home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава один: Приход Системы


Мне снилось, что папа купил мне новый планшет, но не это было самым хорошим во сне. Самое классное — это то, что мама разрешила его взять с собой в школу! Естественно, я сразу же вцепился в навороченный девайс и вприпрыжку отправился в школу. Теперь все пацаны, да и девчонки, будут мне завидовать, ведь им родители разрешают в школу брать только смартфоны. Когда я уже подходил к крыльцу школы, вмешалась моя противная младшая сестренка.


— СЕВАААААА! — разбудила меня эта неугомонная и, вломившись в мою комнату, начала двумя руками толкать меня в бок. — Сева, вставай! Утро пришло! Папа сегодня обещал взять нас с собой на тренировку!

— Катька, отстань! И вообще, это моя комната, а ты девочка!

— Сева — бука!


Эта мелкая прилипала, показав мне язык, выскочила из комнаты, только и мелькнуло салатовое платьишко в дверях. Сколько раз мама с папой ей говорили, что нельзя бегать ко мне в комнату, когда я сплю или переодеваюсь. Но эта пятилетняя вредина все не может этого понять. А мне приходится стесняться. Она же девочка, пускай и мелкая, а я мальчик! Даже мама уже два года не заходит ко мне в комнату без стука, чтобы не стеснять меня.


— Сева, — донесся мамин голос из-за двери. — Вставай, мышонок!

— Я не мышонок, я Сева! — сразу же надулся я. Мне уже восемь лет, а она со мной, как с маленьким. Как в детстве, до сих пор продолжает называть мышонком.

— В любом случае вставай, Севуська. Быстренько чисть зубы и на зарядку!

— Ну, ма-а-ам…

— Мне папу позвать?

— Не надо.


Пришлось вставать и одеваться, а ведь такой классный сон был. Натянув штаны и футболку, немного сгорбившись, обижено пошлепал в ванную, всем своим видом демонстрируя, насколько я не люблю чистить зубы. Сквозь приоткрытую дверь в зал увидел папу, который складывал прямоугольные зелено-желтые пачки в рюкзак. Один, два, три… десять пачек! Ого, папа сегодня серьезно собрался, обычно он всего одну-две пачки берет. О, он еще и чуть поменьше и коричневого цвета пачки берет. УРА! Значит, он не забыл и сегодня наконец-то выполнит свое обещание.


— Ты чего завис? — заметил меня папа. — Ты зубы уже почистил?

— Э-э… Да, — неуверенно ответил я. Если папа узнает, что я соврал, точно получу ремня. Но это стоит такого риска, зубная паста такая противная, что бррр.

— Иди сюда. — Присел он на корточки, чтобы подстроиться под мой рост. — Показывай зубы!


Пришлось подойти и открыть рот. Естественно, папа заметил, что зубы я не чистил. Прижмурив один глаз, он внимательно посмотрел на меня. От этого взгляда я аж весь сжался, не люблю, когда он так смотрит, это означает, что он решает, что со мной сделать. Лишь бы обошелся ремнем, а не заставил делать двойную зарядку, или будет еще хуже, если оставит дома, когда поедет на тренировку.


— Так, мелкий! БЕГОМ чистить зубы и не дай бог ты вздумаешь плохо их почистить или будешь филонить на зарядке — останешься дома. Ты меня понял?

— Да. — О нет, он выбрал самый страшный вариант! Хорошо хоть оставил шанс.

— Тогда чего стоим?


Я умчался в ванную, как будто за мной гонится собака. Папа если сказал, значит, так и сделает, а я не хочу остаться дома. Да, можно будет почитать или поиграть на компьютере, но у папы на полигоне намного интересней. Быстро почистив зубы, на полной скорости изображая гоночную машину и схватив перед собой воображаемый руль, вырулил обратно в зал, где уже стояло мое личное мелкое проклятье в лице младшей сестры, которая, уперев руки в бока, приготовилась к зарядке и была уже не в платье, а в штанишках и футболке.


— Мама! — заорала мелкая егоза, увидев меня. — Мы готовы на зарядку.

— Иду, — донеслось из спальни родителей.


Пока мы ждали маму, эта мелкая непоседа снова показала мне язык. Воспользовавшись моментом, что папа отвернулся, открывая сейф, я ущипнул сестренку, отомстив и за показанный язык, и за то, что на зарядку она встала раньше меня.


— МАМААА! Сева меня ущипнул! — И пнула меня по ноге. Только я собрался оттягать ее за хвост, в комнату вошла мама.

— А ну, успокоились! Сева, отойди на два шага от сестры.

— Но я тут всегда стою, — праведно возмутился я. Ведь я всегда только на этом месте делаю зарядку.

— Не спорь с мамой! — вмешался отец. Пришлось, сжав губы, сделать два шага в сторону от сестры. Но я этой мелкой еще припомню.


Быстро сделав разминку, повторяя за мамой, Катя сразу же уселась на растяжку. Мама очень давно планирует отдать мелкую в секцию спортивной гимнастики, только тот тренер, к которому она хочет, берет детей только с пяти лет, вот Катька и делает регулярно растяжку, «мостик» и другую чепуху. Нет, с меня растяжку тоже требуют, но мне достаточно один раз хорошо на нее сесть, и я свободен. А вот Катя по десять раз встает и снова садится на шпагат, так ей во время упражнения еще и следить за ногами надо, чтобы носочки были вытянуты. Пока все отвлеклись, я буквально плюхнулся на пол, планируя быстро сделать отжимания. Но мама, как оказалось, все контролирует.


— Любимый, посмотри, пожалуйста, за Севиными отжиманиями.


Не-е-ет! Теперь придется отжимания делать правильно, потому что папа не засчитает, если я прогнусь в спине, не достаточно низко опущусь или даже если опущу вниз голову. Он заставляет держать спину идеально ровной на одном уровне с головой. Пришлось стараться, хоть это и намного тяжелее.

Отжимание, пресс, растяжка и пара упражнений с килограммовыми гантелями. За всем этим следит папа. Ну, когда он дома. Если при маме можно немного, как говорит папа, «пофилонить», не совсем правильно делая упражнения, или вместо двадцати отжаться пятнадцать раз, то с папой такое не проходит. А Катька отжимания и пресс делает всего по десять раз. Надо будет ей разукрашку, которую вчера мама купила, склеить. У меня и клей, помню, где-то был.

Рано или поздно все плохое заканчивается, как и издевательство, которое родители называют зарядкой и заставляют нас делать утром и вечером. Так что, позавтракав и натянув носки, бегом обулся, в ожидании, когда папа закончит собираться. Только я вздумал выскочить на улицу, заодно погонять там Катюху, чтобы не наглела и знала, кто в доме старший, папа всунул мне почти пустой небольшой рюкзак. Но он был достаточно тяжелый, даже несмотря на то, что папа его держал всего несколькими пальцами. Конечно, папа ведь вон какой сильный! А мне тяжело.


— Я что, за тебя буду твои боеприпасы носить? Или ты передумал сегодня переходить с пневматики на мелкашку?

— Нет, не передумал. — Схватил я рюкзак и закинул на плечи.


Эх, мне бы хоть раз стрельнуть из папиной большой винтовки. Но он только в прицел давал посмотреть, говорит, что меня «унесет» отдачей. Ну, ничего! Вот еще подрасту немного, и он точно даст стрельнуть, а пока буду тренироваться на маленькой винтовке, «мелкашке», которую папа купил пару месяцев назад, как и обещал. А еще, надеюсь, папу упросить, чтобы разрешил стрельнуть с маминого «травмата». Там пистолет не такой большой, как папин «боевой», и мама с ним легко управляется. А я ведь в отличие от нее мальчик, значит, должен справиться. С такими мыслями я и выскочил на улицу, куда уже успела убежать моя сестренка.


— Дядя Клим! — радостно заорал я, увидев возле нашего подъезда папиного друга, на руках которого уже сидела эта мелкая проказа, успевшая выбежать на улицу, пока меня задержал папа.


Дядя Клим был одет в военную форму, не в ту, в которой у нас в городе ходят солдаты, а которую папа называет «мультикам» или просто «мультик». Не знаю, причем тут мультики, но выглядит классно!


— А где крестный? — закрутил я головой, пытаясь высмотреть своего крестного.

— Твой крестный на дежурстве, так что извини, малой, но сегодня без него.


Ну вот, опять Катьке повезло — ее крестный приехал, а мой на дежурстве. Ну почему ей постоянно достается больше? Это нечестно, я же старше! Ладно, зато дядя Клим приехал на своей большой военной машине, которая была покрыта разноцветными пятнами краски для маскировки от возможных врагов. Осталось только придумать, кто сегодня будет выполнять роль «врага», и пока будем ехать, можно будет вообразить себя настоящим солдатом, скрытно пробирающимся на машине к важнейшей точке, захват которой спасет весь мир.

А Катюхе я не расскажу, во что играю, пускай всю дорогу едет и скучает, смотря в окно. С такими радостными мыслями я, сняв рюкзак, положил его в открытый багажник, где уже лежал рюкзак дяди Клима и ружейный чехол, и полез на заднее сиденье, в ожидании, пока выйдет папа с мамой.


— Котяра, хомячная ты душонка. Ты что в недельный рейд собрался? — Дядя Клим, поставив мою сестру на асфальт, раскинув руки, двинулся в сторону моего отца, вышедшего из подъезда.

— Да не вопрос, Клим, сейчас быстренько выгружу «семеру» да тушняк, рассчитанный на тебя, и можно будет брать рюкзак в два раза меньше.

— Ты это погоди, дружище, не руби с плеча! С БК под мой калашмат еще полбеды, но святую тушенку не тронь! Я же надеюсь, ты из своих запасов взял, а не магазинную? — обняв моего отца и приветственно похлопав его по плечу, поинтересовался дядя Клим.

— Пфф… обижаешь. Зря что ли я четвертак выкинул на машинку для закатки банок? Теперь весь тушняк исключительно Ленкиного приготовления.


Да, папа года два назад купил небольшой станок, который закатывает жестяные банки, которые ему пустыми привозят целыми поддонами, у нас до сих пор в гараже стоят два поддона пустых банок и отдельно крышки к ним. Остается только положить в банку то, что мама приготовит, — тушенка там или каша с мясом. Поставить в станок банку и накрыть крышкой, дальше папа запускает моторчик и банка крутится, прижатая сверху и снизу.

А сбоку у станка специальная ручка с двумя круглыми штукенциями. Папа тянет на себя рычаг, прижимая эти штуки к боку крыши, и ее закатывает. Он даже мне давал попробовать, там все очень просто. Поначалу мне даже нравилось, но через полчаса надоело, слишком просто и однообразно.

Выскочившая из подъезда мама быстро чмокнула дядю Клима в щеку и сразу же положила в багажник свой рюкзак, такой же, какой мне вручил папа. Вот только в отличие от моего, мамин рюкзак был набит под завязку и выглядел, как будто его надули как воздушный шарик, из-за чего он казался в два раза больше, чем мой. Мама сегодня оделась в камуфляжную одежду — на ней была легкая курточка заужена в талии, поверх пятнистой майки, полуботинки с высокой шнуровкой и пятнистый берет, ну и на шее легкий шарфик в дырочку, папа его называет снайперским.

Такая одежда делала маму еще более красивой, а вот папу почему-то более грозным. Может, дело в том, что у папы одежда более свободно висела? Или отсутствие берета? А может, из-за того, что у папы курточка не была заужена в талии? Надо будет папу спросить, почему такая разница. А заодно напомнить, что он обещал и мне камуфляжную форму заказать, а то ни в одном оружейном магазине почему-то детских размеров формы не продавалось.


— А ну, мышонок, дай я в середку заберусь. — Открыла мама дверь машины с моей стороны. А с противоположной стороны дядя Клим уже усаживал Катюху. — Клим, когда ты себе уже девушку найдешь? А то твоей крестнице уже пять лет, а ты все бобылем ходишь.

— Вот когда найду такую же, как себе Котяра отхватил, так сразу и женюсь, — хохотнул дядя Клим. — А то все какие-то домохозяйки попадаются или тусовщицы.

— Ну, я тоже была домохозяйкой, пока Кот не начал меня с собой на полигон возить.

— Знал бы, что мне придется еще и на нее карабин приобретать, да каждую неделю по ящику патронов покупать, ни за что бы тогда не повез, — в шутку пробурчал папа, забираясь на переднее сиденье. И когда он только успел все оружие и рюкзак в багажник сложить?

— Ну, тогда бы и Севки не было, — почему-то рассмеялась мама. При чем тут полигон к моему появлению?

— Вот, двойной расход семейного бюджета! Пришлось еще и на мелкашку для мелкого раскошелиться.

— Блин, Котяра, сколько у тебя уже стволов? — удивленно покачал головой дядя Клим.

— Семь единиц нарезняка и три гладких. Ну, это если не считать еще две травмы, только свою я не таскаю, со времен как нам дали добро табельное не сдавать каждый раз, как уходим домой.

— Оружейный маньяк! — констатировал дядя Клим. — Ты бы лучше машину наконец-то купил.

— А ты тогда зачем мне будешь нужен?

— Понял, молчу, лучше буду возить командира на полигон, зато о патронах не придется думать.


Дальше я их практически не слушал. Со своих взрослых шуток, половину которых я не понимаю, они постепенно перешли на обсуждение работы. Папа почему-то был недоволен, что с завтрашнего дня начинаются учения, и в их часть привезли много солдат, которых, как оказалось, негде разместить. Странно, когда мне было пять, у папы тоже были учения, так там было весело. Много солдат бегало и выполняло упражнения — они стреляли, кидали гранаты и еще многое чего делали. Было так классно за ними наблюдать, думаю, и на этот раз будет так же весело, надо будет не забыть попроситься с папой на время учений, как прошлый раз.

Когда мы выехали на проспект, направляясь за город, где был стрелковый полигон, я уже практически не слышал, что взрослые там говорят, а увлеченно отстреливал из пальца огромное количество бандитов и всяких монстров, таящихся за каждым мусорным баком, в каждой подворотне и даже в некоторых машинах, которые мы обгоняли.

Я так увлекся своей игрой, что не сразу заметил, как мы выехали за черту города. Ну а, собственно, какая разница, воображаемый противник прячется среди зданий или среди кустов? Когда я сообразил, что город остался позади и мы уже скоро будем на полигоне, я в предвкушении начал осматриваться по сторонам.

Катюха уже спала, положив голову маме на колени, которая одной рукой гладила ее по голове, а второй что-то делала в смартфоне: то ли переписывалась с кем-то, то ли играла. Папа же, приоткрыв окно, несмотря на то, что на улице было еще прохладно, курил, держа сигарету поближе к щели, куда утягивало дымок. А дядя Клим был полностью сосредоточен на дороге.

В этот миг все замерло. Я было подумал, что снова разыгралось мое воображение, но даже дымок сигареты, тянувшийся в боковое окно, перестал двигаться. Первые несколько секунд это было прикольно, но потом я понял, что не только все вокруг перестало двигаться, но и я. Я мог смотреть только вперед, видя перед собой папу, дядю Клима и дорогу впереди.

В этот момент пришел страх, я не понимал, что происходит, и от этого было страшно до дрожи в коленках, если бы я мог сейчас ими шевелить. А что, если я сейчас задохнусь? Или мне придется вечность вот так сидеть и смотреть на эту картинку, пока не сойду с ума и не превращусь в кровожадного маньяка. Или… или… АААААаааа!!! Если бы я мог заплакать, то я бы сейчас рыдал вовсю. С каждой секундой мне становилось все страшнее.

Но вот вдалеке начала расти черная стена, по которой сверху вниз бегали зеленые букашки. Буквально за пару секунд эта стена выросла и скрылась где-то наверху, куда мой взгляд не доходил из-за крыши машины.


Установка стазиса… Выполнено! Обнаружено 124 аномалии, чье сознание не было подвержено стазису.

Количество аномалий в пределах погрешности. Процедура оцифровки продолжается.

Разделение мира на локации для переноса и оцифровки… Выполнено!

Оцифровка локации… В процессе.


В нижнем левом углу моего зрения обнаружился почти прозрачный прямоугольник. Как текстовый чат в большинстве игр. Именно в этом прямоугольнике и были надписи про какой-то стазис, оцифровку, аномалии. Мне стало настолько любопытно, что я даже забыл, что всего секунду назад до чертиков боялся. Вот снова вылез текст.


Оцифровка локации… Выполнено!

Присоединение локации к сформированному миру… Выполнено!

Преобразование стыковочной зоны локаций… В процессе!


Ух ты! Я как будто наблюдаю за созданием новой игры, где разные локации разработчики соединяют в одну, сглаживая переходы, чтобы игроки потом в текстуры не проваливались. Помню, в стрелялку играл на компьютере, так в одной миссии застрял практически на ровном месте. Приседал, прыгал, даже гранату себе под ноги кидал, ничего не помогало. А учитывая, что я играл медиком, вся команда проиграла. Ну, куда им без медика.


Преобразование стыковочной зоны локаций… Выполнено!

Ликвидация радиоактивного оружия… Выполнено!

Ликвидация оружия массового поражения… Выполнено!

Преобразование комплексов с элементами самоуничтожения… Выполнено!


Очень много всяких ликвидаций, преобразований и другой непонятной чепухи. Хорошо хоть, что это все происходило очень быстро и я едва успевал читать, даже несмотря на то, что был лучшим в классе по скорочтению.


Обнуление существ с душой согласно стандарту… Выполнено!

Добавление системных существ… Выполнено!

Добавление системных заданий… Выполнено!

Добавление инстансов… Выполнено!

Возрождения божественных существ… Ошибка! Чрезмерное количество божественных существ.

Отбор оптимальных божественных существ… Выполнено!

Возрождение отобранных божественных существ… Выполнено!

Формирование условий и ограничений возрождения… Выполнено!


И снова огромный перечень, только на этот раз добавлений. Сосредоточив все свое внимание на постоянно обновляющемся тексте, даже не заметил, когда у меня вверху слева появились две полоски: красная и желтая. Справа вверху располагался небольшой круг карты, а в нижней правой части полоса с множеством картинок. Все это еще сильнее превращало мой обзор в подобие компьютерной игрушки. Но времени разобраться у меня не было, прямо перед глазами появились красные буквы.


Оцифровка мира завершена!

Запуск всех оцифрованных миров через

5

4

3

2

1

Запуск новой оцифрованной вселенной «Дигворд» прошел успешно!


В следующую секунду все снова пришло в движение. Отец закашлялся, подавившись сигаретным дымом. Машина заглохла и, направляемая твердой рукой дяди Клима, очень быстро остановилась на обочине. Мама, отложив телефон, уставилась перед собой, свободной рукой прижав Катю к себе, а второй потянулась ко мне. Недолго думая, юркнул к маме под бок, и она крепко меня обняла.


— Судя по напряженной тишине, могу предположить, что я не один это вижу, — как-то осторожно проговорил дядя Клим, продолжая смотреть куда-то вперед, несмотря на то, что с «запуском» темная стена вдалеке пропала.

— Если ты о фигне, слишком похожей на РПГ-интерфейс, то не один, — отрешенно ответил отец.

— Фух… Я чуть было не обделался, решив, что ко мне глюки нагрянули, несмотря на то, что вчера не пил.

— Клим, я не думаю, что сейчас есть время на твои шутки, — продолжая прижимать к себе меня с Катей, влезла в разговор мама.

— Лен, все нормально, — попытался успокоить ее отец. — Для Клима в критической ситуации это нормальное поведение, так что он максимально собран.

— Какой нормально?! Появление этой ерунды перед глазами ты называешь «нормально»?

— Лена! — надавил голосом отец. — Успокойся! Я и дети рядом, а с остальным разберемся.

— Хорошо… — Пару раз нервно вдохнув, мама немного успокоилась. — Прости, ты прав, главное, что вы рядом, а с остальным разберемся.

— Клим, мысли есть?

— Командир, могу точно сказать, что мы в заднице! Осталось теперь понять, насколько в глубокой.

— Это я и так понял, но это ты же у нас во всякие компьютерные игрушки любишь в свободное время зависать. Так что эта задница больше по твоей части.

— Нужно полноценное изучение меню и интерфейса, и разобраться, что с чем едят, я так на пальцах не могу тебе сразу все разложить. В играх, например, влияние статов… В смысле основных параметров, зависит напрямую от задумки разработчиков, а как и что тут происходит — без вдумчивого изучения я тебе не скажу. Пока ясна только пара вещей. Во-первых, у нас есть цифровое обозначение наших жизней и энергии, которая, похоже, будет тратиться на различные умения или приемы. Еще теперь есть цифровое определение наших физических параметров, пресловутые статы. Тут, наверное, стоит упомянуть, что мы первого уровня и свободных очков характеристик для распределения нет. Но строка с их нулевым значением дает надежду, что они будут появляться с набором уровня.

— Значит, должно быть то, на чем этот уровень можно набирать, — задумчиво протянул отец.

— Ага, и у меня нет уверенности в двух вещах. Первое, что мобы — это которые неразумные создания, годящиеся для набора опыта и, соответственно, уровня, — ну и всякие там монстры будут тоже все первого уровня.

— Значит, могут быть условно сильнее нас и представлять прямую угрозу?

— Да, и главное, что мы понятия не имеем, где они могут появиться.

— Город?

— Не знаю, возможно…

— Мальчики, — перебила их мама. — Вы меня пугаете. Как-то слишком быстро вы это все приняли и начали строить планы. Может, у нас просто массовая галлюцинация?

— Ленусь, не бывает одинаковых массовых галлюцинаций, каждый видит свое. А еще, несмотря на то, что нас к такому не готовили, но у нас боевая часть, а значит, мы обязаны адаптироваться максимально быстро к изменившимся условиям. Если ошибемся — ничего страшного, но если мы не среагируем вовремя и будем сидеть на попе ровно в ожидании, пока все само разрешится или придет команда сверху, могут погибнуть люди.

— Так, связи нет, — достал папа телефон. — Клим, заводи машину и на полной скорости в часть! Надеюсь, Серега уже объявил тревогу.

— Есть проблема, — скривился дядя Клим, когда завел машину и развернулся на дороге. — Я не могу разогнаться больше тридцати километров.

— Не понял!

— Вылезла оповещалка, что у меня нет навыков вождения. А значит, ограничен на данном транспорте тридцатью километрами в час. И меня реально как-то ограничивают: педаль в пол, переключился уже на четвертую, но все равно на спидометре строго тридцатка.

— Черт, похоже, в ближайшем будущем нам придется несладко, — процедил отец сквозь сжатые зубы.


А я сидел и не понимал, чего они так все волнуются. Даже если мы действительно оказались в игре, это же так весело! Мне вон даже почти не страшно, а не вылезаю из-под маминой руки только из-за того, что к маме так приятно прижиматься.



Пролог | Оцифровка миров | Глава два: Нападение