И к тому же вы прославились отсутствием щепетильности и неразборчивостью в средствах для достижения цели. Так что мотив, мой дорогой доктор…

— Вы считаете, — огрызнулся Паркер, — что я бы стал рыться в вещах этого человека?.. Что я мог бы украсть этот дурацкий нож?

— А почему бы и нет? Человек, который готов украсть чужую жену, вряд ли остановится перед кражей такой мелочи! — Дрю обратился к детективу. — Сержант Барнс, этот человек заявляет, что в момент совершения убийства он шел пешком из отеля к этому дому. Там по всему пути хорошие мостовые и хорошие тротуары. Позвольте мне обратить внимание на его туфли. Они явно мокрые. Мало того, они в грязи.

— Чушь! — прорычал Паркер. — Это ничего не значит. Тротуар был разрыт перед только что построенным домом. Я не мог видеть дорогу. Вот и вляпался в глубокую лужу, где полно грязи.

— Вы вляпались, приятель, это верно, — воскликнул Дрю. — И глубоко! Это я вам гарантирую.

Между ними снова началась перепалка, но я ее не слушал. Я обратился к Мэри-Уилл.

— Что бы ни случилось, — сказал я, — никогда не забуду того, что вы пытались сделать для меня.

— Ах, все это неправильно, — прошептала она. — Теперь я это вижу. Я хотела вам помочь, но только навредила. Я поступила необдуманно. Даже не представляю, зачем я это сделала.

— Вы не представляете? Зато я представляю. Вы инстинктивно решили защитить человека, которого любите.

— Нет… Нет! — запротестовала она.

— Бедная Мэри-Уилл. Зря вы отрицаете очевидное. Дело сделано. Вы решили, что я потерял голову и убил Генри Дрю.

— Я сглупила… Я сделала так, не подумавши. Да и все говорило против вас: я видела, как вы выбежали в открытое окно.

— Да, все складывается против меня. А вы, Мэри-Уилл? Вы тоже? Посмотрите на меня, — она взглянула на меня в упор. — Мэри-Уилл… Я не убивал Генри Дрю. Верите вы мне или нет?

— Верю, — ответила она. — И ничто не заставит меня передумать.

— Это все, что я хотел узнать.

Мои тоска и депрессия исчезли, так что к детективу я повернулся уже в приподнятом настроении. Барнс между тем отмахнулся от обвинений Марка Дрю в адрес Паркера и теперь стоял передо мной.

— Мистер Уинтроп, — сказал он, — вы ссорились с убитым. Вы утверждаете, что он и его партнер доктор Су вас обманули. Вы это признаете. Вы признаете и то, что именно ваш нож эта молодая женщина, в которую вы влюблены, нашла у тела убитого.

— Да, — ответил я. — Все это правда. Я признаю, что все складывается для меня очень плохо. Но, несмотря на все, что вы обнаружили, я не убивал Генри Дрю. Когда вы глубже вникнете в это дело, то поймете это сами. Несомненно, должны быть и другие свидетельства… Какие? Не знаю. Но они должны быть. Возможно, когда вы поговорите с доктором Су Йенханем, он сможет пролить свет…

Дверь открылась и в холл вошел Райли. На его широком красном лице читалось, что он принес какие-то новости.

— Сержант! — громко доложил он. — Как вы велели, я отправился к дому доктора Су…

— И что, Райли?

— У него в доме темно. Я позвонил в дверь раза четыре или даже пять — никто не ответил. Я понял, что это важно, и обошел дом. Кухонная дверь была открыта…

— Продолжайте.

— Я зашел в дом… Сержант, в доме не оказалось ни души. Никого. Но он был там. Доктор Су Йенхань, я о нем говорю. Он лежал мертвым на полу в библиотеке. Кто-то зашел к нему и воткнул ему нож между ребрами!

Мое сердце остановилось. Наступила жуткая тишина.

— Вы осмотрели рану? — спросил Барнс.

— Да, — гордясь собой, ответил Райли. — Она точно такая же, как у бедного мистера Дрю. Да, сержант… Если вы спросите меня, обе нанесла одна рука. Я подождал прихода детектива Карри и потом…

— Хорошо, Райли. Спасибо. Возвращайтесь на свой пост… — когда Райли вышел, Барнс повернулся ко мне. — Это был партнер Дрю по руднику в Юньнани, — заметил он. — Второй человек, который вас обманул?

Я попытался заговорить, но не смог выдавить ни слова.

— Мистер Уинтроп, — продолжал детектив, — мне очень жаль, но у меня нет другого выбора как…

— Минуточку! — это произнес Марк Дрю. — Извините меня, сержант. Вы расследуете это дело, я это понимаю, но и я, естественно, чрезвычайно в нем заинтересован. И говорю вам прямо: я не верю, что этот молодой человек виновен в убийстве моего отца.

— Благодарю вас, мистер Дрю, — сказал я.

— Есть старая и верная поговорка, — заметил Барнс. — У любого убийства есть мотив. Найдите мотив — и вы отыщете виновного. Мотив этого преступления очевиден: месть.

— Но мотив есть и еще у одного человека из присутствующих, — возразил Дрю.

Его взгляд упал на Паркера.

— Я не могу арестовать человека только потому, что его туфли в грязи, — недовольно ответил Барнс. — Вы сами это понимаете. Нет, все указывает на этого молодого парня. У него был мотив. Его рассказ о том, что он делал после убийства, просто смешон. Его нож найден…

— Но зачем торопиться с арестом? — заметил Дрю. — Ведь остается еще очень много неясностей!

Барнс ответил холодно и неприязненно:

— Я учитываю ваш интерес. Если появится какой-то ключ, который я не принял во внимание… Какая-то улика, которую, по вашему мнению, надо проверить…

В комнате появилась миссис Мак-Шейн, несущая поднос с дымящимися чашками кофе. Она поставила свою ношу на стол.

— Ну-у… я не знаю… — пробормотал Дрю, — Я не критикую вас, сержант, но… Не надо забывать о пятидесяти свечах. Да, черт возьми, пятьдесят! Это загадка. Чей это день рождения?

Миссис Мак-Шейн вдруг подняла голову и встала в центре нашей группы.

— Я знаю, чей это день рождения, — заявила она.

— Знаете? — воскликнул Дрю. — Тогда, ради Бога, скажите нам!

— Ваш отец объяснил это мне сегодня вечером, — продолжала старушка. — Он пришел на кухню и принес эти пятьдесят маленьких свечей. И попросил поставить их на торт. «Простите меня за смелость, сэр, — спрашиваю я его, — а чей это сегодня день рождения?» И он мне говорит: «Одного китайца, — отвечает он. — Его зовут Ханг Чинчанг».

— Китайца! — воскликнул Марк Дрю.

— А с какой стати мой муж устроил вечеринку в честь Ханг Чинчанга? — удивленно спросила Карлотта Дрю.

— Я и сама его спрашивала, мэм, — продолжала миссис Мак-Шейн, — но он не стал мне говорить. Он только повторил, что это день рождения Ханга. «Да, миссис Мак-Шейн, — говорит он мне. — Ханг родился в этот день пятьдесят лет назад в маленьком домике недалеко от дворца королевы в Гонолулу, там дальше на побережье… Как его там? Погодите, как там в песнях у них поется? Ах, да, на побережье Уайкики».


Глава V | Загадка железного алиби (сборник) | Глава VII







Loading...