home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


Глава 3. Уроки чтения

— Приведи себя в порядок, — спокойным голосом сказал Владимир, — и займись делами.

Девушка кротко кивнула и, держась за раненую руку, выбежала из зала.

— Прошу прощения за инцидент, Даррелл, — как ни в чем ни бывало продолжил дядя, — Вечно эта Зоя что-нибудь роняет. Неуклюжая, впрочем, как и ее мать.

Что ответить, я, если честно, не знал. Допустимо ли поведение Владимира? В праве ли он наказывать служанку именно так? И как вообще он это сделал? Причем удивления в глазах, сидящих рядом людей, я не заметил, значит все произошедшее было в порядке вещей. Мне срочно нужен источник информации, этот мир начинает удивлять все сильнее.

Обед закончился смято и сумбурно. Лиза быстро доела свою порцию и, спросив разрешение отца, вышла из-за стола, за ней последовали близнецы и Агнетт. Так что вскоре мы остались с Владимиром вдвоем.

— Дядя, что произошло с Зоей, откуда появились раны на руке? — задал я не дающий покоя вопрос.

— Раны? — удивился Владимир. — Ну что ты. Царапины не более, я же не изверг, да и незачем портить девушке внешность, но наказать ее было необходимо, иначе в следующий раз она уронит что-нибудь более ценное, чем десерт. А на счет того, как я это сделал, то, мальчик мой, знай, мы дворяне тем и отличаемся от простых людей, что обладаем не только властью, но и силой.

— Силой?

— Смотри, — вместо того, чтобы объяснять очевидные для него вещи, дядя решил обойтись демонстрацией своих возможностей. Он опять сосредоточился и, стоящий напротив него чайник, плавно поднялся в воздух.

— Удивительно, — прокомментировал я увиденное. — Я смогу сделать так же?

— Конечно. Это просто незначительный трюк, — отмахнулся Владимир. — Обучение любого дворянина начинается с подобного рода действий. Сила просыпается в тринадцать-четырнадцать лет у мальчиков, и с первой кровью у девочек. В это же время семья нанимает учителя для ребенка, так что до потери памяти ты, возможно, уже был способен на такие простые действия. Жаль конечно, что придется все начинать заново, но, не сомневаюсь, ты быстро все наверстаешь.

Ахренеть. Я был просто в шоке. Магия! Сила, которая может мне подчиниться! Кажется, в моем списке появилась новая цель.

— Вижу, ты впечатлен, — довольно улыбнулся дядя, — эх молодость. Я помню свои эмоции, когда впервые почувствовал дар. Восторг. Счастье. Знаешь, а я даже немного завидую, ведь у тебя еще все впереди. Два раза в неделю к нам ходит учитель, заниматься с мальчишками, думаю, за дополнительную плату он не откажет поработать и с тобой.

— Спасибо. — искренне поблагодарил я.

— Ну что ты. Дворянин, не умеющий пользоваться силой — нонсенс, и раз ты вошел в нашу семью, моя обязанность дать тебе достойное образование. И вообще, не стоит откладывать столь полезное дело. Через неделю мне предстоит уехать в длительную экспедицию, и я не хочу оставлять за спиной нерешенные вопросы, так что уже завтра я приглашу Лариона Ильича для занятий. Уверен, он не откажется поработать с тобой. И коль уж речь зашла про обучение, помимо овладения силой тебе придется многое узнать заново. Так что готовься, работы предстоит много.

Дядя еще немного побеседовал со мной, в основном вспоминая эпизоды из своей юности, после чего, сославшись на необходимость разобраться с делами наследства и опекунства, уехал, поручив Зое показать мне дом. Пока мы болтали с Владимиром девушка уже перевязала руку, сменила платье и вернулась в зал, чтобы убрать со стола.

— Не болит? — спросил я, когда мы остались с девушкой вдвоем.

— Все в порядке, барин, я сама виновата.

— Как скажешь, — пожал я плечами, — давай тогда, проводи экскурсию.

На первом этаже дома располагался большой гостиный зал и кухня, на втором спрятались жилые апартаменты членов семьи Гордеевых, а третий был отдан под библиотеку и кабинет Владимира, совмещенный с его импровизированным музеем. К сожалению, двери туда оказались закрыты и посмотреть на экспонаты мне не удалось.

Неподалеку расположились две учебные комнаты — одна для обычных предметов и вторая, где близнецы занимались магией. Был еще подвал со складскими помещениями, но смысла идти туда я не видел.

В первую очередь меня заинтересовала библиотека. Дверь туда оказалась открыта, так что мы беспрепятственно зашли в большое, заставленное шкафами с книгами помещение. С интересом я разглядывал ряды толстых фолиантов, заполняющих многочисленные полки, но увы, испить из источника знаний мне пока было не суждено.

— Зоя, ты читать умеешь? — с надеждой спросил я девушку.

— Нет, барин. Неграмотная я.

— Барин, барин, зови меня Даррелл.

— Но как же это? — широко распахнула глаза Зоя. — Нельзя ведь, тетушка ваша накажет меня, если услышит такое.

— Понятно, — вздохнул я, — придется привыкать.

Наша экскурсия завершилась возле гостевой комнаты. Задерживать девушку больше необходимого я посчитал лишним, ей хватало работы и без меня.

Итак, что я вынес из сего мероприятия. Богатый дом. Я конечно могу ошибаться в виду малой осведомленности, но по общему впечатлению дядя себе особо не отказывал и обставил все комнаты, что называется, дорого богато. Хотя, скорее интерьером занималась его жена.

Что мне было непонятно, так это откуда берется свет и горячая вода? Я специально остановился возле нескольких светильников в поисках проводов, но кроме нарисованной на стене серебристой линии ничего не нашел, а стеклянные шарики в плафонах тем не менее исправно испускали желтоватый свет.

Зоя, на вопрос как это работает, лишь пожала плечами, сказав, что ей никто этого не объяснял, да и зачем? Работает и ладно.

Пока мы ходили по дому, за нами увязалась Лиза. Девочке было очень интересно посмотреть на своего двоюродного брата, и она издали за нами наблюдала, прячась то за углом, то за лестницей. Любопытная, как и все дети, она все же робела подойти ближе, но в итоге любопытство победила и, когда Зоя ушла на первый этаж, сестренка все же постучалась ко мне в комнату.

— Ты и правда все забыл? — серьезно спросила Лиза, когда я открыл дверь.

— Да. Совсем все.

— Я могу научить тебя читать, я слышала ты просил об этом Зою. Я уже хорошо читаю.

— А родители не заругают, что ты будешь учить… — тут я хотел сказать “взрослого дядю, но вовремя спохватился”, - меня.

— Папа никогда меня не ругает, а маму я уговорю. Это же так интересно. У меня и букварь есть! — девочка загорелась энтузиазмом. — Там много картинок, но он мне уже не нужен. Я принесу, если хочешь.

Идея показалась мне не лишенной смысла. Научиться читать сейчас — одна из главных задач в моем списке, и вряд ли в этом доме кто-то еще согласиться мне помочь в этом деле.

— Неси свой букварь. — после некоторых раздумий сказал я.

— Ура! — подпрыгнула от радости сестренка и, сверкая подошвами ботинок, выбежала в коридор, чтобы через пять минут, притащить мне тоненькую, уже изрядно потрепанную книжечку

Выглядело это учебное пособие для безграмотных детей довольно убого по меркам человека из моего мира. Черно-белые картинки, иногда плохо отпечатанный текст, но в целом со своей задачей этот букварь должен был справляться.

Сделав на столе импровизированную подставку, я водрузил на нее книгу и наше обучение началось.

Лиза, явно подражая кому-то, начала важно расхаживать из стороны в сторону изредка останавливаясь и, ткнув пальцем в очередную завитушку рассказывать, что это за буква. Максимально серьезным тоном она отчетливо произносила каждый звук, повторяя его несколько раз. Девочке явно нравилась играть учителя, ну а я старался быть прилежным учеником.

Символы мне оказались не знакомы, а вот их фонетика от нашей отличалась незначительно. Та же буква “а” хоть и рисовалась иначе, но звучала точно так же как и в большинстве славянских языков. По крайней мере мне так кажется.

Примерно через полчаса Лизе новая игра наскучила. Она все чаще начала отвлекаться, смотреть в окно, пытаться расспросить меня о том, как это быть без памяти, но я старался не отвлекаться и сосредоточенно зубрил новые для меня символы. В конце концов девочка сказала, что я скучный и убежала по своим “очень важным” делам, оставив мне, впрочем, букварь.

Для изучения алфавита этого урока хватило. Я пусть и не без подсказок уже различал буквы, но бегло складывать их в слова пока не мог — для этого нужна практика и хотя бы несколько часов свободного времени, которого к сожалению мне не дали.

Пока я воевал с букварем, вернулся дядя в сопровождении грузчиков, которые принесли вещи Даррелла. В основном там была одежда, но нашлось и несколько мини картин, явно выполненных вручную. Я с интересом поднял одну из них, и с удивлением понял, что с холста на меня смотрят родители мальчика и собственно сам Даррелл, только на пару лет моложе

Дядя не соврал, Анна действительно выглядела как принцесса, чудом попавшая в деревенское захолустье. Необычайной красоты женщина. И дело тут даже не в стройной фигуре, которую по большей части скрывало строгое платье в пол. Главное — это лицо. Большие, пронзительно голубые глаза и волосы цвета спелой пшеницы. Гладкая кожа с едва заметным румянцем на щеках, легкая улыбка на чувственных губах. Вполне возможно, что художник приукрасил действительность, но, как мне кажется, все было наоборот. Честно говоря, я даже слегка позавидовал Вячеславу. В моей жизни конечно хватало женщин, но таких я еще не встречал.

С сожалением отложив картину, я еще раз зарылся в принесенные вещи, но ничего интересного там не встретилось, разве что нашлась небольшая книжечка, заполненная явно детской рукой — вероятно это был дневник Даррела, но моих слабых читательских способностей не хватило чтобы понять, что там написано. Пришлось отложить его в сторону.

Ближе к вечеру вся семья собралась на ужин, после которого мне вновь пришлось общаться с представителем местной полиции. Происходило это в кабинете дяди, куда меня позвала служанка.

Когда я зашел в комнату, там уже обсуждали какие-то вопросы Владимир и знакомый мне сыскарь Борис Каменев. Быстро окинув взглядом помещение, я зацепился за две картины на которых был изображен Владимир и еще один человек очень схожий с дядей, но куда старше. Остальной интерьер впечатления не произвел — стол, пара кресел, шкаф с книгами, несколько полок на стенах.

— А Даррелл, — воскликнул дядя, стоило мне переступить порог, — Борис Игнатьевич как раз рассказывал мне, что им удалось выяснить. Вас ведь не затруднит еще раз повторить это моему племяннику?

— Конечно же нет, — пробасил мужчина. — Еще раз соболезную вашей утрате, и уверяю, что мы делаем все возможное, чтобы найти убийц. Скажите, Даррелл, вы что-нибудь вспомнили? Это очень важно.

— Ничего. В голове совершенно пусто. — честно признался я.

— Очень жаль. Это бы нам очень помогло. К сожалению, ничего конкретного узнать не удалось. Служанка, работавшая у вас, сказала, что утром, когда она уходила на рынок за продуктами, в доме все было в порядке. Вы и ваши родители еще спали. Когда она вернулась, то ее удивила тишина. По словам девушки, обычно в девять утра Вячеслав Викторович начинал тренировку. Заподозрив неладное, служанка обошла первый этаж дома, но никого там не обнаружила, после чего поднялась к вам.

— Борис Игнатьевич, а почему служанка заглянула сперва в комнату мальчика? — задумчиво погладил усы дядя. — Разве это не странно?

— Я спрашивал ее об этом. Девушка говорит, что она немного побаивалась Вячеслава Викторовича, и не хотела его беспокоить. А мистер Даррелл всегда хорошо к ней относился, поэтому она и заглянула в первую очередь к нему. И, знаете, весь мой опыт говорит, что девушка не обманывает нас.

— А что насчет вещества, которым отравили моего брата?

— Вероятно это был какой-то газ, но увы, его следов не осталось. Мы очень надеемся на вскрытие, но шанс на успех очень мал.

— Когда я смогу забрать тела брата и его жены?

— Не раньше завтрашнего вечера. Я постараюсь, чтобы эксперты не затягивали, но быстрее они работать не могут. Вы же понимаете?

— Да, конечно. Даррелл, если тебе неприятно слушать эти разговоры, то можешь идти к себе.

— Если можно я останусь. — отказался я, чем, как мне показалось, вызвал неудовольствие дяди, но спорить он не стал.

— Скажите, — продолжил расспросы сыскарь, — кто мог желать вашему брату смерти?

— Мы почти не общались последнее время. Я знал по слухам, что у Вячеслава были какие-то проблемы, связанные с его работой, но ничего конкретного. А что насчет его партнера? Вы уже разговаривали с ним?

— Григорий Дементьев в данный момент находится в соседнем княжестве. Мы отправили запрос и нам эту информацию подтвердили. Он отправился туда почти две недели назад и вернется не раньше, чем через месяц.

— Как удачно, — поморщился дядя.

— Поверьте, мы не сбрасываем со счетов никого и будем искать убийц вашего брата со всей возможной тщательностью. Город давно не потрясали убийства дворян и весь особый отдел направлен на это дело.

— Очень на это надеюсь. Род Гордеевых будет вам очень благодарен если вы найдете виновных. К сожалению мой отец уже слаб и не может присутствовать при нашем разговоре, но я, как формальный глава рода, обещаю вам всяческую поддержку.

— Благодарю, — важно кивнул сыскарь. — Ну что же. Если мы выясним что-либо, я вам сообщу. И еще, мы выставим возле вашего дома охрану. Надеюсь вы не будете против?

— Я в состоянии защитить членов моей семьи. — глаза дяди яростно блеснули.

— Мы ни в коем случае не подвергаем это сомнению, но есть вероятность, что это поможет следствию. Что если убийца попытается напасть на мальчика? К тому же, вас может не оказаться рядом.

— Хорошо, но я не хочу видеть возле дома толпу людей в форме!

— Разумеется. — кивнул мужчина, отчего его пышные бакенбарды покачнулись как крылья птицы, — Рад был с вами пообщаться. Мистер Даррелл, желаю вам скорейшего выздоровления. Постарайтесь что-нибудь вспомнить, это нам очень поможет.

Попрощавшись, Борис Игнатьевич вышел из кабинета, оставив нас с дядей вдвоем.

— И все же я считаю, что во всем этом деле замешан Дементьев. — уверенно произнес Владимир, когда за сыскарем захлопнулась дверь, — пусть он и находится сейчас далеко, но укус змеи может убить не сразу.

— Укус змеи? — не понял я.

— Это образное выражение. Дементьев мог нанять убийц, или оставить в вашем доме ловушку — он часто там бывал. Вариантов много, надеюсь, когда Гришка вернется, его допросят с пристрастием!

— Вы говорили, что у отца были какие-то проблемы последнее время.

— Да, к сожалению, твой отец был уличен в связях с властями княжества Каспийского. Не знаю, как, но Вячеслав умудрился выпутаться из этой ситуации, получив только пусть крупный, но всего лишь штраф. Сумма оказалась очень внушительной и брату пришлось продать дом и заложить часть предприятия, которым он владел.

— И это всего лишь штраф?

— С учетом того, что мы находимся в состоянии войны с княжеством Каспийским и любые торговые сделки с ними запрещены под страхом смерти, то да — это всего лишь штраф. Возможно смягчению приговора поспособствовал твой дед, но он в этом никогда не сознается. Хотя, зная Вячеслава, он мог выкрутиться и самостоятельно.

— Отец успел расплатился с долгами?

— Пока не знаю, но скорее всего нет — сумма слишком большая и есть очень большая вероятность, что все имущество Вячеслава заберут.

Ситуация оказалась несколько хуже, чем я думал по началу. Мало того, что в этом мире я оказался круглым сиротой, так похоже в наследство мне достанутся только неоплаченные счета. Печальный расклад, но главное я жив, остальное можно наверстать. В Мексику я тоже прилетел, имея в запасе меньше тысячи долларов, но ведь выкрутился как-то.

— Даррелл, с этим уже ничего не поделать. Против князя не пойдешь, но если ты думаешь про свое будущее, то не переживай, проблемы отца тебя не коснутся.

— А какое оно, это будущее? — мне очень хотелось узнать, каким его рисует Владимир.

— Пока тебе не исполнится шестнадцать, мы с Агнетт становимся твоими опекунами. За это время ты получишь образование наравне с моими детьми, а затем уже сам будешь решать, что делать дальше. Я очень надеюсь, что за пару лет память хотя бы частично восстановится, ну а если нет, то ты научишься всему заново.

— Я тоже надеюсь, — серьезно ответил я.

— Знаешь, Даррелл, ты стал взрослее. От того мальчишки, что я помнил, осталось совсем немного, но за пеленой трагедии, постигшей тебя, не надо забывать, что сейчас идут лучшие годы твоей жизни. Не потеряй их впустую.

— Это просто растерянность, — я попытался объяснить свое поведение. Моя маскировка явно трещала по швам. Все-таки вжиться с ходу в образ четырнадцатилетнего мальчишки довольно сложно. Особенно если в душе тебе тридцать.

— Я понимаю. Пойдем лучше покажу тебе музей. — Оживился дядя и поднявшись с кресла, позвал меня к деревянной двери в углу кабинета.

Обрадовавшись, что скользкая тема моего поведения больше не поднимается, я поспешил за дядей. Владимир торжественно отворил тяжелую створку, и жестом пригласил войти внутрь. Полоска света, рождаемая лампой из кабинета, не давала ничего рассмотреть, но вскоре щелкнул рычаг, и большую комнату озарили три крупных светильника, подвешенных под потолком.

Квадратный зал шириной в десяток шагов был сплошь уставлен метровыми постаментами на которых находились экспонаты музея. Некоторые, особо ценные, укрывались от внешнего воздействия стеклянными куполами. А напротив нас, на холсте размеров во всю стену, была нарисована карта мира, взглянув на которую, я потерял дар речи.

Любой человек, окончивший хотя бы девять классов, в общих чертах представляет, как выглядит наша планета, а уж в современном мире, где спутниковые снимки стали доступны любому двоечнику, и подавно. Так что не трудно не трудно понять мое ошеломление, потому что карта, висящая на стене, до боли напоминала ту самую, что я ни раз рассматривал сперва на глобусе, а потом и на экране компьютера.

— Вижу, что музей произвел на тебя впечатление, — довольно сказал Владимир, приняв мое изумление за восторг. — Давай я тебе проведу экскурсию, поверь, далеко не каждый удостаивался этой чести.

Дядя повел меня через подставки с останками древности, периодически останавливаясь и рассказывая об истории того или иного предмета, но, я его почти не слушал. Происхождение статуэтки богини с головой львицы или каменного скипетра короля из глубокого прошлого меня мало интересовало — я раз за разом бросал взгляд на карту, которая, как оказалось при более детальном осмотре все же имела отличия от виденной мною на Земле. По крайней мере, я не помню, чтобы в центре Европы находилось круглой озеро, размером с Байкал. Или, например, кратер на юге Африки. Такое чувство, что кто-то откусил от материка небольшой кусок. А где Япония? Где острова?!

Дядя моего замешательства не замечал и с упоением вещал о том, как добыл тот или иной экспонат. Но наконец, Владимир выдохся, окончив рассказ на разбитом щите воина Древней Греции, который он откопал на развалинах средиземноморского города.

— Ну что? Понравилось? — обратился ко мне дядя.

— Да очень. — слукавил я, зачем расстраивать человека. — А зачем эта карта на стене?

— Тут отмечены места раскопок, в которых я побывал. Обрати внимание на булавки, воткнутые в пергамент.

— Это карта современного мира?

— Конечно. Самая точная на сегодняшний момент.

— Мне почему-то кажется, что здесь, — я указал пальцем туда, где в моем мире находится Япония, — должны быть острова.

— К тебе возвращается память? — наклонил голову Владимир.

— Ничего конкретного, просто такая мысль в голове всплыла.

— Неожиданно. Обычно данная информация мальчикам твоего возраста не дается. Не знаю, кто тебе рассказал об этом, но да. Больше тысячи лет назад здесь находились острова. На них жили, наверное, самые сильные кланы планеты, которые, однажды что-то не поделили друг с другом. Была война. И, начавшись как обычная междоусобица, она распространилась на весь мир. Это время назвали Год Страха. Ее результатом стало огромное количество смертей и разрушенных городов. Проснулись вулканы, земля тряслась почти каждый день. Как я уже говорил, на островах жили самые сильные кланы мира, но их мощь не пошла на пользу никому. Они уничтожили друг друга, а заодно и свой дом.

— И часто такое было в нашей истории?

— Нет. Четверо не допустят повторение подобного. Даже в войне с Каспием наш князь не может применить свою силу, не рискуя навлечь на себя гнев четверых.

— Речь про богов?

— Ох Даррелл, — вздохнул дядя, — боюсь, если я начну рассказывать тебе все, что знаю, это затянется до глубокой ночи. Библиотека открыта всегда. В книгах можно найти ответы на любые вопросы.

— Я понял. Спасибо.

— Ну и отлично, — вновь подобрел Владимир, — Завтра можем продолжить разговор. Отдыхай. Ты наверняка очень устал. К тому же лекарь советовал тебе покой.

Совет дяди в целом был неплох, но позволить себе отдых я не мог. Чтобы выжить мне нужна информация и чем больше, тем лучше. Поблагодарив Владимира, я вышел из музея и, сделав буквально несколько шагов, уже осматривал книжные полки в библиотеке.

Часовое занятие с букварем, половина которого была посвящена изучению букв, не позволило мне бегло читать, но кое-как складывать символы в слова я научился. Выбрав из множества книг ту, что скорее всего относилась к истории этого мира, я открыл ее в самом начале и приступил к чтению.

Как нерадивый первоклассник я начал вслух произносить то, что вижу и только после этого мозг, обработав информацию, выдавал мне результат. Проговариваю слово, осознаю его, запоминаю, иду к следующему. Цикл повторить. Надо ли говорить, что скорость усвоения новой информации была едва ли не нулевая. Я корпел над фолиантом пока не стемнело, но и после этого, воспользовавшись светильником продолжил свое занятие.

К счастью, меня никто не беспокоил. Ну почти. Пару раз забегала Лиза, но так как играть с ней я отказывался, она, обиженно надув губы, уходила. Заглядывали в библиотеку и близнецы. Они по-моему даже в туалет вместе ходят. Послушав, как я читаю, братья долго смеялись и обсуждали мои умственные способности. Честно говоря, на их потуги вывести меня из себя было плевать, к тому же конфликтовать сегодня мне категорически не хотелось и без того голова шла кругом. Кстати, оказалось, что интернациональный символ вытянутого среднего пальца здесь не знаком. В итоге, близнецы, поняв, что их игнорируют, все же удалились, оставив меня наедине с книгами.

За историей мира я просидел до глубокой ночи. И картина, что постепенно начала вырисовываться в голове, мне откровенно не нравилась.



Глава 2. Родственники | Год страха | Глава 4 Погружение







Loading...